Алые Звезды - Scarlet Star

Буква Н Зловещий смех содрогавший саму суть сознания и материи, впился в уши (Представьте) всех обджектов. — Как же долго я ждал этого момента. Наконец-то, вот мы и встретились Краткий. Сколько лет сколько зим... Сказать что обджекты были в ахуе от происходящего, означало ничего не сказать. Многие из них не до конца понимали на кого они смотрят, но пугающий, демонический ореол вокруг него чувствовали все кто был на это способен. Краткий хмыкнул. — Ты ? — Конечно же я, а кто ещё олух! — Заключённый... 666? — В оцепенении вопрошал Кнайф. — Ого! Вы только посмотрите кого я вижу! Н обвёл взглядом всех обжектов которые испуганно глядели на него. — Это же наши низшие обжекты. Совсем скоро я сотру вас всех с лица земли нахер! — Воскликнул он, прежде чем разразился демоническим смехом. — Что за ? — Недоумевала Брялок. — Нифига се, это ещё кто ? — Спросила Пшика. — О нет... — Схватился за голову Замазыч. — Так вот какого твоё настоящее обличие 666 — С неприязнью сказал Краткий. — Ах! Перестань называть меня так! Меня заебала эта тупая кличка! Мне больше нравится... Повелитель вселенной! Да! Называйте меня только так рабы! — Я не буду называть тебя так, никто не будет называть тебя так ты заслужил этого грязный преступник. Столько лет... Сколько веков... Мы пытались уничтожить тебя... Но ты всё время оказывал нам сопротивление! — Да... Да.. Да... — И вот наконец-то я сильнейший хост смогу сразиться с тобой единолично Я убью тебя! Н разразился заливным смехом. — Какой же ты идиот, никто никогда не смог победить меня даже сильнейшие хосты... Никто не смог. И ты думаешь что у тебя получиться. АХАХАХ!!! Не смеши меня!!! — Это мы ещё посмотрим! — Значит хочешь драться ? — Давно... — Вот ублюдок... Ну ладно. Сразись со мной, а я с удовольствием разбросаю твои гнилые внутренности по всему острову!!! — Я люблю на ужин жаренных Н!!! — Называешься сука!!! — Сам нарвался!!! Краткий достал палочку и взмыл в небо, заняв свою позицию напротив него. Н тоже был готов. Два сильнейших хоста были готовы позвенеть своими палками и сойтись в долгожданной легендарной битве в которой победит сильнейший. (Музыка Мегалования) Вскоре небо заискрило от магических узоров творимых двумя сильнейшими буквами. Визг от заклинаний проносящихся по небу навстречу друг другу, поднял на уши всю поляну. Два хоста ловко уворачивались от взаимных магических атак, не упуская момента посылать новые. Тем временем все обжекты с ужасом глядели на происходящий в небе пиздец, не до конца понимая, что от этой битвы зависит судьба всего мира и их самих включительно. — Да что за чертовщина тут творится!? — Восклицала Брялок. От ужаса, Бутылыч прикрыл глаза, глядя на дуэль двух букв сквозь пальцы — Божечки... Это ужасно... — Это что конец света? — Вопрошала Стёрка. — О нет... Кажется нужно бежать Сока! — С монотонным волнением проговорила Чарджери. Чарджери и Сока спаслись бегством, скрывшись подальше от всего безумия. — Нифига тут махач буквачелов! — Изумлённо протянула Пшика похрустывая попкорном и глядя на эпичное световое шоу в небе сотворённое поединком Краткого и Н, сквозь красно-синюю призму 3D-очков. — Кнайф... Кнайф ? — Испуганно проронил Замазыч, подбегая к Кнайфу застав его возле обессиленной Лампчки. — Ламп! Ламп! Ты жива?! — Во всё горло восклицал беспокойный Кнайф, тряся вольфрамовую за плечи — Скажи хоть что-нибудь!!! Замазыч видел как ярость и обида на лице Кнайфа медленно уступали место растущему отчаянию. Его руки всё ещё крепко держали тело Лампчки, хотя его силы иссякли на бессмысленных призывах к ней. Он никогда не видел этого бандита таким подавленным, тем более из-за другого обджекта. Ему казалось, не будь его самого здесь, Кнайф бы уже ударился в безудержный плач, утопив Лампчку в слезах горького отчаяния. Корректор взял глубокий вздох, словно чувствуя тоже самое что и Кнайф, а может даже и больше(Кнш одним говном дышали и срали) Корректор сжал руки в кулак. Ведь он чувствовал не только грусть от возможной утраты Лампчки. Капля вины прокралась в него, намочив и спутав нити его души в бесформенный клубок смятения. Его снедали навязчивые мысли о том, что и он каким-то образом виноват, в том что