Цикличность.

      Медальона нет.       Утром, ещё даже не вернувшись с тренировки, прямо по пути от озера к замку, к Гарри прилетела взъерошенная и слегка замëршая Букля. Перелëты до Лондона, в январский мороз не самое весёлое занятие, но белоснежная помощница была профессионалом. Гарри жутко ею гордился, а потому не став задерживать, отвязал письмо и отпустил в совятню.       Однако, новости от Сириуса его совсем не порадовали. Тот не смог выпытать у Кикимера, где тот прячет медальон. Он писал, что говорил все возможные варианты, и про то что знает, как с ним справиться, и про то, что давно почивший Регулус обязательно доверился бы ему в этом, потому что цель у них одна. Правда Сириус не знал истинной цели, ибо во избежание опасного знания, да и просто на всякий случай, о том, что медальон крестраж, он ему не сообщил. Ему было достаточно знать, что это тёмный артефакт, который Волдик спрятал, только лишь для того, чтобы потом его забрать, когда потребуется. Только вот домовик, очевидно плохо владеющий собственным разумом, не мог согласиться, а лишь яростнее защищал своё. А иначе, как объяснить его нормальное психологическое состояние после войны, если не влиянием крестража в медальоне все эти годы.       В прошлом, Кикимер отдал крестраж, только когда увидел тот, другой медальон. Похоже это было настолько важно для него, что разум смог вырваться из лап тёмной магии медальона Слизерина. Вариантов немного. Раздобыть подделку или вытряхнуть из Кикимера всё его барахло силой. Ни то, ни другое не сильно хотелось, но выбора особого не было, ибо как ни крути, а реальность такова:       Медальона нет.       Как и чаши, к слову. Гарри не сразу, но всё же сообразил, чем конкретно для него оборачивается смерть Беллатрисы Лестрейндж. Она не получит чашу Пуффендуй на хранение. Не положит её в свою ячейку банка Гринготтс, и Гарри отныне понятия не имеет, где теперь её искать. Так что, да: Чаши тоже нет.       Хотя было бы забавно посмотреть на лицо Снейпа, предложи он ему ограбить банк. Кстати, до самой среды, встретиться с ним у него не вышло. Гарри и сам заметил, что за грозой подземелий ведётся слежка, причём настолько топорная, что смешно становится. Похоже детки пожирателей получили задание следить за каждым его шагом. Что именно они хотели выяснить, зачем, и для кого, было непонятно, да и справится с такой очевидной шпионской деятельностью было не сложно, но и от свободного общения пришлось отказаться полностью.       Атмосфера в школе вообще заметно изменилась. В первую очередь, больше не было никаких враждебных взглядов в сторону Гарри, а шепотки в принципе прекратились. Никто больше не смел вслух обвинять его или Дамблдора во лжи, ибо это непременно вызывало волну споров и драк в любом месте в школе, не исключая уроки. А всё потому, что после побега восьми пожирателей смерти из ближнего круга Тёмного Лорда, даже самые скептически настроенные, не могли быть уверены в своих словах и заявлениях Министерства. Конечно были и те, кто до сих пор считали, будто в побеге замешан Блэк, но и детки пожирателей перестали особо скрываться, то тут то там заявляя о своей растущей мощи. Понятное дело, это лишь добавляло уверенности в том, что министерство нагло лжёт. Или ошибается, по мнению особо позитивных.       Казалось бы, в такой атмосфере напряжённости и страха, а особенно после всего случившегося, Амбридж должна была бы притихнуть, или вообще по-хорошему свалить к себе, под крылышко министра. Однако, было ощущение, что у той открылось второе дыхание. Может дело было в том, что нападения полностью прекратились или наоборот из-за позиции Министерства полного игнорирования опасности, но факт остаётся фактом. Амбридж снова встала на тропу войны с общественностью, когда казалось о ней все уже и позабыли.       Через пару дней появился декрет об образовании номер двадцать шесть, подписанный генеральным инспектором естественно. А именно, о том что преподавателям отныне запрещено сообщать какую-либо информацию ученикам, которая не относится к учебному процессу.       По началу это стало предметом шуток. Каждый первый стал указывать мисс Амбридж на то, что она не вправе указывать им вне класса, что послужило лавине наказаний. Гарри с досадой стал замечать учеников с перебинтованными руками. Да, только что с этим сделать, он не знал. Уровень гордости, страх перед неизвестностью и невозможность определить, кому можно доверять, заставляли всех молчать. Хотя, в целом, ожидание без понятия о том, чего собственно ожидаешь, уже было мучительным. Гарри, пожалуй, впервые не знал, что делать, и куда податься. Действовать он не мог, потому что не знал как, сидеть на месте тоже плохо, а обратиться по сути не к кому. Снейп недоступен, Андромеду ненавязчиво отдалили от дел ордена, к сожалению, понятно по какой причине, а Сириус затих, ибо открылась очередная волна преследования его шкурки.       Расписание Гарри было плотным, но он находил время на размышления. А в один из дней, он всё же смог составить план, по которому проберётся в министерство за нужной информацией. Привлечь новых членов ордена действительно важная задача, а потому он с помощью Рона и Герми смог додуматься, как это сделать, не привлекая в дело никого другого, кроме них троих. В конце концов, у него есть и мантия невидимка и нехилый опыт в разведке.       Собственно, план был прост. В любую секунду придёт приказ о допросе Гарри из Аврората. С вероятностью в девяносто процентов, на Рона такой приказ тоже придёт, а это значит, что они вместе с МакГонагалл отправятся в Министерство, официально, что очень важно. Гермиона отправится с ними, под мантией, они даже потренировались двигаться так, чтобы Герми всегда была доступна для прикосновения, при этом чтобы она не сталкивалась с другими людьми, для того чтобы не потеряться и главное в любой момент схватиться за руку, на случай перемещения порталом или камином. Дальше всё просто, в процессе допроса Рона, создать отвлекающий элемент, что позволит улизнуть, сгонять в архив и вуаля, дело сделано. Задача в том, чтобы никто не успел понять, что собственно произошло, и в суматохе не успели заметить, что Гарри и Герми отлучались. Рон, должен был их прикрыть.       Ждать пришлось недолго. В среду, около шести вечера, Гарри шёл в подземелья с бесконечно недовольным лицом на дополнительные занятия к Снейпу. Лицо пришлось корчить на протяжении всего пути, так как казалось змейки расползлись по всему замку, внимательно наблюдая за его несчастным променадом. Нет, на самом деле, они очень старались быть незаметными и ненавязчивыми, однако, из рук вон плохо. Это забавляло, а потому кислую мину было сделать непросто.       