Двойственность

«…может быть, секс — просто предлог, чтобы глубже заглянуть в чужие глаза?»

❤️‍🔥

      — Не думал, что в современном мире стало престижным рекламировать трусы, — рычит альфа, рукавом вытирая кровь с уголка губ.       — Если бы знал, что ты будешь в этом журнале, то нахрен послал бы этот контракт, — Чонгук протирает костяшки о салфетку, подставка с которыми стоит на журнальном столике в их общей гримёрке.       — Да ты просто хочешь меня, вот и лезешь везде, куда бы меня ни пригласили, — Тэхён поправляет одежду и старается привести себя в порядок, чтобы никто не узнал об их недавней стычке.       — Я хоть не рекламировал гандоны, как ты, — на лице рисуется ухмылка, а внутренний зверь победно рычит, видя, как альфа напротив меняется в лице.       — Ты сейчас на что намекаешь, мелкий сученыш? — Тэхён в два шага преодолевает расстояние и ловко хватает Чонгука за джинсовую куртку, которая едва ли выполняет свою роль, больше оголяя, чем прикрывая идеальное тело.       — Может, на твою гейскую натуру? — Чонгук, не медля и секунды, пускает руку между их пышущих от злости тел и, схватив член, сжимает в руках чужое достоинство. — Если посмеешь ударить и сорвать мою фотосессию — домой пойдёшь без яичек.       — Какой смелый альфенок попался в мой капкан, — Тэхён перемещает руку на затылок и пускает пальцы в тёмные пряди, сжимая их между пальцев.       — Не смей называть меня альфенком! Я альфа в самом расцвете сил, и то, что я младше — не даёт тебе возможности упрекать меня в этом, — Чон пытается выбраться из цепких рук, которые всё больше прижимают его к стене.       — Младший альфенок обиделся. Только не смей плакать и звать мамочку, — нагло издевается Тэхён, понижая голос.       Чонгук сильнее сжимает член Кима, принося этим явную боль, и пусть он ничего не говорит, мимика его лица твердит об обратном.       — Если тебе так сильно мешают колокольчики, могу их запросто оторвать, — Чон, переместив обе руки на грудь Тэхёна, толкает того со всей силы, на что старший, пошатнувшись, отходит назад, приближаясь к креслу. — Ещё раз тронешь меня, и тебе не жить, — он, поправив джинсовку, выходит из гримёрки, не желая продолжать их пустую дискуссию.       — Мы еще посмотрим, маленький засранец, — Тэхён довольным сытым котом садится на своё место.       Ким понимает, что между ними не просто вражда, это больше, чем простая издёвка. Это адреналин. Это чувства, что зарыты глубоко внутри, и ни один из них не желает первым в этом признаться. Но когда за место тысячи слов говорят тела, нужно ли большее?

❤️‍🔥

      Спустя несколько часов модели вновь встречаются в общей гримерке. Словно сама судьба назло свела две параллели, которым вообще не суждено было пересечься однажды. Когда стилисты оставляют их наедине, Чонгук не может скрыть ухмылку.       — Ты своего ничего не можешь придумать, вечно копируешь меня. Ты бы хоть пресс накачал, прежде чем оголять своё пузо перед камерой для журнала ELLE, — Чон явно издевается над ним, хотя от такого вида Тэхёна внутри все загорается, как по щелчку пальцев.       — Во что меня одели, в том и вышел. Вижу, ты у нас переоделся в монашку, — Тэхён откидывается на кресло и закидывает ноги на журнальный столик, взглядом раздевая вредного зайчонка, одетого в белую водолазку и джинсовый комплект. На такой пристальный взгляд Чонгук лишь морщит нос. — Не стоит нервничать, куколка, иначе постареешь преждевременно, — альфа достаёт из кармана сигареты и, взяв одну, собирается закурить прямо в помещении.       — Только посмей закурить, и я выбью тебе острые клыки, потом вместо метки будешь зализывать омег, — Чонгук с силой сжимает руки в кулак, пристально смотря на Кима.       — Детка, ты мысленно раздеваешь меня? — Тэхён, встав с места, продолжает играть с зажигалкой. — Может, подойдёшь и воплотишь все грязные мыслишки в реальность? Я не против вставить тебе по самые гланды, хочу, чтобы ты подавился моим большим размером.       — Ой, ты преувеличиваешь, максимум, что у тебя в штанах — жалкие десять сантиметров, — Чонгук звонко смеётся, смотря на Тэхёна.       