Discarded

      Торфинн с подозрением смотрел на парня перед собой. Судя по запаху, по метке и по этим голубым глазам, перед ним точно был Аскеладд. Только на несколько десятков лет моложе. И пока альфа пытается сообразить, Аскеладд уже делает вывод:       - Я понятия не имею, что произошло. Блять, ну почему из-за тебя вечно какая-то херня?       Торфинн отводит взгляд. Он все еще держит другого парня за руку и несильно сжимает его запястье. На котором метка, его метка.       - Ну, потрахался и помолодел.       За эту фразу Торфинн получает несильный удар по голове.       - Придурок, - вздыхает Аскеладд.       - Ну, ты сам сказал, что омега соответствует альфе. Вот и, - Торфинн обвел парня взглядом, а потом снова посмотрел в сторону. - Меток нет.       - Серьезно? Вот ты сейчас серьезно? Блять, Торфинн, проблема не в сраных метках, а в том, что я сейчас... Пацан.       - И что не так?       - Все, Торфинн, все не так.       Аскеладд улегся обратно на кровать и прикрыл глаза.       Альфа посмотрел на омегу, а потом прикусил губу и отодвинулся немного в сторону. Аскеладд и так не уродом был, ну а в своей молодости - определенно красивым парнем. Светлые блестящие волосы, куда более яркие голубые глаза и ни одной морщинки на лице. Ну а еще не было ни единой метки или того огромного количества безобразных шрамов. И смотреть на такого омегу Торфинну определенно нравилось. Очень.       - Ты там что, съебаться надумал?       Торфинн покосился на другого парня, а потом покачал головой и что-то пробормотал.       - Что?       - Красивый...       - Блять, Торфинн, только не нужно сейчас говорить какой-то бред.       - Я не говорю бред, - сразу же возражает альфа. - Я считаю, что ты сейчас очень красивый. И ты мой омега. И я... Хотел бы... Ну...       Пока Торфинн пытался высказать свои мысли, Аскеладд направил руку в сторону парня и нашарил его член под одеялом. Ну что за?..       - Хочешь еще?       Альфа кивает и подвигается ближе:       - Эти дни... Я не знаю, как это должно быть. Но мне было очень хорошо. И если тебе что-то н-не понравилось...       - Торфинн. Хватит уже. - Аскеладд даже глаза закатывает. - Разве не очевидно, что ты, - он разводит руками и смотрит вниз, намекая на некоторые изменения, - лучший альфа, который мог достаться омеге. И это, - он указывает на укус омеги на теле альфы. - Лишь доказывает то, насколько ты ненормальный. Иди сюда.       После этих слов Аскеладд погладил изгиб шеи парня и потянулся за поцелуем. И для Торфинна это стало очень важным. Лучший альфа. Ну кто бы мог подумать, что Аскеладд может сказать такое. Но этот поцелуй лишь подтверждал эту фразу. И если Торфинн лучший альфа, то Аскеладд для него...       Торфинн толкает парня обратно на кровать, а сам нависает сверху:       - Если ты омега, который соответствует мне, то ты тоже... Наконец-то ты согласился. Мм...       Альфа прижался, навалившись сверху и обнимая.       Этот жест заставил Аскеладда тихо рассмеяться:       - Поверить не могу, что ты так хотел укусить меня. Да что с тобой не так?       - Мне определенно нравится то, что произошло.       Торфинн качнул бедрами, потершись об Аскеладда. Тот развел ноги и обнял альфу в ответ:       - Давай уже.       Но Торфинн снова не спешит. Он отстраняется и с беспокойством смотрит на омегу:       - Т-тебе не было больно? Ну и сейчас у тебя нет течки, поэтому...       - А ты потрогай, - усмехается парень, прищурив свои голубые глаза.       И альфа так и делает. Он трогает влажную дырочку своего омеги, а потом проталкивает внутрь один палец. Аскеладд подается навстречу, чтобы насадиться больше. Торфинн добавляет пальцы, неспешно растягивая. И он никак не может отвести взгляда от омеги.       - Блять, не могу.       Торфинн убирает пальцы и снова обнимает парня.       - Чего не можешь? У тебя несколько дней хер не падал.       Но альфа лишь головой качает:       - Я не о том. Просто ты очень красивый. И, - он немного задумывается. - Почему Арторий?       - Торфинн, ты сначала трахни, а потом поговорим.       И тот не против.       Торфинн отбрасывает покрывало в сторону и поудобнее устраивается между разведенных ног омеги. Для альфы этот парень сейчас является просто невероятно желанным и возбуждающим. Как-то кто-то говорил о том, что все омеги смазливые. Но Аскеладд был не просто смазливым. Поэтому прежде, чем войти, Торфинн снова целует своего омегу.       Аскеладд снова мокрый и податливый. Похоже, что никакое отсутствие течки не меняет этого. Торфинн толкается во влажное жаркое тепло и постанывает. Ну просто невероятно приятно. И как можно было так ужасно обращаться с таким омегой? Аскеладд же... И запах скрыл, и столько альф поперебил, и такие планы строил, да и вообще - из Торфинна человека сделал. Если и существует омега, который должен стонать от наслаждения, то это определенно он. Но не из-за своей сущности, а из-за того, что его альфа его устраивает и удовлетворяет.       Торфинн делает более резкий толчок, выбивая из омеги более громкий стон. Аскеладд выгибается и на выдохе произносит:       - Да. Торфинн, да... Ах...       Альфа начинает толкаться куда резче и быстрее. Он подхватывает омегу под ноги, притягивая к себе, и чуть ли не рычит от удовольствия, наслаждаясь не только сексом, но и стонами. У Аскеладда даже голос немного поменялся - уже не такой грубый как ранее. И это делает стоны омеги куда более звонкими и возбуждающими.       Этот гон для Торфинна стал самым незабываемым. Но то, что происходило сейчас было куда ценнее, ведь сейчас они делают это не из-за инстинктов, а потому что...       Аскеладд протягивает руку, чтобы Торфинн наклонился. Тот так и делает, но прежде целует запястье парня, на котором находится метка, а потом впивается в губы омеги страстным поцелуем. Оба понимают, что совсем скоро достигнут разрядки. Потому что Торфинн напорист, но лишь потому, что омега сам попросил, а Аскеладд понимает, что альфа делает подобное только потому что получил добро.       И проведенная вместе с Торфинном течка лишь доказала то, что этот альфа никогда и ни за что не причинит вреда, не сделает больно, да и в целом - принесет только удовольствие. И то, что Торфинн оказался столь чувственным стало полной неожиданностью. И даже сейчас, когда альфа не раз изливался внутрь омеги, он все же задает этот ненужный вопрос.       - Т-ты не против?..       - Мм... Даже не спрашивай. Да.       И Торфинн целует снова. Ему просто до безумия нравится вкус омеги - такой приятный и нежный, которому просто невозможно противиться.       Аскеладд устраивает голову на груди альфы и рассказывает свою историю, давая ответ на вопрос Торфинна о том - почему же Арторий? А потом приходит время, чтобы рассказать еще кое о чем.       - Когда у меня был первая течка, тот ублюдок, что был моим отцом, воспользовался этим. Я всегда ненавидел альф и считал их животными. И он это доказал. А потом...       - Он оставил на тебе метку?       Аскеладд вздыхает:       - Да. Оставил. Ты хочешь слушать дальше?       - Только если ты хочешь говорить.       И Аскеладд говорит. Он никогда и никому не рассказывал об этом. Но Торфинну хотелось... Верить. После всего, что произошло между ними, хотелось поверить этому безбашенному альфе. Ведь им теперь всю жизнь вместе провести предстоит. И теперь у Аскеладда есть куда больше времени, чтобы жить. Потому что Торфинн неожиданно оказался тем, с кем хочется жить, а не выживать.       - Когда я увидел те метки, - начал альфа. - Я хотел убить каждого, кто сделал это. Это как-то несправедливо.       - Несправедливо? - Аскеладд едва не рассмеялся. - Торфинн, омеги существуют для того, чтобы рожать. Только омега может родить идеального наследника альфе.       - Моя мать не была омегой, - заметил Торфинн.       - Не зазнавайся. Вот все по пизде и пошло, мелкий альфа.       Тот фыркнул:       - Попизди еще.       А ведь Торфинн мог ответить что-то более грубое. Вроде того, что из омеги вылез омега или еще что похуже. Но вместо этот парень просто перевернулся на бок и подмял омегу под себя.       - Ты просто ненормальный.       - Но знаешь, если бы ты мог... - Торфинн не стал продолжать, а сосредоточился на другом. - Стоит поспрашивать об истинных парах. Этот блядский принц вроде бы как что-то знает.       - Торфинн, не говори такие вещи. Ты точно чокнутый придурок. Не нужно было тебя кусать.       Альфа немного отстранился и посмотрел на омегу. И заметил, что эти слова смутили Аскеладда.       - Что не так?       - Торфинн, ты не можешь называть нас так.       - Почему? Кнуд говорил о том, что... Там было что-то о том, что почувствовав запах истинного, ты игнорируешь другие. И после того, как я почувствовал твой, меня тошнило от любого другого омеги. И мне хочется верить, что... Ладно, не важно. Меня все еще злит то, что все просто пользовались тем, что ты - омега. И те метки. И вообще - я не хочу, чтобы какой-то другой альфа подходил к тебе. А то, что какие-то уроды решили, что трахаться без последствий...       - Блять, нет. Молчи, - Аскеладд сел и раздраженно уставился на альфу.       - До этого я тебя выслушал, - заметил Торфинн.       Омега изогнул бровь:       - Потрахался и разговорился?       - Нет, - альфа отвел взгляд. - Просто мне кажется, что сказать это все... Я хочу сказать тебе это. И мне кажется это важным.       Аскеладд задумался даже. Хотел ли он слышать подобные слова? Определенно да. Хотел ли он, чтобы его вот так обнимали и выслушивали? Ну конечно. Ну а еще то, что говорил Торфинн о запахах. Глупо не признавать, что когда он почувствовал этого альфу, то просто...       - Я не хотел, чтобы у тебя был какой-то омега.       Торфинн смотрит с удивлением:       - Что?       - Когда я нашел тебе того омегу, меня бесило, что он есть. Но тебе нужно было с кем-то проводить гон. А тогда...       - Арторий.       Назвав Аскеладда так... Обоим стало как-то не по себе. Да и имя из уст Торфинна прозвучало как-то не так, как предполагалось. А как-то так, как должно было быть.       А потом альфа снова прижимает омегу к себе и на выдохе произносит:       - Я никогда тебя не отпущу.       И омеге остается лишь поверить.

***

      Больше всех охренел конкретно Бьерн. Вся та суета с принцем и дикой бойней с Торкелем сказалась для Бьерна серьезными ранениями. Но один бешеный альфа, который на пути к своему омеге поубивал несколько его соперников, смог облегчить задачу по защите Кнуда.       Только вот как только Торфинн вернулся с каким-то голубоглазым парнем, Бьерн даже не поверил поначалу, но потом все же осторожно спросил:       - Это какая-то шутка?       - Шутил Торс лет так семнадцать назад, - ответил омега и усмехнулся. - А его сынок просто отмачивает. Как всегда.       - Еб вашу мать. Мне нужно выпить. Это все, - он указал на двух парней перед собой. - Какая-то хуйня.       Торфинн хмыкнул:       - Сказал тот, кто предлагал мне член в дупло сунуть.       - Лучше бы ты его туда и запихал, - огрызнулся Аскеладд. - Блять, - он устало потер глаза. - И это теперь...       Бьерн рассмеялся:       - Пиздец. Торфинн всегда творил всякую хрень. Но это... Это что, его рубашка?       Аскеладд лишь глаза закатил:       - Вот даже не говори ничего. Его рубашка. И его метка.       - И он дал укусить себя, - с усмешкой произносит Бьерн. - Знаешь, Торкель рассказывал всякое. Мне все еще интересно, как ты вообще столько лет умудрялся скрывать это. Но теперь мне еще более интересно, какого хера ты так выглядишь.       - Понятия не имею. Но мой альфа говорил что-то об истинных, принце, и о том, что не хочет, чтобы какой-то другой альфа подходил ко мне. - Аскеладд развел руками, усмехаясь. - Как-то так.       - Ого. Какой собственник.       - Вот и я ебало завали. И за шею его хуйнул.       Похоже, что это заинтересовало Бьерна больше всего остального. Он обратился к Торфинну с не скрытым интересом:       - Покажи. Никогда не видел метку омеги.       Тот нахмурился:       - Они все равно уже... Ладно.       Парень отодвинул в сторону воротник рубашки и продемонстрировал то, чем стала метка Аскеладда. Похоже, что всех, без исключения, бет интересовал вопрос альф и омег, просто в разной форме, в более или менее извращенной.       - И у Аскеладда такая же?       - Да. - Торфинн поправил одежду.       - Уморительно. Вместо того, чтобы трахать молодого омегу, ты просто решил... Кстати, какого хрена это сработало так? Никогда не слышал о подобном.       Аскеладд сейчас в одежде Торфинна, которая пришлась ему по размеру. Злило то, что сейчас он хоть и выше мелкого альфы, но в целом телосложение практически не отличается. Стило вспомнить ту рубашку Аскеладда, что была на Торфинна велика или то, как во время их первого раза приходилось наклоняться для поцелуя. Но сейчас... Торфинн сам притащил свои вещи, откопал подходящую обувь, да и трахнул еще разок в процессе этих сборов. Но быть одетым почти как Торфинн, за исключением кожаной накидки, было странным. Но вспоминая ту заботу, что проявил альфа, Аскеладд даже злиться не мог.       - Понятия не имею. Всегда знал альф не с лучшей стороны.       Когда Аскеладд произнес это, Бьерн сразу же хотел что-то возразить, но в принципе и не нашлось - что. А вот Торфинн коснулся руки омеги своей и сжал его пальцы.       - Где этот сопливый альфа? Это он пиздел об истинных, - произносит парень, поглаживая костяшки чужой руки.       - Так, ну вас нахер. - Бьерн резко отвернулся. - Охуеть. Мне нужно пойло. И так стоять тяжело, еще и вы. Фу, блять.       - Бьерн, - Аскеладд посмотрел на мужчину непроницаемым взглядом. Но свою руку из хватки Торфинна не убрал, а наоборот - сжал в ответ. - Я сам охуел.       - Верю.       - Что пожрать будет?       