Почти в самом низу, его догнал второкурсник из львятника и передал, что занятия отменяются, по причине того, что его вызывает МакГонагалл, с которой они отправятся в аврорат. Вот теперь ему нужно было изобразить радость и облегчение, однако, это оказалось не менее сложной задачей, так как он действительно надеялся на разговор со Снейпом сегодня. Он даже собирался посоветоваться по поводу того, что собирается сделать, но видимо не судьба, а значит будет сюрприз.       К облегчению Гарри, в кабинете у Минервы обнаружился ещё и Рон, нервно сжимающий подол мантии, и если приглядеться, то прикрывающий часть пространства рядом с собой. Что ж, похоже плану быть реализованным. Правда, неучтëнными элементами были близнецы Уизли. Гарри и забыл, о том что их тоже могут вызвать, благо хоть Джинни не было. Видимо, девочка мало интереса представляла. При составлении плана, они совсем не учитывали присутствие Фреда и Джорджа, и сейчас, Гарри очень надеялся, что это не погубит план, который очень сильно основывается на удаче.       Аврор, которого прислали из Министерства для сопровождения был молод и очевидно низкого ранга. Либо имеет слишком маленький опыт работы оперативником, что странно, судя по нашивке на форме, показывающей должность среднего звена. Неужели проблемы в аврорате уже начались, раз повышают таких вот зелëных юнцов, у которых от нервов кулаки сжимаются? Гарри конечно помнил, что к моменту финальной битвы за Хогвартс авроров было так мало, и они были столь неорганизованными, что придя на поле боя, почти ничем не помогли, но ведь ещё почти два года до этих событий! Как страна не развалилась раньше, вообще не понятно.       Переместились камином, что облегчило задачу взять Герми довеском. Появились они прямо в допросной, точнее в крыле для допросных и камер временного заключения. Гарри нахмурился. Вообще-то, так не делается. Сюда приводят подозреваемых или преступников уже осуждённых, но не свидетелей. Плюс ко всему, вокруг было немало сброда для устрашения. Какие-то типы слонялись туда сюда по коридору, словно по своим делам, при этом выглядят так, словно им самим не помешало бы в камере отоспаться.       Похоже их хотят напугать, или здесь полный бардак. У Гарри даже сердце заныло за свою вотчину.       В кабинет для допроса, как и ожидалось, их пригласили по-очереди. Сначала Гарри вошёл, вместе с МакГонагалл, Рона же и близнецов оставили за дверью одних, что Минерве не нравилось, и это понятно, но и повода возмутиться не было. К удивлению Гарри, за ним неслышной тенью вошла Герми. Он то был уверен, что она останется с Роном, чтобы тот не нервничал, но она видимо решила, что допрос Гарри будет более глубоким, а потому не смогла остаться снаружи.       — Мистер Поттер, для начала, я бы хотел подтвердить некоторую информацию, — начал аврор. Это был уже другой мракоборец. Именно, что мракоборец, а не просто аврор, вот он внушал некоторый трепет. Гарри правда его не узнал, похоже он не долго ещё продержится в министерстве, а может и на этой земле. — По какой причине, вы оказались в больнице Святого Мунго двадцатого декабря 1995 года?       — Эм… — старательно изобразил смущение Гарри. — Мы с семьёй Уизли навещали Артура Уизли, который за день или два до этого был укушен какой-то ядовитой тварью.       — За день или два? — переспросил аврор. Гарри покосился на Минерву, надеясь, что она не станет комментировать его наигранное запутывание фактов.       — Я не уверен, потому что ещё до этого, нас забрали из школы пораньше, чем обычно. Мистера Уизли дома не было, поэтому я не знаю, в какой именно день произошло ранение, — более уверенно закончил Гарри, полностью уничтожив подозрение в его осведомлëнности о делах ордена в тот день, если такие конечно вообще были. Но, как говорится, бережëнного и Мерлин сбережёт.       — Хорошо, — кивнул аврор. — Почему вы поехали на каникулы к семье Уизли?       Он, явно задавал заготовленные кем-то вопросы, и судя по нахмуренным бровям, понятия не имел, зачем вообще этот вопрос нужен. А Гарри понял, точнее догадывался, что они пытаются выбить из него неосторожные слова, возможно о месте их дислокации или о тех, кто ещё там был. Что ж, умно, было бы, если бы Гарри был имбицилом. С другой стороны, они ведь так и думают. Главное, чтобы Рон чего не сболтнул. Не то чтобы Гарри считал его недостаточно разумным, но всё же иногда Рон может не вовремя растеряться.       — Эм… Потому что Рон, мой лучший друг, пригласил меня провести с ним Рождество. Мы так почти каждый год делаем, — спокойно ответил Гарри, не выражая никаких подозрений.       — Ясно, — чуть растерянно ответил аврор. Похоже он действительно не очень хорошо осведомлён о целях допроса. Это к лучшему, не придётся сильно выкручиваться. — Итак, вовремя нападения именно вы смогли пробить антиаппарационный барьер, не так ли? Как вы этого добились? На территории больницы не было зафиксировано ни одного заклинания выпущенного несовершеннолетним волшебником. Для того чтобы пробить такой щит голыми руками, требуется поистине большой магический резерв.       — Я его пробил не своей магией, а при помощи магических фейерверков, — вмешался Гарри, практически перебивая Аврора, пока он не договорился ещё до чего. — Парни выложили все запасы для отвлечения внимания, а небольшой заряд мы направили прямо на площадку аппарации. Небольшой взрыв проделал дыру, и меня выбросило в ближайшую точку аппарации. Там, я уже увидел авроров, и всё рассказал.       — Интересно, что же это за фейерверки, которые способны пробить антиаппарационный купол? — уже более заинтересованно спросил аврор.       Это и был самый хлипкий момент плана, составленного золотым трио, потому что близнецы, по плану, тут быть не должны были. С другой стороны, может и ничего не испортят, главное чтобы Рон не сдрейфил от своей части из-за их присутствия. Гарри дал себе слово, что если тот справится, то он ему подарит пожизненную скидку в магазине умников Уизли. Но, несмотря на риски, Гарри решил всё же действовать по плану.       — О, это пока ещё разработка! — преувеличенно эмоционально ответил Гарри. — Фред и Джордж изобретают всякого рода шутихи, мечтают открыть своё дело. Фейерверки, просто отпад! Мы и не думали, что они купол пробьют, просто использовали всё что было, чтобы пробраться на выход и спастись, но последний заряд был поистине крутым! Голова огненного дракона пролетела через весь коридор и…       Мерлин, Гарри не думал, что придётся так долго рассказывать. Они-то были уверены, что его остановят сразу, как увидят излишний энтузиазм в теме, которая их как бы не должна была заинтересовать. Да, только аврор, чуть ли рот не открыл, слушая Гарри, приходилось выдумывать, вспоминая эпизоды из собственного прошлого.       — Невероятной красоты огни преследовали людей в масках, не обжигая, а как бы пугая…       — Людей в масках? — наконец, очнулся аврор.       — Ну да, — просто ответил Гарри, словно не понял, в чём загвоздка. Он просто был рад, что описание фейерверков подошло к концу, ибо он растратил весь запас фантазии, ведь, если по правде, он очень мало обращал на них внимание в тот день.       — Вы не называете их пожиратели смерти, — словно удивлëнно сказал аврор.       — Они не представились, — ответил Гарри, вроде не отрицая, но и не подтверждая ничего. Хотя вопрос Аврора прозрачен. Составляющие допрос явно надеялись на то, что Гарри будет орать во всю глотку о пожирателях и Волан-де-Морте. Но Гарри урок усвоил, меньше говорить, больше действовать.       — Что ж, хорошо, — чуть заторможенно отреагировал аврор, перебирая бумаги перед собой. — Некоторые из прибывших авроров, в составе оперативной группы, уверенно заявляют, что несмотря на полученную инструкцию оставаться на месте, вы вернулись в здание больницы и вступили в схватку с злоумышленниками.       Гермиона заëрзала рядом, почему-то занервничав, хотя до этого была столь неподвижна, что он успел забыть о ней.       — Думаю, они что-то перепутали, — ответил Гарри. — После того, как я оказался за пределами больницы, я дождался близнецов Уизли, которые по моему мнению должны были выйти следом за мной, после чего мы вместе оправились домой. Мы подумали, что небезопасно оставаться в точке аппарации, ведь вернуться могли совсем не Авроры, а тёмные маги.       — Не могу не согласиться, — одобрительно кивнул аврор, на этот раз не взглянув на записи. И спросил уже как бы от себя. — Однако, почему вы уверены, что были именно тёмные маги?       — Ну, заклятья они бросали в основном тёмные, вот я и подумал… — ответил он задумавшись, и словно бы вспоминая. — Хотя, большую часть, я не узнал, но о некоторых читал в библиотеке.       — Ясно, что ж, вы можете быть свободны, мистер Поттер. Думаю, мы закончили, — сказал мужчина, вставая с места.       Гарри пришлось неуклюже споткнуться у входа, чтобы незаметно выпустить Герми. Теоретически, сейчас начнётся самое сложное, а потому, она должна быть рядом. Вторым пригласили Рона, МакГонагалл снова вошла в допросную, что тоже было удобно. Дверь в допросную была приоткрыта, чего Гарри не заметил сразу, оно и понятно, ведь они свидетели, а потому конфиденциальность не была приоритетной, просто комнаты были организованы таким образом, что допрашиваемый сидит спиной к двери. Пришлось столкнуться с двумя парами, до невероятных размеров, удивлëнных голубых глаз. Близнецы оценили спич, это позабавило. То ли ещё будет, учитывая, что задача Рона устроить бардак, доказывая что Авроры не умерли все в больнице, только благодаря близнецам.       МакГонагалл выглядела невозмутимой всё это время, но всё же Гарри уловил пару подозрительных взглядов. А когда начался допрос Рона, вообще весело стало. Все прибывшие, кроме Гарри и Герми разумеется, сильно напряглись. Рон довольно агрессивно стал отвечать на простые вопросы, и наконец, когда дошёл вопрос до побега из-под огня, Рон разошёлся на всю катушку. Ох, сколько экспрессии. Он привставал, махал руками и едва ли не кричал, весь краснея. Потрясающе! Трудно было не ухмыляться во всё лицо. Близнецы в шоке припали к косяку, как и сопровождающие их Авроры. Только МакГонагалл сощурившись смотрела на Гарри, теперь уже в полностью открытый проём двери. Пришлось рискнуть, надеясь на ум и сообразительность Минервы. Он приставил палец к губам, как-бы прося молчать, и максимально незаметно выскользнул в пустой коридор, прихватив Гермиону за руку.       — У нас не больше десяти минут, — тихо сказала Герми, немного удивлëнно. Похоже она до последнего не могла поверить, что красноречие и эмоциональность Рона действительно сработают. Гарри же только надеялся, что это не принесёт проблем близнецам в будущем.       — Пойдём, я знаю, как добраться до архива короткой дорогой, — ответил Гарри и, быстро двигаясь, свернул в один из тайных коридоров Министерства.       — Откуда ты знаешь дорогу? — спросила Герми, скорее от того, что не могла чего-то не понимать, чем действительно из интереса.       — Не отвлекайся, потом обсудим…       Об этих коридорах, на самом деле знали немногие. Сотрудники Аврората, да отдела тайн только. Их тайна соблюдалась поколениями, чтобы сотрудники правопорядка в случае чего могли быстро добраться куда нужно или спрятать людей в случае чрезвычайных ситуаций, и при этом без риска быть обнаруженными посторонними. Сейчас он просто использовал все знания о них, чтобы успеть вовремя и, наконец, сделать дело.       И если добрались они без препятствий, в короткий срок и незамеченными, благодаря этим знаниям, то зайдя в архив, Гарри полностью растерялся. Он не имел ни малейшего понятия, где искать нужную папку на десятках полках перед ним.       — Что дальше? — неуверенно спросил Гарри в пустоту.       — Что, что, смотри по указателям и номерам кодов, — ответила Гермиона скидывая мантию невидимку, и положив её на одну из полок.       — Э-э, а ты их случайно не знаешь? — спросил он, скривившись от тупости вопроса.       Гермиона ожидаемо цокнула и пошла вдоль полок.       — Не мешай просто, — забормотала она, перебирая пальцами наименования коробок на полках. — В таких местах, всегда есть некоторая последовательность. Нужно только понять в какую сторону идти и мы… Вот!       Она обрадовано достала одну из коробок, сразу же доставая папочки для просмотра.       — Думаешь, это то что надо? — спросил Гарри, хотя так и не понял, почему именно эта коробка.       — Нежелательные лица, по-моему как раз то, что мы ищем, — проговорила она, сосредоточенно просматривая папки, одну за другой. — Тут кстати есть мы все. Очевидно, что работником Министерства мне не стать, — добавила она со смешком.       — Берём всё? — спросил Гарри, так как время поджимало.       — В принципе, коробка пыльная, не думаю, что её часто просматривают, — ответила она, тут же запечатывая коробку. Та была довольно большая и плотная, оттого тяжёлая, чтобы Герми смогла её протащить под мантией пришлось уменьшить вес.       Однако, они не успели смотать удочки, потому что в этот момент в архив вошёл человек. По промелькнувшему красному отблеску, понятно стало, что это аврор. Герми и Гарри испуганно переглянулись.       — Сюда! — одними губами сказал Гарри и двинулся в противоположную от выхода сторону. Сейчас нужно было сделать всё, чтобы их никто не заметил.       