Луна сегодня красивая, не думаешь?

Сидя на крыше заброшки, и перемешивая жидкость в колбах, попутно постукивая по ним аккуратным пальчикам, вы даже и не задумываетесь о том, что на вас кто-то смотрит издалека. Не так ли? Хах. Сидя на заброшенном здании, Прун Джус даже и не замечал пристального взгляда белых глаз издалека, ибо был занят другим: создание яда. Его одно из любимых занятий. Также, наш чернослив любил вязать, рисовать эскизы, или же играть с этими самыми бесконечными колбами, которые, казалось, он носил с собой абсолютно везде, так ещё и под длинной мантией. Эта мантия была длинная, шёлковая, так ещё и белая, а под конец шёл уже голубой с сероватым отблеском оттенок. Довольно толстые, дабы не получить травму, коричневые из фетра перчатки,, та самая ведьмовская шляпка с небольшими потёками, ведь Прун был соком чернослива, а значит и он сам слегка жидок. Далеко на эту фигуру, что беззаботно качала ножками на краю крыши, смотрел Аффогато. Странный парень, как его считал Чернослив, ибо его интонация, да и шутки слегка напрягали, а его внешность и вовсе была загадочной. Бывший ганшин в длинных одеяниях и большой-большой меховой накидкой, что вечно болталась на плече. Хотелось так и убрать её, ведь бесила она нереально. Вечно уложенные волосы в одной и той же форме, словно застывшая на лице улыбка, похожая на букву V в английском языке. Всё это очень напрягало Прун Джуса до мурашек по коже, ещё и этот пронизающий взгляд.. хотя взгляд Пруна намного страшнее. Бирюзовое яблоко, и белый зрачок, хотя должно быть наоборот, скажите вы? А вот ни капельки нет. Пруну так даже нравится больше. И вот, шорох кустов где-то вдалеке, но Джус не обратил внимания, ему было сейчас не до этого. Шорохи кустов и хруст веток становились всё громче и словно ближе, что начинало уже запугивать мага, от чего тот повернулся в ожидании шагов или же бега по лестнице. И вот по лестнице начали раздаваться тяжёлые стуки каблуков. Холодный пот уже стекал по лбу Чернослива, но он тут же успокаивается при виде знакомой эмблемы Аффогато. — ааахх, Аффогато. Как же ты меня напугал, хехе.— пробормотав это, Джус отвернулся в своему яду обратно, чувствуя приближающиеся шаги старого знакомого. — ну, рассказывай, чего пришёл?— в ответ лишь молчание. Прун даже и не знал что ещё сказать, было ощущение, что тот узнал его страшнейшую тайну.. которой и не было никогда. — чего молчишь? Язык проглотил?— уже с небольшим недовольством Джус перевёл взгляд на Аффогато, окидывая его своим белым зрачком с ног до головы. — какой-то ты странный сегодня. Расскажи хоть что-нибудь, а?— уже с менее интересующимся тоном произнес Чернослив. — хмм.. не знаю даже. Просто сказать нечего.— произнёс Аффогато, на что его собеседник поднял брови как удивление. — ничего себе, так ты разговаривать умеешь, хехеех.— с усмешкой сказал Джус, перемешивая разные жидкости, сразу же закрывая пробками и убирая куда-то далеко в мантию, а куда именно, никто не знал. — ну конечно. Поддержать разговор то стоит.— с той самой улыбкой сказал ганшин, заглядывая Черносливу прямо в глаза, на что тот повернул голову в его сторону, и один глаз по привычке был закрыт. — как думаешь, лорд Дарк Какао меня простит?— со смехом спросил Аффогато, закрывая оба глаза и поправив волосы. — ну нет конечно. Простит он тебя, ага, не в этой жизни точно.— уже ложась на спину сказал Чернослив, открывая оба глаза и смотря на открывающуюся за облаками луну, на что глазницы начали подсвечиваться неярким светом, что выглядело даже страшнее, чем раньше. — ух ты, а ты не рассказывал, что у тебя глаза светятся.— с изумлением прошептал "фиолетовый", ложась за компанию с джусом. — не люблю говорить об этом.— грубо отрезал тот. — кстати.. я хотел у тебя спросить. Почему ты такой странный? Ахахаха.— опять же с усмешкой спросил Джус, прикрывая глаза и по милому улыбаясь, пока Аффогато удивлённо смотрит на того, хлопая несколько раз глазами, перед тем, как понять смысл вопроса. — хмм.. даже не знаю.— поднимая брови сказал ганшин, осводя взгляд на ту же луну.— кстати.. луна сегодня красивая, правда?— почесав затылок просил тот. — ..ты тоже.— вновь отрезал Чернослив, без капли волнения обо всём.