Бьерн хохотнул:       - Тебе понравится. И тут нашлось одно вино, что и Торфинну зайдет. Но мне нужно время. Подальше от вас. Торфинн Аскеладда трахнул. Это же охуеть.       - Так это... Он принял? Или как? - Торфинн покосился на свою пару.       - А тебе нужно одобрение? - Аскеладд усмехался.       Блять, даже та мерзкая усмешка на молодом лице выглядела совсем иначе. Торфинн потянулся за поцелуем, но прежде, чем получить его, прошептал свое уверенное "нет".       При первой встрече Торфинн думал, что Кнуд вообще немой нахрен, поэтому сейчас был откровенно удивлен увиденным. Торкель сидел за столом большого дома, где наверняка все бухали несколько дней, судя по обстановке, и пил вино, пока Кнуд откровенно орал на него.       - Как ты мог?! Не смей говорить подобного! Это отвратительно!       Торкель лишь глаза закатил, а потом заметил родню на пороге.       - О, Торфинн. Привет. Как твои дела? А это кто?       Аскеладд закинул руку на плечо парня и уверенно ответил:       - Его омега. Что, не видно?       Он намекал на похожую одежду. Но в целом - на одинаковый запах. После такого Торкель косится на такого же удивленного принца, а потом обращается к нему:       - Продолжай. Назови меня животным и все такое. Мне интересно.       Но Кнуд больше внимания на него не обращал. Он подошел к Аскеладду и выразил свое виденье ситуации:       - То, что говорили те люди - просто непозволительно. Хуже их слов только их действия. И, - он перевел взгляд на Торфинна. - Когда ты спрашивал об истинных и йомсвикингах, это имело отношение к Аскеладду, да? Просто сейчас...       - Тебя вообще нихера не удивило? - Аскеладд смотрел с интересом. - Или ты что-то знаешь?       - Не то, чтобы знаю. Но тема истинных пар интересовала меня ранее. Поэтому... Вы хотите знать?       Знать-то хотели. Но Торфинн обнял Аскеладда и едва не прорычал:       - Отойди от него.       Кнуд удивился и сделал шаг назад:       - Ничего себе. Эм... Торфинн, вы с ним теперь пара. Я никак не могу претендовать или поддаваться его запаху.       Торкель присвистнул:       - Ты смотри какой. Да он и глотку перегрызет.       - Скорее - глаз выколет, - заметил Аскеладд. - Торфинн, прекращай. Меня не интересуют другие альфы, как и я их.       Мужчина громко рассмеялся и поднял бутылку вина:       - Хорош, хорош. У него одна попытка.       Ну что за ненормальный? Почему они все такие?..       - И я ею воспользуюсь, если узнаю, что ты был в числе тех, кто посмел тронуть его.       - Меня никогда не интересовали мужики. Блять, ты его в сраку ебал. А теперь - позволил омеге-мужику оставить на себе метку. Ты о будущем подумал? Это бесполезное сознание не поможет тебе ни род продолжить, ни вообще, - Торкель цыкнул. - Как боец ты хороший, но вот как альфа, - он цыкнул снова. - Лучше бы поступил как Торс и нашел себе бету.       - Лучше бы ты заткнул свою пасть и не вспоминал отца, ублюдок.       Обстановка накалялась. Пока Кнуд снова не воспользовался своим положением:       - Замолчи уже. И это приказ. Ты сам пресек мне на верность. Так что хватит. И ты пьян.       Торкель передразнил будущего короля и снова приложился к бутылке.       Но раз уж Кнуд мог дать ответы на некоторые вопросы, то стоило это сделать в более располагающей обстановке.       - Я думаю, что после всего, - принц немного смутился. - Я могу предложить что-то из еды. И тут есть вино, которое...       - Так ты с Бьерном все это время таскался?       После вопроса Аскеладда, Кнуд немного погрустнел:       - После смерти Рагнара. В общем, это не важно. Пойдемте. Я больше не могу выносить этого человека.       Торкель снова передразнил парня и демонстративно отвернулся.       Аскеладд покосился на Торфинна. Что-то у них и правда есть общего. Оба ебанутые на всю голову.       В том доме, где обосновался Кнуд, нашелся и Бьерн, который нарезал овощи за столом, попивая то самое вино, о котором он недавно говорил. Мужчина никак не отреагировал на возвращение принца, лишь косо глянул на двух других гостей и выпил еще.       - Прекрати так смотреть, - сразу же произнес Аскеладд.       Тот лишь плечами пожал:       - А как мне смотреть? Я все еще охуевший. Как там, - он посмотрел на Кнуда. - Господи прости?       Принц лишь головой покачал. Похоже, что омега явно что-то пропустил за эти несколько дней. Да и в целом, сказанное Кнудом о Рагнаре звучало не совсем утешительно. И с чего это он так просто сказал о смерти своего вечно пекущегося обо всем в отношении наследника короны мужика? Да еще и потом заявил о том, что это "не важно"?       - А вы точно... - Аскеладд усмехнулся. - Нашел замену Рагнару?       - Рагнар был незаменим, - парировал Кнуд. - Но когда он погиб... Было тяжело. И пока вы делали то, что делали, нужно было обработать раны Бьерна и похоронить Рагнара. Мне продолжать говорить об этом или о том, что с тобой произошло?       Тот даже удивился. Ничего себе, какой уверенный. Даже Торкель признал его власть. Но узнать о случившемся казалось не менее интересным, чем о парах.       - О чем хочешь. Мне одинаково хочется узнать обе эти вещи.       Кнуд посмотрел на Бьерна, а потом подошел к столу и собрал волосы в хвост:       - Как на счет рагу? Я так понимаю, что Торфинн ни за что на свете не согласиться пресекать а верность короне, да и тебе не даст. Поэтому я надеюсь, что это не выйдет за пределы этого дома.       - Ты на Торфинна посмотри. Он только на своего омегу и смотрит, - произнес Бьерн.       Принц улыбнулся и принялся за готовку. Подозрительная идиллия.       - То, что я знаю об истинных парах, - начал говорить Кнуд, нарезая овощи. - Это то, что было больше написано в книгах. Никто никогда не рассказывал об этом. Да и в целом, альфы и омеги редко когда образовывают пары, как раз из-за своих сущностей. Да и я сам, - он вздохнул. - Никогда не стал бы принимать метку кого-то из тех омег. Даже если бы это был... Кхм... Так вот, говоря о парах. Есть мнение, что омега во всем и всегда соответствует своему альфе. Но о том, что альфа будет всегда желать добиваться и защищать своего омегу, никто не говорит. Это обоюдно. Просто альфы стыдятся признать свои слабости. Но как по мне - это красиво. Полное взаимопонимание и взаимопомощь. Истинные пары в целом... предназначены друг другу судьбой. Звучит абсурдно, но так их описывают. Но такое крайне редко. Говорят, что почуяв запахи друг друга, ни альфа, ни омега, не могут быть с другими. И если омеги куда проще переживают течки, то альфы, которым просто необходимо укусить или присвоить омегу, просто... Это равносильно смерти. Можно, конечно, метить кого угодно. Но, - принц задумался, - внутреннему альфе этого будет мало.       - Это никак не объясняет произошедшее, - заметил Аскеладд. - Те дни, которые мы проводили как альфа и омега - ничего не менялось.       - Метка заживает после окончания течки или гона. И у вас они должны были стать какими-то родимыми пятнами, насколько я знаю. - Он замолчал, пока забрасывал овощи в кипящую воду. - Просто то, что произошло конкретно с тобой, выглядит как предпочтение альфы. Можно подходить не только по характеру или интересам. Но и по возрасту. Разве Торфинн не думал о том, как бы все сложилось, если бы ты был моложе?       Альфа напрягся:       - Я думал только о взаимных метках. Ну и, - он отвел взгляд. - О том, что я хочу провести со своим омегой как можно больше времени.       - И ты это получил. Это сработало так. Омега Аскеладда решил соответствовать тебе. Полностью. - Он посмотрел на омегу. - И ты вернулся в то время, когда был молод. Дело в соответствии. Разве ты сам не хотел этого? Не проходить через все те ужасные вещи, а просто жить?       Аскеладд вздохнул. Очевидно. Очевидно, что он хотел бы просто жить, а не выживать. Он хотел бы верить в пары и альф. Просто эта вера с самого начала была похоронена меткой собственного отца. Поэтому Аскеладд и стал тем, кем стал - тем самым конченным омегой, что калечил себя, лишь бы не выдать своей истинной сущности.       - Торфинн говорил, что его тошнит от запаха омег. Вероятно, что его альфа и принял Аскеладда за истинного, - Кнуд присел за стол. - Не смотря на все сложности ваших взаимоотношений. Но хочу сказать, что ваши запахи очень даже... Подходят друг другу.       - Объясняешь ты так себе, - фыркнул Аскеладд. - Но какого хрена ты готовил?       - Некоторые обстоятельства, которые отрылись совсем недавно, - заметил Бьерн. - Как и то, что ты был омегой. А еще - я все еще не знаю, как ты скрывал свой запах. Объясни.       Очередное интересное наблюдение заставило Аскеладда усмехнуться. От кого, от кого, но от Бьерна такого он такого не ожидал.       Но он рассказывает. И о ранах, и о том, как он столько лет умудрялся скрываться. Все было продумано до мелочей - зимовье, остановки, попойки, а еще - порезы, их количество и периодичность нанесения. И закончил он свой рассказ тем, что уж никак не ожидал, что один ненормальный пацан окажется альфой, который почует омегу.       - Будто ты не рад, - произнес Бьерн.       А вот Кнуд был другого мнения:       - Это ужасно. Тебе столько лет приходилось просто истязать себя и свое тело. - Он покачал головой. - Печально, когда человек на самом деле - животное. Но я даже не представляю, как тогда Торфинн вообще все это время...       - Даже вспоминать не хочу, - Аскеладд потянулся к вину Бьерна. - Это его бешенство в отношении самого себя.       - Так, мелочь, - Бьерн перехватил свое вино и поднялся, чтобы подойти к очагу.       - Ты охуел?       Аскеладд глянул на друга, а потом рассмеялся. Ну кто бы мог подумать, что некоторые настолько обидчивые.       - Торфинн будто совсем из ума выжил тогда. Со стороны выглядело страшно, - заговорил мужчина у огня, помешивая рагу. - Когда он сорвался на той лошади и полетел навстречу к Торкелю, он будто совсем ничего вокруг не замечал. Злой, решительный и совершенно безумный. Но это меня и спасло. Особенно, когда он прямо на ходу, сидя на лошади, те ножи кидал. Блять, я тебя боюсь.       Альфа усмехнулся:       - Ни слова о животных.       - Тебе же оно и не надо. Но то, что ты сделал потом... Атли чуть от страха не обоссался, когда бежал отсюда.       Аскеладд с интересом посмотрел на своего альфу:       - Чего?       - Ничего, - сразу же фыркнул Торфинн. - Торгримм - ебучий ублюдок. Он должен был сдохнуть.       - Никто и не спорит, - пожал плечами Бьерн. - Ты просто иногда даже не думал о том, насколько пугал до усрачки.       Кнуд с сочувствием посмотрел на Торфинна:       - Даже не представляю, как плохо тебе было.       - Зато потом стало хорошо, - усмехнулся парень.       - Еще хоть слово - и по ебалу дам, - пригрозил Аскеладд.       Альфа улыбнулся:       - Ага, как скажешь.       Омега закатывает глаза:       - Дайте мне то вино.       А после Кнуд поинтересовался у Торфинна, как тот вообще преодолел свое желание во время гона. Но тот был краток. "Я не хотел причинить ему боль" - уверенно и четко ответил Торфинн. А потом уже Аскеладд рассказал о том, как парень повел себя в тот раз - буквально сходил с ума, блевал, рыдал и грыз свою руку. Принц лишь головой покачал - просто безумие, но после произнес слова о том, что омеге очень повезло с таким чутким альфой. Мда... Пресекать в верности этой персоне Аскеладд точно не станет.       А вот Бьерна куда больше поразил факт того, что Аскеладд это скрывал. Но в нем скорее говорила обида. Потому что он верил, что Аскеладд доверяет ему.       - Я не мог никому сказать. Мне не нужно было это сочувствие или еще какая-то хуета. Я хотел просто... Чтобы этого никогда не было.       - Ну а теперь ты омега, который полностью соответствует альфе. Ну и что? Как теперь воспользуешься этим временем?       Бьерн смотрел с интересом. А ведь и правда - у Аскеладда теперь вся жизнь впереди. Ему же теперь всего семнадцать, у него есть альфа, с которым он образовал пару, с которым он проведет эту жизнь. И с которым он просто... Никогда не подвергнется тому животному насилию.       Но тот отстраненно произносит:       - В том-то и херня, что это не от меня зависит.       - Торфинн же вроде как не принудит тебя.       - Но как омега я должен буду следовать за ним.       Они сидели недалеко от того дома. Все остальные, кто находился здесь - это были люди Торкеля. Они косо смотрели в сторону омеги, но никто ничего не сказал, видимо, что угрозы Торфинна не прошли даром, либо у Торкеля были какие-то свои мысли по поводу случившегося, которые он никогда не скажет. Но и думать долго не нужно, чтобы понимать, что он против того, что сотворил его внучатый племянник. Но смысл уже чему-то возражать?       - Торфинн в жизни не станет сопровождать короля. Чего бы ты там себе не напланировал.       Омега вздыхает:       - Он хорошо подходил на роль телохранителя. Но это скорее то, что его бесит.       - Так как он? Хорош? - Бьерн улыбался.       Аскеладд посмеивается:       - Ты только ему не говори. Но это было охуенно.       - Хороший трах?       - Идеальный. Он мне... Нет, я хрена с два даже тебе это расскажу. - Он даже головой покачал. - Так что ты думаешь? Ты и этот принц. Выглядит интересно.       Но вот Бьерну нихрена не интересно. Он столько лет следовал за тем, кто по итогу оказался омегой и создал пару с альфой. Обижайся или нет, но бете тут теперь делать нечего. Как за друга, Бьерн был рад за Аскеладда, но вот как за лидера... Он испытывал некоторую тоску. Они же столько битв вместе прошли, столько времени провели плечом к плечу. А теперь Аскеладду снова семнадцать, у него впереди совсем другая жизнь, потому что один альфа дал ему это время.       И омега это понимает. Поэтому вместо размышлений о будущем, говорит о прошлом:       - Ты был единственным, кого я считал другом.       - Считал?       - Считаю. Но теперь ты волен сам выбирать...       - Я это сам выбрал, - снова перебивает Бьерн.       Аскеладд снова смеется:       - Ты понял, о чем я говорю. Даже когда наши пути разойдутся, я буду считать тебя другом. Но твой выбор не должен вести тебя по пути сражений. Если бы не бешеный Торфинн, то ты мог бы и погибнуть. А если нужно драться - то лучше уменьшить это количество битв. Не считаешь?       - Вообще-то Кнуд сам просил меня об этом. Он не столько помешан на религии, как на истинных парах. Он очень много плакал после смерти Рагнара, но потом очень много говорил о своей сущности и о том, что больше всего его печалит то, что это очень трудно контролировать. Он не хочет быть животным. Но не думаю, что он имеет право поступить так же, как Торфинн.       - Так тебе понравилось с ним или как?       - Он определенно очень интересный. Ты всегда умел подмечать такое в людях.       - Умел?       Теперь настала очередь Бьерн посмеяться:       - Торфинн точно оценит подобное.       - Торгримм проговорился о Флоки. Торфинн услышал это и теперь знает правду. Он даже у принца спрашивал о йомсвикингах.       - Это объясняет его жестокость. Судя по словам Атли, Торфинн прям с порога Торгримма убил. Назвал мазью и вогнал клинок в глотку.       - Это в его духе.       Бьерн наблюдает за перемещениями людей Торкеля, а потом спрашивает:       - Так ты счастлив?       - А сам как считаешь?       - Что тебе повезло. Как оказалось.       На что Аскеладд лишь фыркнул.       Для того, чтобы переночевать, Аскеладд выбрал уже более обустроенный и менее разбитый дом. Он разжег огонь и подготовил вино. Разговоров с Торфинном теперь никогда не избежать, поэтому стоит сосредоточиться на том, что будет дальше.       Но судя по тому, что альфа все еще общался с Кнудом и отсутствовал, поговорить с Торфинном есть о чем.       Аскеладд смотрел на все вокруг. И как-то даже не верилось в собственное спокойствие. Но еще больше не верилось в то, что он подготовил дом и ждет своего альфу. Течка была безумием, но вот сейчас, когда дело дошло до более реальных вещей, стало не по себе.       Торфинну наверняка было, о чем поговорить с Кнудом. Если один альфа был лишь заинтересован парами их образованием, то другой эту пару создал. И то, что сказал принц, касаемо истинных... Аскеладд отдавал себе отчет о том, что не раз дрочил на запах Торфинна. А еще и на то, как альфа повел себя по время своего прошлого гона. Омега был впечатлен до глубины души и надолго.       Голос Торфинна вывел из размышлений. Парень вошел в дом и сразу же начал говорить о том, что Кнуд - просто невыносимый и очень много говорит, и что вообще было лучше, когда принц молчал.       - Но я был прав, - заявляет альфа. - Это с тобой произошло, потому что омега должен соответствовать альфе.       Однако Аскеладд не был настроен так положительно:       - Ты хоть понимаешь, сколько времени ты мне дал? Я же могу жизнь заново прожить.       Торфинн присаживается у очага рядом с Аскеладдом и устраивает голову на его плече:       - Да. Я понимаю.       - Ну и что дальше?       - Дальше?       Омега смотрит на огонь прищурив глаза:       - Быть семнадцатилетним не входило ни в какие мои планы. Мне нужно было примазаться к власти и тереться рядом с короной. Но теперь этого не выйдет. Будущее было и для тебя, стоило только Кнуду королем стать. Но если следовать моему плану и дальше, то ты принцу скорее глотку перегрызешь. Поэтому я и спрашиваю - что дальше?       Торфинн немного медлит, но все же честно отвечает:       - Я не знаю. Обычно это ты придумывал всякое.       - А теперь мы поменялись ролями. Теперь я следую за тобой, а не наоборот.       Тот вздыхает, а потом очень тихо произносит:       - Исландия.       - Исландия?       - Угу... Я хотел бы вернуться домой. Как-то. Но, знаешь, пока м-мы с тобой не придумаем то, что можно было бы сделать... Можно же просто путешествовать и все такое.       Омега хмыкает:       - То есть, Кнуд точно отменяется?       - Не говори мне о нем.       Торфинн хоть и рычит, но все равно обнимает Аскеладда, прижимаясь как можно сильнее.       - Торфинн, провести всю жизнь со мной. Ты точно хорошо подумал?       Тот лишь трется щекой об одежду омеги:       - Да. Еще когда впервые твой запах почувствовал. А в тот раз, когда во время твоей течки я остался и был рядом... Я не хотел уходить.       - Теперь и не уйдешь.       - Не уйду.       И этой ночью альфа вновь доказал, насколько сильно не желает отпускать своего омегу.       Решение отправиться в путешествие Кнуд поддержал. Как на словах, так и на деле. Он искренне выразил восхищение Торфинном, но сказал, что если тот захочет поработать на корону, то принц будет не против. На что Торфинн лишь фыркнул, мол, никогда и ни за что я этого не сделаю.       Аскеладд снова был в стороне, чтобы побеседовать с Бьерном. Мужчина не стал долго ходить вокруг да около:       - Ну так что? Торфинн определился?       - Вроде того.       - Блять, это все еще охуенно странно.       - И не говори.       Бьерн рассмеялся:       - Блять, ты съебуешь с Торфинном хер знает куда, а я, - он развел руками, - остаюсь здесь. Со странным принцем и ебанутым дедом твоего альфы.       - Это твой выбор.       - У меня их не так много, - заметил тот. - И Торкель все еще охуенно злой на тебя и Торфинна за это.       - А вот это - уже его проблемы, - снова подмечает Аскеладд. - Может, оно и к лучшему.       - Кто знает, - задумчиво протянул Бьерн. - Англы ненавидят данов, так что я понятия не имею, как Кнуд собирается эти земли покорять. Но ты мог бы поделиться с ним опытом или вроде того.       - Херли ты о нем так переживаешь?       - А херли ты за столько лет даже не намекнул мне на то, что ты - омега?       Аскеладд закатил глаза:       - Да иди ты...       Путешествие с Торфинном оказалось очень даже... Медленным. Да что уж там говорить, когда альфа хотел своего омегу буквально всегда и везде. Стоило им только отправиться в путь, как через пару миль Торфинн остановил лошадь, обнял Аскеладда и попросил о привале. Правда, лишь для того, чтобы прижать омегу у ближайшего дерева и потереться о него возбужденным членом.       - Я больше не могу. Мм... Блять.       Аскеладд понимал, что он может просто сказать "нет" и они продолжат маршрут. Но отказывать своему альфе он не собирался. Поэтому потерся ягодицами в ответ и попросил потрогать. И Торфинн потрогал. Он долго гладил и сжимал, а потом так же долго растягивал. Но стоило только возбуждению альфы войти в омегу... Оба просто с ума сошли от этого быстрого секса. И если Аскеладд помнит, как оно может быть, то вот сейчас все совсем иначе. Сейчас ему очень нравится, как Торфинн толкается внутрь быстрыми и резкими движениями бедер. Нравится, как альфа целует его за шею сзади. И безумно нравится то, насколько сильно Торфинн переживает о том, чтобы его омеге не было больно.       