он сейчас видит, о том что он упустил что-то важное и позволил случиться всему этому кошмару. Он подошёл к Кнайфу, тот прикрыв глаза, нагнулся над Лампчкой, переживая глубокую боль утраты. Замазыч положил руку на плечо Кнайфа, тут-же поймав его взгляд изподлобья казавшийся ему недружелюбным. В его молчаливом взоре было непонятно против ли он присутствия Замазыча или нет, а может быть ему было всё равно... Между его телом и Лампчки, раздалось полусонное женское сопение. В холодном теле Лампчки вспыхнула искра знакого и приятного тепла, красноречиво говорившем о ещё присутсвовавшей в ней жизни. На минутку Казавшаяся мёртвой Лампчка приоткрыла глаза, щурым взглядом обводя Кнайфа. — Кнайфик... Это ты ? — Проронила она, её рука обессиленно легла на теплое лицо деревянного, словно Лампчка не была уверенной в своих глазах. Взгляд Кнайфа метнулся к пришедшей в себя подруге. В его точечных глазах вспыхнул огонёк глупой радости. — Ты жива!!! Воскликнул Кнайф и заключил Лампчку в крепкие объятия. Стеклянная смотрела в пустоту простиравшуюся за плечом Кнайфа, сложив руки на его груди. Она смаковала каждый момент её жизни, словно переродившейся в объятиях её деревянного друга. — Как же я рад что ты жива Ламп!!! — Кнайфик. Я тоже рада что ты живой!... — Ослабевшим, но в той же мере наполненным радостью голосом ответила она. Впервые за весь сюжет Лампочка выглядела совершенно нормальной, а её опухоль полностью ушла, уступив место нормальному синему оттенку её головы (Хз какой там оттенок, я не цветовой психопат) Тут то Кнайф понял, кто был виноват во всём этом и кто заставил испытать Лампочку всё это. В этом был повинен Н - мерзкий злодей, майонезный ушлёпок, который мучил Лампчку долгое время и заставлял Кнайфа нервничать из-за неё. — Лампочка... — Кнайф наклонился, его рука легла на лоб подруги, отчего та слегка вздрогнула, аккуратно поглаживая его — Твоя опухоль... Она прошла... — Нежно прошептал он. — Правда ? — Встрепенулась Лампчка, не до конца воспринимая своё долгожданное исцеление. — Ты вылечилась — Чуть громче произнёс он. Вольфрамовая минуту обдумывала его слова. Ей в самом деле стало лучше. С души словно свалился огромный камень и теперь она чувствовала себя как Шуруповёрт в небе. Осознавая это, Лампчка хихикнула, слегка ёрзая в объятиях Кнайфа — Как же это классно. Теперь мне гораздо лучше! Кнайф всё никак не мог нарадоваться исцелению своей подруги. Он никогда не ценил это как сегодня. Он чувствовал приятный трепет в груди от того, что первым увиденным его подругой было лицо Кнайфа и ощущение его твердого тела обнимающего её. Лампчка такая хрупкая, нежная, прямо под ним и не отрывает взгляда от его глаз, видя в нём героя. Ему хотелось переживать этот момент хоть всю вечность Лампчка всё никак не могла нарадоваться своему долгожданному освобождению. Мир для неё снова зацвёл красками. Наконец она могла созерцать хоть что-то кроме своих кошмарных трипов и нескончаемых страданий. Она никогда не ценила это как сегодня. Она чувствовала приятный трепет в груди от того, что первым увиденным ей, был Кнайф. Сильный, твердый, нависавший прямо над неё и не отрывавший взгляда от её глаз, видевший в ней принцессу которую наконец-то спасли от дракона. Ей хотелось переживать этот момент хоть всю жизнь. Но как заканчивается любой косяк травки, этот мимолётный момент нежности подошёл к концу(Ставьте лайк кто блеванул от слащавости, а то я блевану на вас). Их отвлёк Замазыч прочистивший горло. — Это конечно всё здорово но я умаю оставаться здесь сейчас не безопасно! Кнайф оторвал взгляд от подруги и кивнул Мазамычу — Точно. 