Их перепалки длятся на протяжении долгих лет, оба даже и не вспомнят, с чего всё началось. Вроде мир моды достаточно большой, и каждому найдется работа под открытым небом. Но не для Чона и Кима. Это как борьба титанов, хотя оба очень успешны и востребованы. Компании моделей не раз пытались свести их для одного журнала либо показа, но всё заканчивалось перепалкой с обеих сторон. В этот раз коварный план компаний сработал за счёт инкогнито и слаженной работы — ни один из альф не подозревал такого подвоха.       — Ты сейчас усомнился в моём альфьем достоинстве? — Тэхёна злит такое поведение и шуточки ниже пояса.       — Ой, какие мы ранимые, — Чонгук всё так же пристально смотрит на Кима, что подходит к нему и, нагло стоя перед ним, зажигает сигарету.       — Если хочешь проверить, какой размер скрыт у меня в штанах, так я могу запросто это устроить, — Тэхён выдыхает дым и делает ещё пару затяжек сигареты со вкусом кофе.       — Я ничего не хочу, просто сгинь с глаз моих, — Чонгук поворачивается к нему спиной, ведь терпкий запах американо забивает ноздри и ему становится не по себе. Но не успевает он отойти и на сантиметр, как крепкие руки ловко обвивают тонкую талию и прижимают к голому торсу. — Ты что творишь, пусти! — Чон начинает брыкаться.       — Не хочу! Ты меня заводишь и с ума сводишь, наглый оленёнок Бемби. Я хочу тебя, — Тэхён водит по шее и выдыхает в нее сигаретный дым, после языком облизывает выпуклые вены, — ты такой горячий.       Чонгук начинает прерывисто дышать, а стук его сердца эхом отдаёт в ушах. Он словно крольчонок, что попал в капкан к хищнику. Младший пытается вырваться из чужих объятий, но в то же время не желает отдаляться от таких правильных касаний.       — Пусти, не глупи, Ким. Мы оба альфы, — твердит Чон, хотя у самого голос дрожит от подступающего наслаждения.       — Твоё тело говорит об обратном, — Тэхён пускает руки под белую водолазку, нащупывая кубики пресса, и спускается ниже, обхватывая через брюки джинсов полувставший член. Это ли не доказательство того, что и Чонгуку приятны его касания. Какая к черту разница на пол, если тела реагируют друг на друга.       Чонгука злит реакция собственного тела, он же ненавидел Тэхёна или же это всего лишь была маскировка, что скрывала бушующие чувства в глубине души. Альфа хочет альфу. Это нормально? Это по закону природы? Хотя, если есть желание между двумя сердцами, то к чёрту все законы.       — Сука, прекрати, — рычит Чонгук, чувствуя, как член начинает твердеть в штанах от наглых касаний ладони.       — Не матерись, сладкий, — Ким шлёпает его по ягодицам, пока второй рукой сжимает левый бок. — Какая тонкая талия, куколка, она прямо создана для моих длинных пальцев, — он снова затягивает сигарету и дымом пускает в шею. — Смесь кофе и горького шоколада так дурманит разум, — влажный язык Тэхёна шекочет за ушком, и он, больше не сдерживая себя, сильнее сжимает тело Чонгука и подталкивает его лицом к стене, этим полностью обездвиживая и открывая себе вид на красивую задницу.       Тэхён быстро справляется с пуговицей джинсов альфы и чуть спускает их. Ким слегка отстраняется от него и смотрит на аппетитные половинки, которые прикрывают белые боксеры от Calvin Klein. Тэхён еле сдерживает рык — вот кто ему нужен. Этот запретный плод, что без боя не поддается его напору.       — Такой горячий, — альфа проводит рукой по вставшему члену и дразнит, не давая желанную ласку, — такой нетерпеливый.       — Не дразни! — его голос нуждающийся, и Чонгук делает поступательные движения, понимая, как его заводит этот альфа с запахом американо.       Тэхён, больше не томя, резко разворачивает его к себе лицом, потому что он и сам еле сдерживает своего зверя. Альфа поднимает белую водолазку, оголяя идеальный загорелый торс Чона, и начинает ласкать соски, перед этим проведя языком по губам.       Влажный язык по очереди играется с каждой бусинкой. Тэхён облизывает кубики пресса и, подняв взгляд, смотрит на чужое поплывшее лицо. Чонгук, пустив руки в черные пряди, направляет Кима обратно вниз. Когда руки альфы касаются резинки боксеров, пальцы Чона сильнее сжимают волосы, этим отрицая наличие безумного желания.       — Куколка, ты определись, — кимов язык мажет по члену поверх ткани, смачно целуя, — откинь двойственность на потом. У нашей задачи одно решение, грань между интимом и запретом торчит через ткань трусов, а именно — явное желание, — альфа приспускает белую ткань, этим освобождая член, и губами причмокивает головку, мажет по уретре, где выделяется смазка вкуса горького шоколада.       — Ах… — Чонгук не может сдержать стона, так же как и не может овладеть своими чувствами — это слишком интимно и так желанно. — Ты, кобелина, что делаешь со мной? — с губ слетают лишь глубокие вдохи и матершиные слова.       — Стонешь, как последняя шлюшка, а меня ещё кобелиной называешь? — Тэхён чуть сильнее сжимает яички, этим приводя партнёра в чувства.       — Дверь, она незаперта, — еле проговаривает Чон.       — Заводит, не так ли? Как же будет ахуенно, когда кто-то зайдёт и увидит, как я имею твою сладкую задницу, — альфа языком водит по всей длине от основания до самого конца, — сладкая шоколадка.       — Завали ебало, гомосятина, — Чонгук в наслаждении откидывает голову назад. Он весь напряжен, и по выпуклым венам на шее отчётливо видно, как Тэхён умело раскрывает потайные места тела альфы.       — Мы оба в этом, назад пути нет! — Кима совершенно не задевают эти слова, наоборот, заводят пуще прежнего.       Тэхён продолжает сосать член, умело берёт глубже, заставляя альфу дрожать, который и так еле стоит на ногах.       — Чёрт, ты дьявол! Такими темпами из меня всю душу высосешь, — Чон сильнее сжимает темные пряди и хочет оттолкнуть эту пиявку от себя. Вдруг кто-то зайдёт, а он стоит с приспущенными штанами, а Тэхён у его ног сосёт член. Картина не из самых лучших, но подобные мысли вызывают жар и заставляют внутри всё сжаться от поступающего адреналина в кровь. Риск есть и большой, альфа мечется среди диад мыслей, взвешивая каждую из них по отдельности, и в этом поединке побеждает горячий Тэхён. Полная победа над Чонгуком       — Молчи и принимай шикарный минет от самого Ким Тэхёна, — альфа, языком лизнув горько-сладкий привкус с головки, продолжает своё занятие.       Чонгука надолго не хватает, от таких сладких пыток он быстро отпускает своего зверя, кончая с дрожью и протяжным стоном на устах. Тэхён послушно всё сглатывает и, не удержавшись, языком слизывает капли пота, поднимаясь выше к расслабленному Чону, который, прикрыв глаза, наслаждается оргазмом.       — Вижу, куколке понравился ротик папочки, — Тэхён гладит его по плечам и откидывает джинсовую куртку на пол. Пока Чон не сопротивляется и витает в облаках, он ловко избавляется от водолазки, откидывая её куда подальше.       Прислонив альфу к стене, Ким отходит к трельяжу и, взяв крем для лица, возвращается к Чонгуку. Резко развернув Чона к себе спиной, он выдавил немного крема на пальцы и приставил их к горячему анусу.       — Ты что творишь? Я тебе не омега, убрал свои лапы от меня, — начинает брыкаться альфа в крепких руках. Чонгук по усилившемуся запаху понимает, что Тэхён возбуждён до предела и не факт, что он отпустит, при этом не овладев его телом.       — За тобой должочек, малыш. Как будешь расплачиваться, попкой или ротиком? — Тэхён, переместив руку на затылок, крепко приковывает его к стене, стараясь этим удержать Чонгука в одном положении.       Ким даёт себе отчёт, понимая, что это лишь брачные игры Чона, который ломается только для приличия и строит из себя недотрогу. Хотя оба знают, что Чонгуку не составит большого труда оттолкнуть наглеца и дать по самые яйца, а после уйти. Но нет, он продолжает оставаться зажатым между холодной стеной и горячим телом.       — Ах ты хренов вымогатель, решил должочек свой забрать. Хуй соси! — снова рычит Чон.       — Уже отсосал. Твой горький шоколад, скажу по секрету, был лучшей сладостью в моей жизни, — Тэхён бережно пускает указательный палец в дырочку, при этом прижимая Чона телом к стене.       — Не льсти, жополиз, — Чонгук тоже не уступает и не отдаёт свой поводок в руки Кима.       — Это намёк на римминг или я чего-то не догоняю? — издёвкой отвечает он, срывая с губ стон.       Чонгуку явно дискомфортно, но он почему-то продолжает принимать настойчивость альфы, и самое удивительное — его зверь никак не противится чужой силе и феромонам.       — Ах… Можешь прикусить язык, мне как-то не до твоих дурацких доебонов, — Чонгук, прислонившись лбом к стене, старается расслабиться, хотя, когда подушечка входит глубже и задевает там что-то, его тело отбрасывает в другую реальность. Ему так хорошо еще ни с кем не было. Может дело в партнёре и эти перепалки между ними были предлогом для чего-то большего?       — Оторвать бы тебе острый язычок или занять бы чем-нибудь, — Тэхён, убрав руку с затылка, приставляет два пальца к пухлым губам и, чуть нажав, входит в чужой рот, — соси, моя куколка, — приказывает он и кусает за мочку уха.       Хорошо подготовив Чонгука тремя пальцами, альфа мажет кремом член и головкой прижимается к сфинктеру. Тэхён плавно начинает входить, при этом не делая резких движений. Всё же Чонгук альфа, а не омега, и не стоит шокировать его зверя членом в заднице.       — Как же больно, сука, вытащи своё дилдо, — Чонгук мычит от боли.       — А кто-то недавно усомнился в моих размерах? Терпи, детка, это всего лишь начало, не стоит пускать сопли, ты же не нежная омежка, — войдя на всю длину, Тэхён не двигается, давая возможность привыкнуть, и, прижавшись грудью к горячей спине, носом водит по напряженной шее. — А шоколад стал терпким, видимо, кто-то любит смесь боли и удовольствия.       Как же бесит этот наглый всезнающий альфа, что читает Чонгука, как открытую книгу.       — Съебись, Ким, — дергается Чонгук, но его быстро затыкают поцелуем.       Чон не успевает опомниться, как альфа начинает плавно двигаться в нём, наращивая свой темп. Головка с каждым входом проходится по комочку, что заставляет Чонгука стонать в чужие губы.       — Это простата, куколка, — отпустив припухшие губы, отвечает Тэхён. — Видимо, я нашёл сокровище, — как же бесит эта ухмылка на лице Кима, Чонгук, лишь фыркнув, вновь продолжает громко стонать — его больше не волнует, что их могут застукать за таким откровенным делом.       Они оба звучат в унисон, подхватив нужный ритм, утопая в пламени жаркого секса. Каждый готов отдать себя до последней капли, эта идиллия больше, чем просто трах. Видимо, это действительно чувства.       — Куколка, как же хорошо с тобой, — шепчет Тэхён, взяв член Чонгука в руки и начиная водить по нему.       — Ким, я скоро, — откинув голову на широкие плечи, стонет младший альфа.       — Не так быстро, — альфа резко убирает руку с члена Чонгука и плавно выходит из него.       Тэхён тянет Чона к креслу и, развернув к себе лицом, толкает туда. Усадив его, он быстро стягивает с себя приспущенные ранее брюки и, взяв с пола полупустой тюбик крема, выжимает из него остатки. Чонгук смотрит на альфу с опаской, не понимая, что надумал этот чудак.       — Ты что там напридумывал себе, — Чон принимает удобную позу и пристально смотрит на Тэхёна.       — Хочу кончить на твоём члене, малыш, — язык игриво мажет по губам, и альфа, обмазав член Чона, ловко забирается на кресло, при этом упираясь коленками в мягкие подлокотники.       — Но ты разве готов? — волнуется Чонгук.       — Я порой играюсь с собой, не переживай, куколка, — Ким медленно опускается на член альфы и начинает прерывисто дышать.       Опустившись до основания, Тэхён укладывает голову на крепких плечах и старается расслабиться. Немного привыкнув к размеру, альфа начинает двигаться, а освоившись, начинает ускорять темп. Оба стонут, подхватывая ритм друг друга. Тэхён губами прижимается к губам Чона и начинает страстно целовать, а когда головка проходит по простате, больно прикусывает нижнюю губу Чонгука, на что альфа больно сжимает талию Кима.       — Не кусайся, — баритоном приказывает Чонгук, ощущая полную власть над этим телом.       — Заткнись, Чон, — Тэхён не может сдерживать стоны, что, не прекращаясь, вырываются из его уст.       Обоих волной накрывает бурный и сильный оргазм. Каждый из них старается унять загнанное дыхание и громкие стенания, но это мало удаётся. Ведь как удержаться, когда доходишь до фееричного оргазма на идеальном для тебя члене и узости, что сжимает изнутри, помогая расстянуть сладкий оргазм. Тэхён лбом касается влажного от пота лба Чонгука и смотрит на него поплывшим взглядом.       — Что так смотришь, м? — Чонгук медленно вынимает член до сцепки, что явно неуместна сейчас.       — Это был лучший секс в моей жизни, — не томит Тэхён.       — Только давай без этих омежьих нежностей, — ликует Чонгук от похвалы, хотя старается не подать виду.       — Не зазнавайся, засранец, — альфа легонько бьёт Чона в плечо, — мы не предохранялись.       — Ублюдок, на что ты намекаешь? — выпучив глаза, начинает злиться Чонгук, сильнее сжимая талию альфы.       — Я не об этом, куколка, — костяшками гладит розовые щеки партнёра. — Я, видимо, заразился от тебя. И это болезнь души. Она называется чувствами, может, даже, любовью?..