У обоих разрядка не занимает много времени. Но после нее оба тяжело дышат и не хотят отстраняться друг от друга.       - Ты точно ненормальный, - все еще тяжело дыша произносит омега. - Мы едва отъехать успели.       Торфинн все так же не выровнял дыхание:       - Ты можешь сесть сзади.       - Придурок.       - Угу...       А в ближайшем селении, где они нашли ночлег и лавки, в которых можно было пополнить припасы, Торфинн заговорил совсем о ненормальны для омеги вещах.       Они сидели в полуразваленном доме, который никому и не нужен был. Аскеладд снова развел огонь и подготовил постель, а вот Торфинн решил поохотиться в местных лесах. Поэтому ужин был сытным и вкусным. Причем самое занятное - это не первый раз за последние несколько дней, когда они делали подобное. И готовили тоже вместе. Но тут скорее... Аскеладд вновь учит Торфинна чему-то новому. Например - делать суп или правильно готовить мясо.       - Ты никогда не думал о том, что ты тоже мог бы... - Торфинн помедлил, а потом выдал. - Ну, ты же тоже м... Парень. И я подумал, что... Твой член и...       Омега едва воздухом не давится:       - Торфинн, ты совсем? Да кто в здравом уме позволит омеге трахнуть себя?       Тот снова медлит, но по итогу лишь пожимает плечами:       - Ну... Я.       - Чего? Ты совсем ебанулся?       - А что в этом такого?       У Аскеладда сразу же весь аппетит пропадает:       - Торфинн. Ты - альфа. Ты не должен думать о члене в своей заднице.       - Я и не думаю о члене в своей заднице, - возражает тот. - Я думаю о том, что... Ты же все-таки со мной жизнь связал. И если хочешь, то я мог бы...       - Блять, у альф это не работает так же, как у омег.       - Что?       - Ты не можешь быть всегда готов к тому, что кто-то трахнет тебя в зад. И ты не можешь быть достаточно чист для этого.       Торфинн задумался. А потом снова открыл рот, заставляя Аскеладда окончательно охренеть:       - А если я... Ну... Смогу как-то... Короче, я хочу, чтобы ты это сделал. Мы оба парни и я не против, если ты сделаешь это... Ну...       - Торфинн, ты точно ненормальный.       Блять, да с таким альфой Аскеладд облысеет быстрее, чем в прошлый раз.       И ненормальность Торфинна заключалась не только в том, что он буквально не хотел вытаскивать член из своего омеги, но еще и в том, что он сделал то, о чем говорил.       Прошло примерно пару месяцев с начала их путешествия. Они снова остановились на окраине какого-то небольшого селения. И когда альфа вернулся с дичью, то сразу же потянул своего омегу вовсе не ужинать, а в постель.       Аскеладд привык к этому за столько времени. Обычно утро начиналось с того, что альфа терся о своего омегу, говорил о том, что тот красивый и буквально умолял войти. Да и вечером, стоило им только лечь рядом, Торфинн делал то же самое. Количество секса можно было бы считать ненормальным, но вот только Аскеладд сам... Хотел своего альфу. И несколько раз он сам просил Торфинна об остановке, чтобы прыгнуть на его член.       Но сейчас все было иначе. Торфинн обнимал, прижимался, шептал о том, как сильно хочет омегу. Но как только они оба остались без одежды...       Торфинн лег в кровати и посмотрел на то, как Аскеладд устраивается сверху.       - Хочешь так?       Омега уселся на бедра парня и погладил его грудь. Но альфа перехватил чужую руку и уверенно произнес:       - Мы как-то с тобой говорили о... Ну... Я готов принять тебя. Или как там?..       - Что? Торфинн, ты...       - Просто сделай это. - Альфа отвел взгляд и был явно смущен. - Я просто хочу, чтобы ты тоже... Знал, что я не против...       - А ты не отступишь, да?       На что Торфинн лишь улыбнулся. Очевидно, что этот парень никогда и ни за что не отступит.       И даже не верилось, что такой безбашенный ребенок смог так быстро повзрослеть за столь короткий промежуток времени. И было очевидным, что Торфинн сделал это ради своего омеги. За эти два месяца Аскеладду почти и попрекать парня не пришлось. Да, были вещи, в которых Торфинн был не достаточно хорошо. Но это все компенсировалось его преданностью и желанием научиться.       Поэтому сейчас Аскеладд тоже решается научиться чему-то новому для себя. Он никогда не думал, что для омеги возможно подобное. Но хотелось попробовать. И раз Торфинн не против...       Омега устраивается между ног своего альфы и снова говорит о том, что Торфинн - самый ненормальный парень на свете, раз предлагает подобное. Но Аскеладд все равно целует его.       Скользнула мысль, что с таким ростом Торфинн должен был быть омегой. И подминать его под себя, раздвигать ноги и целовать оказалось очень приятно. А еще тот был податливым и отвечал на все ласки со стороны своего омеги. Ну разве может альфа быть таким? Аскеладд поймал себя на мысли, что Торфинн - идеальный альфа для него.       Первым поцелуй разорвал Аскеладд. Он коснулся кончиками пальцев губ альфы и тихо произнес:       - Оближи. Ты не течешь там. Поэтому...       Но Торфинн без лишних вопросов взял в рот оба пальца омеги и облизал их. Со стороны это выглядело просто невероятно возбуждающе. И пока альфа вылизывал пальцы своего омеги, тот опустился к его груди с поцелуями, чтобы показать, что... Что не против сделать это.       Подготовка заняла достаточно времени. Очевидно, что Торфинну было не совсем приятно от этого всего. Он морщился и комкал простынь, пока Аскеладд проталкивал в него пальцы. Но как только два пальца омеги вошли в него поглубже, альфа сдавленно простонал и толкнулся навстречу. Аскеладд помедлил, прежде, чем добавить еще один палец.       У Торфинна сейчас такое развратное лицо, что даже не вериться в реальность происходящего. Он комкает простынь, стонет и полностью подается чужим прикосновениям. Он определенно должен быть омегой. А альфы особо не нежничали с омегами. Никогда.       И Аскеладд мимолетом вспоминает всю ту боль, что ему причинили прежде. И вот, перед ним альфа ноги раздвинул. И сейчас омега может сделать так же, как делали ему. Показать, насколько неприятно это может быть и сколько боли и разочарования принести. Но как только Аскеладд вытаскивает свои пальцы, то сразу же слышит тихий стон и...       "Да что я творю?". Выразить свою злость на прошлое на Торфинне? На том, кто и так ради омеги и так весь тот ад пережил? Аскеладд хоть и мудак, но не настолько, чтобы насиловать того, с кем ему предстоит всю жизнь провести. За последние несколько недель он и так стал относиться к Торфинну куда терпимее, видя отдачу со стороны альфы. А сейчас...       Проталкиваясь в горячее узкое тепло Аскеладд и сам стонет. Потому что чувствует, как парень под ним пытается расслабиться, старается для того, чтобы показать искренность своих намерений. А все потому, что альфа знает, помнит все те метки и слышал разговоры об омеге.       - Торфинн... Мм... Ты там как?       