Of Dreams And Hash Browns

      Никто в здравом уме не встаёт в 5:30 утра в субботу. Уж в этом доме так точно. Что заставляет задуматься о ментальном здоровье Морти, спускающегося в этот ранний час на кухню.       Уже несколько ночей подряд он просыпается от кошмаров. Как будто и вовсе не спал. И это не проходит бесследно, Морти уже начал волноваться, что от недосыпа его школьные оценки упадут ещё ниже, чем они уже есть. Хотя, Рик всё время говорит, что оценки не имеют значения. Может, о них волноваться и не стоит.       Морти старался идти очень тихо, чтобы никого не разбудить. То, что его мучают кошмары, не значит, что и другие должны страдать от недосыпа и бессонницы.       Он сощурился, когда кухню осветил свет из открытого холодильника. «Ничего вкусненького», – подумал мальчик, рассматривая полки и немного ёжась от холодильной прохлады.       Ну и сколько ещё это будет продолжаться? Он зевнул, без особо интереса глядя на коробку апельсинового сока.       Вдруг щёлкнул выключатель, и Морти быстро захлопнул дверцу холодильника так сильно и резко, что продукты внутри содрогнулись. Он быстро оглядел теперь освещённую кухню, сразу же заметив своего деда, стоящего у дверного проёма.       — Проголодался? — спросил учёный, подходя к холодильнику.       — А… ммм… н-нет… — сконфуженно пробормотал Морти, пытаясь уйти. Но дед его остановил.       — Тогда нахрена встал?       Морти повернулся к нему и пожал плечами, стараясь вести себя естественно.       — Не знаю. А ты?       Рик вздёрнул бровь и принялся возиться с кофеваркой.       — А я и не ложился. Всю ночь проработал над этим репликатором.       Мальчик сонно кивнул и снова неловко повёл плечом.       — Я просто… не мог уснуть. Плохой сон приснился… кошмар, наверное. Не знаю.       Рик обернулся, на секунду просто глядя на него, после чего кивнул.       — Ну, мне к дурным снам не привыкать. Слушай, как насчёт я приготовлю тебе свой всеизмерене известный завтрак?       Перспектива поесть чего-нибудь горячего на завтрак вдруг показалась Морти очень заманчивой. Пожалуй, он бы даже почувствовал себя лучше. Он широко улыбнулся.       — П-правда, Рик? Это было бы здорово! Я н-н-никогда не пробовал твою еду. Было бы… было бы очень классно!       Он подошёл поближе и опёрся о кухонную стойку, наблюдая, как его дедушка принимается за работу, достаёт сковородки, миски и всё прочее.       Вся остальная семья продолжала спокойно спать, не зная о том, что происходит внизу.       Рик налил кунжутного масла в одну из сковородок и принялся разогревать её.       — Ну так что, Морти, о чём был этот твой сон?       Подросток пожал плечами и неловко потёр затылок.       — Да блин, я уже и не помню. Во сне всё кажется таким ужасным, а потом я просыпаюсь весь в поту и мне всё ещё страшно, но я уже не помню почему. Просто… не помню. Наверное, это звучит странно…       Рик пожал плечами, продолжая собирать все нужные ему ингредиенты.       — Так уж устроены сны, по крайней мере, насколько я знаю из своего опыта. Я бы на твоём месте не переживал. Хотя то, что ты не можешь выспаться из-за этого – отстойно.       — Ещё бы.       Воцарилась приятная тишина, во время которой Морти просто завис, уставившись в стенку. Кофеварка издала продолжительный пищащий звук.       — Ага, вот и кофеёк, сученьки! — обрадовался Рик.        Морти вдруг очнулся и посмотрел на своего лучшего друга.       — А что тебе обычно снится? Ты помнишь свои сны?       Рик ничего не ответил, сосредоточившись на нарезании картофеля. Атмосфера на кухне несколько изменилась. Потом учёный поднял руку, указывая на один из кухонных шкафов.       — Хей, кхм, не передашь мне соль и перец?       Внук молча выполнил его просьбу. Он смотрел, как дед ставит маленькие ёмкости в ряд с остальными продуктами и продолжает готовку с серьёзным и даже мрачным(?) выражением лица.       — Тебе тоже снятся плохие сны? — догадался Морти, видя, что Рик пытается сменить тему.       Рик пожал плечами и прикусил губу.       — Просто… не беспокойся об этом. Обычные сны, как и у всех.       Морти кивнул, понимая, что Рик правда не хочет об этом говорить. Ещё через мгновение или два Рик забросил картошку на сковороду, и кухню заполнил восхитительный звук шипящего масла.       Он повернулся к внуку.       — Штука в том, что плохие сны, кошмары или как их не назови… они не реальны. Вымышленные ужасы, приукрашенные воспоминания, всякое, что по той или иной причине всплывает в сознании. В них нет смысла, они не могут тебе навредить. Это не по-настоящему.       Слушая его, Морти снова начал улыбаться.       — Хей… эмм, да, ты прав! Когда задумываешься об этом, это уже не выглядит как какая-то уж прям проблема. Знаешь… т-теперь мне и вправду лучше. Спасибо, Рик!       Рик улыбнулся и продолжил помешивать картошку.       — Без проблем, Морти.       Было ещё много времени до того, как все остальные выползут из своих кроватей и спустятся на кухню. Они вдвоём провели всё это время болтая о том о сём, в основном о новых экспериментах, которыми собирался заняться Рик, и которыми он хотел похвастаться перед Морти. Он научил Морти как приготовить хороший завтрак, включая кофе, прочитал лекцию о важности бобовых и показал, как правильно ухаживать за кухонным ножом.       — Хей, Рик?       — Да, Морти?       Морти смущённо потёр шею и ненадолго отвёл взгляд, после чего снова посмотрел на дедушку.       — Спасибо за… ну знаешь, за то, что ты всегда рядом, когда мне нужна помощь. Я знаю, что для тебя это непросто. Что т-ты не… не особо любишь говорить о… об эмоциях и всяком таком.       Рик ненадолго повернулся к Морти, после чего снова сконцентрировал внимание на помешивании еды в сковороде.       — Морти… для меня ты самый важный человек в мире. Ты, конечно, бываешь той ещё занозой в заднице, а ещё можешь быть муторным, легкомысленным, раздражающим примерно в половине случаев… — он снова взглянул на Морти, недовольно нахмурившего лоб, и продолжил, — …но какая бы тривиальная и тупая херня с тобой не происходила, ты всегда можешь рассказать мне, и я не отмахнусь.       Морти снова улыбался.       — Спасибо, Рик! И… т-ты тоже м-можешь поговорить со мной о чём угодно, если что.       — Не испытывай судьбу, Морти.