(Бес)смертный

      Тэхен слышит, как открывается входная дверь и не торопясь идет встречать Чимина и Чонгука. Однако в прихожей он видит Пака с двумя незнакомыми парнями. По помещению разносится громкий вздох.       — Что, очередные «друзья», которые набросятся на меня и в конечном счете не оставят ни косточки? Слушай, а ты случайно не подружился со мной, чтобы устроить пир для всей нечисти? Просто пиздец, Чимин-и.        — Я не знаю, кто это, — Пак выглядит так, будто все страдания мира обрушились на него в одну секунду. — Но они помогут найти Чонгука.       Ким закатывает глаза, не в силах сдержать свое раздражение. Чонгук, Чонгук, Чонгук. Пака заело как пластинку. Бесит. Почему этот парень вдруг стал центром вселенной Чимина. Или был им уже давно? Напрягает.        — Эй, вы, двое. Кто такие? Оборотни? Колдуны? Домовые? — Ким поочередно сверлит взглядом брюнета и блондина. Те, в свою очередь, морщатся в отвращении.        — Тэхен, успокойся, дай нам пройти, — Пак одним взглядом разгоняет весь боевой настрой друга. Чимин жестом указывает незнакомцам на гостиную и проходит следом. Не сдержавший своего любопытства Тэхен проходит за ними, но остается в своем недовольно-раздраженном образе.       — Стало быть, пора нам представиться, — начинает брюнет, — меня зовут Намджун, а это — Сокджин. Мы Квисин — духи темного и светлого начала, поддерживающие баланс в мире людей и духов.       — И так получилось, — продолжает блондин, — что от жизни Чонгука зависит равновесие зла и добра. Не вселенских масштабов конечно, однако даже это может повлиять на дальнейшее сосуществование человечества и потустороннего мира.       — Да вы издеваетесь? У вас всех что, свет клином сошелся на этом Чонгуке? -Тэхен окончательно потерял терпение. Хватит с него. Он просто студент и ему нравилась его жизнь до всех этих потусторонних сказок. — Чимин, прости, но решайте свои проблемы за пределами квартиры. Это не притон для нежити и…       Киму неожиданно прилетает щелбан. Напротив него стоит Сокджин и мило улыбнувшись, проговаривает:       — Ким Тэхен, ты не просто так оказался в том лесу и эти события настолько же принадлежат тебе, как и всем нам. Это судьба.       — Чимин, ты уже знаешь, что Чонгуку грозит смерть и знаешь причину, — встревает Намджун, — Но все же позволь рассказать тебе все с самого начала. Да и Тэхену будет интересно узнать. Все началось во времена хаоса, царившего тогда на Земле… ***       Чонгук приходит в сознание от запаха сырости и затхлости. Открыв глаза, он смутно различает очертания помещения, свет в которое попадает лишь через небольшое окно под потолком. Чон пытается расправить затекшие конечности, но понимает, что его руки привязаны к подлокотникам стула, а ноги закованы в металлические кандалы. Опять остался наедине со своими мыслями. Но теперь уже как-то все равно. Даже появляются мысли о том, что лучше бы этот психованный мужик его убил. Сложно осознавать, что сутки назад ты был другим человеком и в другом времени. Был, можно сказать, беззаботным, жил размеренной жизнью. А сейчас? Сейчас кидаешься на людей, как дикое животное. Вот черт. Интересно, как там Тэхен? Наверно, очень сильно испугался. И рука будет долго болеть и заживать. Кто же ты, Чонгук и как будешь жить дальше?       Из раздумий его вытягивает неприятный скрип железной двери. Над Чонгуком загорается лампа. По бетонной лестнице к нему спускается тот самый мужик из машины.       — Уже очнулся? — Чонгук не успевает даже взгляд на него перевести, как ему прилетает удар в лицо. Губа моментально лопается и из нее тонкой струйкой начинает бежать кровь.- Ох, прости, не удержался от фирменного приветствия. Кстати, меня зовут Мин Юнги, хотя вряд ли тебе о чем-то говорит мое имя, верно?       Шум в голове после удара не дает сконцентрироваться, но все же после нескольких попыток Чонгук поднимает глаза на человека, стоящего перед ним. Как же ему это все надоело.       — Пошел ты на хуй, Мин Юнги, — Чон уже видит замах руки для удара, поэтому выдавливает самую ядовитую ухмылку, на которую сейчас способен. Удар. Губа лопается с другой стороны. Снова шум в голове. Но он больше не мешает. — Ты сраный псих. Ха-ха. Знаешь, да, ты наверняка знаешь, со мной творится какая-то хрень. Я проснулся спустя сто лет и я стал монстром, жаждущим крови. К тому же, какой-то безумец, кстати, стоящий передо мной, явно хочет меня убить. Я причинил боль одному парню, которого даже не знаю. И я даже не извинился, поэтому…       — Твоя самонадеянность — фальшь, ты боишься меня. Отсюда ты не выберешься живым. Поэтому сначала я хочу объяснить, почему ты здесь оказался. Рассказ будет долгим, поэтому… — Мин отходит к стене, возле которой стоит небольшой стол. Чон видит множество инструментов, знакомых и не очень. — Кстати, ты знал, что обращенные, вроде тебя, не бессмертные. Да, некоторые биологические процессы в организме замедляются, вы не стареете, а некоторые наоборот ускоряются, поэтому организм может регенерировать. Однако, не все подлежит восстановлению. Если я выпущу всю твою кровь, ты умрешь. Или раскрошу твой череп вместе с мозгом в кашу — и ты тоже умрешь. А могу вырвать твое сердце, и, увы, новое не вырастет. — Юнги проводит рукой по инструментам, останавливаясь на садовом секаторе. — Но как я и сказал ранее, история будет долгой, но я постараюсь, чтобы ты дослушал ее до конца и не умер.       