Никогда не думал, что начну писать нечто подобное. Да и вообще я не думал, что со мной может произойти то, о чем я собираюсь сейчас здесь рассказать. Это произошло 10 лет назад, но я очень четко все помню, будто это было вчера. Впрочем незачем тянуть кота за его достоинство.
860 г. Разведывательный корпус; Понедельник, 23 сентября За окном 860 год. Самый разгар очередной войны с этими омерзительными тварями — титанами. В той войне мы потеряли множество солдат, некоторые из них были лучшими из лучших. Также, к великому сожалению, погибло много невинных горожан, которые даже возможно и не подозревали о том, что к их домам надвигается огромное чудовище — убийца. Но самой больной для меня потерей оказалась смерть ещё одного близкого мне человека. Командор Эрвин был тем самым человеком, которому я мог открыться, спокойно доверять свои тайны, не боясь того, что он их кому-нибудь расскажет. На тот момент я думал, что он единственный человек, которому могу доверять. Думал я так до того момента, пока не встретил ее… Ту, которая смогла пробудить во мне эти сопливые чувства первой влюбленности. Девушка с шелковистыми русыми волосами до поясницы, большими зелёными, как начищенный изумруд, глазами, а самое главное огромным, наполненным добротой и бескрайней любовью, сердцем. Но давайте все по порядку. Был обычный, сентябрьский день понедельника. Я как всегда сидел у себя в кабинете и заполнял очередные «жизненно-важные» документы. Мой отряд тем временем тренировался с другим отрядом, под командованием майора Ханджи. Агрх.никогда не понимал, как такая сумасшедшая как она может командовать отрядом? Впрочем не важно. Как я уже сказал, этот день ничем не отличался от других таких же обычных дней. Было это так до тех пор, пока дверь в мой кабинет резко и широко не распахнулась, а в дверном проёме не появилась Ханджи. Ее лицо выражало смесь беспокойства, азарта и напряжённости. Я нехотя оторвался от своих документов и поднял на нее свой бесстрастный взгляд. После, с тяжёлым вздохом, спросил. — Что на этот раз? Она же, запыхавшись, промямлила. — Леви! Титаны…они…они… — Что «они»? — также сухо переспросил я, но уже более заинтересовано, после того как понял, о чем идёт речь — Говори внятно — потребовал я — ОНИ ЗДЕСЬ! — почти прокричала с безумием «четырехглазая». Я резко поднялся из-за стола и большими шагами направился к «очкастой», сокращая между нами расстояние. — Эрвин в курсе? — задал я вопрос, хотя сам уже прекрасно зная ответ. — Да, ему доложили, он приказал собраться в главном холле, обсудить ситуацию — судорожно проговорила она. — Понял, иди, я сейчас приду — отчеканил я и вытолкнул «очкастую» за дверь.***
— Итак, коллеги, я собрал вас здесь, чтобы обсудить план дальнейших действий — Эрвин был как всегда спокоен, уверен и рассудителен. Но капля волнения в нем все же была. Обсудив план действий, он собрал всех солдат и продекламировав свою пламенную речь, приказал всем оседлать лошадей. Что все собственно и сделали. Вернувшись к своему отряду я осведомилих в плане, придуманный Эрвином. Йегер попытался мне что-то возразить, но Микаса, его сестрица, быстро угомонила сорванца. За это ей спасибо, иначе бы в отряде была бы потеря довольно-таки сильного бойца, пусть и легкомысленного. Угомонив Эрена, я приказал Армину и Конни седлать лошадей и двигаться по левому флангу. Жану, как «мастеру пространственного маневрирования» я приказал атаковать с воздуха, но стараться не тратить много газа, в последнее время его было катастрофически мало. Все остальные были либо на подмоге, либо также атаковали с воздуха. Этих тварей становилось все больше и больше. Самое страшное было то, что это были невинные люди под действием какой-то дряни, от которой, к сожалению, мы пока не нашли противоядия. Бой был страшный. Не на жизнь, а на смерть. Солдаты уходили на тот свет один за другим. Я старался на этом не акцентировать внимания и это неплохо получалось. Пролетев на УПМ пару километров я заметил «отца» этого всего ужаса. Звероподобный титан уже собирался бросить очередной заряд камней и пробить стену «Роза». Подлетев к нему я разрубил пополам его огромную руку, не давая совершить задуманное. Ко мне присоединились Жан и Микаса. Кирштейн умудрился связать лохматому ноги, тем самым лишив его равновесия. Микаса, тем временем, клинком рассекла нервные окончания титана и он уже окончательно был обездвижен. Все работали быстро и слажено как на тренировках, только вот гибли все как мухи. Получив тяжелое ранение в ногу, я не отступал и достойно продолжал сражаться. В моем состоянии я смог убить ещё около 20 титанов. Как только я собрался подлететь ближе к Женской особи, то тут же почувствовал острую боль. В районе печени была рваная открытая рана. Я приземлился на землю и на скорую руку перевязал раны бинтом, хотя это не сильно помогло, но на некоторое время должно было хватить. В основном я старался не обращать на раны внимания, так как передо мной стояла цель — убить как можно больше титанов и спасти человечество, а какие-то мелочи могут и подождать, думал я, пока не потерял сознание прямо в полёте. Черт это было одной из самых позорных вещей, что я когда-либо совершал. Не долетев пару метров до спины особи я рухнул прямо на землю. Ударившись затылком о грунт, я почувствовал острую боль, которая пронзила мое тело с головы до ног, в ушах слышался противный, не то треск, не то скрежет. Последнее, что я помню, так это расплывчатый женский силуэт, стоящий поодаль меня, явно наблюдающий за всем происходящим, видимо беженка заблудилась. Последняя мысль, перед тем как закрыть глаза и уйти в мир иной, промелькнула у меня в голове. «Я...умер?» — подумав про себя, я провалился в забытье, чувствуя как немеют конечности.***
