Миссия: Hurt/Comfort

      3 февраля Х782 года       В лесу было тихо и светло.       Марк шел по узенькой тропинке, оставляя позади Магнолию. Полуденное солнце отражалось от покрытых инеем деревьев и кустов, а маленькие зверьки, не таясь, пробегали мимо. Под ногами хрустел снег. Это напоминало Марку о прошлом — том, как в детстве он играл с друзьями, лепил снеговиков и катался с ледяной горки. Тогда жизнь казалась простой и понятной, и в ней не было места для тяжелых размышлений и тревог. Марк скучал по родным краям, а потому невольно вздыхал, проводя рукой по хрупким холодным веточкам, точно покрытым стеклом.       В плеере, подаренном наставником, играла классическая музыка. Под её аккомпанемент в голове витали мысли о недавних событиях, перемешивающиеся с планами на будущее и воспоминаниями. Марк шел, глубоко погруженный в размышления. Впрочем, он продолжал следить за обстановкой вокруг, ведь здесь никогда нельзя было расслабиться. Темные маги, грабители и бандиты могли напасть на одинокого путника в любой точке королевства, и никто не был застрахован от этого.       За два года, проведенных в этом мире, Марк не раз сталкивался с подобным. Были случаи, когда разбойники нападали на них с наставником, возвращающихся из ближайшего города с покупками. Бывало, что Марк случайно натыкался на них у кромки леса. А уж о времени, когда он стал жить в Магнолии, и говорить было нечего: каждое третье задание вне города сопровождалось сражением с бандитами, которые хотели отобрать выручку за выполненную работу. Кстати, отчасти поэтому многие маги объединялись в команды. Так было безопаснее путешествовать, ведь нередко приходилось ночевать под открытым небом, и они становились лакомой целью для разного рода преступников.       Мира и Грей предложили сопроводить Марка к Полюшке, опасаясь, что он наткнется, если не на бандитов, то на химер. В последнее время в королевстве стало неспокойно, а потому их волнение было оправдано. Однако Марк отказался. Он решил проделать путь в одиночку, ведь не хотел лишний раз показывать согильдийцам, что болен. Хватало и того, что мастер смотрел на него обеспокоенным взглядом, а Полюшка искала способы помочь ему. К тому же за свою безопасность он не особенно переживал. Помимо того, что он сам мог за себя постоять, в тени деревьев его сопровождала Эва — прекрасная, саблезубая кошечка, которая могла разорвать в клочья любого, кто появится на пути.       Марк спокойно шел вперед.       Мысли витали вокруг двух человек: наставника и Гилдартса. Причем, в случае первого они были окрашены в угнетающие темные тона, а в случае второго — в мягкие, светлые. Недавние встречи казались отражением в зеркале. Там, где рядом с наставником стало страшно и больно, рядом с Гилдартсом было спокойно и весело. Это порождало внутри диссонанс, ведь всё внутри Марка кричало о том, что должно быть по-другому. Не Гилдартс должен быть хорошим отцом, который заботится о нем, а наставник. Так было всегда, но почему-то в последнее время всё изменилось.       Это началось с тех пор, как Марк вступил в Хвост Феи.       Наставник стал вести себя странно. Его забота постепенно превращалась из приятной в навязчивую и местами даже агрессивную: он часто связывался с ним через лакриму, постоянно посылал подарки и записи экспериментов, настаивал, чтобы Марк чаще возвращался в хижину, всё время твердил, что лишь они есть друг у друга. И будто мало этого, позже он ещё и объявил войну Фиору, говоря, что делает это, чтобы спасти Марка. Как именно разрушение и смерть должны были помочь нестабильному магическому ядру, пока оставалось непонятным. Если это была награда от Системы — например, исполнение желания — то, в чем состоял сам квест? Почему для этого нужно было заставлять страдать других?       Марк не мог это принять.       