666 или быть точнее Н... Лампочка подняла взгляд в небо ставшее полем битвы двух хостов. Поединок набирал обороты, угрожая разорвать небосвод на осколки своей брутальностью. Сражающиеся симболары не давали друг другу ни миллисекунды покоя. — Сдохни! Сдохни! Сдохни!!! — Восклицал Н, спамящий атаками Краткого. — Не дождёшься по(д)лина!!! — Отвечала 11-ая буква алфавита, доджившая все его словесные и магические атаки. Зрелищность и сложность заклинаний возрастала с каждой атакой. Многосложные узоры, древние символы знаменовавшие текст заклинания, сцены развёртывания магических атак состоявшие из десятка этапов, всё это представало любопытствующим взорам обджектов. Они усложняли свои атаки быстрее, чем США и СССР в холодной войне. Проделав очередной пируэт в небе, Краткий сделал один отлёт назад и вскинул палочку, нашёптывая что-то про себя. Заметив это, Н вопросительно склонил голову набок. — Что ты там бормочешь, жвачка за 12 тенге!? — Проголосил Н, посылая в его адрес фиолетовый луч, связанный из трёх лент, словно схема ДНК. — Не твоё дело... — Буркнул в ответ Краткий, отлетев в сторону. — Чё, тебя с киоска не слышно! — Расхохотался Н. Но смех его был недолгим. Выделив в своём плотном графике битвы, несколько свободных секунд, он скастовал наиболее мощное и монструозное заклинание заткнувшее Н одной своей анимацией атаки. Багровая восьмиконечная звезда вышедшая из навершия его палочки, вскоре расползлась на половину неба. Каждая из его восьми концов замерцала. Словно перепонки между ними натянулось кольцо. Всё это выглядело зрелищно. Пока до обджектов не дошла мысль о его смертоносной сущности. Произошла же эта мысль, от следующей сцены. От вершин концов на землю упали плотные алые лучи испепелявшие всё на своём пути, что несомненно повергло обджектов в ужас. Но и сама звезда не стояла на месте, а пустилась в головокружительный вальс, описывая завитые пируэты по небу, не прекращая сеять огонь и пепел. Н хмыкнул, оценив магический гений Краткого и отодвинулся в сторону. Обджекты же начали вопить от ужаса и бегать по сторонам, не желая становиться жертвами звездного танца смерти. — Мы всё умрём! мы всё умрём! — Сквозь полотно безумного вопля, восклицала Стёрка — Стёрка стой подожди! — Окликнул, бегущий за ней Замазыч Он торопился, бегая за паникующей Стеркой, чтобы остановить и успокоить её. В это время Бутылыч спрятался в кустах, с большим желанием провалиться под землю от страха. Съезжившись от страха, он повторял про себя — Нет нет нет! — Народ глядите тут самое интересное начинается! — Невозмутимо сказала Пшика, хрумкая попкорн. Но недолго музыка играла, недолго фраер попкорн жрал и один из шальных лучей спалил его лакомство. — Ой... — Выдавила из себя Пшика, осознавшая, что тень смертельной опасности догнала её как военкомат — Кажись... Пора тикать Обжекты кричали и бегали в панике сломив голову. Их беспокойные головы освещали яркие узоры магических атак хостов устроивших даммаку-поединок. Сегодняшний день был самым весёлым в жизни этой поляны. Брялка окинула взором паникующую братию и нахмурилась. — Прекратите разводить панику — Окликнула она, заставив их остановиться и уставиться на неё — А ну сейчас же перестаньте болваны!!! — Вот же черт — Одумался Кнайф — Лампчка, нам нужно бежать куда-нибудь! С этими словами Кнайф взял Лампчку за руку и побежал куда-то в лес. В тоже время Брялка и Замазыч взяли на себя ответственность, успокаивать остальных, точнее пытаться это делать — Ребята успокоитесь...Сейчас нельзя паниковать! — Увещевал Замазыч, взывая к обджектам. — Правильно а иначе мы точно всё здесь сдохнем! — Буркнула Брялок. Чуть ранее... Где-тодалеко в лесу, за колючими кустами ежевики, сидела Чашка. Она уже битый час заливалась плачем, пока Нансенсу левитировала рядом с салфеткой, вытирая подруге лицо, за отсутствием рук у оной. — Всё ещё не хочешь извиниться перед друзьями ? — Спросила чёрная. Чашка перевела на неё взгляд. В её заплаканных глазах мелькнул огонёк прежнего упрямства. — Нет, и не подумаю! — Строго отрезала она, резко отвернувшись от подруги. — Ладно... Нансенсу взяла глубокий вздох и присела рядом — Полагаю ты очень сильно на них обиженна ? — Да! — Вот как... В небе мирно пролетала птичка, которую через секунду сожрал пикировавший птеродактиль, вскоре после этого улетевший возвояси. Наблюдая за этим, Нансенсу украдкой бросила взгляд на подругу. — А тебе не кажется что ты поступаешь немного эгоистично ? — Осторожно спросила тучка. — Что это значит ? — Встрепенулась фарфоровая — Я ? Эгоистично ? Она нахмурилась. — Как будто бы они так не поступили! — Вновь после словесного выпада, она отвернулась от подруги, зарывшись в себя. Нансенсу задумчиво развела руками — Возможно, В любом случае не мне решать... Фарфоровая уже не слушала её, бормоча о