Лицо Чонгука не выдает никаких эмоций. Он и правда не боится. Что ж, Мину под силу это исправить. Он подходит к стулу и за мгновение, без каких-либо запугиваний, отрезает Чону мизинец левой руки. Наконец уши ласкает крик боли. Да, начало что надо.       — Вот видишь, теперь нам обоим будет не скучно. Итак, я начну.- Тяжелое дыхание и хрипы Чонгука все больше распаляют Мина, поэтому он придерживает безымянный палец, но пока просто продолжает рассказ. — Все началось во времена хаоса, царившего тогда на Земле. Божества и демоны сражались за духовную власть, а люди делили территории. Из-за постоянных войн в мире не было баланса, поэтому человечество страдало от голода и болезней. Однако люди не переставали создавать семьи. В одной такой семье родилась девочка, но она была больна и находилась на грани смерти. Тогда ее родители начали неустанно молиться, и одно божество откликнулось на их зов. Но у бога было одно условие, он дал родителям семя и велел вырастить из него как можно больше цветов, иначе их дочь снова заболеет. Девочка получила благословение, она выжила и стала обычным здоровым ребенком.       Вскоре закончились все войны, миры пришли в равновесие. Богам запретили передавать силы смертным, а демонам — обращать людей. Но вернемся к той девочке, она росла, и превратилась в невероятную красавицу. Один из сыновей Демона Разрушений испытал к этой девушке чувства, которые ему несвойственны. Он тайно встречался с ней, и очень скоро рассказал, кто он на самом деле. Девушка очень испугалась, поэтому к следующей встрече оставила корзину, наполненную цветками из сада родителей и письмо, о том, что они не смогут быть вместе. Парень, увидев письмо, был так сильно расстроен, что рассыпал цветы на поляне и долго лежал в них, поглощенный тоской.       К сожалению, никто из них не знал, что цветы, дарованные богами, убивают демонов.       Когда Демон Разрушений узнал о смерти сына, он впал в отчаяние и был готов снова развязать войну. Но Квисины, следящие за равновесием в мире после войн, запретили ему это сделать. Однако у Демона был еще один сын, который так же не смог смириться с потерей. Вопреки запрету он начал создавать небольшую армию обращенных, чтобы отомстить. На это требовалось много времени, ведь все должно было оставаться в тайне. А когда все было готово, он осознал, что прошло много, очень много лет. Девушка, которая убила его брата, давно мертва, а ее корни пустились по свету. Тогда демон решил убить всех ее потомков до одного. Так вот Чонгук, ты последний, а я тот самый демон.       Чонгук еле находящийся в сознании скорее не от боли, а от факта, что ему, блять отрезали палец, поднимает взгляд на Мина.       — Ты не просто псих, Мин, — парень возвращает на каменное лицо ухмылку, — ты самый наглядный представитель своего рода, правда не очень умный.       По комнате снова разносится крик, а Юнги, повертев в руках палец отбрасывает его словно мусор. Не желая, пока слушать ничего кроме воплей и хрипов, он по очереди обрезает все пальцы на левой руке.       — Я не договорил. После того, как я узнал, что остался лишь один ее потомок, я уничтожил всю свою армию обращенных. Конечно, искать тебя по всему миру было словно иголку в стоге сена, и я даже задумывался о том, чтобы бросить это дело. И встретил Чимина. Я испытал тоже, что и мой брат, причем диапазон чувств был такой же       — от любви до разочарования. Он сам рассказывал мне о тебе, и как только я понял, что ты тот, кто мне нужен, я доверился ему и поведал свои планы. Но видимо ты оказался важнее для Чимина, поэтому он запретил мне приближаться к тебе. Я очень сильно разозлился. И мне пришла в голову замечательная идея. Я обратил Чимина и решил ждать, когда он сам же и убьет своего любимого дружка. Я не думал, что он настолько умен и силен духом. Смог спасти и тебя, и себя. Одного он не учел. Я бы искал тебя до тех пор, пока не увидел твои останки.       Юнги приближается к Чонгуку, который вот-вот отключится. Его голова запрокинута назад, а грудь тяжело поднимается от каждого вздоха. Обувь обоих утопает в крови, которая растеклась по полу небольшой лужей. Этот вид поднимает настроение, еще немного и его цель будет достигнута. Он не может сдержать удовлетворенную улыбку.       — Эй, Мин, — Юнги немного удивлен тому, что парень хоть и тихо и медленно, но может говорить. Он наклоняется к нему, чтобы лучше слышать последние слова парня. — Пошел ты…       Чонгуку как никогда помогли воспоминания, воспоминания о том, какой силой стал обладать Чимин после обращения. Поэтому подобрав нужный момент и собрав остатки сил, он с размаху бьет лбом ровно в лоб Юнги. Слышен треск ломающихся костей. Мина от такого удара относит к стене, и он сползает по ней, потеряв сознание. Да, получилось так, как Чон и планировал. Преодолев возникшее головокружение, парень с легкостью справляется с веревками и кандалами на ногах. Не ждет, поднимается по лестнице и оказывается на первом этаже жилого частного дома. С трудом находит выход и бежит по двору к воротам. Закрыты. Не страшно. Он, не смотря на отсутствие пальцев, словно паук взбирается на железную изгородь и спрыгивает с нее продолжая бежать.       В первую очередь надо найти Чимина, а со всем остальным они разберутся вместе.