Пара слов

Пальцы нервно отбивают навязчивую мелодию, некогда напеваемую одним навязчивым блондином. Блондина, который всегда вертелся где-то рядом, а сейчас опять опаздывает. В какой раз. Хайтам со вздохом откидывает голову, ударяясь с обивкой мягкого кресла. В ресторане пахнет приятно, возможно, некими пряностями. Тихие голоса гостей, умиротворяющая мелодия (к слову, она все равно не может перекрыть ту, что сейчас играет в голове). О Архонты, если этот идиот не появится на пороге через пять минут, он пойдёт домой. Сообщения, которые отправлялись пачками, так и остаются непрочитанными, и это бесит ещё больше. А ещё заставляет напрягаться. Кавех старается отвечать сразу, заминкой максимум на минуту, а тут такое молчание уже как десять минут. Где-то внутри появляется отвратительное чувство липкого страха, так неспеша разбредающегося по всему телу. Глаза нервно метнулись к окну, за которым уже не светло. Из груди вырывается что-то на подобии рыка, а проходящая мимо официантка отшатывается подальше, стараясь избежать потенциального буйного гостя. Заведение, конечно, не какая-то там забегаловка, в которую могут приходить кому вздумается, но всё же, стоит быть наготове. Телефон пиликает, извещая о новом сообщении, а Хайтам непозволительно быстро подхватывает его со стола, не глядя снимая блокировку и сразу читая сообщение.       ХуевШутник: вы же в ресторане, почему ты в телефоне сидишь, а? Парень раздражённо цыкает. Ну чего ему нужно, словно своих дел нет.       Вы: тебя это вообще никак не касается Сообщение моментально оказывается прочитанным, а Хайтам уже жалеет, что ответил. Он не отстанет, ещё и кучу вопросов задавать начнёт.       ХуевШутник: не пришёл? Пальцы на мгновение замирают, а сам парень обдумывает, что сказать. Варианта два: послать, и снова добавить в чёрный лист на пару дней, или...       Вы: да Хайтам выключает телефон, откладывая его в сторону, попутно проверяя время. У этого идиота ещё минута. На удивление, сообщений больше не последовало, словно собеседник всё же уловил нотки отчаяния в тех двух буквах, вложенные туда вовсе не специально. Достаточно. Хайтам встаёт из-за стола слишком резко, чувствует пару заинтересованных, возможно даже сочувствующих, взглядов, но как-то всё равно. Лишь допивает одним большим глотком остатки вина и кидает купюру на стол, попутно натягивая куртку и выходя из заведения. Дождь, до этого спокойно тарабанящий по стеклу, чуть усилился, а ветер, так услужливо подхватывающий ледяные капли, швырял их прямо в лицо. К слову, сегодня обещали лишь пасмурное небо, без осадков. Ужасный вечер, который не должен был быть таковым. Без Кавеха под боком, который как обычно надел что-то легче нужного, забывая о слишком холодной весне в этом году. Без весёлого щебетания, разрезающего порывы ветра. Без тепла чужих пальцев. Наушники, до этого покоящиеся на шее, надеваются, но включать что-то Хайтам не собирается. Это лишь ради того, чтобы шум дождя не резал слух и не отвлекал от мыслей, сейчас роем мечущихся в голове. Руки погружаются в карманы и натыкаются на бархатную коробочку. Желание сейчас выкинуть её в ближайшую урну растёт с приближением той самой урны. Но Хайтам одёргивает себя, в мыслях ругая за порыв подобного необдуманного действия. Парень вскидывает брови и останавливается прямо посередине тротуара. Из второго кармана, за абсолютно безвкусный брелок со львом, выуживается связка ключей. Не его ключей. О чёрт, он знает где Кавех сейчас. Парень старается идти как можно быстрей, почти срываясь на бег в руке сжимая эти несчастные ключи. Кавех точно забыл где лежат ключи Хайтама, но почему тогда просто не позвонил? Не написал? Да хотя бы просто написать лаконичное "Приди домой". Недовольство накатывает с новой силой, но только оно не адресовано блондину, сейчас сидящему дома, а самому Хайтаму, что позволил подобному случиться в это день. В день, когда он всё же решился задать вопрос, что изменит их жизнь в любом случае. Проезжающая мимо машина окатывает грязной водой, ляпая идеально чистую одежду парня. Блядство. Хайтам позволяет себе лишь секундную заминку, ради оценки масштаба катастрофы и проверки состояния коробочки в кармане, а дальше снова бег. Благо, дыхания достаточно, выносливости тоже, поэтому пробежать практически с другого конца города, к противоположному, не составляет проблем. По мере приближения к нужной улице, Хайтам получил ответа на ранее заданный вопрос. Невольно вглядываясь в окна домов, парень отмечает, полное отсутствие света. Лишь изредка маленькие огоньки от фонариков, телефонов и свечей мелькают вместе с силуэтам людей. Дождь успокаивается, а Хайтам наоборот - лишь больше раздражается (волнуется, но он это не признает). Знакомые окна не горят. Никакое из них."