своём... — Почему, почему, почему ? — Как заведённая повторяла она — Куросан. Он же был таким милым и дружелюбным обжектом. Но в последнее время он стал каким-то алчным и эгоистичным. Мы же так хорошо дружили... — Знаешь... Всё мы когда то меняемся... — Протянула Нансенсу, глядя вдаль — Как и ты... Эти слова вырвали Чашку из её собственных мыслей. Она подняла взор на Нансенсу — К чему ты это ? — Ты тоже очень сильно изменилась... — Да ? — Как и я... Возможно в будущем произойти нечто, что полностью изменит меня, но никто не знает когда это будет, в том числе и мы с тобой. — Нанс... — Удивлённо протянула Чашечка, но подруга не дала ей договорить — Не думала ли ты когда-нибудь о том что прошлая ты, это совсем другой обжект. Это уже не ты которая есть сейчас. Каждый день мы меняемся и каждая встреча сулит нам встречу с совершенно новым обджектом. Тогда, где же настоящая Чашечка ? Спросишь ты. Она перевела взор на оцепеневшую Чашечку. — Если минуту назад ты была другой Чашкой, а сейчас здесь сидит совсем другая ты... — Где же тогда настоящая ты ? С той ли "Я" ты сейчас разговариваешь ? Эта ли Чашечка сейчас сидит передо мной ? — Просто хочу донести мысль. Ты можешь стать такой, какой всегда боялась стать... — Не думаешь ли ты, почему всё стали относится к тебе так. Может потому что ты изменила. Раньше ты была одной, а сейчас ты совсем другая, и относятся к тебе теперь иначе, не так как раньше — Да, наверное... — Комок застрял в горле фарфоровой, она не знала что и сказать. — Поэтому, не делай поспешных выводов. Ты Чашка, а я Нансенсу. Мы совсем разные обжекты, мы меняемся по разному и не... — Так! Стоп! Хватит! — Буркнула Чашка, отстранившись от Нансенсу — Я поняла тебя... Прошу, просто оставь меня в покое, хорошо ? Нансенсу смолкла. Обведя молчаливым взглядом Чашечку, она кивнула ей и не проронив ни слова улетела. Чашка провожала её. недоумевающим взглядом. — Странная... — Процедила она сквозь зубы. Она откинулась на спину, подняв взгляд в небо изрезанное ветвистыми кронами деревьев. — Эх, интересно, где сейчас Курик... Чашка погрузилась в свои мысли и воспоминания. Приятные мгновения с Курасаном проматывались в её голове как кинолента. Каждое его слово, улыбка, прикосновения. От воспоминаний о былых деньках ей становилось ещё грустнее. Но в тоже время в сердце разгоралось новое странное смешанное чувство. С одной стороны Словно ей хотелось вновь пережить всё яркие моменты с Курасаном, почувствовать тепло от его присутствия. Но с другой стороны она была очень зла на него и что-то ей подсказывало, что этот чорт заслужил быть исключенным. Погрузившись в мысли Чашка сама не заметила как заснула. Но у жизни были свои планы на этих обджектеальных сучек и тут же издаля донёсся оглушительный грохот, сотрясавший землю, а небо и земля приняли багровую окраску. Чашка в мгновения пробудилась и вскочив, как от кошмарного сна, она резвым взглядом осмотрелась. Вдали раздавался пронзительный свист рассекавший саму суть звука. Многоцветные магические узоры вылетали из-за крон деревьев и порхали по небу навстречу друг другу. Чашка догадалась, что вся эта вакханалия доносилась со стороны поляны, но не до конца понимала, что там вообщепроисходит, а потому решила не возвращаться на поляну к остальным, и уйти куда-нибудь от греха подальше. Но выйдя из кустов и оглянувшись по сторонам, она встретилась взглядом с стаей непонятных существ которые выходили из леса и кажется шли или же ползли в сторону Чашки. Идущая к ней свора состояла обезображеных до крайней степени обжектов имевших множество ран, порезов и садин сочащихся кровью, гноем и опарышами. Кто-то из них бодро передвигался на своих, булькающих кровью и слизью, двух, кто-то хромал, а наиболее невезучим оставалось ходить на четвереньках или вовсе ползком, оставляя за собой кроваво-шафрановые полосы. От всего этого ужасного зрелища у Чашки сердце чуть не ушло в подкосившиеся ноги, ей хотелось оцепенеть на месте и заплакать от ужаса. Но осознав опасность ситуации, она взяла ноги в руки и пустилась в бегство, стремясь убежать как можно быстрее от этой мерзкой пиздобратии. Она обежала чуть ли не весь небольшой остров на котором они жили и поняла, что