А за окном гуляют сквозняки...

Глубокая ночь, около двенадцати. Аэро, отправившись в свой гараж, тихо спал. Все монстры уже давным-давно разошлись по своим комнатам. Кто-то, конечно же, еще не спал, но сидел с выключенным светом, боясь, что если Рифф встанет попить водички, то непременно спалит бы их. Но, безусловно, было одно исключение... В комнате Словунов - Парлсоны и Стуарба, горел свет. Горел не сильно, скорее даже приглушенно, и то только пока. Стуарб сидел на кровати, надев свой белый халатик, и смотрел на свои ноги, опустив голову. Парлсоны в комнате не было, она отошла в душ. Парень же в это время неслабо волновался. Все три его глаза беспокойно подергивались, а сердце выписывало кульбиты, чётко отсчитывая удары пару раз в секунду. Позади него, на кровати, лежали несколько предметов. Они были своего рода контрабандой из мира людей, которую привёз Сахабуш. Он уже давно стал купцом между двумя мирами, ведь остальные монстры предпочитали оставаться в своём мире. В этот раз - как оказалось, по просьбе самой Парлсоны, он привёз кое-что поистине причудливое. Отдавая рогатой девушке сумку с товаром и принимая в качестве оплаты бриллианты, он весело подсмеялся и подмигнул ей, чего по началу Стуарб не понял. Теперь же до него дошло, что его ждёт непростая ночь, о которой его предупредили перед самим, непосредственно, небольшим мероприятием. Несмотря на небольшое опасение он согласился не сразу. Всё случится рано или поздно в первый раз, и видимо, он уже наступил. В дверь постучали. Стуарба аж кинуло в холодный пот. Он подумал, что это проснулся Рифф, или - не дай небожители, Аэро за каким-то делом решил наведаться к ним. Он уже хотел спрятаться под кровать, но тут дверь открылась. На пороге стояла Парлсона. - Ну что, испугался? - девушка посмеялась, а Стуарб выдохнул с облегчением и тоже хихикнул. - Не пугай меня так больше, пожалуйста... Я итак на нервах, знаешь ведь. Это вообще первый раз, когда я даже задумываюсь о подобном... - Да ладно тебе, не волнуйся так, я же тебя не укушу, - закрыв дверь на замок, Парлсона подошла к лампе и выкрутила яркость вниз. Радостно и явно нетерпеливо улыбаясь, она присела рядом на кровать, - ты правда так беспокоишься? Может, не доверяешь мне? - Нет-нет, что ты! Если бы я тебе не доверял - я бы сразу отказался. Не люблю обманывать других. Парлсона очаровательно улыбнулась и нежно погладила шерсть на щеке Стуарба, а затем её пушистая лапка скользнула за край халата на его грудь. - Ты у меня просто замечательный. Мой лучик, расслабься. Всё будет хорошо, я обещаю. Если тебе будет хоть немного легче от этого - я беру на себя полную ответственность за всю эту ситуацию. Если хоть что-то пойдёт не так - даже речи не пойдёт о том, чтобы продолжать. Хорошо? - Да, конечно. Спасибо тебе большое. Ты такая заботливая. Прикрыв глаза, Стуарб уложил голову на плечо Парлсоны и позволил ей нежно гладить себя. Его щёки тут же заалели - безумно приятно было слышать такие теплые и ласковые слова. - Давай уже поскорее начнём. Я хоть и волнуюсь, но... Все-таки интересно испытать новые ощущения. - Ой, как скажешь. Знаешь же, я только "за". Словуны залезли подальше на кровать и сели друг напротив друга. Стуарб смущённо покусывал губы и всё время отводил взгляд хоть одного глаза в сторону, но отступать уже был не намерен. Придвинувшись к нему чуть ближе и положив лапу на его щёку, Парлсона нежно чмокнула его и снова стала поглаживать. Действовать как-то слишком резко и уж тем более проявлять грубость совершенно не хотелось. Это должна была быть не пытка, а удовольствие для обоих. - Ты ведь знаешь, как пользоваться этой штукой? - Стуарб кинул взгляд на предмет фаллической формы с многочисленными ремешками и застёжками, лежащий неподалёку. - Да, я... Спросила знающих людей, в общем... Можешь не волноваться, одним словом! Всё будет отлично, обещаю. А теперь - отвернись ненадолго. - Ладно... И Стуарб снова отвернулся. Сзади слышалось только шуршание и какая-то возня - ничего совершенно не было понятно. Через пять минут примерно, Парлсона коснулась его плеча и сказал "можешь смотреть". Обернувшись, Стуарб застыл с приоткрытым ртом и покрасневшими в конец щеками. Теперь, в области паха, на Парлсоне красовался, как девушка сама назвала его, страпон (смысла этого названия монстры не понимали и решили просто называть его так, не вкладывая смысла вовсе). Это был идеальных пропорций резиновый "человеческий" фаллос, который крепился основанием к небольшому куску искусственной кожи. К этом куску, помимо самого "члена" крепились несколько пар ремешков. Одна пара опоясывала талию, другие две - раздельно бёдра. Заметив, каким озадаченным стал взгляд Стуарба, Парлсона подмигнула ему и тихо захихикала. - Ну что ты так смотришь? - Да как-то... Он лёжа на кровати меньше казался. - Ой, да неужели ты боишься куска резины? Я уверена, он тебе точно будет по зубам! Или по другому месту. Не став больше издеваться над несчастным, Парлсона поспешила перейти к самому вкусному. Она схватила Стуарба за шиворот халата и вынудила его наклониться к