Через некоторое время я мог услышать какое-то шуршание, тихие шаги вокруг себя и почувствовал чье-то нежное прикосновение к своей щеке. Оно было невероятно легким и приятным. Словно гусиным перышком провели по грубому камню. Но ощущение этой легкости ушло также быстро, как и появилось. И услышав медленные удаляющиеся шаги, мне стало жутко интересно кто это был и вообще где я находился. По ощущениям я лежал на чем-то мягком и теплом. Может. меня съели? И так чувствуют себя все жертвы, которых поедают эти твари? Может это и так, но тогда почему я чувствую себя в безопасности? Почему мне кажется, что все уже закончилось и я ушел на заслуженный покой? Черт.все тело ноет, а еще какая-то холодная и мокрая тряпка сползает мне на глаза. Это противное ощущение вынуждает меня с трудом поднять руку и убрать с лица неприятную на ощупь тряпку. Веки с таким же трудом распахиваются и в глаза бьет резкий солнечный свет, вынуждая меня недовольно прохрипеть и зажмуриться. Немного привыкнув, я вновь приоткрыл глаза, с мыслью осмотреться. Моему взору пала светлая и прибранная горница. На первый взгляд в ней не было ничего лишнего. Небольшое помещение с парой окон, на которых висели пестрые занавески. Перед кроватью, на которой я собственно и лежал, стоял какой-то старинный сундук, а в углу на стене находилась небольшая полочка с красными тканями. На полке виднелся краешек иконы. Не смог разглядеть, кто именно был изображен на ней. Повернув голову вправо, я увидел рядом с кроватью табуретку. На ней была небольшая емкость с жидкостью, вероятнее всего в ней была вода, куда я и положил влажную тряпку, что все это время находилась у меня в руке. Немного приподнявшись на локтях, я смог увидеть в пару метрах от себя большой книжный шкаф, а напротив него письменный стол, на котором что-то стояло, накрытое полотенцем. Дольше минуты я не мог находиться в этой позе, слабость накрывало мое тело, словно пуховое одеяло, потому мне пришлось вернуться в исходное положение, обратно в кровать. На ощупь, постель показалась мне мягкой и чистой. От нее исходил приятный аромат морозной свежести, что не могло не радовать. Еще, я мог заметить, что помещение было полностью сотворено из дерева. Меня это очень удивило, ведь в основном дома на Парадизе были из камня, а здесь я не нашел ни единого предмета, что могло состоять из камня. Значило ли это, что-то? Неожиданно из мыслей меня вывел негромкий девичий голос. — О, уже очнулись, как ваша голова? Болит? — заботливым голосом произнесла юная русоволосая дева, подойдя ко мне. Мягко приземлившись на край кровати она устремила свой изучающий взгляд на меня. Ее большие зелёные глаза выражали беспокойство и доброжелательность. На вид ей было лет 16, не больше. Сначала я решил, что она подобие ангела, сошедшего с небес, но ее довольно-таки странная одежда вызывала у меня чувство настороженности и мне пришлось откинуть эту мысль на задний план. Я ведь точно не знаю как на самом деле выглядят ангелы, только по поверьям и догадкам. Но вот ее неопрятный вид заставлял меня думать, что она скорее падший ангел, т.е. демон. Ее мятая красная клетчатая рубашка была навыпуск и частично покрывала темные штаны из непонятной для меня ткани, ноги были босые. На ногах ее указательный и средний пальцы малость напоминали мне морской коралл, из-за того, что эти пальчики на обоих ногах были не до конца разделены. Эта мысль меня позабавила, но на лице не отразилась. Дева, увидев, что мой взгляд устремился на ее ноги, тут же спрятала ступни под свисающую простыню, а на ее пухлых щечках едва показался румянец. Она, неловко краснея, убрала прядь выбивающихся русых волос за ухо. — Не стоит на них смотреть...– смущенно произнесла она, глядя куда-то в пол, после этого тихо добавив — Пожалуйста.. Ее смущение заставило меня самодовольно хмыкнуть и приподнять уголок губ. На самом деле, мне была интересная ее особенность, это было с одной стороны и противно, но и не менее мило...? И все же, то что у меня творилось в голове, ей было не обязательно знать. По крайней мере до определенного времени. — Мне плевать на твои ноги, так что можешь успокоиться — я вновь прикрыл глаза, но успел уловить ее мимолетную улыбку. Мысленно отвечая на ее вышепоставленный вопрос, я понял, что голова у меня все еще болит и довольно сильно. Также небольшая боль была в боку. Помниться, там как раз и была та самая рана, от боли которой я по всей видимости и потерял сознание. Но, что было потом? Как я оказался здесь? И кто вообще эта странная девчонка, что так беспокоиться о проблеме своих ног? Во всяком случае, если и стесняется так почему не скрывает её? Было много вопросов, но самый главный был из них это…жив ли я?