Без памяти влюблена

Мы долго могли лежать, укрывшись одеялом на двоих, рассматривать потолок, дышать в унисон, но утро все-таки разлучает нас, хорошо не надолго. Я сегодня одна пойду к врачу на последний осмотр, а потом к вечеру Татьяна мне велела прийти в одно место, где можно, как она сама сказала, увидеть звезды. Еще она уверяла, что именно там все и случилось. Что именно - так и не соизволила объяснить. Первая мысль "секс", но, позвольте, секс у нас уже был. Да и целовались мы уже вполне по-настоящему. Что тогда? Пока я гадала, не заметила, как пролетело время ожидания приема. Наконец, распахнув дверь, вышел врач в своем неизменно-белом халате. - А, это вы. Проходите, Ирина. — Он любезно пропустил меня и я села на кресло. — Где ж ваша тетя? Я краснею, думая: "Знал бы он что мы с этой тетей ночью делаем...", но , собрав мысли, уверено выдаю: - На работе. Я абсолютно уверена, что могу и без нее обойтись, потому что память восстановлена. - Удивительно, как быстро вы реабилитировались. — Удивляется доктор и я не сильно улыбаюсь, однако улыбка получается очень искренней. Я действительно рада, что не пострадала и все вспомнила. Врач дал некоторые рекомендации, показал несколько упражнений на укрепление памяти, чтобы в будущем не произошло такого же потрясения. Одним словом, полностью выписал меня и отпустил со спокойной душой. - Вообще, Татьяна Викторовна очень интеллигентная женщина. Вам очень повезло с ней. Я, держа в руке свой портфель, чуть не выронила его, пытаясь не подавать виду, что мне неловко и радостно одновременно. Кажется, сейчас я понимаю, что вполне могла влюбиться в нее. Справившись с неловкостью, я вышла из кабинета и направилась в институт, где меня встретила моя подруга и мы еще немного увлекательно побеседовали о моем предстоящем свидании с Таней, параллельно обставляя декорации к спектаклю. - Казалось бы, прошло два года, а я до сих пор не могу забыть, как ты мне рассказывала ваш боевик с момента свадьбы. — Весело вспоминает Лена, зашторивая три пенька, сделанные нашими декораторами. - Мне приятно думать, что наша любовь оказалась сильнее. — Улыбаюсь я, передвигая стулья с одной стороны на другую. — А стол надо двигать? — Спрашиваю я. Лена оглядела сцену и махнула рукой. - Не надо. — А потом возобновила наш разговор. — А Машу ты что, так и не видела? Я на момент испугалась, что забыла, кто это такая, а потом, хорошо разглядев на подкорке воспоминаний белокурые пряди и недовольное лицо, даже чуть-чуть расстроилась. - А зачем мне ее видеть? Наша любовь и так бы умерла. И кстати, — Поднимаю указательный палец вверх в знак внимания. — я не считаю, что Татьяна является яблоком раздора. - Ой-ой. Конечно! Вы ведь уже четвертый год скоро отметите. — Лена парирует. — Но изначально-то... - Никаких "но". Чего нам стоило отделаться от ее бывшего супруга с сыночком. — Тут меня нахлынули воспоминания первой встречи в библиотеке. Помню, как воодушевленная после интервью я словно никого не замечала, кроме собственной карьеры. И вот - запустила ситуацию так, что этот Артем - сын Татьяны - подобрался ко мне настолько близко, что вполне мог меня и шантажировать. - И в итоге они где? — Перебивает меня Лена. Точнее, мои мысли. - Они? — Переспрашиваю я. — Да шут их знает. — Держа в руке шутовской колпак, реквизит, говорю я. — Кстати, Артемке пошла бы эта шапочка с бубенчиками. Лена смеется. - Я до сих пор не поверю, что он и впрямь гонялся за тобой как последний маньяк. - Даже хуже! — Бросаю этот колпак я. — Лена, клянусь, как сейчас помню: в лифт забегаю, а он