Шрамы

      Харитон никогда не любил ходить на какие-либо тусовки, ведь сам по себе он был человеком закрытым, не курил, не пил. Его часто обзывали "маменькиным сынком", хотя на самом деле это не так. Мать умерла, когда ему было 6, рос с отцом, что был человеком науки. В эту сферу пошёл и мальчик, всегда расспрашивая отца о том или ином явлении, читая научные журналы и статьи и просто ходил к отцу на работу.       Там же он познакомился со своим лучшим другом Дмитрием, что тоже сильно увлекался наукой. Это их и объединило. Дима был более раскрепощённый, нежели Харитон. Да и Хоря предпочитал больше отдаваться любимому делу, а не всякого рода гулянкам. Но почему то в этот раз он решил согласиться пойти на вечеринку, что устроил Сеченов без повода. Ну что ему, 23 года как-никак, молод, а Захарову 20 и его такое не интересует.       Тусовка в самом разгаре, много народа, все танцуют, пьют и веселятся. Но в углу сидит один интересный человек и не хочет танцев. Говорит, мол, музыка ужасна, да и одному тут скучно. Дмитрий ушёл разговаривать с другими людьми. И этот парень чем-то приглянулся Харитону. Даже в так плохо освещённой комнате можно было разглядеть многочисленные шрамы. Это вызывало интерес, огромный.       Пересилив себя, Захаров подошёл к этому парню, нервозно улыбаясь. Его вроде Сергеем звать. Как-то Дима рассказывал о своём знакомом, что получал чуть ли не каждый день ранения. И именно этот парень подходит под то описание, что давал друг: высокий мускулистый молодой человек, тоже 20 лет, выбритые виски и затылок и весь в шрамах.       – Здравствуй, чего сидишь в дали от всех? – эти слова дались тяжело, но интерес был сильнее.       – Да так, просто хочется, – вяло ответил парень, – как тебя звать вообще?       – Харитон, а тебя? – разговор начинается хорошо.       – Ну и имечко у тебя странное. Буду звать Хорей, – улыбнулся во все 32 зуба новый знакомый. – Меня Сергеем звать. Будем знакомы.        Захаров криво улыбнулся, ведь боязнь общения стала подавлять интерес. Да и как-то неудобно спрашивать про шрамы у человека. Вдруг это больная тема для него? Что тогда делать? Но Сергей заметил этот взгляд на его шрамы, поэтому сам спросил:       – Тебе интересны мои шрамы? – от этого вопроса Харитон сжался. Стыд пробирал до костей, но он утвердительно кивнул.       – Ну это длинная история, готов всё это слушать? – снова утвердительный кивок. – Я вообще бывал везде и всюду. Терял паспорта за границей, очень часто терял. Иногда ночевал в заброшенных храмах и домах. Ещё работал везде, где возьмут. Банкиром, доставщиком пиццы, сейчас безработный. Так вот, я всегда зарабатывал шрамы, – парень стал показывать на шрамы и рассказывать про них. – Этот - после драки с охраной, выперли гады из-за поведения. Этот - за нож схватился ладонью, когда на меня напал какой объёбанный утырок. Этот - не помню, был пьяный, эти два - тоже не помню.       Слушая подобные истории, Харитон вообще не мог понять, как такой человек вообще жив? Только вот это ещё далеко не конец, ведь Сергей взял сигарету и закурил, продолжая свой рассказ.       – Как я уже говорил, кем я только не работал и какую только грязную работу не выполнял. Меня вывозили в багажнике в лес, да и я сам вывозил людей в лес. На меня наставляли обрез, но всё ещё здесь и в шрамах весь, – вновь начался рассказ про шрамы. – Этот - падал со сцены, когда был разнорабочим. Этот - головою об руль, как раз таки, когда вывозил людей в лес. Слишком буйные типы. Это - ещё пара падений с разных высот. Эти два - от травматических пуль.       Ну вот реально, как этот человек вообще выжил? И было удивительно то, с каким спокойствием он рассказывал про все свои травмы. Руки Харитона же потряхивало, поэтому он опрокинул в себя стопку и попросил сигаретки у Сергея, тоже закуривая.       – И тебе не противно смотреть на эти все ужасные травмы? Не боишься за свою жизнь? – вырвался вопрос.       – Шрамы украшают мужчину! – со смехом воскликнул Сергей, – Но стоя перед зеркалом и рассматривая это всё, я радуюсь, честное слово. Я люблю все свои шрамы и хочу заработать новых.       – Ну ты кретин, – только и мог вздохнуть Харитон, но признавая, что все эти шрамы идут такому брутальному парню.