Они вышли в узкую, неприметную дверь между полками, которую вполне можно было принять за имитацию полуколонны. Коридор вопреки ожиданиям Гермионы был пустым и тёмным, хотя как таковых признаков запустения не было.       — Что это за выход? — спросила она шёпотом, и с удивлением отметила отсутствие акустического эха. При внимательном рассмотрении удалось разглядеть, что стены обиты тёмными гобеленами.       — Это один из тайных коридоров, — ответил Гарри тоже тихо. — Тут мало кто ходит, разве что для сокращения пути. Авроры прозвали этот коридор любовным уголком. Сюда приводят любовниц или жён для рандеву.       Тут они резко замерли и обернулись, потому что услышали приглушенные шаги из глубины коридора, видимо ещё кому-то понадобилось попасть срочно в архив. Гермиона в панике прижимая коробку к груди, глазами показала на них обоих, как бы намекая, что мантия невидимка осталась на полке архива. Выбора особенного не было. Либо объясняться, кто они, и что два подростка с известными лицами делают в тайном коридоре Министерства, либо…       Благо одежду они одели совершенно неприметную. Некогда было раздумывать, человек был совсем рядом, поэтому Гарри резким движением вырвал объёмную коробку из рук Гермионы, поставил её у стены, и просто приподняв Герми за талию, посадил сверху, полностью закрывая её собой. Он немного склонился, чтобы плечом прикрыть ей лицо, волосы, слишком буйные и узнаваемые, собрал в кулак, а сам спрятался в изгибе её шеи…       И только потом понял, что наделал. Гермиона от неожиданности судорожно вздохнула и вцепилась крепкой хваткой ему в руки, чуть пониже плеча, после чего замерла испуганным зайчиком.       «Черт, вот идиот!» — подумал он уже в следующую секунду, так как его с ног до головы прострелили искрами. — «Грёбаные гормоны! Грёбаные авроры! Грёбаные пожиратели! Грёбаные инстинкты!»       — Что ты?.. — тихо и слегка задушенно начала спрашивать Гермиона, но Гарри её перебил, так как щекотные мурашки от слабого выдоха ему за ухо сильно мешали взять себя в руки.       — Не двигайся, — прошипел он ей в шею. — Есть негласное правило среди своих, увидел парочку в любовном уголке, то тихо пройди мимо…       Гермиона едва заметно задрожала в его руках, и он непроизвольно сжал руку в её волосах сильнее, вжимаясь носом в шейный изгиб, что был так удобно открыт, его же стараниями. Конечно же стало только хуже, потому что она непроизвольно ахнула и выгнулась в спине, задев его своей грудью.       «Стоп, Гарри! Терпи, идиот! Просто не шевелись…» — метались мысли в его голове. На задворках сознания, он уловил момент, когда неизвестный затормозил и едва слышно хмыкнул. Мужчина, это хорошо. Мужскую солидарность никто не отменял. — «Так, теперь аккуратно, помни, что это Герми, держи себя в руках!»       Только вот имитируя движение определëнного характера, пришлось держать в руках молодую, невероятно притягательно пахнущую женщину, о которой самому себе запретил думать в этом смысле. Несмотря на уговоры и попытки отгородиться, Гарри с трепетом скользнул рукой ей за спину и кончиками пальцев провёл по позвоночнику гибкой, словно прут спине, невольно окунаясь в фантазии, каково было бы проводить так пальцами по обнажённой коже, а не по плотной мантии. Гермиона не помогала, потому что только сильнее вцепилась, до боли сжимая плечи и загнанно дышала ему куда-то в ухо.       «Это не просто девушка, это Герми! Твоя лучшая подруга, жена Рона, не трогай, она может и не простить в этот раз!» — кричал он сам на себя в своей голове, да только белый шум давно перекрыл голос разума, и вместо того чтобы убрать от неё руки, например вцепившись в гобелен на стене, он скользнул ниже, огладив мягко, но заметно её бедро, потом ниже к колену и потянуть на себя.       Внутренний гормональный монстр вопит от восторга, когда нога в плотной ткани джинс покорно поддаётся отъезжая в сторону. Как же сильно в эту секунду ему хотелось просто дёрнуть её на себя и прижаться со всей силы, собственным телом. И возможно, он бы так и сделал, совершенно забыв о собственных принципах, если бы не Герми, мягко положившая руку на голову.       — Гарри… Ты отвлекаешься. Он уже свернул в другой коридор, — чуть неспокойно дыша, сказала Гермиона.       «Блять…»       — Прости… — это пожалуй всё что он мог сейчас сказать, силой воли отлипая от её шеи, и заглядывая ей в лицо. Он был уверен, что его лицо чересчур виноватое, чтобы просто всё скинуть на прикрытие. А её расфокусированный взгляд только добавлял звонкой вины в копилку его переживаний.       — Мантия… — тихим голосом сказала они и опустила взгляд.       Очень плохо. Он чувствовал неловкость исходящую от неё. А ведь после прошлого раза он поклялся себе, что не позволит испортить их отношения таким вот способом. Она всегда была для него самым близким человеком в мире, а теперь она не может даже смотреть на него без неловкости. Как же больно. Вся эта лавина возбуждения в мгновение ока трансформировалась в страх потерять близость с Герми, его Герми. Бесконечно родной и ни разу не сексуальной до этого странного поворота в его жизни.       «Да, что со мной не так???»       — Уходим, — сказал он, максимально спокойным голосом. — Надеюсь есть ещё шансы, что моё отсутствие не заметили.       Что, кстати, вряд ли вероятно. От предположительно отведённых себе десяти минут отсутствия, они перешли ко всем тридцати. Тихо вернувшись, в уже пустой архив, он аккуратно накрыл Герми с коробкой в руках мантией и двинулся наверх по той же короткой дороге. Пару раз ещё пришлось притормозить, когда они слышали шаги, но в целом выбрались незамеченными. Большая удача, если подумать. У Гарри в голове был туман, мешающий думать. Это был тот самый момент, когда эмоции, вопреки силе воли брали над ним верх, поэтому когда они появились в коридоре, он не сразу сообразил как себя вести. Понятное дело, его заметили.       — Где вы были, мистер Поттер? — спросил строгим голосом аврор. Похоже в допросной уже никого не было, более того, похоже собирался отряд на его поиски.       — Так, э-э-э… В туалете, — чуть растерянно ответил Гарри.       — На этаже нет туалетных комнат, — тем же подозрительным тоном, сказал аврор.       — Пришлось поплутать, — Гарри стал понемногу приходить в себя, и уже примерно представлял, как действовать. — Я пошёл вниз по лестнице за тем углом, но там только запертые кабинеты, тогда вернулся и пошёл наверх, а на четвёртом этаже уже нашёл туалет, прямо за колонным рядом.       Видимо, Министерство совсем не изменилось, потому что подозрительность потихоньку стекла с лица Аврора. Он как-то устало потëр глаза и повернулся к МакГонагалл.       — Благодарю вас за визит, профессор, — сказал он, даже немного виновато. Оно и понятно, ничего конкретного не выяснили, наслушались подростковых истерик, плюс ко всему затаскали по аврорату уважаемого профессора Хогвартса. Инструкции от начальства это понятно, но всё равно жуть как неловко получается.       — Надеюсь, мы закончили, — сказала Минерва в самом своём лучшем стиле.       — Абсолютно, — спохватился тот, чётко понимая, что этой женщине не нужны никакие оправдания и расшаркивания. — Вас проводят до каминов.       МакГонагалл только величественно кивнула и повела свой нестройный выводок вон из Министерства. Аврор несколько ошарашенно смотрел им вслед, вдруг почувствовав виноватую радость, что так и не обзавёлся детьми. Подростки, за какой-то час с небольшим, выпили из него все соки похуже, чем преступники, с которыми ему приходилось иметь дело по долгу службы.       — А теперь… — мрачным, не предвещающим ничего приятного голосом, начала МакГонагалл, уже в своём кабинете. — Вы все сядете в кресла и чётко, по порядку объясните мне, что это за вакханалия была устроена в аврорате.       От Минервы, конечно, ничего не укрылось, хотя особой надежды на это не было. Близнецы демонстративно ухмыльнулись, одинаковыми движениями развернулись, плюхнулись в кресла и выжидательно уставились на Рона и Гарри. Гарри слегка поморщился от этой беспринципной сдачи виноватых, но в то же время понимал, что те недовольны, ведь их даже не предупредили.       — Ну конечно! — всплеснула руками Минерва, проследив за пантомимой близнецов. — Естественно виноваты, как всегда вы трое! Я ведь не ошибаюсь? Слишком долго я вас знаю и заметила кое-что, так что не смейте увиливать.       Рон вопросительно посмотрел на Гарри, но тот только вздохнул тяжело, понимая, что отпираться бесполезно. Поэтому просто мягко стянул мантию с Гермионы. Та стояла с опущенной от стыда головой и розовыми щеками. Хотя, для Гарри больший интерес вызвали комично вытянувшиеся лица Фреда и Джорджа, но он не позволил себе хихикнуть, из уважения к МакГонагалл.       — Так, ясно… — Минерва сняла очки и потëрла глаза, совсем, как аврор несколькими минутами ранее. — Мисс Грейнджер, надеюсь у вас есть достойное объяснение всему этому???       Гермиона подняла голову, словно возмутившись сомнению в её адекватности и ответственности, но не смогла выдавить из себя и слова, так что просто подошла и поставила коробку на стол перед профессором. Та, только взглянув на надпись, пришла в волнения и кинулась распечатывать коробку.       — Вы… Не может быть! — она стала перебирать папку за папкой, тихо приговаривая себе под нос. — Весь орден на ушах стоит, разрабатывают операцию века, чтобы попасть в архив, а они просто… Сходили за коробкой! Уму не постижимо.       — За нами никто не следит, как орденцами, и мы подумали, что вместо того, чтобы превращаться в одного из тех за кем следят, лучше самим туда попасть, меньше риска быть замеченными, — затараторила Герми.       — Хотите сказать, никто вас не обнаружил? — перестала она копаться в коробке и посмотрела на них уже с волнением. — Никто вас не видел, вы никого не встретили, и вообще…       — Прошли, как призраки, — улыбнулся Гарри довольной улыбкой. — Мантия, и опыт брожения по ночному Хогвартсу! Я же говорил, что мне достаточно попасть в Министерство, а там уже никаких проблем добраться, куда нужно.       — Вот, почему вы так легко все согласились идти на допрос, — села в кресло МакГонагалл. Выражение лица при этом, явственно боролось между раздражением и гордостью. — Мы-то ожидали, как минимум протестов и скандалов.       — Простите, что не предупредили, но мы и сами не были уверенны, что решимся, — снова опустила голову Гермиона.       — Чего уж теперь, — махнула рукой Минерва. — Идите на ужин, с этим я сама разберусь.       Близнецы гордо и синхронно вскинули подбородки, встали и молча вышли из кабинета. Рон с Гарри тревожно переглянулись. Обиделись. Гермиона ещё сильнее скуксилась, но уже за дверью, казалось пришла в хорошее расположение духа.       — Перебесятся, — сказала она уверенно. — Рон, ты был великолепен, я ужасно горжусь тобой, — сказала она, явно набирая эмоциональные обороты. Рон только польщëнно ухмыльнулся. — А ты! — ткнула она пальцем в грудь Гарри. — Не потрудишься ли объяснить, откуда такие глубокие познания в тайных переходах Министерства, супер охраняемых, на сколько я поняла. Да ещё со всеми подробностями и знаниями местных традиций???       Гарри внутренне выдохнул. Это было не тот вопрос, которого он боялся.       — Тонкс рассказала, — не моргнув глазом, соврал он. — Мы с ней общались на одном из занятий по зельям, чтобы составить план для ордена, только я ей не говорил, что мы свой план составили, просто воспользовался нужной информацией.       — Неужели… — прищурилась в ответ Гермиона. — Почему я тогда не верю тебе???       — Ну вот, опять начинается! — возмутился Рон. — Чего вы цапаетесь в последнее время?       — Мы не цапаемся! — накинулась теперь на него Гермиона. — Мы…       Потом она издала звук, подозрительно похожий на звериный рык и пошла быстрым шагом в сторону большого зала. Гарри поджал губы от досады, потому что догадывался, почему она так злится на него, и вряд ли дело в знании министерских коридоров, но Рону он этого говорить не собирался, ибо надеялся найти способ всё исправить.       К сожалению, способ находиться не собирался. Более того, ситуация стала ухудшаться в геометрической прогрессии. Гермиона, вопреки ожиданиям не собиралась и дальше пытать его вопросами, а просто стала игнорировать его. Нет, со стороны казалось, что всё как обычно. Они общались в гостиной, делали домашку вместе, ужинали сидя рядом за столом в большом зале. Даже Рон перестал подозревать их в ссоре. Только вот, Гарри чувствовал холодность со стороны Герми. Она словно отгородилась от него стеной, вела себя так, будто они просто друзья. Пропала та близость, что была для Гарри неким жизненным основанием, столпом, что придавала уверенности в себе и в будущем.       