непонятное бедствие охватило его всего. Везде сновали эти обезображенные чудовища, а глаза рябило от давящего вишнёвого окраса того, что когда-то было приятным зелёным. Чашка поняла что от этой чертовщины ей не убежать. Сердце забилось от ужаса. Больше всего ей захотелось покоя и безопасности в кругу своих друзей. Но когда ей мысли дошли до слова "друзей", она одёрнула себя и помотала головой. Нет, они ей больше не друзья и она никогда к ним не вернётся. Как бы сильно они в ней не нуждались. Она вычеркнула их из своей жизни. Чашка остановилась в чаще леса, дабы взять минуту на передышку, пока её беглый взгляд искал какое-нибудь надёжное место, чтобы спрятаться и переждать всё это безумие... В одиночку. Обратно чуть ранее Обжекты в панике бежали в поисках безопасного места. Всё вокруг было пульсирующего кровавого-красного цвета а от рек несло терпким железистым запахом от крови текшей в них как по венам и артериям. Складывалась картина какого-то организма вывернутого наизнанку. В это же время, повсюду взоры обджектов встречали странные алые цветы. Их оттенок был ярче, чем у травы и более того они испускали пульсирующее мерцание. Это сделало их единственным светилом в этом новом пугающем окружении, но от этого обджектам спокойнее не становилось. То что раньше успокаивало и радовало глаз, казалось стало проводником в кошмарный мир сотканный Н. Солнце потухло, оставшись черной дырой на кармазинном небосклоне. Вокруг голосил жуткий полифонический хохот раздававшийся издалека и в тоже время под ухом. Все эти ноты страха переплетались между собой на нотном стане, образуя на выходе композицию абсолютного ужаса, беспросветного, неизбывного, безысходного. Как и людям лишенным музыкального слуха тяжело прочувствовать глубину симфонической музыки, так и обджектам с трудом давалось понимание всей катастрофичности их ситуации, может быть и к счастью для них. — О Суши-Боже как же жутко... — Протянула Стёрка — И темно... — Добавил Бутылыч. — Как-будто попал в какой-то фильм ужасов... — Заключила Пшика. — Действительно... Я не узнаю наш остров... — В ужасе оглядываясь, произнёс Мазамыч — Всё стало таким странным... — Так, а куда мы идём то ? — Спросила Стёрка. — Без понятия, тут темно и нечего не видно — Развёл руками Замазыч. Бутылыч призадумался — Хм... Брялка... Ты ведь хорошо видишь в темноте... — Да-а-а... — Можешь сказать где мы? — Хм-м-м, кажется мы где-то неподалёку от места где проводятся исключения... Кнайфа оценило — Эй у меня кажется есть идея где мы можем спрятаться! — Ну валяй. — Где-то неподалёку есть небольшая равнина там стоит дом Ёшки... Думаю там можно спрятаться... — О! Я тоже там была! — Оживился звонкий голосок Лампчки. — Точно, там наверняка должен быть Ёшка! — Брякнула Брялка — Он нам поможет, вперед! Брялка обернулась в сторону Кнайфа. — Кнайф веди нас! Всё обжекты быстро последовали за Кнайфом и Брялкой. Дорога до дома Ёшки лежала через густой лес, пару речек и холмистых переходов и казалась длинной и жуткой. Обджекты старались не отходить друг от друга, чуствуя себя в относительном покое под незримым куполом безопасности который они сами сделали для себя. Вскоре они пришли. Выйдя на небольшую равнину, они оглянулись на кровавую Луну восседавшую на червлённом покрывале искаженной ночи. Оглянувшись Кнайф заприметил дом Ёшки стоящий где-то неподалёку среди садовых кустов. Отправившийся туда Бутылыч заметил как что-то промелькнуло на переферии. Он взял резкий оборот, но его взгляд не успел ничего поймать. Подумав, что ему просто показалось он обернулся к своим друзьям и продолжил идти. Вот и всё, обжекты уже стояли у двери сиреневой буквы. Кнайф вышел вперёд и, собрав силы в кулак, постучался. Но никто не открыл ему дверь. — Что — Возмутилась Брялок — Его нет дома!? Как нам теперь быть??? — Он наверняка пошёл за Кратким... — Дрожащим голосом проговорил Бутылыч. — Нам что теперь обратно тащится?! — Э-э-э, а может подождём его тут ? — Предложила Пшика — Может придёт... Брялка вскипятилась от столь опрометчивого предложения Пшики и была готова пукнуть от злости. — Ждать ? Тут ? Мы не можем здесь просто стоять! На нас в любой момент может напасть какая-нибудь трёх метровая тварь и сожрать