ней, а потом уже в полную силу поцеловала его в губы. Парень не стал отстраняться, а прильнул к ней в ответ, положив руки на её плечи. Только после этого единственная вещь наконец полетела вон с трёхглазого и он остался полностью обнаженным. Девушка конечно же отметила его повышенную пушистость. Его мех в лёгком свете лампы казался таким ярким и аппетитным, что хотелось его... Безумно хотелось. - Какой же ты все-таки прекрасный! - Ты решила меня сегодня завалить комплементами, да? - Нет, скорее говорить чистую правду. - Ох, да ладно... Я же так понимаю, что мне нужно что-то сделать, чтобы ну... Мы могли приступить к делу? - Тебе настолько нетерпится почувствовать в себе эту штуку! - Хей, я вообще не а этом смысле! Ну да, ладно... Интересно же. - Ну я так понимаю... Просто встань на четвереньки, дальше я разберусь. Стуарб неуверенно кивнул головой и встал в позу. Его волнение возобновилось, но на этот раз децтсвительет было от чистого любопытства. Он думал: какого это будет? И уже совсем скоро мог получить ответ. Парлсона же пока ничего не делала. Она взяла второй предмет - бутылочку с прозрачным гелем-смазкой. Открыв её, девушка, чтоб уж наверняка, вылила почти половину на ствол фаллоса и щедро размазала по всей поверхности. Шерсть на её руках намокла от этого, но она не обратила на это особого внимания. "Потом руки помою". - Ну что, как... Ты готов? - Я, ну... Вроде да. Давай уже. Стуарб зажмурился, когда сзади к его промежности прижался холодный предмет. Ему стало по-настоящему страшно, когда он начал проникать внутрь, грубо раздвигая совершенно неподготовленные мышцы. Только закусив губу, парень тихо заскулил, уткнувшись лицом в постель. Вцепившись в его шерсть на бедрах, Парлсона одним резким движением просунулась дальше. Фаллос вошёл наполовину. Чтобы не закричать от режущей боли, Стуарб задержал дыхание, так что вмиг его лицо полностью покраснело от напряжения. Дав перерыв буквально десяти секунд, Парлсона начала медленно скользить туда-сюда. Разжав пальцы, она уже более бережно ухватила парня за бёдра и продолжила уже аккуратнее. Было всё ещё трудно - анус Стуарба был не готов к таким нагрузкам и хоть даже так его надо было растягивать постепенно. Когда уже стало ощутимо легче, девушка снова продвинулась немного дальше. - Ай-ай... Ты меня так не порвешь? - спустя долгое время, всё ещё задыхаясь от боли, Стуарб подал голос. - Уж постараюсь! И сразу резкий толчок. Стуарб взвыл и сжал в ладонях кусочки простыни. Из его глаз по шерсти потекли слезинки, а колени сами по себе съехались и задрожали. Чтобы облегчить своё положение, он полностью лёг грудью на кровать, повернув голову в сторону и постаравшись глубоко дышать. Вместе с почти невыносимым рвущим на кусочки чувством он ощущал что-то странное. В груди приятно сжимало каждый раз, когда резиновый член грубо проникал в него, пробивая на очередной болезненный стон. В один момент монстру даже начало это нравится. Он невольно улыбнулся, когда в очередной раз фаллос въехал в него по самое основание, задев внутри какой-то комочек, отчего неприятно передёрнуло. Всё это время Парлсона, смотря на своего друга свысока, искренне осуждала себя, но понимала, что ей нравилось видеть Стуарба в таком жалком положении. Для неё это была поистине прекрасная картина! Ну вот же он - такой открытый, весь вспотевший и уже измученный, лежит прямо перед ней на кровати. Казалось бы - подходи и бери. В один момент она даже поймала себя на прошлой мысли - а что будет, если Рифф действительно решит вдруг к ним зайти. Он будет в ужасе? Или же в ярости? Захлопнет дверь и начнёт рассыпаться в извинениях? Или же начнёт тут же отчитывать Словунов за эту вакханалию, которую они творят посреди ночи? А Стуарб наверняка бы разрыдался от всей абсурдности и стадности этой ситуации. Именно это заставило Парлсону закатить глаза и проронить полу-стон полу-рык. Её до ужаса возбудила эта небольшая, но скандальная фантазия. - Тебе ведь нравится это, да, лучик? - Мм... Смотря что ты имеешь ввиду! - Нравится вести себя как... Как мелкий распутник! - зажмурившись от стыда, Парлсона хлёстко шлепнула Стуарба по заду. - Ай! Ах-хаа... За что меня ещё и по заднице... - Да брось, тебе же понравилось. Ты сам уже готов на эту штуку насаживаться, я же вижу. Для таких как ты даже слово специальное есть. Стуарб, ты - шлюха! - Я не знаю что это, но звучит очень даже обидно! - Пусть даже и так, но это правда, лучик. Ты и ведёшь себя так же! Но раз уж так тебе это нравится - я постараюсь тебя полностью удовлетворить. Буду жрать тебя всю ночь, пока ты не будешь рыдать от боли и усталость и умолять меня прекратить. Побудь хорошим мальчиком, продержись подольше.

* * *

Уже начинало светать. Из комнаты Словунов всё доносились стоны, скрипы кровати, неразборчивые слова. В темноте коридора светились два ярко-желтых, до предела растопыренных глаза. Мамунт всего-лишь хотел выйти попить водички, но проходя мимо комнаты Стуарба и Парлсоны, ощутил вселенскую печаль. Он уселся у стенки и стал думать о вечном. А за окном всё гуляли сквозняки...