Древний Червь

11.04.2011

      — 47…48…49…50!       С громким «ха» я спрыгнула с перекладины. Думаю, на этом разминку стоит закончить. Как бы мне не хотелось сделать ещё пару подходов, в данный момент излишний фанатизм в упражнениях лишь навредит.              Сегодня мой первый бой, и идти на него уставшей будет не менее вредно, чем идти не разогретой. Не зря же я прогуляла школу и отсыпалась с утра.              Я со вздохом посмотрела на часы (уже который раз за сегодня) и поднялась в душ на 2 этаже. До выхода осталось чуть больше часа. Возможно, стоило повременить с разминкой, заняться ею незадолго перед выходом, но моё терпение окончательно лопнуло ещё в четверг, а уж теперь, с наступлением «Дня Х», я была готова чуть ли не на стены лезть из-за вынужденного ожидания.       Поразительно, как быстро фраза «убить время» стала для меня ассоциироваться с изматывающими тренировками, а не с чтением книжек. Прежняя «я», скорее всего, пришла бы в ужас от предложения пробежаться до Бостона и обратно. Нынешняя «я» развлекала себя этим в субботу.       Смыв пот, я, не потрудившись закутаться в полотенце, вернулась к себе в комнату. В ней практически ничего не изменилось со времён триггера. В отличии от её хозяйки. Все самые крупные обновки хранились в подвале, а тут было спрятано только то, что можно запихнуть в шкаф.              Сперва я вообще хотела устроить тайник в одном из пустых домов на нашей улице, или даже в какой-нибудь заброшенной многоэтажке. Меня пугала мысль, что папа что-нибудь заметит, и потребует присоединиться к Стражам.              Но потом я вспоминала, какой уровень вовлечённости в мою жизнь он демонстрировал в последние полтора года. Уверена, что если бы я стала Технарём, то смогла бы, не скрываясь, организовать себе полноценную мастерскую прямо на кухне и всё равно не добилась бы от него реакции.              Хотя пару лёжек в городе я всё-таки организовала.              Похлопав себя по щекам, я решила, что, чем проводить оставшееся время за грустными мыслями, лучше (снова) проверить снаряжение. Сегодня, в «День Х», оно было тщательно наточено, перевязано или уложено в сумку на кровати, в зависимости от того, понадобится ли мне это прямо сейчас или чуть позже.              Я немного задержалась у полноразмерного зеркала на дверце шкафа. Декабрьская Тейлор убила бы ради такой фигуры. Или даже признала бы, что подъём ни свет ни заря ради долгих пробежек оправдывает затраченные усилия.              Астеническое телосложение не позволило бы мне очень сильно разрастись, но набранные в последние пару месяцев 20 кило мускулов были очень заметны. Руки, плечи, пресс. Я до сих пор каждый раз поражаюсь, что у меня появились кубики вместо прежнего лягушачего пузика. Теперь я в целом выгляжу как нормальная ММА-легковеска (кем я, теоретически, и являюсь).              …Особенно я рада тому, что хотя бы часть этого мяса ушла в бёдра и задницу. Было по настоящему приятно наконец-то увидеть в зеркале «крепкую однозначно девушку», а не «тощее хрен пойми что».              Настроение немного портило то, что такое тело невозможно получить естественным образом за 2 с мелочью месяца пробежек и гимнастики на самодельном инвентаре в подвале. На краю сознания всегда появлялся тоненький голосок Эммы, шепчущий, что моей заслуги тут нет. Что мне гордиться тут нечем. Это всё сила сделала за меня.              Я надеялась, что со временем, по мере обретения уверенности в себе, этот писк навсегда уйдёт, но пока…              Кажется, Тейлор Эберт пока не суждено посмотреть на саму себя без отвращения.       На этот раз я усмехнулась. Эта мысль так часто вплывала у меня в голове, особенно после шкафчика, что стала восприниматься не как сигнал к очередному сеансу самобичевания, а как очень грустную шутку «для своих». Так что и отношение к ней (как и к любой другой форме вялой хандры) стало довольно фаталистичным: «Да, я омерзительная слабачка, да, всё очень плохо, пойду ещё потренируюсь»       Проблема была в первую очередь в том, что с недавних пор первые мои мысли при виде кейпа всегда были о том, как его победить. Даже если кейпом была я. Мне будет сложно увернуться от лазера Чистоты. Мне придётся туго, если Эгида решит закидать меня сверху гранатами. Я не выживу, если Виктор подкараулит меня со снайперкой.       