Его терзало, что наставник не обсудил с ним свой план. Конечно, душу грело, что тот готов был перевернуть мир с ног на голову и сделать всё, чтобы его жизнь стала лучше и безопаснее, вот только… Марк не хотел строить свое счастье на костях других. Ему претила мысль, что из-за него будут умирать люди, причем целыми селениями. В голове не укладывалось, что его жизнь может быть настолько ценной, чтобы ставить её выше других. К тому же Марк не находился при смерти, чтобы идти на отчаянные шаги. Он вполне неплохо себя чувствовал, мог самостоятельно работать и даже сражаться. Небольшие приступы боли продолжали преследовать его, однако с ними вполне можно было примириться, а в случае остановки магического ядра у наставника было достаточно времени, чтобы всё исправить.       Ничего, что требовало бы настолько решительных действий, не происходило, а потому Марк просто не понимал, зачем нужно было развязывать войну.       Впрочем, в голове витала одна мысль. Она была призрачной и верткой, и на то, чтобы ухватиться за неё, ушло больше времени, чем Марк мог себе позволить. Ему пришлось сделать несколько записей в тетрадь, чтобы, опираясь на них, довести логическую цепочку до конца. Только тогда он смог осознать, что не было никаких доказательств, что наставник говорил правду. Он мог преследовать совершенно другую цель и солгать, чтобы Марк не мешал ему. Наставник слишком хорошо знал, насколько тот ценит жизни других, а потому прикрыл кровавую бойню тем, что пытался спасти его. Это звучало логично, вот только дальше этой мысли Марк зайти не сумел. У него не было никаких предположений об истинных целях наставника и его следующих шагах. Пока он понятия не имел, что делать.       К сожалению, снова поговорить с наставником не получалось. Марк не собирался ехать к нему в ближайшее время, а через лакриму обсуждать это не хотелось. Мало того, что кто-то мог подслушать, так и связь могли взломать. Для мага, хорошо владеющего Архивом, это не составило бы труда. Именно поэтому оставалось ждать, когда придет время очередного осмотра ядра, и копить волнующие вопросы.       Размышления обо всём этом угнетали Марка. Единственным, что радовало в последнее время, были воспоминания о Гилдартсе. Вернее, о задании, которое они вместе выполняли. Думая об этом, он не мог сдержать легкую улыбку, ведь, возможно, стал первым человеком, который вместе с сильнейшим магом Хвоста Феи сбивал сосульки у дома пожилой пары. Очевидно, Гилдартс понятия не имел, на что подписывается, когда брал задание. Ему было важно схватить Марка и утащить на разговор, а потому он дернул первую попавшуюся листовку на доске заказов. Когда до него дошло, что именно нужно делать, он на целых две секунды растерялся. Он уже очень давно не выполнял подобных поручений.       Лица стариков тоже нужно было видеть. Когда к ним заявился Гилдартс, оба схватились за сердце, и Марк мысленно прикинул, где находилась ближайшая клиника. Если бы эту парочку хватил удар, нужно было скорее привести врача. К счастью, старики оказались достаточно крепкими, чтобы ограничиться успокоительными настойками и испуганными причитаниями. Правда, им пришлось ещё много молиться, чтобы дом остался цел, ведь Гилдартс захотел сбить все сосульки одним махом. Вернее, одним заклинанием. Если бы Марк ни закрыл собой строение, останавливая мужчину в последний момент, оно бы уже разлетелось на кирпичики.       Зато не только старики, но и вся улица, смогли наблюдать поистине удивительную картину: сильнейшего мага Хвоста Феи отчитывает какой-то парнишка, ругая его за недальновидность и поспешность. Затем он всовывает ему в руки лопату, сам берет вилы, и велит сбивать сосульки так. Без магии. Без заклинаний. Грубой физической силой.       В этот момент все в зоне слышимости уставились на Марка огромными глазами, в том числе Гилдартс и старики. Однако ещё больший фурор произвело то, что мужчина, почесав в затылке и пожав плечами, пошел размахивать лопатой. При этом он выглядел настолько сосредоточенным и увлеченным, что многие стали грешить на массовую галлюцинацию. Не могло быть такого в реальности! Не мог Гилдартс — ради которого вообще-то город перестроили, чтобы он его не крушил — выполнять задание Е-ранга без магии крушения. Это же просто абсурд!       