за мной, лезет, целует, чуть ли там не... - И Татьяна? — Перебивает она. - И да, Татьяна на первом этаже стоит. — Я делаю большие глаза, видя эту ситуацию перед собой. - Кошмар. Мы еще немного поностальнировали, нашутились, я покривлялась, представляя себя невестой этого идиота, Лена насмеялась до того, что щеки горели. В целом: я полностью была уверена, что вспоминать мне больше нечего. Однако вечером все изменилось. Я приехала по назначенному адресу, когда небо смеркалось. Людей нюв округе не было, кроме нее. - Здравствуй. — Кивает она мне. - Добрый вечер. — Абсолютно умиротворенно говорю я. Я беру ее за руку и мы идем прямо по тропинке к озеру. У озера было прохладно, хорошо я была в куртке, Татьяна сжала сильнее мою руку, уверяя, что она у меня холодная. Я тут же ответила, что нет. - Ты всегда мерзнешь. — Утверждает она. - Какая глупость. — Усмехаюсь я. — И все-таки, зачем мы здесь? Я вспоминаю, что должна была что-то увидеть или понять. Неужели, Татьяна обрядом экзорцизма собирается заниматься? Это ли не то, что я обязана была вспомнить? Иначе зачем еще смотреть на озеро, опавшие листья и... Стоп. Тут, словно меня током шандарахнуло. - Сколько мне будет в декабре? Татьяна испуганно отходит от меня. Я тут же размахиваю руками. - Нет же. Я знаю сколько. Теперь осталось, чтобы кое-кто — Указываю на нее. — это озвучил. Она подошла ближе. Кажется, я начала понимать, зачем мы тут. Перед моим днем рождения осенью мы были у этого озера и с грустью смотрели, обнявшись, в даль, обсуждая планы после декабря, ведь тогда мне было только 17. Как время летит.... И вот мы снова здесь. - Да Ирин, время быстро пролетело. Тебе скоро 21 год, но ты до сих пор меня любишь, а самое главное - ты до сих пор такая же талантливая и загадочная. - Я люблю абсолютно все, что связано с тобой. — Все еще дрожь пробегает, обращаясь к ней на "ты", но я скоро привыкну. - Ты уже совсем скоро выпустишься и будешь работать. В какой театр планируешь? Я улыбаюсь. Как сейчас не хочется об этом рассуждать. Обнимая ее, я тяжело вздыхаю и меняю тему: - А правда ли что Пелевин это союз нескольких авторов? - Ничего себе ты спросила. — Удивляется Татьяна, но начинает думать. — Думаю, нет. Но это очень глубокая теория, в которой нужно несколько раз копнуть и то не факт, что раскопаешь что-нибудь. К чему ты это? - Да к вопросу о театре. Поживем - увидим. Раскопай я и этот вопрос - не факт, что доберусь до сути. - Ну тебя! — Смеется она, прижимая меня. — Можно подумать, Пелевин и театр в одной категории тем стоят. - Я думаю, скоро будут. Мы еще немного посмотрели на звезды, которые падали с неба, как листья в озеро. Все опадает. Такой уж сезон. Поразительно то, что любовь наша никуда не делась, а даже возобновилась. Конечно, чтобы разжечь прежние чувства спустя время, не стоит прибегать к столь радикальному решению, как авария. Кстати, насчет нее. - Как же мы так ехали, что врезались? — Не размыкая объятия, спрашиваю я. - Ты попросила, чтобы я свернула и, мол, так быстрее, так проще, а там фонарей нет - пустырь какой-то, ей-богу. Вот и врезались в дерево. - Чего же я одна огребла от этой аварии, не пойму. — Расспрашиваю я. - Пристегиваться надо было. — Парирует Татьяна. Я соглашаюсь: это с моей стороны неразумный поступок. Возвращаясь к мыслям, заканчиваю их на светлой ноте: мы договорились, что всегда будем ездить по местам, которые нас связывают спустя три-четыре года. Это бы стало ритуалом. Как хорошо было на душе, когда, возвратившись домой, мы долго еще не спали, возобновляя еще кое-какие воспоминания.