Но хуже всего было знание, любезно предоставленное моими способностями, что на самом деле я могу справиться со всем вышеперечисленным. Ударом тупого ножа резать сталь. Танцевать под каплями дождя. Совершать рывки настолько быстрые, что они будут казаться телепортацией. Всё, что нужно — это хотя бы 5-6 лет тренировок…       Когда травля только началась, я тоже так думала. Надо только переждать 3 года школы, а в универе всё станет хорошо. И куда это меня в итоге завело?       Я вздохнула и подошла к кровати. Ждать больше нельзя. Если отложу выход сегодня, то, по своему обыкновению, отложу и на следующей неделе, и в следующем месяце, и до тех пор, пока вся затея просто не потеряет смысл. А я уже просто не могу ждать. Стычка в туалете была лишь катализатором. Бездействие уже сводило меня с ума. Когда по улицам бегает столько зла, я не имею права отсиживаться в подвале.       Даже эти два месяца тренировок были компромиссом с самой собой. 15-и летнюю тощую девочку, только что выбравшуюся из больницы, убил бы какой-нибудь нормал с пистолетом в течение пары дней. У неё даже близко не вышло бы подобраться к… да к какому угодно кейпу! К счастью, теперь я не совсем беспомощна, о чём свидетельствует содержимое сумки передо мной.       Пусть сегодня и должен состоятся мой официальный первый бой на кейп-сцене, на самом деле на прошлой неделе у меня уже была стычка с местным криминалитетом. Хоть и гордиться там реально нечем.       Кучка АППшников, гуляющих на границе своей территории, решили, что пробегающая мимо девушка будет отличным дополнением к их расслабляющейся компании. Во всяком случае, именно так я расшифровала тот пьяный, исковерканный акцентом бред, что изрыгал их главарь. Он подробно (попытался) рассказать, что они со мной сделают, как мне с ними будет хорошо и какой он лично весь из себя крутой. Последнее сопровождалось хватанием висевшей на боку катаны, которая у них, видимо, была каким-то статусным предметом.       Теперь она, вместе с поясом и ножнами, лежала у меня на кровати. А также большая сумка с Глоком, 3 магазинами к нему (могло быть 4, но последний, видимо, решил выделиться не железкой на боку, а гигантской пушкой под другой патрон) и около 2000 долларов, в дополнение к стандартному набору убегающего из дома подростка. Они явно хотели покутить с размахом.       Я не особо задумывалась об оружии, но это было, скорее, из-за недостатка вариантов. Моя сила распространяется только на ближний бой, так что первостепенной задачей было расширить зону поражения. Очевидный выбор — самодельный посох, который теперь опирался на спинку кровати. Резервным оружием стали пара тяжёлых кастетов, армейский нож, и телескопическая дубинка, на что ушли почти все мои тогдашние финансы.       Меч пришёлся очень кстати. Посохом, конечно, можно нанести страшные внутренние повреждения, которые только усугубятся моей силой, но я всё же предпочла бы рубить и резать.       …Ладно, я не думаю, что этот явно декоративный кусок заточенного металла выдержит хотя бы сегодняшний бой (зарубка после удара по черенку швабры говорит сама за себя), но в качестве оружия устрашения он подойдёт куда больше, чем деревянная палка, какой бы надёжной она ни была.       С огнестрелом всё сложнее. Моя сила (ни в одном из своих аспектов) не распространяется на любое дистанционное оружие. Она подсказывает мне, какие упражнения нужно сделать, чтобы эффективнее размахивать в бою кулаками или посохом, но вот учиться метать нож, например, мне пришлось как самому обычному человеку: через мучительную практику. Без сверхъестественно быстрого закрепления навыка.       Пистолет явно находился в этой же категории. У меня был шанс пострелять только на этих выходных, и, судя по результатам, мне явно не стоит пока на него полагаться.       Снова взглянув на часы, я решила, что можно уже и одевать свой понтовый, прокаченный, сражающий всех наповал супергеройский костюм.       Фиолетовая водолазка. Чёрные леггинсы. Рабочие кроссовки. Широкий пояс с кармашками. Ножны на нём, для меча и для ножа. Кобура. Мамино пальто в прихожей (весна ещё, прохладно на улице), которое я сброшу перед дракой.       Всё.       Если бы я сказала, что не хочу выйти в чём-нибудь красивом и броском, то очень, очень нагло бы соврала. В школьные часы моей практически единственной отдушиной было придумывание себе костюма. Разукрашенные робы вроде монашеских, полу-юбка с развевающимися полосками ткани, гибкий корсет с оборками и многое, многое другой. Пусть значительную часть я бы не и надела (будь то из-за стеснения или просто непрактичности наряда), но придумывать их было весело.       