Омега возбужден, мокрый сзади, но ему все равно приятно.       Да и сам альфа вроде бы как...       - Ах... Я... Продолжай.       - Торфинн, если больно, ты не должен это все терпеть.       - Но я хочу. Мм...       Они оба замирают. Для Аскеладда это определенно что-то новенькое. И чувствовать своего альфу так...       - Зачем тебе это? Ты же...       - Потому что я люблю тебя.       Омега вздрогнул. В услышанное просто не верилось. Он с удивлением смотрел на парня перед собой. Торфинн произнес это и запрокинул голову немного назад. Он лежал, сжимал простынь и старался привыкнуть к новым ощущениям. К тому, что вообще никогда не должен был чувствовать.       Аскеладд целует своего альфу и делает неспешный толчок. Очевидно, что эти месяца не прошли даром и для Аскеладда.       И сейчас они оба наслаждаются этим абсолютно противоестественным соитием. Потому что чувства Торфинна взаимны.       Утром было тяжело. Торфинн проснулся первым. Он точно помнит окончание вчерашнего вечера, когда засыпал в объятиях своего омеги сразу после того, как кончил. И, судя по ощущениям, Аскеладд снова побеспокоился о нем. Альфа улыбнулся и открыл глаза. В постели он был один. Хотелось, чтобы его омега был рядом поле такой ночи. А еще - после того признания.       За все это время, что Аскеладд поддерживал его, Торфинн не мог не проникнуться куда более глубокими и нежными чувствами. Но сказать о них почему-то было страшно. Не смотря на внешние изменения, Аскеладд же все еще обладает сознанием взрослого мужчины. И стоило ли вообще?..       - Торфинн, - Аскеладд опустился на кровать рядом. - Вчера ты так и не поужинал, поэтому, - вместо продолжения фразы он протянул тарелку с едой.       Тот немного растерялся. И попытался сесть, но это отдалось лишь болью в пояснице. Торфинн поморщился, но все же принял сидячее положение.       - Доброе утро. - Альфа принял свой завтрак. - Мм... Спасибо. Вчера... Жаль, что без пальцев ты не...       - Торфинн, - перебил омега. - Тише. То, что ты сделал вчера - это было полнейшее безумие. И я не хотел, чтобы тебе было больно.       - Мне понравилось. Когда ты вошел глубже...       - Только не говори об этом. Поешь. Хочешь воды или вина?       Торфинн попросил воды и опустил взгляд на свою тарелку. Аскеладд вновь позаботился о нем. После их секса, утром и вообще... Строил маршрут, учил торговаться, показывал столько нового. Альфа иногда чувствовал себя абсолютно бесполезным.       Хотелось еще поговорить о том, что сказал Торфинн вчера. Но как только парень закончил с едой, омега убрал тарелку в сторону и уселся на чужие бедра, подняв рубашку и демонстрируя свое возбуждение и влагу, что уже стекала по бедрам.       Альфа погладил ногу парня и улыбнулся:       - Прямо так?       Но вместо этого омега опустился ниже, чтобы... У Торфинна перехватило дыхание, когда Аскеладд коснулся его члена чубами. Сначала он оставил несколько поцелуев, а потом взял в рот. Сначала он обсосал головку, но после вобрал глубже и постарался не прикусить. И судя по стону удовлетворения Торфинна, который зарылся пальцами в светлые волосы своего омеги, Аскеладд был на правильном пути.       А когда омега отстранился, чтобы снова сесть на чужие бедра, то сразу же произнес:       - Стоило сделать это раньше.       - Н-но я думал...       - Ты тоже вкусный.       После этих слов Аскеладд насадился на возбужденный член своего альфы и простонал прямо в поцелуй. Торфинн прижал омегу к себе и попытался толкнуться навстречу. Но после вчерашнего было немного больно двигаться.       - Торфинн, отдохни. Мм... Блять, какой же ты...       Альфа просто обнял омегу и прижал к себе, позволяя тому делать все, что угодно.       И после этого их раза все стало еще более развратным. Помимо того, что альфа и так зажимал своего омегу где угодно, так теперь он еще и член облизывал и языком внутрь толкался с куда большей периодичностью.       В один из таких раз Аскеладд стоял раком прямо на траве в лесу, пока его альфа вылизывал его смазку. Торфинн просто сумасшедший - снова остановился посреди дороги, чтобы потрахаться. Но этому было оправдание. Приближение гона. Аскеладд и сам чувствовал, что совсем скоро начнется течка. И в этот раз они с Торфинном будут проводить это время как пара. Заодно и проверят, насколько могут контролировать себя в таком состоянии.       - Мм... Блять, какой же ты здесь сладкий.       - Торфинн, вставь уже свой член. Блять, я уже не могу.       Омега простонал и качнул бедрами, чтобы отстраниться от парня. Тот потянул Аскеладда на себя, заставляя сесть на его бедра.       Было немного неудобно из-за приспущенных штанов. Но желание пересиливало все остальное. Торфинн помог омеге немного приподняться, чтобы после насадиться а член. Альфа сразу же обнял свою пару, прижимаясь к его спине и целуя в изгиб шеи.       Аскеладд простонал и запрокинул голову назад, устраивая ее на плече Торфинна:       - Ах...       - Ты такой мокрый и горячий... Мм... Я так рад, что ты теперь мой...       Омега и сам чувствовал, как из него сочиться смазка из-за перевозбужденного состояния. Это казалось странным, но с каждым разом хотелось все больше. Учитывая, что ни разу за полгода Торфинн не сделал больно или неприятно. Ну а еще время от времени вспоминался тот раз, когда альфа и сам ноги раздвинул.       - Мм... Торфинн, сильнее. Мне не больно.       Но тот не стал менять темп проникновения.       - Я хочу так. М... Можно?       - Угу. Да, - стонет омега. - Ты же знаешь.       - Знаю, - шепчет Торфинн. - И я потом... Помогу тебе помыться.       - Н... Не... Скоро достигнем селения. Там и...       Альфа едва не рычит:       - Я обожаю тебя. Ты просто...       Место, где они проведут эти несколько дней, нашел Аскеладд. Но прежде, чем уединиться в помещении, Торфинн потащил своего омегу к воде, где сам же и начал его раздевать.       - Ненавижу, когда они так на тебя смотрят, - рычит альфа.       - Омега, вроде меня, - это редкость, - замечает Аскеладд. - Ясное дело, что они будут пялиться на нас.       Торфинн смотрит на обнаженного омегу, а потом опускается перед ним на колени и целует низ его живота, опускаясь поцелуями ниже, после чего берет в рот его член, зарываясь носом в светлые волосы на чужом теле.       Аскеладд сразу же подается ласке и зарывается пальцами в волосы альфы. Неожиданно, но Торфинну очень нравилось, когда омега касался его волос, из-за чего он и начал их чаще мыть. Да и в целом с гигиеной у парня стало куда лучше благодаря стараниям Аскеладда. Ну и благодаря их стабильно неожиданному сексу - тоже.       Полгода прошло, а они сблизились не только как альфа и омега, но и как... Обычные люди. Как Торфинн и Арторий. Они действительно стали той самой парой, о которой говорил Кнуд.       - Я рассчитывал помыться, - произносит омега на выдохе. - А ты...       - Мою тебя, - заметил альфа, отстранившись. - Тебе разве не нравится?       - Куда больше мне понравилось бы, если бы ты потрогал меня сзади.       Ну, это можно было устроить. Торфинн устраивает руку между ягодиц омеги и гладит мокрую дырочку. При этом он снова начинает обсасывать член омеги, игнорируя собственное возбуждение.       - Мм... Может, пойдем в воду?       Аскеладд гладит парня, пока делает это весьма заманчивое предложение. Торфинн прекращает свои действия, но с колен не поднимается.       Омега смотрит в карие глаза и улыбается:       - Ну что такое?       - Ты правда не жалеешь, что укусил меня?       Это вызывает на лице Аскеладда улыбку. Он опускается на колени рядом с парнем и касается его щек ладонями:       - Ты единственный, кто называет меня так. И ты первый, кому я поверил. И не пожалел. Иди сюда.       И когда омега поцеловал своего нежного альфу, тот расслабился и обнял Аскеладда.       - Арторий.       - Да.       - Раздень меня.       Такому омега точно не отказывает. Как и желанию своего альфы погладить мокрую дырочку еще.       А уже в доме, после ужина, Арторий первым усаживается на кровать и протягивает Торфинну руку, предлагая присесть рядом. Оба чувствуют, что то время почти настало. И оба переживают. Но совсем немного, и каждый - по-своему. Торфинн переживает о том, чтобы не сорваться и не сделать омеге больно. А вот Арторий - потому что просто не знает, что его ждет во время течки с парой.       Но все начинается с поцелуя. Аскеладд улыбается и целует своего альфу. Тот аккуратно касается свою пару и пробирается рукой ниже, чтобы расстегнуть пояс на рубашке. Тот не против. Он немного отстраняется и уверенно произносит:       - Я знаю, что ты не сделаешь больно. Но я хочу, чтобы в этот раз меня касался только ты.       Торфинн понимает о чем говорит омега. Поэтому соглашается тихим "угу" и подталкивает Аскелдда лечь на кровать.       И прежде, чем начать стягивать с себя одежду, Торфинн тянется за поцелуем снова. Но перед этим шепчет ту самую фразу, что ранее заставила омегу...       - Я люблю тебя.       И то, что больше всего удивляет Артория - так это то, что Торфинн никогда не требует ответа. Он будто говорит это лишь для того... Чтобы выразить свои настоящие чувства.       Альфа очень долго облизывает и гладит, он заставляет омегу стонать и сходить с ума от этой нежности. Аскеладд пытается что-то сказать, но этот горячий язык внутри спутывает все мысли и слова. Сейчас так хорошо, что хочется, чтобы этот альфа действительно сделал все, что угодно.       Однако омега все равно имеет и некоторые свои желания.       - Ах... Т-торфинн... Подожди. Я хочу...       Тот сразу же прекращает все свои действия. Он поднимается и облизывает свои мокрые от чужой смазки губы.       И Аскеладд заканчивает фразу:       - ...тоже чувствовать твой вкус.       Эта поза была крайне развратной, но сейчас у омеги было просто непреодолимое желание так же ублажить своего альфу. И Арторий не стал противиться своей сущности. Он нависал над Торфинном и вылизывал его член, пока сам альфа вылизывал изнутри. И... то ли течка виновата, то ли язык Торфинна, но Аскеладд кончил прямо так, забрызгав грудь парня своим семенем. Но не прекратил отсасывать, ублажая альфу. Торфинн прорычал и развел ягодицы омеги, чтобы лучше видеть местечко, в которое вернул свой язык.       Но Аскеладд сам отстранился. Он тяжело дышал и повернулся лицом к Торфинну:       - Малыш, я без ума от твоего язычка, но твой член ничего не заменит.       Альфа уставился на омегу, а потом прижал его к себе и снова прошептал, что любит его.       Арторию не нужно было отвечать. Он просто показал то, насколько это взаимно.       Омега легко насадился на член своего альфы и простонал. Блять, если прошлую течку можно было считать лучшей, то эта была просто... Нереальной. Тем более - с таким незабываемым началом.       Единственное, о чем попросил Арторий, так это:       - Не сдерживайся. Делай все, что хочешь.       Торфинн немного помедлил, а потом тихо произнес:       - Я и так всегда... Делал так.       - Торфинн, ты же...       - Я хочу всегда быть... Аккуратнее. И очень хочу, чтобы мой омега... Я хочу, чтобы ты был счастлив.       Арторий улыбнулся:       - С тобой иначе и быть не может.       И не могло. Бесподобные три дня, что они провели в постели, стали лучшими для обоих. Торфинн и правда не вытаскивал свой член из Артория. Даже попить или помочиться спокойно не давал. Всегда был совсем рядом и касался.       И проснуться в крепких объятиях своего альфы - это то, к чему Аскеладд уже привык.       Торфинн все еще крепко спал. Но даже во сне не ослаблял объятий. Ну просто невероятный собственник. И самый нежный альфа. Который первым... Был первым во всем, даже в своем признании. И эти слова действительно были важными для омеги.       Арторий погладил щеку парня и улыбнулся. Ну что за безумный мальчик? Все те годы бесполезных поединков и выслушивания криков стоили этого. Определенно стоили. Торфинн назвал Аскеладда красивым, сказал, что ему нравится лизать его, признался в любви, а сейчас так крепко обнимает... Стоит разбудить его соответствующе.       И поэтому Торфинн проснулся от влажных прикосновений к своему члену. И почти сразу же кончил омеге в рот с приглушенным стоном.       Аскеладд скинул с них одеяло и уселся рядом:       - А вот и утро.       - Все хорошо?       - Часть моего завтрака состояла из...       - Арторий!       Торфинн смущенно отвел взгляд. А потом снова посмотрел на своего омегу:       - Тебе не обязательно было глотать.       - Захотелось, чтобы мой альфа был счастлив.       - Я и так...       Торфинн запнулся, а потом тихо рассмеялся.       Арторий прилег рядом и задал вопрос:       - Куда дальше? Прежде, чем мы вылезем из этой постели, я бы хотел знать о предстоящем маршруте.       Альфа тяжело вздохнул и все же ответил:       - Домой. Я хотел бы побывать дома. Но для этого нам нужно...       Аскеладд приложил указательный палец к губам парня, заставляя замолчать:       - Тише. Я просто хочу знать, куда. Остальное не важно.       Торфинн перехватил чужую руку и поцеловал запястье:       - Ты точно не против отправиться со мной туда?       - Куда угодно.       Альфа поднимается и садиться напротив омеги:       - Я просто не хочу, чтобы... - Он вздыхает. - Я не хочу, чтобы ты хоть как-то сожалел или...       - Торфинн, я не могу ни о чем сожалеть, ты дал мне время, которое я хочу проводить с тобой. И эти полгода это доказали. И я проложу для тебя маршрут куда угодно. Просто скажи - куда.       - Но почему ты так?..       - Потому что так я признаюсь тебе в любви.       Ох...       Торфинн впивается в губы омеги и валит его обратно на кровать.       Маршрут куда угодно, куда только альфа пожелает...       Ну что же, рано или поздно Торфинн воспользуется этим в полной мере.