Гарри был подавлен и не знал, как всё исправить. Он даже стал замечать, что между Герми и Роном начали меняться отношения. Она всё больше сближалась с ним, чего Рон кажется даже не осознавал. Он был всё тем же, и ярких эмоций от него заметно не было. Тогда ход его размышлений снова поменял своё направление. Почему Рон не отвечает ей взаимностью? Сейчас, когда она отдалилась от Гарри и стала больше уделять внимание Рону, тот никак не реагировал. Но потом он понял…       Рон никогда не менялся. Он всегда любил её, с самого детства. Всей душой восхищался и уважал. Буквально боготворил. Разница в восприятии Гарри была лишь в том, что Рон, вопреки прежним мыслям о нём, никогда не воспринимал Герми, как женщину. Ведь он буквально не замечает её. А ведь посмотреть есть на что. Она прекрасно пахнет, её кожа гладкая и такая притягательная, а изгибы завораживают. Хотя сейчас она ещё не полностью избавилась от подростковой угловатости, но Гарри вдруг ясно представил себе ту Гермиону, которую оставил в будущем. Родив дочь, она аппетитно округлилась, при этом не утратив своей грациозности и гибкости. Так, почему Рон в упор не замечает всего этого, его отношение к ней сродни отношению к сестре. А проанализировав поведение его будущего, Гарри понял, что и там всё было так же. Нет, они спали вместе и всё такое, ведь у них родилась Рози, но всё же, всё же… Никогда он не видел между ними особого влечения или страсти. Только близость, чистая любовь без похоти и ярких желаний.       Неужели дело в этом??? Неужели они поженились только потому что думали, что этого достаточно. Любовь это три составляющие, на которых можно построить счастливую семью. Это ответственность, дружба и страсть. Что если последнего элемента никогда между ними не было? Что если они поженились только потому что не распознали, что такое истинное желание до того, как стало поздно?       Гарри буквально пробрало всего от осознания этого. Потому что точно видел сейчас со стороны, как Гермиона тянется к Рону за близостью и поддержкой, а Рон даёт ей это, сам не осознавая того. Они словно заманивают друг друга в ловушку несчастливого брака, даже не понимая, что творят. Безумно печально. И ведь Гарри понял это только когда увидел состоявшееся начало этого сближения. Что теперь делать? Почему так вышло? На эти вопросы ответа не было.       Так, молча наблюдая, потому что устал предпринимать попытки поговорить с Герми по душам, Гарри и не заметил, как пролетел почти месяц. Рон напомнил ему, что в день святого Валентина у него назначено свидание с Чжоу, при этом скабрезно хихикая. Герми, что была в двух шагах с книгой у лица, презрительно фыркнула и пошла подальше, словно вспомнила о чём-то важном в своей комнате, прихватив по дороге Джинни.       — Чего это она? — спросил Рон, чутко уловив перемену в настроении.       — Не одобряет, — скривился Гарри. — Думает, я использую Чжоу, чтобы забыть о другой.       — Какой ещё другой? — нахмурился Рон, но потом посмотрел вслед Гермионе и Джинни, а потом спохватился, видимо вспомнив один из разговоров с ней о Джинни, похоже Рон тоже в курсе его метаний. — А-а-а, о-о-о, понял. Тогда ясно, чего она недовольная. Её можно понять. Может просто разберётесь и не нужны будут эти свидания?       — Как тут разобраться, если не проверить? — ответил Гарри. Рон нахмурился, явно не догоняя, и тогда Гарри шёпотом пояснил, так сказать между нами мальчиками. - Я хочу понять, смогу ли воспринимать кого-то ещё, как женщину, может со мной что-то не так, понимаешь? Дружба с детства всё такое. Нельзя перепутать влечение от любви или просто от дружбы.       - Ну ты, конечно, завернул, - присвистнул Рон. - В любом случае, я не лезу, а только наблюдаю, так что расскажешь, встал или нет. Теперь я тоже любопытствую.       Гарри фыркнул и вернулся к учебнику, время было уже позднее, но спать не хотелось. Он вдруг осознал, что ждёт свидания с Чжоу в нетерпении, потому что устал каждую ночь в своих руках держать женщину, которую никогда не посмеет тронуть на яву. Может и наивно, но он искренне надеялся, что как только в его жизнь войдёт новый женский элемент, Герми, наконец, покинет его голову.       Собственно поэтому, в день всех влюблённых, Гарри был взволнован, аки подросток, летал на крыльях надежды и в целом воплощал в себе все позитивные мысли. А радоваться было чему. За пару дней до этого, ему, наконец, удалось попасть на урок окклюменции к Снейпу, и они устроили целый мозговой штурм. Сначала тот, конечно, не приминул указать на безответственный поступок Гарри в министерстве, выговаривая ему за пустой риск, но в целом был доволен результатом, потому что в полку́ ордена заметно прибыло. Но потом он сильно обрадовал Гарри информацией о том, что смог выяснить судьбу чаши Пенелопы Пуффендуй. Та попала на хранение Нотту старшему, как наиболее приближенному сейчас к Лорду. Этот факт всё ещё вызывал недоумение, но в целом скорее плюс чем минус. Ибо Нотт не отличается особыми шпионскими навыками, а потому, несмотря на явное отдаление Снейпа от дел, удалось выяснить не только то, у кого чаша, но и где она теперь хранится. Этот идиот спрятал крестраж прямо у себя в поместье, под серьёзной охраной магии, но в целом её реально добыть. Совместно решено было обождать, пока волна гордости от предоставленной чести сойдёт на нет, и Нотт чуток расслабится, а до этого не трогать, чтобы не наделать ненужного шума.       Плюс ко всему, Гарри договорился с Сириусом в ближайшую пятницу посетить Гриммо, тайно естественно, для инквизиции упрямого домовика.       Не всё было гладко. Амбридж бушевала и выводила из себя педагогический состав и детей. Поставила некоторых учителей на испытательный срок, чем вызвала бурю споров и недовольства. Альбус выглядел очень серьёзным и задумчивым, что-то решая в своей умной голове. Гарри только и мог что предполагать, ходил он в дом Мраксов или нет ещё. Снейп тоже нервничал, потому что в ставке творилось что-то странное и малообъяснимое. Например, сильно менялись фавориты, да и планы. На него все смотрели подозрительно, а все попытки поговорить с Гринграссом провалились. Тот избегал Снейпа, как огня. Братья Лестрейндж активизировались и стали возглавлять мелкие набеги, которые к слову теперь неплохо отбивались орденом. Учитывая более равный состав двух оппозиционных организаций, противостояние действительно было похоже на войну, а не травлю невинных.       Но всё это не могло испортить настроения Гарри, потому что проблемы перестали казаться такими уж неразрешимыми. Гарри почувствовал эмоциональный подъëм, несмотря на то, что физически стал чувствовать себя ещё хуже. Тело всё сильнее ломило по утрам, он забросил тренировки, потому что поднять себя утром с постели было тем ещё испытанием. Однако, подходящего момента по добычи нужного артефакта пока не нашлось.       - Выглядишь, как идиот! - фыркнул Рон, который ждал его в гостиной к завтраку.       - Точно! - вторили ему близнецы. Те кстати остыли, после подробного рассказа, особенно после того, как их разработками заинтересовался отдел тайн. Они решили, что всё к лучшему, но заставили пообещать, что в следующий раз предупредят, если те будут использовать их, как прикрытие. "Мы ведь с вами, помни это!"       - А Герми где? - спросил Гарри, потому что ещё вчера она говорила, что завтракать они вместе пойдут.       - Она уже ушла, - ответил Рон. - Не с той ноги встала, что ли?       - Ага, - подхватил Джордж. - Целый час бубнила, о слепых идиотах, которых ничто не исправит.       - Небось это из-за Теодора, который её опять вчера уговаривал на свидание, - заметил Рон, а Фред даже кивнул.       - Да, что ему нужно, я не понимаю? - удивился Гарри, вдруг подумав, что стоит приглядеться к этой ситуации повнимательнее.       - Ты, кажется забыл, что должен сегодня не о Герми думать, а свидании своём, - снова заухмылялся Рон.       - И то верно! - улыбнулся Гарри, тут же забывая о всяких Ноттах.       Всю дорогу до большого зала они обсуждали стратегию игры с Пуффендуйем, которая предстояла им очень скоро. Рон решил не идти в Хогсмид, а потренироваться с ребятами на поле, за окном начались оттепели, а потому и условия для игры стали меняться. Гермиона за столом поддерживала разговор, до того момента, пока утренней почтой ей не прислали большую коробку с дорогим шоколадом, украшенным розовыми сердечками.       - Откуда я знаю? - раздражëнно ответила она на пару вопросительных взглядов своих друзей.       Записка кстати имелась, но Герми, прочитав, фыркнула и скомкала, а вот объяснять не стала. Коробку же отложила в сторону и больше на неё внимания не обращала. Гарри не стал лезть, не тот момент, чтобы настаивать, учитывая напряжённость между ними.       Потом он собрался, побрился, с радостью отмечая несколько новых волосков и пошёл на встречу в главный холл. Чжоу его ждала и определённо волновалась. Гарри постарался её расслабить. Здесь улыбка, тут шутка, там пропустить, дверь придержать, и никаких неловких пауз. Говорили о погоде и квиддиче, в общем любая отвлечëнная тема. Единственный раз, когда Чжоу стало неуютно, это во время выкриков Паркинсон, проходящей мимо них, и смеха других слизеринок. Гарри подумал, чтобы посоветовала Герми в таком случае, а она всегда говорила, что нужно обхаить соперницу, опустить в глазах своей женщины, и тогда она почувствует себя особенной. Тогда он со смехом заметил, какая же Пенси завистница, ведь её никто на свидания не зовёт, и вообще с такой внешностью на неё даже Филч не посмотрит. Звучало ужасно глупо, и как-то по детски, но Чжоу захихикала и даже расцвела на глазах, после чего стала более смело смотреть Гарри в глаза.       Естественно, он повёл её в самое романтичное место, к мадам Паддифут, про себя посмеиваясь, как бы сильно скривилась Гермиона, приведи её сюда парень. Естественно, они пили горячий сладкий кофе, и конечно же, он смотрел ей в глаза и касался ладони. Он сам себе казался слишком слащавым и неприятным, если честно, но казалось Чжоу ждала именно подобного свидания, поэтому он ласково улыбался и терпел вкус сахара на языке.       В какой-то момент, всё это стало просто невыносимым, и Гарри выждав несколько мучительных минут, сделал наконец то, зачем вообще сюда пришёл. Медленно, не прерывая разговора, он потянулся к ней сначала рукой, нежно проведя костяшками пальцев по её щеке, спустился ниже и ласково перехватил подбородок. Её кожа была такой нежной, как у младенца, поэтому даже если изначально он сомневался, то теперь с удовольствием припал к её вишнëвым губам в поцелуе.       Как же давно он не целовался. Губы будто соскучились по этому интимному действу, а потому двигались с особым наслаждением. Её губы были довольно упругие и полные, очень приятные. Она прикрыла глаза и ответила на слегка невинный поцелуй. Он не торопится углублять его, просто наслаждаясь податливостью Чжоу, и её губами. Они были такие вкусные, отдавали сильным запахом кофе, что он не удержался и слегка прикусил её нижнюю губу. Чжоу резко выдохнула и сжала его руку своей ладонью на столе. И вот в тот момент, Гарри почувствовал это. Когда эстетическое наслаждение от неплохого в общем-то поцелуя, перешло к искоркам желания внизу живота. Обычно этого было бы мало для полноценного стояка, но сейчас ему было пятнадцать. Тело, ослабленное ментальной болезнью, отреагировало на выброс тестостерона очень ярко, что ему пришлось сжать ноги вместе, лишь для того чтобы унять жгучий зуд в паху, хоть каким-то трением.       - Поттер! Слава Моргане, я нашёл тебя!!! - услышал он громкий голос Драко Малфоя, ворвавшегося в сознание сильно поплывшее в удовольствии. - Ну и занесло же тебя! - скривился он, оглядываясь. Он выглядел запыхавшимся, растрёпанным, с красным лицом, очевидно от быстрого бега. Гарри и Чжоу смотрели на него одинаково ошарашенно, а потому он спохватился и затараторил. - Грейнджер пошла на свидание с Тео! Она его отшила, но я точно знаю, что-то пошло не так.       - С Ноттом? - удивился Гарри, не до конца веря в то, что услышал. - Не может быть! Она не могла пойти с ним...       - А что такого? - влезла Чжоу. - Тебя это волновать не очень-то должно.       - Я не знаю, как на самом деле, - снова заговорил Малфой. - Знаю только, что она его жёстко бортанула, но Блейз видел её в обнимку с Ноттом на окраине Хогсмида меньше пятнадцати минут назад.       - В обнимку? - начал паниковать Гарри. Вот в то, что Герми решила пообниматься с Ноттом на окраине деревни, он точно не верил, ну никак это не похоже на его Гермиону. - Бежим.       Гарри вскочил на ноги, доставая палочку, включаясь полностью, но его перехватила тонкая ладошка Чжоу.       - Гарри, куда ты собрался? - полуобвинительно спросила она, смотря при этом крайне недовольно.       - Извини, в другой раз, - бросил ей быстро Гарри, вырвал свою руку и побежал за Драко на выход из этого тошнотворного кафе.       Гарри бежал что есть силы, по мокрому снегу за ним, а по венам бежал адреналин. Всё внутри кричало об опасности. А страшнее всего стало, когда он увидел Нотта младшего в компании неизвестных ему четверокурсников из Слизерина, направляющихся из довольно тёмного переулка, почти в самом конце деревни. Они смеялись в голос, запрокидывая головы, поэтому не заметили приближающуюся опасность.       Гарри первым точным ударом в лицо опрокинул Нотта на снег, сразу наваливать на него сверху, не сдержавшись, ударил ещë раз, разбивая поганцу нос в кровь.       - Где она? - крикнул он, краем глаза отметив, что Малфой, без особого труда, и с помощью палочки, скрутил двух парней, что были с Ноттом, при этом широко распахнув глаза в шоке от происходящего.       - Ты с ума сошёл? - завопил тот во всю глотку.       - Где она, ублюдочный червь. Говори, если жить хочешь, - страшным голосом спросил Гарри приложив его головой о землю. Того спасло от сотрясения только наличие толстого слоя мягкого снега и меховой шапки на голове.       - Я пытался по хорошему, - заговорил сильно напуганный слизеринец. - Но она крепкий орешек, поэтому пришлось её вырубить.       - Где она? - мрачно и членораздельно проговорил Гарри ему в самое лицо, держа за ворот пальто.       - Поздно, Поттер, ты её больше не увидишь, - задушенно сказал Нотт, перестав дëргаться и замерев, как перед казнью.       Гарри понял, что только время теряет. Выбить правду можно, но он может опоздать, ведь неизвестно, что происходит сейчас с Гермионой. Поэтому он отпустил Нотта, вскочил на ноги и просто побежал в ту сторону, откуда вышли парни. Пришлось довериться чутью. Малфой бросился следом.       Уже на самой окраине, почти на опушке леса, он остановился, потому что увидел, как минимум шесть человек в чёрных плащах, стоящих вкруг. А в руках одного из них он увидел Гермиону, она не плакала, но была, очевидно, безумно напугана. Её руки были связаны за спиной, а к горлу приставлена палочка.       Гарри притаился за углом последнего дома, кажется даже не жилого, по виду облупившейся краски, общему запустению и отсутствию забора вокруг снежного сада. Лёгкие горели огнём, а в ушах стоял шум сердца, но Гарри напрягся всем телом, чтобы услышать, о чëм говорит пожиратель. Он боялся спугнуть их.       - Я не понимаю, о чëм ты говоришь, - слегка истерично ответила Герми на вопрос, который они не слышали.       - Не притворяйся идиоткой, Грейнджер, - сказал пожиратель знакомым хрипловатым голосом. Мужчина за сорок, невысокий, очень знакомой комплекции. Только вот, опознать не выходило. - Я знал, что найдётся кто-то особенно умный, кто догадается пойти в обход системы, поэтому скопировал медальон. Представь моё удивление, когда меня рано утром затянуло в воронку времени. Я сразу понял, что это ты, Грейнджер. Изменения начались в Хогвартсе, моя дочь исправно сообщала мне о твоих делишках. Дискредитация Амбридж позабавила, но вот, как ты вышла на тёмного Лорда мне до сих пор не понятно!       Гарри замер, прислушиваясь.       "Скопировал медальон... Воронка времени... Изменения в Хогвартсе..."       Всё это наталкивало на не очень хорошие выводы.       - Я ничего не делала, - сказала Гермиона в образовавшейся паузе. - При чëм здесь Лорд?       - Естественно, твои цели понятны, - продолжил неизвестный свою обличительную речь. - Победить по-тихому, и встать у власти. Неужели ты, магглорождëнная, сможешь всё исправить? Хотя, признаюсь, не ожидал такой мощи, перебросить так далеко... Только вот, ты же всерьёз не считаешь, что более быстрая победа поменяет хоть что-то? Как наивно. Ты своими глазами видела, чем всё это закончится! У магии нет будущего без по-настоящему сильного лидера.       Он многозначительно замолчал, видимо проникнувшись моментом, а Герми очевидно решила тянуть время, поэтому начала задавать вопросы сомнительной логики. Гарри же лихорадочно пытался сложить два и два.       - Ты думаешь, сам стать таким лидером?       - Идиотка! - рявкнул пожиратель. - Нет сейчас волшебника сильнее Тёмного Лорда.       - То есть он должен победить и пустить мир во тьму? - попробовала снова понять Гермиона.       - Я не обманываю себя, Лорд определённо не в себе, править будет тот, кто сейчас ближе к нему, я выбрал Нотта старшего, Лестрейнджи на худой конец, тоже справятся с поддержанием равновесия. Жаль пришлось избавиться от Беллатрисы, но она была слишком предана Лорду и тоже слегка не в себе. Она бы помешала мне исполнить задуманное, после полной победы над Поттером. Лорд переломит ситуацию, это всё что сейчас важно.       "Матерь божья!!!" - в шоке подумал Гарри. - "Да он же из будущего! Поэтому некоторые события пошли не по тому сценарию, вот почему в ставке начались изменения. Нужно было догадаться, что кто-то мутит воду с другой стороны. Тот, кто жив там в будущем, тот кто видел боль магии, и тот кто имел доступ в отдел тайн..."       - Это Гринграсс, - тихо прошептал рядом Малфой, про которого Гарри напрочь забыл. - Он в отделе тайн работает, сам пришёл к Лорду несколько месяцев назад.       - Но как?... - пробормотал в ответ Гарри.       - Что как? - яростно зашептал Малфой. - Чего ты стоишь, если они сейчас аппарируют, ты её больше не увидишь.       - Прикрой, - очнулся Гарри, и без объяснений рванул в сторону пожирателей, молниеносно выпуская заклятия.       Эффект неожиданности сработал, троих он уложил сразу, но потом остальные очнулись и вступили в бой. Сзади в бой вступил Малфой, чего Гарри не ожидал на самом деле. Он не сильно нападал, скорее стрелял щитовыми, то есть прикрывал. Но, как только он смог обойти пожирателей, которые втроём набросились на Гарри со всей яростью, тот смог подобраться к Герми и выпутать её из связывающих чар. К чести его стоит заметить, что он сразу развернулся обратно, спеша на помощь Гарри, но первая же вспышка откинула его немного назад, ошибочные щитовые, в итоге эффект подножки, и Малфой летит в снег.       - Сиди тихо, не позорься, - рявкнула Гермиона, и поудобнее перехватив палочку, ринулась в водопад нападающих чар.       Очень быстро, Гермиона и Гарри смогли синхронизировать действия, двигаясь так, как тренировались на занятиях ДА. При таком раскладе, у пожирателей не было ни шанса, и очень скоро они стали это понимать, потому что очень быстро им пришлось самим уйти в оборону.       - Прежде чем устранять соперника, стоит удостовериться в правильности своих выводов, - не прерывая нападения, крикнул Гарри Гринграссу в лицо, с которого слетела маска. - А не нападать, на того, кто мне дорог.       - Поттер? - спросил он так, словно реально только что его заметил.       - Не на того напал, - рявкнул Гарри, особенно сильно ударив по щитам Гринграсса.       Тот в ошеломлении распахнул глаза и приложил максимум своих способностей и сил для одного единственного действия. Исчезнуть в вихре аппарации. Двое других, воспользовавшись заминкой, последовали за ним.       Гарри, стараясь отдышаться, в первую очередь повернулся к Гермионе, ощупывая её на поверхностные повреждения.       - У меня миллион вопросов и столько же догадок, - задыхаясь, начала Герми, крайне раздражённо. - И упаси тебя Мерлин, соврать мне в этот раз, Гарри Поттер!!!       - Как скажешь, душа моя, - покаянно ответил Гарри, понимая, что скрывать правду и дальше от неё будет просто глупостью. - Только давай не здесь, - добавил он, покосившись на замершего Малфоя, с огромными глазами полными ужаса. Гермиона посмотрела на него слегка удивлённо, будто до неё только сейчас дошло, что Малфой сражался на их стороне, и уже открыла рот, чтобы что-то спросить, но Драко её перебил.       - Мне пизда...