Переплетающиеся Судьбы

Аяка неспешно прогуливаясь по лесу Тиндзю. Сегодня была прекрасная погода. Светило солнце, пели птицы, и бил мягкий морской бриз. Гражданская война закончилась уже более полутора года назад, указ об охоте на Глаза Бога был отменен, так что девушке не нужно было скрывать собственный Дар Богов. Всё вокруг было столь безмятежным, словно завлекало юную насдедницу клана Камисато наконец расслабится. Но не смотря на все усилия, этого у неё не выходило. Чуть меньше двух лет тому назад в Инадзуму прибыл Гость Издалека. В кратчайшие сроки ему удалось решить почти все внутриполитические проблемы Островного Государства, и к тому же разрешить множество проблем связаных со священной Громовой Сакурой, раскрыть секреты таинственных островов Сэйрая и Цуруми, и в дополнение ко всему этому заставить великую Райдэн Эи отпустить потерю своей сестры, и встать на истиный путь к Вечности. Но Аяку не волновали все эти "Заслуги перед Верховным Сёгуном Инадзумы", её волновал сам Путешественник. Она начала чувствовать себя иначе рядом с ним ещё с момента их первого совместного времяпрепровождения. Тогда, в порыве эмоций её Ледяная Броня впервые дала брешь, когда она станцевала перед ним. Итэр(Так звали Странника Издалека) с каждым новым разом всё сильнее и сильнее ломал её ледяную корку. Даже когда он помогал ей заполнять декларации после Войны она чувствовала себя с ним спокойно. Словно бы он был одним из немногих источников столь нужного ей тепла во всём свете. Ещё никогда со времён когда умерли её родители она не чувствовала себя так. А потом он ушёл. Сказал что нужно продолжать искать Сестру, и распутывать клубок тайн вокруг Ордена Бездны. Она убеждала себя что сможет пережить расставание. Что сможет наслаждаться моментами прошедшими с ним. Что сможет отпустить, и наконец жить дальше. О, Архонты. Как же она себе лгала. Каждый день, каждое приятное мгновение без Него отдавалось в сердце острым гулом. Ни Тома, ни Аято не могли ничем помочь девушке. Она сама не знала, чем может себе помочь. Шли дни, недели, месяцы, и прошёл уже целый год а она всё так и не отпустила его. Девушке каждую ночь снились его светлые локоны, крепкое, закалённое тело и янтарные глаза, столь глубокие и смотрящие на мир таким добрым-добрым взглядом. Однако каждый раз сон оканчивался тем, что она просыпалась, и понимала что его с ней Нет... Аяка сама не заметила, как взобралась на гору Ёго. Она была уже почти у Святилища Наруками, когда услышала такой знакомый, и приятный голос. —Паймон хочет есть! Паймон ужасно устала, и заслужила хороший перекус!—Раздался тоненький и милый голосок сверху по лестнице. —Ахх, Архонты... Будет тебе еда, Паймон, только спустимся с горы и я куплю нам по паре данго.—Устало проговорил знакомый девушке голос. Внезапно, на лестнице она увидела участников диалога. Маленькое, летающее вечноголодное существо которое имело шутливое прозвище "Живая Консерва". И он. Путешественник. Сердце голубоглазой забилось с невероятной скоростью. Она на время впала в ступор, в шоке от увиденного а затем, натянув свою обычную маску спокойствия вежливо поздоровалась: —И снова здравствуй, Итэр. Она осматривала его с ног до головы. Он тоже был крайне удивлён увидеть её здесь и сейчас, хотя изо всех сил старался не выставлять это напоказ. Он сильно изменился с момента их последней встречи. На щеке его красовался свежий шрам, мешки под глазами свидетельствовали об бессонных ночах, а изношеное лезвие меча едва видневшееся за спиной говорило о постоянных тяжёлых сражениях. Единственное что оставалось в нём низменным — это его прекрасные, пускай и холодные к девушке, но такие добрые глаза цвета кор-ляписа. Она едва заметно улыбнулась, продолжая смотреть на столь