Любимые цвета Коли

У Руслана тоже есть любимые цвета. Он не любит говорить о них, да и вспоминать то, с чем они ассоциируются. Они просто есть. Но однажды Иркутск поинтересовался у Енисейского об этом. Они тогда стояли на балконе квартиры, была ночь, немного подвыпили, а Руслан курил сигарету. Дугар же смотрел на звёзды, которых и не было видно практически, зато луну хорошо, хотя скорее месяц, зато яркий. — Руслан, у тебя есть любимый цвет? — Дугар перевёл спокойный взгляд на друга, без интереса смотря на сигарету в его руках. — А? Цвет? — Руслан сначала не понял, к чем вопрос, но потом задумался, прикидывая все возможные варианты, и пришёл к выводу, что Иркутск хочет узнать о Красноярске ещё больше личных фактов, что ужасно обрадовало Енисейского. — Есть, даже два. — Какие? — Белый и синий, — с какой-то гордой улыбкой выдаёт Руслан. — И почему же именно они? — Дугар приподнимает уголки губ, смотря на него. — Ну… Белый напоминает мне… — Руслану приходиться задуматься, так как правду сказать не может. — Наркоту. А почему нет? Дугар смеётся от его слов, что вызывает смех и у Енисейского, который понимает, какой бред выдал. — Синий же, — продолжает Руслан, после того как смог успокоиться от смеха, — океан. Знаешь, такую глубину океана. Какого-нибудь Атлантического. Руслан не врёт. Он не стал бы врать Дугару, тот его друг, самый близкий, да чуть ли не единственный, с характером Енисейского-то. Руслан просто не договаривает. Не договаривает, что белый напоминает ему причудливые волосы Коли. Руслан заходит в комнату, где сейчас должны быть Томск и Ново-Николаевск, город появившийся не так уж давно. Енисейский открывает дверь и проходит внутрь, из широких окон в комнату попадает яркий дневной свет, освещая и присутствующих. Красноярск сразу обращает внимание на мальчика, что стоит рядом с Матвеем, что-то обсуждая. — Томск, — зовёт Руслан, подходя к ним ближе. Ново-Николаевск тут же поворачивается к нему и замирает, как заворожённый смотря на пришедшего, акцентируя внимание на ярко-красных волосах Енисейского. Матвей же спокойно улыбается, кивает и начинает говорить: — Руслан, рад, что пришёл. Знакомься, это Коля, — Матвей потрепал мальчика по волосам, а потом подошёл ближе к Руслану, сделав два шага к нему. — Коля значит, — с усмешкой говорит Енисейский, а потом обращается к Томску, будто Сибирякова тут не существует. — А чё у него у него волосы такие странные? Будто в краске. Коля слышит это, а слова задевают. Он опускает взгляд, закусывая нижнюю губу и неуверенно и расстроенно теребит край своей рубашки. Матвей замечает это и вздыхает, понимая, что мальчик чуть ли не плачет от обиды. Он слабо толкает Руслана локтем в бок. — Ай… — Красноярск закатывает глаза, а потом и сам замечает состояние Коли. Он опускается рядом с ним на корточки, смотрит в глаза, а потом аккуратно пальцами поправляет белые пряди, которые упали на лицо Ново-Николаевска. — Да ты чего? Чуть ли не ревёшь. Я же шучу, нравятся мне твои волосы, они делают тебя особенным. У меня вот просто красные, а у тебя передние пряди белые, как снег, а снег в Сибири одно из главных качеств. По тебе сразу можно сказать — сибиряк. Коля поднимает на него взгляд, слабо, но искренне улыбается и кивает. — Мне нужно уйти, так что побудь сейчас с Колей, — говорит Матвей, быстро и заботливо поправляет воротник рубашки Сибирякова, а потом покидает комнату. Руслан остаётся с Колей, а пока ждёт Матвея, садится на стул, то и дело бросая взгляд на Ново-Николаевск. Руслан любит белый. Руслан также не договаривает, что синий напоминает ему глаза Коли. Сибиряков признаётся в любви Руслану. Тот громко и весело смеётся над ним, говорит, что ненавидит Колю, а потом покидает кабинет, оставляя парня наедине со своими мыслями. — На что рассчитывал вообще? — усмехается Енисейский, а уже на улице догоняет Дугара, приобнимая его за плечи. — Меня малыш задержался, извиняй. Дугар лишь кивает ему. Он предлагает