***
Студентка закрыла лицо руками. В её голове было тысячи мыслей, глубоко в сознании что то разбилось, как зеркало с её счастливым отражением несколько часов назад. Зандик, взглянув на подругу, прикрыл её от чужих любопытных глаз. Неосознанно он всегда защищал её, будь это материальная опасность, или надоедливые сокурсники. Обеспокоенно он приобнял её за плечи и повёл в комнату. Лиза же, была как во сне. На самом деле, за это время она не плакала. Все это время она пыталась унять эти навязчивые слезинки. Причина? Она не хотела расстраивать Зандика. Она знает что на самом деле он всегда беспокоится о ней больше чем она сама. Ведьма нашла в этом человеке родственную душу, ради которого она улыбалась так много по-настоящему.***
Дверь в кабинет магистра открылась, вошел Доктор с одним из доверенных лиц. Магистр Джинн встала и приняла исключительно строгую позу. —Прошу, господин Доктор. Кейа не мог скрыть презрения, но также выпрямил спину и встал. Лиза стояла в тени, немного постукивая ногтями по книге. —Итак,с чего бы достопочтенная Магистр позвала меня? Это будет последний раз, когда я приду, если причина не уважительная. –Резко поменял тон учёный. —Информация из наших источников гласит что вы приехали сюда на исследования порталов бездны? Агент скривился. —Вы так бесстыдно подтверждаете что копали под господина? —Какой же ты ранимый. —Капитан кавалерии задумчиво покрутил в руке золотую монетку. Обстановка была пугающая и напряженная. В ушах звенели колкости, прибавленные звонким стуком монетки. Капитан Кавалерии копался в деле Даниэля и не мог уловить одну тонкую нить,от чего был раздражен. Она словно была здесь, плыла в солнечных зайчиках кабинета, но также ускользала из рук. Он знал, что ему не ответят, знал, что это может быть даже опасно. Но... —Я посмотрел дело погибшего и покопался в его прошлом. Он действительно был ужасным человеком, на его счету были попытки изнасилования, от которых жертвы не могли отойти годами. В тени кабинета послышался приглушенный стук, на который никто не обратил внимания, кроме Доктора, печального взгляда которого не видно было за маской.