Кислотная радость

После пламенной речи Краса они оба замолчали. Просто молча смотрели. Смотрели друг другу в глаза. Один смотрел в янтарные, другой в изумрудные. В глазах Дугара было лишь спокойствие. Но Крас знал, что у него твориться в голове. Они знакомы уже три с половиной века. Знают друг друга вплоть до строения ДНК. Глаза Иркутска смотрели в душу. Пачка сигарет улетела куда-то возможно в стену. На это действие Енисейский уже спешно собирался сказать что то язвительное в адрес бурята, но чуть не рассчитал. Губы накрыли друг друга. Брови Краса сгустились к переносице. Горячие, нет, огневые губы Иркутска обжигали ледяные губы Краса. В прекрасном, но странном наслаждении они простояли несколько минут в замкнутом молчании. — Прекращай выдавливать из себя слова, на которые у тебя нет сил... Я все вижу, не надо объяснять — отстранившись высказал Дугар, гладя Краса по голове. Он любил когда Дугар трогает его волосы. Ему было спокойно. Позволял их трогать лишь Иркутску. И Никому. Никому больше. С кем бы он там из сибирских не имел каких то муток, все это был лишь обычный флирт. Они не интересовали Руса. Его интересовал лишь его бурят. —Ты у нас не любитель нежностей, поэтому могу сказать лишь заткнуться. - говорил Иркутск привычным лёгким басом. Так и было. Рус не любил прелюдия, медлительность, а особенно, недосказанность и трусость. А Дугар был обратным всему что ненавидел Руслан. — Скажи, как сильно ненавидишь меня. - прозвучало из уст Ангарского. Глаза Краса округлились. Последний раз этот вопрос звучал в середине 90х 20го века. — Ты идиот? - дрожащим, но всё тем же голосом спросил его Руслан. - Ты же знаешь, что.. Обычно на этом моменте, Дугар чаще всего как бы мысленно продолжал фразу Енисейского и отвечал "Я тоже тебя люблю", или что то тому подобное. В этот же раз они снова соприкоснулись губами и слились вновь в огневом языковом танце. Рука Руслана прильнула к завязынным в хвост волосам брюнета. Сняв резинку, бледные тонкие руки пустились в пляс с волосами. Руслан обожал их. Более чем обожал. Он любил их запах. К сожалению, в 20м веке по началу войны, Дугар отстриг их от длинных волос по пояс до длины каре. Руслан тогда очень злился, но понимал, что так нужно, в войне с длинными волосами бороться сложно. Одна рука осталась в волосах, дабы не срывать ноту наслаждения, а вторая обвила тело Дугара, крепко его обнимая и тем самым притягивая к себе еще ближе. Хотя куда уж ближе... По непонятной причине, по щеке Краса скатилась горячая слеза.