В какой-то момент я попыталась самостоятельно воплотить одну из самых простых на первый взгляд идею (безрукавку с жилеткой и штаны-шаровары), но… неудачно. В конце концов я решила, что если одежда хороша для бега и гимнастики, то будет хороша и для боя. Быть «Девочкой-спортсменкой» лучше, чем «Бомжихой-в-разваливающихся-тряпках».       После столкновения с богатенькими кутилами я лелеяла мысль заказать себе костюм, но на следующей же неделе сучье трио залило мой портфель соком и уничтожила блокнот с зарисовками, что, собственно, доконало меня окончательно и заставило поторопиться с выходом. А это значит, что красивая одёжка откладывается на потом.       И да, отсутствие в костюме маски не случайно. Во-первых, я уже ознакомилась с концепцией «Неписанных правил»… и заведомо не собираюсь ей следовать. Их как будто ребёнок придумывал для игры в «казаки-разбойники», а не госструктура и матёрые бандиты. И что-то мне подсказывало, что даже если я пойду с замотанным наглухо лицом, то уже через неделю на ПЛО произойдёт «утечка» файлов СКП с моим фото, именем, возрастом, адресом, размерами, медицинской картой и табелем успеваемости за 3-ий класс, которую модеры будут очень, о-о-о-чень неторопливо удалять.       И я не сомневаюсь, что после сегодняшнего СКП будет под меня копать.       Ну а во-вторых маска — куда более явный атрибут кейпа, чем костюм, а мне с недавних пор хочется иметь с ними как можно меньше общего, даром что я сама теперь одна из них.       Заплетая волосы в тугой хвост, я лениво размышляла, что с новым этапом в моей жизни можно сделать и другую причёску. И даже не находила эту идею абсолютно кощунственной. Можно, например, выбрить виски, а длину хвоста оставить нетронутой. Эту мысль я тоже пометила как «Потом». Или даже «Скорее раньше, чем позже», с учётом простоты исполнения.       Катана временно отправилась в сумку. Пояс с более мелким оружием можно скрыть под пальто, а меч — нет. Посох тоже крепко привязан к лямкам: не думаю, что он мне сегодня понадобится. А вот нож и кастеты…       Я взяла самое эффективное на мой взгляд оружие из имеющегося и пропустила через них силу. Железо заискрило фиолетовыми, почти пурпурными искрами.       …Думаю, хотя бы сейчас, хотя бы самой себе можно признаться, что одной из причин постоянного откладывания выхода и фанатичной подготовки был страх. Если Умниковская часть моей силы довольно очевидна, то работоспособность основной её составляющей, Козырной, буквально невозможно проверить безопасным способом.       Тогда, в первую неделю после шкафчика, я поняла, что обрела суперспособности сразу же как очнулась. Позже я узнала, что это нормально: кейпы могут пользоваться своими силами сразу же после триггера. Для выяснения её нюансов потребуются эксперименты, но паралюди всегда в самых-самых общих чертах осведомлены о своих новых возможностях. В моём случае это были: ускоренное обучение с доступом к знаниям и подгонкой физических возможностей; аура, мешающая проявлению сил; определение, на что можно применить ауру.       Максимально расплывчатое чувство. Я быстро поняла, что первое относится только к боевым навыкам и только к обучению. Это не работает как в «Матрице». Мне нужно упражняться, пусть и куда меньше, чем обычному человеку. Теоретически, это должно сделать меня классным тренером, но возможности проверить так и не подвернулось.       Аура — самая яркая и самая спорная способность. Я выяснила, что могу окутать ей себя, растянуть примерно на 30 сантиметров от кожи и удерживать её часами (хоть это очень заметно со стороны). Я выяснила, что могу передать ауру на оружие любого размера. Главное его непрерывно касаться и, внезапно, восприятие предмета как «оружия» (у меня не получилось передать ауру на ложку, например). И это — всё что я выяснила, не вступая в драку с кейпом.       Я теоретически знаю, что для маски будет неприятен контакт с аурой, но без понятия каким образом и насколько. Я теоретически знаю, что могу ею защититься от некоторых парасил, но без понятия, подействует ли это на опосредованное их проявление, вроде огня Лунга или металла Кайзера. Я не имею ни малейшего представления нужно ли мне её активировать или есть пассивная защита.       Мне буквально приходится идти в бой вслепую, и это не может не пугать.       