желанное последний год лицо. Итэр был крайне удивлён, увидев Аяку прямо перед собой. Его сердце забилось сильнее, чем при битве с Вестником Бездны в тёмных глубинах разлома. Вновь заиграли те чувства что, как ему казалось, он уже давно забыл. Голубоволосая смотрела на него столь холодным взглядом, прямо как в день их расставания. Путешественник почти неслышимо вздохнул. Что-ж, ничего не изменилось. Она как видела в нём лишь "Великого Защитника Инадзумы", так и видит сейчас. Он думал что странствия, и поиски сестры заставят забыть его тот Танец в пруду ночного леса, но похоже переоценил свои возможности. Они оба молчали. Оба не знали что сказать, и оба боялись сделать лишь хуже другому. Тишину, внезапно, нарушила девушка: —Итэр, я... Должна кое что тебе сказать... Вернее, попросить...—Непривычно громко для самой себя сказала девушка. Блондин огляделся по сторонам. Паймон нигде не было видно. Мелкая, хитрая проказница... Знает же когда надо по быстрому смыться. Аяка собиралась сказать то, что хотела сказать ещё в день когда они прощались, но не смогла пересилить саму себя. Всё последующее время она корила себя за то, что тогда даже не попыталась. Она намерена исправить свою главную ошибку прошлого. —Путешественник...—Она остановилась, морально готовясь к грядущему.—Возьми меня с собой в странствия. Юноша от такой просьбы опешил. Он только и мечтал весь последний год, что бы она была рядом, стала его путеводной звездой на небосводе... Но то что он видел в глубинах Разлома, то с чем он сражался там... Нет. Эта Мерзость не должна касаться её нежных, тоненьких рук. Она не должна пачкать себя в той крови, в которой путешественник уже почти тонул. Он не может допустить что бы она страдала, что бы стала такой же как он. —Прости Аяка, но я не могу. Я не... Он не успел договорить, как его рот заткнули поцелуем. Девушка побоялась, что он её оттолкнёт, крикнет "Дура! Я всего лишь был к тебе вежлив, а ты приняла всё не так!" Но он не сделал этого. Напротив, он поддался вперёд и прильнул а её губам ещё сильнее. Они оба даже не имели ни единого представления о том, что вообще представляет из себя поцелуй. Но чувствовали себя так, словно были гуру в этих вопросах. Рука блондина потянулась к шее голубоглазой, а её руки оплели его талию. Они провели в состоянии напоминающим транс более минуты, а затем отстранились друг от друга, жадно хватая воздух. Здесь не нужно было никаких слов. Они оба прекрасно поняли друг друга. Молчание прервал голос путешественника. —Хорошо, Аяка. Я возьму тебя с собой в странствия. Да. Он не должен боятся за неё. Она сильная, и крепкая девушка. И, в конце концов, пока он рядом с ней ей ничто не будет угрожать. Он будет оберегать её, от страха и отчаяния, от опасностей темноты и мерзости света. Ведь он — Почётный Рыцарь Мондштата, Герой Ли Юэ, Спаситель Инадзумы и, в конце концов — Великий Искатель Приключений. Внезапно, урчание живота путешественника нарушило тишину. Почти неделя на остатках чёрствых сухарей и воде из ручья давали о себе знать. Голубоглазая засмеялась. —Хочешь есть? —Вишапа бы проглотил. —Тогда я знаю отличный ресторан. Может, сходим туда? Итэр молча кивнул, соглашаюсь с предложением девушки. Она улыбнулась. —Тогда идём, Партнёр. Последнее слово она произнесла крайне тихо, но юноша всё же услышал ие едва видимо ухмыльнулся. Они начали спуск вниз по горной тропе. Аяка внезапно сцепила собственную руку с рукой блондина, почувствовав мозоли и шершавость на его руке. Он лишь крепче сжал её руку, чувствуя насколько она была мягкой. Вплоть до города они не отпускали рук друг друга. В тот день, их судьбы переплелились так же, как и их руки... Они оба стали друг для друга путеводными звёздами, на ночном небосводе Тейвата.