В вагоне

Эдвард мчится по вагону даже не оборачиваясь. Пассажиры, в основном мобилизованные военные, странно косятся на него. Он случайно наступает одному из них на ногу автобронёй, слыша в свою сторону тонну ругательств, от которых уши вянут. — Простите! — неуклюже бросает Эдвард, пытаясь больше ни в кого не влететь. Сзади со скрипом почти выломанных петель словно гром хлопает дверь. Эдварда бросает в холод от этого звука, но он пулей вылетает из вагона, перепрыгнув в другой, и до него доносится лишь короткое, вкрадчивое и в крайней степени злое: — Стальной! Вот уж Эд не думал, что ему однажды придётся убегать от полковника. Тот раньше и пальцем его не трогал, что бы Эд не натворил. А теперь вон какой злющий, едва ли не поджарил Эда, когда увидел его сидящим в вагоне, который мчится на внезапно вспыхнувшую войну на границе. Эдвард открывает дверь последнего вагона, встречаясь носом с деревянной стеной соседнего грузового вагона. С помощью алхимии он создаёт для себя проход, прыгая в темноту. — Черт, даже окошка нет, — шипит Эд, ударяясь об коробку. Он на ощупь пробирается внутрь грузового вагона, минуя коробки, мешки и какие-то железные контейнеры. Пару раз ударяется об них, зарабатывая себе новые синяки поверх старых, незаживших. Так уж получается, что он никогда полностью не может оправиться от очередной драки, ведь всегда почти сразу появляется новая опасность, с которой совершенно некогда медлить. Эдвард залезает куда-то вглубь вагона, накрывшись красным плащом, будто он сделает носителя невидимым. На деле же красный плащ скорее больше выделяется, чем скрывает. Хотя в такой темноте вообще мало что видно. Полковник не заставляет себя ждать. Не найдя Эдварда в остальных вагонах, он залез в грузовой тем же путём, что и Эдвард. Эд затаил дыхание, услышав, как тяжёлые армейские берцы ступают по деревянному полу вагона, как жалобно скрипят доски под ногами Мустанга. Слышно, как он копошится в одежде, пытаясь что-то отыскать. Эдвард, пользуясь случаем, сползает почти что на пол, прижавшись к коробке, в надежде раствориться в тёмном цвете досок, стать с ней одним целым. Он не Эдвард Элрик, он коробка. В темноте он слышит, как что-то щёлкает. Металлический щелчок, напоминающий зажигалку. Мустанг не курит. Пожалуй, Эдвард ни разу не видел его с сигаретой, но, похоже, проливные дожди, не прекращающиеся последние несколько недель, заставили его завести в кармане источник огня. Щелчок приносит в пыльный вагон немного света. Эдвард старается не двигаться, затаившись. Он даже бежать не собирается, ведь это бесполезно В конце концов, он будет пойман. Неужели полковник настолько зол, что не прекратил эту игру в салочки? Маленький источник света движется вдоль скрипящего вагона, а Мустанг пристально осматривается. И прислушивается. Стук колёс. Свист ветра, который просачивается сквозь доски. Коробки слегка дрожат от тряски и качки. Мустанг не зовёт Эдварда, не приказывает ему появиться сию же секунду, он поступью хищника идёт по вагону, играя с Эдом в игру. Правила очень просты: Эдвард издаёт звук — Эдвард проигрывает. Рой останавливается посреди вагона, оглядываясь назад, туда, где остался Эд. По темноте он бы всё равно далеко не ушёл, поэтому Мустанг разворачивается, начиная осматривать коробки. У Эдварда внутри всё холодеет, а тело начинает напрягаться, собираясь с силами либо для побега, либо для боя. Он часто дышит, чувствуя прилив адреналина. Но его тело будто окаменело, не в силах двинуться. Он как завороженная кобра, вслушивается в звук поступи полковника. Он сжимает здоровую руку и пытается собраться с мыслями. Но полковник словно из-под земли вырастает перед ним, махая зажигалкой. — Попался, — тихо говорит