прогуляться, а Руслан с радостью соглашается. Ему нравится Иркутск, уже давно, пускай пока взаимности он не видит с его стороны, но всё впереди, да ведь? Пока они гуляют, Руслан невольно вспоминает глаза Коли. После смеха и отказа, его синие глаза стали такими потерянными и грустными. Руслан не знает почему, но понимает, что ему нравятся эти глаза, которые похожи на океан, такой глубокий и бездонный, куда так и хочется нырнуть. Енисейский всю прогулку с Дугаром думает об этих глазах, об этом расстроенном взгляде, а главное виноват в таком состоянии Коли именно Руслан. Его не отпускает чувство вины. Красноярск не понимает, что с ним не так. Он ведь ненавидит Колю, так почему не может выкинуть его из головы. Руслан решает задуматься, проанализировать всё это, а потом приходит к ужасному выводу. Коля ему нравится. Енисейский вспомнил все моменты, когда смотрел на Колю таким влюблённым взглядом или думал о нём слишком много и слишком часто, да и не с работой это было связано. Руслан всегда знал, что что-то чувствовал к этому пареньку, но не это же. Он всегда любил Дугара, но только сейчас понял, что давно охолодел к нему, когда тот поставил границы лишь друзей. Руслан боялся своих чувств, ему нужно было это всё обдумать ещё раз, хотя бы понять, что делать с этим. Руслан любит синий. Енисейский всё обдумал и решил, что делать. Он пришёл к Коле в офис. Сейчас хоть и ночь, но тот же всегда задерживается чуть ли не до утра, да и свет горел в окне. Руслан оставил свой мотоцикл на улице, рядом со входом, чтобы не идти далеко потом, а потом зашёл в здание. Он не стал заходить в кабинет Коли, лучше подождёт его здесь. Тут мимо прошел Матвей, лишь бросив какой-то недовольный взгляд на Енисейского, а потом ушёл, так ничего и не сказав. Руслан и внимания на это не обратил. Коля вышел из кабинета, спускаясь по лестнице, а Руслан улыбнулся, помахав ему рукой. Он увидел этот потерянный взгляд Сибирякова, который точно не понимал, что здесь делает Красноярск, да ещё и так поздно. — Малыш! — всё с той же улыбкой говорит Руслан, а Коля подходит к нему, неловко сжимая лямку рюкзака. — Ты бы так долго на работе не сидел, а то здоровье испортишь. Так вот, что я приехал то… — Енисейский приобнимает Колю за плечи, а в голове всплывает момент, что точно также он обнимал сегодня днём Дугара. — Идём, мне нужно поговорить с тобой. Руслан дожидаться ответа не стал, лишь повёл Сибирякова на улицу, а отпустил его уже, когда они оказались у мотоцикла первого. Руслан садится на транспорт, а сам смотрит на Колю, но молчит, говорить стало как-то трудно, да ещё и такие слова, да и после того, что было. — Это… — Красноярск делает глубокий вдох, запускает пальцы в волосы, да опускает взгляд. Слишком сложно. — Руслан, так что ты хотел? — наконец прерывает молчание Коля, сжимая лямку ещё сильнее. Он переживает, и это видно, а вид такого Сибирякова умиляет Енисейского и прибавляет уверенности. — Ты прости, что я утром так отреагировал, я поспешил, да и неправильно было это, — Руслан вновь смотрит в глаза Коли, такие синие и непонимающие происходящего сейчас. — Ты пойми меня, я же всегда считал, что ненавижу тебя, что мне нравится Дугар, но после твоего признания я всё проанализировал и понял, ты… Ты мне нравишься, малыш. Руслан смотрит на то, как Коля растерянно водит взглядом по его лицу, явно ища подвох, веря, что тот сейчас засмеётся, сказав, что пошутил, но нет, такого не происходит. Руслан лишь аккуратно, но уверенно хватает Сибирякова за воротник его белой водолазки, да притягивает к себе, целуя. Коля замирает, удивлённо смотрит, но всё же отвечает, хоть и боязно, не веря в происходящее, потому что, может, ему это всё кажется, может, заработался или уснул на рабочем месте, а во сне сейчас происходит это. Но Руслан реальный. Он отстраняется первым, отпускает воротник Коли, поправляя его, а потом усмехается и смотрит в глаза. — Прокатишься со мной? И Коля соглашается.