с потрохами!!! — Спокойно Брялка... Если кто нибудь нападёт то мы можем защититься... — Пытался её успокоить Мазамыч. — Чем?! — Э-э-э, ну... — Замялся Замазыч, не зная что предложить. — Мы можем сделать оружие из подручных материалов! — Добавила Стёрка. — Где мы их возьмём ?! — Значит будем бежать! — Предложила Лампи. — Да, бежать, так даже веселее! — Воскликнула Пшика. — Вам бы лишь бы повеселиться — Негодовала Брялок — Как вы можете веселится в такой момент!? — Брялочек успокойся! — Пытался её успокоить Бутылыч. Вдруг как в сказке скрипнула дверь, открыв обджектам взор в кромешный мрак зиявший в дверном проёме. Из закутков тьмы вылезла огромная рука и схватила Брялку, затянув её в дом. Следом за ним захлопнулась дверь. — Брялка!? — Вскрикнул Бутылыч. — Эй, че за хрень ? — Вспылил Кнайф. Кнайф начал агрессивно стучать в дверь. Но ему долго стараться не пришлось, вскоре все обжекты как по мановению палочки, телепортировались внутрь самого дома. — Че за... — Не переставал удивляться Кнайф. — Что происходит ? — Вопрошал Замазыч. — Где мы ? — Оглядывалась Стёрка. — Как темно... — Протирал глаза Бутылыч. — Кто нибудь включите свет ни че не видно! — Возмущалась Брялок, шагая сквозь темноту. — Как пожелаешь! — Воскликнула Лампчка. Стеклянная загорелась, но её свет не охватывал и десятой части дома. Лишь, что называется, светя себе под нос. Теперь тусклый голубой свет контрастировавший с окружавшим их лунным багрянцем, немного выхватывал из темноты лица обджектов. — Ого... Не знал что ты можешь светиться — Глупо улыбнулся Кнайф. — А как же, я же Лампочка! — Сказала Лампчка. — Нет я лучше поищу что нибудь другое — Помотала головой Брялок. Пока лидер Цветущего Мая бродила в полутёмках, в поисках источника света. Неожиданно перед лицом Брялки и Бутылыча зажглась свеча которая буквально освещала чью-то физиономию. Бутылка вскрикнул от неожиданности и отскочил, чуть не столкнув Брялку. Он начал истошно вопить, тряся Брялка. — Блин, Бутылыч!! — Там... — Он испуганно показывал пальцем в сторону света. Внезапно в помещение включился свет от чего все обжекты единовременно закричали от испуга, чуть не разбежавшись по сторонам. В тоже время из-за тёмных кулис кровавой ночи всплыла фигура... — Ёшка ? — Удивился Бутылыч — Ёшка ? — Добавила Рубери. — Да это я — Ответил им фиолетовый, поправляя настольную лампу — извините что напугал вас... — Фух... Какое облегчение... — Протянул Бутылыч, смахивая пот со лба. — Что за шутки? Зачем надо было так пугать? — Возмущалась Брялок. — Снаружи творится что-то странное и я немного испугался. Я не знал что это были вы, но я узнал вас по голосу... — Ясно... А мы к тебе за помощью пришли... — Сказал Корректор, оглядываясь в уже освещённом помещении. — Да кстати, мы думали что быть может ты знаешь о том что сейчас происходит снаружи ? — Добавила Брялок. — А ещё мы подумали, что это будет отличным местом чтобы переждать непогоду! — Проголосила Лампчка. — Нифига себе непогода — Удивилась Пшика. Ёшка перевёл взгляд на Лампчку, в предыдущий раз он видел её не в лучшем состоянии. — Ого Лампочка тебе уже лучше ? — Да, мне лучше как никогда! Кнайф глупо прохихикал — Хе-хе, нам удалось её вылечить — Как же здорово! Тем временем там Чашка всё бежала по острову в поисках места которое она могла бы счесть безопасным. Но нигде она не находила покоя, всюду её привечали ужасные существа сотканные из самых больных фантазий. Раздавались потусторонние, но такие опасно близкие голоса. Жуткий полифонический хохот высмеивал саму суть её безграничного и всеохватного страха, словно маньяк богохульно заливавшийся смехом над трупом своей жертвы. Когтистые лапы абсолютного ужаса тянущиеся из теневой завесы, были готовы схватить Чашку, проглотив и потушив огонёк её души. Почувствовав что её жизнь находится внутри чей-то лапы, готовой захлопнуться, фарфоровая взяла все силы в кулак, в панике принявшись мчаться на всех парах. Весь мир превратился в неясную дымку, лишь она сама имела значение для неё. Не видя ничего дальше своего носа(Представьте), она почувствовала как что-то подвернулось ей под ногу. Сваленное бревно перевернуло Чашку и заставило её упасть. Но за бревном простиралась помойная