Мустанг. Эдвард вскрикивает от неожиданности, неуклюже пытаясь отползти назад. Мустанг моментально ловит его за ногу, подтягивая к себе. Эдвард скользит по деревянному полу, брыкаясь. — Полковник, отпустите! Полковник! — недовольно пищит Эд, дергаясь в руках Мустанга. Тот лишь сильнее сжимает ногу, вновь щелкая зажигалкой. Вагон погружается в привычную темноту. Эдвард чувствует, как руки полковника движутся по ноге, не собираясь его отпускать. Он хватает Эда за бока, не давая ему шанса сбежать. Он вновь ничего не видит, ориентируясь лишь на ощущения, и сейчас полковник точно прожигает в нём дыру взглядом, ведь это чувствуется почти на физическом уровне. — Ты ослушался строжайшего приказа, Стальной, — с раздражением говорит Мустанг. — Какого чёрта ты тут вообще делаешь? Руки, крепко сжимающие бока, не дают придумать что-то внятное. Эдвард пару секунд собирается с мыслями, заполняя возникшую тишину неуверенным мычанием. — На этой войне будет человек, который знает что-то о философском камне… — произносит Эд, чувствуя, что его буквально вдавливают в пол. Полковнику явно не нравится сказанное Эдом. Мустанг удобно уместился между его ног, поставив в весьма неудобное положение. Смущающее. — Отпустите меня, полковник. — Твоя погоня за философским камнем начинает меня раздражать. На войне детям не место, ты понимаешь? А ты мало того, что пробрался без разрешения, так ещё и приказов не слушаешь. Совсем страх потерял? Забыл, с кем разговариваешь? У Эда от волнения ноги дрожат. В темноте он начинает немного различать черты лица полковника. Мустанг устало вздыхает, ослабив хватку. Эдвард неловко двигает ногами, слегка обнимая ими тело полковника. Элрик не видит выражение лица Мустанга, который в этот момент удивленно поднимает бровь. Но если бы видел, наверняка сгорел бы со стыда. Руки полковника медленно съехали на талию Эда, отчего тот смущённо покашлял. — Не могли бы вы… Отпустить меня? — спрашивает Эд. — Чтобы ты опять убежал? Я устал тебя ловить, знаешь ли. — Я не убегу, — обещает Эдвард, приподнимаясь на локтях. Мустанг вздыхает, поднимая Эда с деревянного пола и прижимая парня к себе. Полковник обнял его, уткнув в своё плечо. Эдвард растерялся — у него сегодня вообще день удивлений. Погоня, допрос, объятия. Полковник кажется совершенно другим человеком без своих подколов и упрёков в сторону Эда. Теперь, когда они наедине в этом тёмном скрипящем вагоне, всё кажется таким… нереальным. Будто это всё происходит во сне. В жестоком сне, заходящим за рамки разумного. Эдвард чувствует тепло чужого тела, приятный тяжёлый аромат парфюма полковника, которым, кажется, Эд успел пропитаться за всё время тесного контакта. — Полковник, — неестественно тонким голосом зовёт Эд. Тот лишь ведёт носом, зарываясь в светлые пряди волос конкретно так растрепавшейся косы. — Тебя будто подменили, — тихо произносит Элрик, не дождавшись никакого ответа. — Всегда надо поддерживать авторитет среди подчиненных, — тихим, низким голосом отвечает Рой, приоткрыв глаза. У Эдварда от этого голоса мурашки по шее бегут. Он пытается отстраниться, но крепкие руки не дают ему полностью вырваться из объятий. — Эй-эй, полковник! — недовольно ворчит Эд. — Так все эти издевательства надо мной лишь ради авторитета?! — Не глупи. Если я буду с тобой возиться как с ребёнком, то и остальные будут считать тебя неспособным нести обязанности государственного алхимика. — А сейчас вы зачем меня держите? Рой слегка отпрянул от него, хмуря брови. Его совсем чёрные глаза кажутся во тьме двумя глубокими безднами, и если Эд продолжит вглядываться в них, то эта бездна проглотит его. Но оторвать взгляд не получается, он словно заколдованный смотрит на Мустанга. — Кто я