Марк до сих пор не мог сдержать смех, когда вспоминал об этом. Те полтора часа, что они методично счищали лед с крыши стариков, стали лучшими за последнее время. Несмотря на то, что на улице было холодно и морозный воздух заставлял нос и щеки краснеть, в груди было очень тепло. Марк давно не чувствовал себя настолько легко, как в тот момент. Он навсегда запомнил эту картину: маленький домик, укрытый снегом, Гилдартса с лопатой наперевес, таращащихся на них стариков и сияющие на солнце сосульки.       Когда они закончили с работой, их угостили чаем с травами. Обрадованная тем, что дом остался цел, старушка усадила Марка и Гилдартса за стол и разложила угощения: булочки, бутерброды, печенье и нечто, похожее на фруктовое варенье. Ещё час они наслаждались приятной беседой, обсуждая погоду, недавний праздник и планы на будущее. В качестве довеска к награде, старушка завернула им с собой мясной пирог, который Марк позже разделил с другими согильдийцами. Когда они вернулись в Хвост Феи, мастер принял листовку, на обратной стороне которой остался отзыв заказчиков о проделанной работе, смерил их с Гилдартсом подозрительным взглядом, но не стал ничего спрашивать. Задание было выполнено идеально, награда выплачена, и все остались довольны.       Остальное его не касалось.       Марк ухмыльнулся, вспоминая, как мастер несколько раз перечитал строку о том, что Гилдартс сбивал сосульки лопатой, однако вдруг улыбка слетела с лица. Рука метнулась к виску, когда голову прострелило болью. Марк сбился с шага, ведь ему, точно начали вбивать гвозди в череп, а затем вовсе остановился, когда перед глазами засверкало. Мысли разлетелись в разные стороны стаей перепуганных птиц, а под одеждой стал нагреваться один из артефактов наставника. Амулет против ментальных воздействий.       — Черт! — Марк дернулся в сторону, когда сзади раздались шаги, и успел увернуться от меча, который должен был разрубить его надвое. — Какого?!..       Он выхватил пистолет, разворачиваясь, и вскинул руку, целясь точно в голову нападавшему. Перед ним предстал мужчина лет тридцати, весь покрытый татуировками и шрамами. Марк почти нажал на курок, когда их взгляды пересеклись. В глазах мужчины мелькнул страх, когда он понял, что не успеет уклониться от выстрела. В последний миг Марк, сжав зубы, дернул рукой, сбивая выстрел в плечо. Тотчас лес наполнился криками боли, а снег обагрился кровью. Мужчина, зажимая рану, рухнул на землю и попытался отползти.       Марк невольно выдохнул, когда увидел, что тот остался жив, вот только ему тут же прилетело заклинанием в спину. Удар оказался настолько силен, что сбил с ног. Перед глазами вспыхнули яркие пятна не только из-за попыток вмешаться в его разум, но и из-за боли. Однако Марк тут же перекатился в сторону, зная, что в такие моменты нельзя оставаться на месте, и избежал очередного удара, который мог стать для него последним. Словно из другого мира, донеслось рычание Эвы, которая готова была атаковать бандитов. Услышав её, мужчины на миг замерли и заозирались, что дало Марку время дернуть рукой в уловном сигнале. Он велел Эве пока держаться в стороне.       Заминка сыграла на руку. За те несколько секунд, что бандиты отвлеклись, Марк, наконец, сумел разглядеть их. На него напало не меньше дюжины человек, причем все они были магами разного уровня мастерства. На первый взгляд в основном они были С-ранга, однако среди них выделялись двое. Марк предположил, что они были В-ранга. Один из них использовал заклинания, которые выглядели, как некая черная субстанция, и били так, что казались по меньшей мере железным молотом. Второй же стоял в стороне, будто не принимая участия в битве, и напряженно хмурил брови, почему-то не спуская глаз с Марка.       — Сколько можно, Джей? — воскликнул один из нападавших. — Выруби его, наконец!       — Пытаюсь! — отозвался тот и нахмурился сильнее. — Не могу пробиться. Что-то мешает.       — Тц, бесполезный кусок дерьма.       — Оставь его, — отмахнулся тот, что управлял черными сгустками. — Пацан еле на ногах держится. Мочите его!       Бандиты рванули вперед, и Марку пришлось телепортироваться несколько раз подряд, уходя из-под ударов. В него полетели заклинания, стрелы и магические пули. Так как его стиль боя не предполагал контакта с врагом, Марк отлично умел уворачиваться и менять местоположение так, чтобы мгновенно пропадать из виду. Это сражение не должно было доставить трудности, ведь ему нужно было просто перестрелять бандитов, непрерывно телепортируясь на протяжении минут двадцати. Вот только была одна сложность. Из-за боли в голове Марку было тяжело настраиваться на точку выхода, и вероятность появиться в другом месте возрастала. Оставалось вопросом времени, когда он допустит ошибку.       Марк метнул взгляд в мужчину, который всё ещё оставался вне сражения, и на миг замер, концентрируясь. Воодушевленные его странным поведением, бандиты обрушили град заклинаний, вот только… ни одно из них не достигло цели. За мгновение до того, как они поразили бы Марка, он телепортировался, собрав волю в кулак, и оказался рядом с бездействующим бандитом. Тот вскрикнул он неожиданности, и боль внезапно пропала. Амулет перестал нагреваться. Догадка Марка подтвердилась — этот мужчина пытался влезть ему в голову, чтобы заставить что-то сделать: подчиниться, заснуть беспробудным сном, убить себя. Как только он потерял концентрацию, давление исчезло, и туман в голове Марка рассеялся.       — Как ты посмел лезть мне в голову? — прошипел он, разозлившись, и с размаху врезал ему пистолетом по лицу. — Не на того напал, придурок!       Марк быстро переключил с помощью браслета пули на электрические и выстрелил несколько раз, целясь в ноги и руки мужчины. Тот зашелся криком, а тело стала сотрясать крупная дрожь. Несколько мгновений спустя его глаза закатились, и он потерял сознание.       — Он завалил Джея! — воскликнул кто-то из бандитов. — Каге, надо кончать с ним.       — Заткнись, и без тебя знаю. Окружайте его!       Без боли в голове стало значительно проще. Марк кинул взгляд на мужчин и тут же исчез, переместившись на толстую ветку дерева. Он выстрелил, точно попадая одному в плечо, а затем снова телепортировался, не дав себя засечь. Лес наполнился криками и пальбой, а бессознательные тела одно за другим стали падать на землю. Из-за того, что у бандитов не получалось заметить его, они никак не могли перейти в контратаку. В итоге, через пятнадцать минут почти все из них лежали в снегу, а оставшиеся двое перешли в глухую оборону.       Судя по лицам, они совершенно не ожидали такого развития событий.       — Кагеяма, нужно валить, — шепнул один другому, и Марк нахмурился, узнав имя. — К черту деньги, он нас всех перебьет.       — Тихо! — шикнул тот. — Мы ещё не закончили, у нас есть шанс.       Марк появился перед ними, заставив дернуться от неожиданности, и вскинул пистолет, целясь Кагеяме в голову. В груди вспыхнуло беспокойство, причем гораздо большее, чем от простого нападения бандитов. Имя этого мужчины, его магия и внешность — всё это было знакомо, ведь Марк уже видел это. Не в живую. В каноне.       — Кагеяма из Леденящего Леса? — спросил он, сжимая зубы. — Я прав?       Мужчина напрягся.       — И что с того?       В голове Марка вмиг сложилась логическая цепочка, от которого всё внутри вспыхнуло. В душе смешались противоречивые чувства: гнев и страх, ведь сражение оказалось не просто нападением разбойников, которые хотели отобрать выручку за задание, а спланированной засадой. Кто-то решил разобраться с ним, и для этого нанял Леденящий Лес — гильдию, которая специализируется на убийствах. Несколько лет назад Совет заклеймил их темными, и с тех пор их руки обагрились кровью по локоть. Более того, согласно истории этого мира, через пару лет маги Леденящего Леса попытаются убить мастеров светлых гильдий, призвав демона Зерефа.       Марк с трудом совладал с чувствами и выдавил:       — Кто заказал меня? Где листовка?       Кагеяма оскалился.       — Думаешь, мы ответим? — воскликнул он, и тени метнулись вперед. Однако они схватили лишь воздух, ведь Марк телепортировался, оказавшись у него за спиной. — Что за?..       Кагеяма рухнул в снег, когда на него обрушился мощный удар. Его подельник, оставшийся на ногах, предпочел тоже прилечь, имитируя обморок. Марка он не особенно интересовал, а потому он принялся следить за ним краем глаза.       — Ответишь, — сказал Марк, вновь наводя пистолет на Кагеяму. — Сейчас на всё ответишь, иначе твои мозги будут собирать по всему лесу.       — Ты не сделаешь этого, — ухмыльнулся тот, но подрагивающие пальцы выдавали его с головой. — Светлые волшебники так не поступают.       — Правда? — притворно удивился Марк.       — Держу пари, ты и не убивал ни разу, — продолжил Кагеяма, не то убеждая в этом всех вокруг, не то успокаивая себя. — Кишка тонка вышибить мне мозги.       Глаза Марка сверкнули, а губы растянулись в злой ухмылке, так инородно смотрящейся на его лице.       — Проверим? — спросил он, и Кагеяма тяжело сглотнул. — Зря ты считаешь, что будешь первым, кого я убью. Война всегда оставляет след в душе. Пусть я давно живу обычной жизнью, но мне хватит сил нажать на курок. Ты тоже убивал, Кагеяма. Взгляни мне в глаза и скажи, что я отпущу тебя живым, если продолжишь нести эту чушь.       Мужчина уставился на него и застыл в ужасе. Несколько секунд он не дышал вовсе, а затем опустил руки и откинулся на снег, признавая поражение. Марк мысленно выдохнул с облегчением, а затем опустил пистолет и всё тем же холодным тоном произнес:       — Верное решение. А теперь рассказывай, кто заказчик.       Кагеяма отвел взгляд.       — Обычно мы не раскрываем детали заказа, — протянул он и тут же наткнулся на дуло пистолета. — Но для тебя сделаем исключение. Это была какая-то девчонка. Пришла в черном плаще с капюшоном, лица не было видно, да и имя не назвала. Кинула целый мешок денег и сказала прибить тебя. Это было дня четыре назад.       Марк вмиг перебрал в голове всех девушек и женщин, которых мог обидеть. Среди них не было никого, кто захотел бы заказать его темной гильдии. Даже Кана, которая ненавидела его, не была на такое способна.       — Уверен, что это была девушка?       — На вид — да, но не ручаюсь, что это не было перевоплощением.       Марк нахмурился.       — Ты заметил что-нибудь необычное в ней? Какие-то особые приметы, украшения или, может быть, она показала свою магию?       Кагеяма нахмурился, силясь вспомнить, и магический пистолет неплохо простимулировал его память.       — Волосы у нее были черные, — наконец, сказал он. — Да и высокая она была. Выше тебя на голову точно.       — Что ещё? — надавил Марк.       — Голос хриплый, будто она была простужена. Больше ничего сказать не могу. Она знала, куда шла, и неплохо скрыла свою личность.       Марк поджал губы и вполголоса выругался. Мало ему было проблем с Системой и квестами, так ещё и какая-то безумица решила заказать его темной гильдии. Хуже всего было то, что Марк понятия не имел, кем она могла быть, а от предположений бросало в дрожь. Самым страшным среди них было то, что она узнала о его связи с химерами и решила отомстить за Робению и другие разрушенные города. Это объяснило бы, почему Марк не мог выявить её из круга общения. Другая теория тоже не внушала оптимизма: амплуа девушки могло быть просто маскировкой, и на самом деле она могла быть, кем угодно. Та же Мира могла перевоплощаться в любого знакомого человека, а наставник и вовсе менял внешность, как перчатки. В таком случае, враг мог притаиться в ближнем круге.       — Ну, мы пойдем, да? — протянул Кагеяма и попытался отползти. Марк придавил его ногой, заставив остановиться.       — Если ещё раз нападешь на меня, я не буду настолько добрым, чтобы отпускать тебя и твою шайку, понял?       Тот резво закивал.       — Без проблем. Больше к тебе не полезем. Да, парни?       — Да!       — Конечно!       — Без вопросов, братан.       Марк ухмыльнулся и убрал ногу с Кагеямы.       — Тогда исчезните отсюда, — сказал он. — Живо!       Темные маги подскочили, похватали тех, кто ещё не пришел в себя, и со всех ног рванули прочь. Марк едва заметно кивнул головой, и вслед за ними побежала Эва, чтобы проследить, что они не вернутся. Она явно была рассержена нападением. Кошка громко фыркнула, проносясь мимо, и оскалилась, как бы говоря, что лучше бы перебила жалких людишек, посмевших атаковать его, чем позволила им уйти. Однако Марк был доволен своим решением. Несмотря на то, что в прошлом ему действительно приходилось отнимать жизни, он всё ещё пытался избежать жертв там, где было возможно. Незачем было обагрять руки кровью. К тому же он помнил, что Кагеяма в каноне переосмыслил свою жизнь и, кажется, попытался встать на путь исправления. В нем оставалась частица светлого, и Марк не собирался быть тем, кто загасит её.       Постояв на месте ещё несколько минут, размышляя над случившемся, Марк продолжил путь.       К счастью, больше ничего опасного не происходило и вскоре он добрался до жилища Полюшки. Целительница встретила радушно — огрела метлой по голове, и только после этого принялась осматривать его и спрашивать о самочувствии. За две недели, что прошли с момента их прошлой встречи, она успела набросать план лечения и даже подготовила особые пилюли. Они не обладали большим лечебным эффектом, ведь опасно было сразу принимать сильные средства, однако могли помочь по время приступов. Таблетки стимулировали ток магии в теле, вынуждая ядро работать интенсивнее. По расчетам Полюшки, когда артефакт внутри Марка начинал сбиваться, они могли наладить ритм обратно. Разумеется, это работало только тогда, когда задержка между импульсами была минимальной. При более тяжелых случаях таблетки были бесполезны.       Марк с восхищением принял лекарство, пообещав в точности записать всё касательно приёма, и убрал их в потайное отделение в рюкзаке. Полюшка ещё некоторое время расспрашивала о ядре, а также водила около его груди какими-то сияющими камушками, возможно, артефактами, прежде, чем назначить дату следующего сеанса. Как только Марк оделся, она вышвырнула его на улицу, пожелав не хворать, и громко хлопнула дверью.       В некотором ошеломлении от такого необычного осмотра, Марк отправился обратно в Магнолию.       На полпути ему встретились Нацу и Хэппи, которые возвращались с задания в соседнем городе. Они предпочли пойти пешком, чем поехать в повозке, но, кажется, были даже рады прогулке по заснеженному лесу. Когда Нацу заметил Марка, то просиял, как солнышко, и рванул к нему, махая руками. Стоило спросить, как прошло задание, как из подростка фонтаном полились слова, которые он сопровождал активной жестикуляцией. Марк не мог без улыбки смотреть на него, а потому не отказал себе в удовольствии потрепать его по волосам. Он прекрасно знал, насколько важными для Нацу были такие мелочи.       — Ты отлично постарался, — сказал Марк, когда тот закончил рассказывать и застыл, ожидая реакции. — Хочешь отпраздновать завершение задания в закусочной?       — Да! — загорелся тот. — Зайдем к старику Хикари? У него всегда такое вкусное мясо!       — Конечно, — улыбнулся Марк. — Но сперва… — он наклонился и скатал шарик из снега. — Победи меня в этой битве.       Марк швырнул в Нацу снежок, попадая точно ему в лицо, и тот, замерев на секунду от неожиданности, встрепенулся. Хэппи захихикал и взлетел выше, чтобы не попасть под перекрестный огонь, а подросток мгновенно включился в игру. Он засмелся так искренне и светло, что у Марка внутри всё потеплело. Носясь между деревьями с комьями снега наперевес, он на некоторое время забыл о терзающих проблемах: о Системе, о наставнике, о химерах, об убийцах… В последнее время на него свалилось столько трудностей, что он позволил себе отвлечься от них и просто поиграть с Нацу.       Не для того, чтобы повысить с ним уровень доверия. А для того, чтобы увидеть его широкую улыбку и по-детски ярко сверкающие глаза.       Это, как ничто иное, помогало Марку почувствовать себя лучше.