Я безумно боюсь темноты," - в голове всплывает кусочек их давнего разговора, в котором архитектор открыл свой страх. По этой же причине дома всегда горел свет, ночник, лампа, да хоть что-то (случайно воспламенившаяся сковородка не в счёт). Входная дверь открывается без использования ключей, бежать приходится по лестнице, до пятого этажа. Ладно, кажется Хайтам немного преувеличил, когда решил, что даже не запыхается. Вставить ключ получается лишь со второй попытки, руки слишком трясутся, толи от холода, толи от усталости, а может некая паника всё же становится всё сильней, стоит повернуть ключ пару раз, отворяя дверь. В квартире тихо, темно, даже Мехрак не выбегает встречать.       - Кавех? Обувь небрежно скидывается прямо тут, рядом падает грязная куртка, из которой парень предусмотрительно вынул ключи и коробочку, пряча ту в заднем кармане брюк. Хайтам включает фонарик на телефоне, освещает коридор который, признаться честно, из милого и уютного превратился в картину из фильма ужасов. Где-то в гостиной слышен шорох, и из-за угла появляется вялая фигура, прижимающая к груди не менее вялую кошку. Расслабленный выдох был замаскирован под смешок, адресованный внешнему виду блондина напротив. Вот только даже смешок пришлось оборвать, когда на щеках старшего он заметил еле видные высохшие дорожки влаги. Чёрт, точно. Кавех спускает Мехрак с рук - она была этим явно недовольна, судя по дёрнувшейся спине в ответ - и растирает красные глаза, кажется делая ещё хуже.       - Прости меня, пожалуйста... Блондин говорит тихо, голос дрожит, а Хайтам даже не знает что сделать, чтобы помочь. Лишь снимает маску безразличия, которая так выбешивает архитектора и не убирает телефон, давая собраться с мыслями парню напротив; подходит ближе, позволяет уткнуться в плечо.       - Я, честно, искал ключи. Но снова не нашёл. Прости меня.       - Почему не позвонил? Хайтам пальцами распутывает светлые локоны, вдыхая аромат персика, наконец расслабляясь. Чужие руки сжимают ткань на спине, а слух улавливает новое шмыганье носом.       - Телефон разрядился. И повербанка я не нашёл. И... - очередной всхлип, но уже, кажется, более спокойный. - И я сжёг пирог. Последние слова Кавех сказал с улыбкой, отстраняясь от парня подальше. И эти слова нужны были им обоим, как попытка разрядить обстановку, как простой факт и ещё одно подтверждение их раннего разговора - они оба готовят не очень. Парни не спеша проходят в гостиную, где садятся на диван, всё так же не отходя друг от друга. Им обоим это нужно. Кошка с громким мявком запрыгивает на колени Кавеху, где уютно устраивается, ластясь под мягкое поглаживание архитектора.       - Не так я представлял сегодняшний вечер. Ни фильма, ни пирога, ни похода в ресторан, - блондин грустно усмехается, укладывая всю голову обратно на плечо, находя удобное положение для них обоих.       - Мда, я тоже, - Хайтам смазано целует блондина в висок, незаметно для того выуживая из кармана бархатную коробочку изумрудного оттенка. И они снова молчат. Однако, это молчание не кажется неуместным, даже наоборот. Тишина без Кавеха для Хайтама уже стала неправильной, слишком тихой, пустой. Приходится включать музыку, а в идеале - голосовые сообщения от вышеупомянутого парня, которые тот отправляет пачками. Взгляд метнулся к настольному календарю, чьи цифры разглядеть нереально, но и не обязательно. Ровно два года отношений. Не без проблем, не без ссор и ругани, но всё же. Волнение, которое Хайтам испытывал сегодня на протяжении всего дня, сейчас пропало. Ему не всё равно, нет. Просто он знает, что ему нужно это сделать, что он этого хочет. Что давно пора. Парень дёргает рукой, тем самым привлекая внимание рядом сидящего блондина. Рубиновые глаза красноречиво выражают любопытство, а их хозяин так красиво смотрится в этом приглушённом свете, что Хайтам ещё раз убеждается в правильности своих действий. Хайтам поднимает коробочку на свет, легко кладёт ту в протянутую ладонь. Сказать сейчас что-то - это значит, по мнению младшего парня, испортить буквально всё, поэтому внутри заранее лежит аккуратная бумажка с каллиграфически выведенными нужными словами. Кавех аккуратно открывает подарок, читает несколько слов, после, кажется перечитывает. И снова. Хайтам даже не заметил, как задержал дыхание, обнаружив это лишь когда Кавех надел то самое кольцо, чьи рубины, под стать глазам, сверкают в свете даже такого импровизированного освещения. И он выдыхает, стискивая будущего супруга в объятиях, под смех Кавеха, довольное мурчание Мехрак и стук капель о карниз. И плевать, что Хайтам всё ещё в грязных брюках, что на пороге валяются такие же грязные куртка и ботинки. Плевать, что за окном вновь усиливается гроза, что света нет и не будет минимум до завтрашнего дня. Плевать, что в квартире всё ещё витает запах горелого пирога, что повербанк и ключи Хайтама лежат возле телевизора. Это определённо того стоило.