такой, если позволю тебе отправиться на войну? Ты уже многое пережил, но глядя на твоë обострённое чувство долга и справедливости я понимаю, что ты там и минуты не протянешь. Эдвард, война это не шутка. — Я стал армейским псом не ради того, чтобы отсиживаться в тылу. Мне нужно вернуть тело брата любой ценой. — До чего упрямый, — цокает Мустанг, нахмурившись. У него уже характерная морщинка на лбу из-за этого парня появляется. Он поднимается, подхватывая и Эда на руки. Тот удивлённо ахнул, но схватился за плечи полковника, чтобы удержать равновесие. Он напряжённо вглядывается в бездонные чёрные глаза, в которых промелькнул какой-то нехороший огонёк. — Всë, хватит, пусти! — брыкается Эдвард, пытаясь выбраться из крепких объятий. Ему почти удаётся сбежать, перегнувшись через спину, но Мустанг подхватывает его и резким движением бросает на ближайшую коробку с припасами. У Эда от глухого удара из лёгких вышибает воздух. Он оказывается прижат спиной к деревянной коробке с одной стороны, и полковником с другой. Пытаясь вывернуть руки из сильной хватки, он продолжает брыкаться под скептическим взглядом Мустанга. — А говорил, что не убежишь, — хмыкает Рой. — Срок обещания истёк! — гневно рычит Эд. — Зачем ты это делаешь? Полковник сильнее сжимает здоровую руку Эда, чтобы тот немного притих. — Я хочу донести до тебя мысль, что каждое твоё непослушание будет наказано. — И в чем наказание? — фыркает Эд, сдувая с лица светлую прядь волос. Рой лукаво улыбнулся, склонившись над ним, заставляя парня поджать губы. Он вмиг оказывается настолько близко, чтобы ощутить быстрое дыхание Эдварда. Так он испугался всё же. У Эдварда всё плывёт перед глазами от того, как Рой близко. Он нервно сглатывает, ерзая на коробке. Он уже не слышит стук колес — лишь своё собственное сердцебиение. Он чувствует, что теперь Мустанг и впрямь захватил власть над ним, а не просто издевается. Его щеки уже давно покрылись розовым смущенным румянцем, а руки мелко дрожат, не в силах противостоять напору. Он едва удерживается от тихого вздоха, когда полковник склоняется над ним совсем близко, вжимаясь телом меж тонких бёдер. Этот гад знает, на что давить. Чертовски хорошо знает, поэтому Эдвард на какой-то миг становится перед ним беззащитным. Он позволил застать себя врасплох. Горячее дыхание опаляет ушко, пустив по телу Эдварда приятную волну предвкушения. Его руки Рой уже отпустил, позволив им свободно сжимать военный мундир, прижимая полковника ближе к себе. Эд едва не задыхается от этой близости, отпустив всю ситуацию на самотёк. Тёплые губы неспеша целуют мочку уха, а грубые пальцы военного нежно поглаживают мягкую щеку парня. Мысли в голове путались. Его тело реагировало на ласку, но сам он не мог определиться, хочет ли продолжения. Полковник был так неестественно нежен, что к Эдварду в голову начали закрадываться сомнения. Липкий страх окутывал его разум. Руки Мустанга скользнули под рубашку парня, нежно сжав юношескую талию. Эдвард ахнул, приподнявшись на локтях и уткнувшись носом в чёрные, растрепанные волосы Роя. — Что такое? — с томным вздохом спрашивает его Мустанг, заглядывая в янтарные глаза, которые уже поплыли от ласк. — Что ты задумал? — Ничего такого. Я не сделаю тебе больно, — убеждает мальчика Рой, мягко улыбнувшись. — Испугался? — Да. Ты сам на себя не похож сейчас. Рой вздохнул, погладив Эда по волосам. — Я отправлю тебя обратно следующим поездом, — говорит ему Рой, наконец поднявшись с тела Эда. Но Эд схватил его за рукав, притянув обратно. Рой поднял брови, удивленно взглянув на Эда. Во мраке пыльного вагона его блестящий золотом взгляд обо всём говорит сам, поэтому Мустанг вновь нависает над ним, нежно обнимая смущенного парня.