яма служившая кладбищем мусора и отходов, куда не посчастливилось угодить Чахе. — Ч-черт, где я ? — Обессиленно выдавила она себя, чувствуя боль в ноге — Как же больно... Попытавшись встать, Чашка прошипела от боли и свалилась оземь. Её ушибленная нога разболелась с новой силой. Оглянувшись она поняла, что находится в яме с мусором. Трудно сказать какой пункт из трёх ей казался самым страшным: потенциально травмированная нога, пребывание в натуральном мусоре или сходка лавкрафтианских чуваков наверху. — Нет... Только не это! — Слёзы начинали наворачиваться на её фарфоровом лице — Какой ужас... Фу... Блин. Почему ? За что ? Чашке было очень противно и мерзко находится в этом месте. Она и это не должны были соприкасаться. Собрав силы в отсутствующие кулаки, она решила как можно быстрее выбраться отсюда. Яма была довольно глубокой и имела крутой склон, оттого все попытки Чахи взобраться наверх были тщетны. Вся боль ситуации состояла в отсутствии рук или конечностей их заменяющих, отчего Чашки не за что было зацепиться, не говоря уже о том чтобы выбраться отсюда. Потратив все силы на однообразные бесполезные попытки мусорного альпинизма, она свалилась спиной на самое дно ямы. Кровавый багрянец неба встречался с усталым взглядом фарфоровой. По щеке Чашки стекла слеза отчаяния. Чашка поняла, что все усилия напрасны и что она не сможет выбраться от сюда самостоятельно Она долго думала о разных способах покинуть эту яму. Но тщательный перебор идей привёл её к самой страшной мысли. Ей нужна помощь... Друзей — Не может быть... Только не это... Почему ? Она перевернулась набок. — Я не могу выбраться отсюда... Если бы Нансену сейчас была рядом... Неужели мне придётся сидеть здесь до тех пор пока кто-нибудь не придёт суда... Она судорожно приняла сидячее положение. — Нет... Сюда никто не придёт... Я слишком далеко... Они вряд ли найдут меня... Да почему всё так!!! Чашка со всей силой пнула ногой мусор лежащий рядом с ней. — Нансену!!! — Воскликнула она Прошу помоги мне!!! Ответа ожидаемо нет, но эмоции Чашки не поддавались здравому анализу. Лишь отчаяние было властелином её души. — Замазыч. Стёрка. Кто-нибудь!!! Отчаяние было безгранично и от осознания того на сколько она была глупой, безответственной и эгоистичной. Чашка начала плакать и безответно просить о помощи её друзей, которых она когда-то возненавидела. Но отчаяние желание видеть их вошло в конфликт с застаревшей обидой. — Бесполезно... Они уже не придут ко мне. Я сказала что не хочу их больше видить. Я навсегда останусь тут... Неизвестно сколько времени прошло. Казалось, что время само давно потеряло свой счет. Чашка начала чувствовать что отходит ко сну. Она была так близка к тому, чтобы уснуть посреди кошмарного светопреставления, но чьи-то знакомые голоса резко вырвали её из сна. Фарфоровая вскочила и нервно огляделась. Её слух(или шиза) не подвёл, до боли знакомый голос всё ещё был слышен. — Чашка! — К-кто здесь ? — Спросила она вслепую оглядываясь. — Это же я! Твой лучший друг Курасан! — Раздался голос спереди. Чашка взглянула вперёд и увидела Куросана сидящего на против неё, от чего Чашка испуганно вздрогнула. — К-курасан ? Ты ? Но, тебя же исключили — Да... Меня исключили — Тогда почему ты здесь ? Разве ты не должен был превратиться в неживую гнилую булочку ? С обиженным тоном говорила Чашка. — Так и есть! Но понимаешь, разве ты не рада тому что мы снова вместе? — Ты не настоящий Куросан! Чашка обиженно отвернулась от Куросана. Всё это выглядело крайне натурально. Голос, манера речи, тон, поведение, реакция всё это было очень похоже на него так-как если бы перед ней взаправда сидел тот самый ушлепок полный шоколадного говна. Но что-то в нём было не чисто. Хоть Чашка и не могла понять что конкретно, но она чувствовала что от него веет ложью. Не той которую он обычно втирал кентам, а той что словно злая аура исходила из самой сути этого существа столь похожего на её бывшего друга. Ведь друзья говорили ей, что Куросана исключили но почему тогда он здесь ? — Ненастоящий ? Кто тебе такое сказал? — Друзья! Они сказали что тебя больше нет! Что тут непонятного?! — Да ладно! — Ухмыльнулся он — Мало ли чего они сказали тебе... — Разве ты не хочешь обнять меня? — Он подступился к ней и распростёр руки — Мы же так давно не общались — Нет не хочу! Его взгляд помрачнел. Распростёртые руки неодобрительно скрестились на груди. — Вот как, а ты не думаешь что твои так называемые друзья могут солгать тебе ? — Что — Одёрнулась Чашка, взглянув на него — К чему ты это? — Быть может они специально соврали тебе чтобы намерено обидеть тебя — Он начал ходить вокруг да около — Они ведь знают что мы с тобой лучшие друзья и что моё исключение может сильно ранить тебя... — Что ? — Чашке не хотелось верить в это, но какая-то часть души начала сомневаться, её глаза заблестели от набегающих слёз — Ты так думаешь? — Конечно же! Ты же знаешь как они тебя ненавидят! Они видят в тебя отброса! — Куросан... — Сдавленно прошептала она перед тем как её терпение сдало. — Они всегда найдут повод поиздеваться над тобой ведь ты такая тихоня и ты нечего не сможешь сказать им против! Они будут пользоваться тобой до конца жизни!!! — Прекрати!!! Заткнись!!! — Закричала Чашка что есть сил — Ты не настоящий Куросан!!! Чашка начала плакать В какой-то мере Чашка почти поверила его словам но все-таки здравая часть её сознания кричала ей, что всё это ложь и её друзья всё же не настолько ужасны как ей говорит голос эмоций. — Ладно... Как хочешь... Можешь не верить... Но пойми... В каждой шутке есть доля правды... — Небрежно проронил Курасан, прежде чем развернуться и уйти, захлопнув за собой багровые кулисы искажённой ночи. После этих слов в глазах Чашки потемнело. Последние мгновения беспокойного сна улетучились в уродливом пении ночных обезображенных птиц. Она проснулась на своём месте. Курасана смыло пробуждением, но смутная тень его присутствия кажется сохранилась здесь вместе с более явным беспокойством. — Сон ? — Она легла на спину, раскинув ноги — Какой жуткий сон... Её взгляд уставился на полуночный свет кровавой Луны. — Как-будто бы Куросан мог так просто появиться здесь... Внезапно она услышала чьи-то знакомые множественные голоса сверху. Кажется там кто-то шёл и переговаривался, их явно было не меньше полдюжины. Чашка сразу же узнала голоса своих друзей и обрадовалась, после чего начала громко звать их на помощь. — Замазыч! Стёрка! Я здесь! Помогите мне! На секунду всё вокруг затихло. Чашка даже засомневалась в их реальном присутствии. Но вскоре из-за кромки показалась Стёрка которая наклонилась, чтобы посмотреть кто сидел в яме. — О! Чашка это ты! — Чашка — Стёрка это я! Прошу вытащите меня отсюда! Она повернулась, обратившись к незримым друзьям. — Эй. Замазыч смотри тут Чашка застряла как думаешь поможем ей ? — Думаю не стоит она всё равно была не очень то и полезной... — Сухо ответил он. — Что ? — Слышала мы не будем тебе помогать! — Передала ей ответ Стёрка. — Да! Мы не помогаем таким отбросам как ты! — Съехидничала Пшика. — Вы серьёзно ? подождите, нет! стойте! не уходите!!! — Думала мы будем помогать тебе? Ты правда думала что мы друзья ? — Заливалась мерзким хохотом Пшика — Какой наивный глупый обжект... — Мы не когда не были друзьями и не когда ими не будем... Мы просто всегда пользовались тобой нам было откровенно плевать на тебя ведь такие отбросы как ты и заслуживают такого отношения... — Верно! Мне тошно уже от одного твоего вида! Соплячка! Так и хочется тебя забулить!!! — Нет! Это же не правда ? Верно ? Вы же шутите да? — Серьёзно ? Ты ведь сама недавно сказала какие мы уроды и что не желала нас больше видеть, а теперь ты думаешь что мы шутим ? Да ты просто идиотка! — Действительно! И после этого мы будем дружить с такой дурой как ты! — Но... Но... Я... — Пошлите, этот отброс будет гнить в этой яме вечно! — Ахахах!!! Отброс! — Да! Отброс! — Нет! Нет! Нет! Не правда!!! Это всё не правда!!! Бесчисленные насмешки и оскорбления смешались в её голове. Она уже не понимала какие слова кому принадлежат, все голоса превратились для неё в безликий гул. Чашке хотелось провалиться под землю, исчезнуть, умереть лишь бы не слышать все эти слова лившиеся из уст тех кого она называла друзьями. От мерзкого смеха которыми заливались подобия её друзей, её голова разболелась. В глазах вновь потемнело и Чашка снова проснулась на том же месте. To be continied ➱