И, наконец, последняя, самая простая и понятная, сенсорная часть… Не могу сказать, что недовольна ею: всё прекрасно работает. Но её использование привело меня к самому большому разочарованию в жизни и к моему текущему плану.       В больнице я была в восторге. Я мечтала стать героем, и в тот момент у меня появилась на это возможность. Я даже была готова смириться с подростковой драмой и вступить в Стражи, потому что тогда мои способности казались бесполезными против обычных бандитов, а СКП могло навести меня на кейпов.       На вторую неделю, когда мне дали освобождение от школы, я испытала… сомнения.       Первым делом после выписки я пошла в библиотеку и через тамошние компьютеры прошерстила общую информацию о кейпах. У меня моментально возникла куча претензий к кейп-культуре в целом, но больше всего беспокоил вопрос, всплывший при классификации моей силы. С самим определением проблем не было: Козырь/Контакт с субрейтингом Умника, хоть и с цифрами угадать сложно.       Козыри — это или кейпы с кучей не связанных друг с другом способностей, или паралюди, силы которых в первую очередь предназначены для уничтожения других паралюдей. Было сложно раскопать эту информацию, пришлось лезть в старые и очень теоретические Мантоновские работы, но первые (за редкими исключениями вроде Эйдолона) появляются в результате так называемых «мультитригеров», когда силы пробуждаются одновременно у нескольких человек поблизости.       Вторые, к которым отношусь я, триггерят в результате угрозы со стороны другого кейпа. Единственные, кто представлял для меня угрозу — это блядское трио. Вывод напрашивался сам собой…       К моменту возвращения в школу я уже знала: София Хесс — Призрачный Сталкер. Мои силы просто исключили маловероятную возможность, что Мэдисон — это Руна, а Эмма — Сплетница. В городе не так уж и много кейпов девочек-подростков.       Если знать, что ищешь, то никакой костюм или маска не спасут от опознания. А я знала. Научилась, за полтора-то года. Как она говорит, как она двигается. Любая мелочь, которая поможет понять, ударят ли меня в следующую секунду или оскорбят. А СКП предоставило мне достаточно материала для сравнения. Они любили козырять своим «исправившимся линчевателем».       Призрачный Сталкер хорошо работает. Призрачный Сталкер успешно борется с преступностью под нашим знаменем. СКП с радостью предоставит всё, чего бы Призрачный Сталкер ни попросила, лишь бы она продолжала. А Призрачному Сталкеру нужно лишь, чтобы все закрывали глаза на кричащую из шкафчика девушку…       Я глубоко задышала, пытаясь взять под контроль гнев. Мне на помощь пришли некоторые подсмотренные из интернета советы (моя сила, разумеется, в этом никак не помогала). Заметным прогрессом было то, что, по сравнению с январём, я перестала прокусывать губу или сжимать ладони до крови. С пластырями на руках очень неудобно тренироваться.       Я схватила уже собранную сумку и почти выбежала из комнаты… но взгляда на отцовскую спальню хватило, чтобы ком мрачных мыслей покатился дальше…       Тейлор, хорошие новости! Администрация Уинслоу согласилась оплатить твои больничные счета и следить за тем, чтобы подобного не повторилось! Они даже почистили шкафчик и не будут выдвигать обвинений в порче общественного имущества и нападении на уборщика, пытавшегося тебя оттуда вытащить.       Я ударила кулаком в стену. Хорошо, что дом у нас не кирпичный, иначе треснула бы моя рука, а не перегородка.       Спустившись вниз и распихивая ногами бутылки, я плюхнулась на диван и включила телек. После ссоры я перестала убираться где-либо в доме кроме моей комнаты, так что наша гостиная уверенно двигалась к номинации «Бомжатник года».       Если за что я и могу не любить свою силу, так это за окончательно порушенные отношения с отцом. И за то, что я её даже обвинить в этом на полном серьёзе не могу: всё началось задолго до триггера и закончилось при очень опосредованном влиянии суперспособностей.       В те первые дни папа часто навещал меня в палате. Он испытывал явные облегчение и радость из-за того, что я иду на поправку. Меня немного покоробило, когда он так же бодро рассказывал о результате разборок с Уинслоу, но решила не обращать на это внимания. Мы с папой впервые за долгое время нормально разговаривали, я уже мечтала стать супергероем. Казалось, жизнь налаживается.              Разумеется, это не продлилось долго. Я узнала о Призрачном Сталкере, и планы на вступление в Стражи и перевод в Аркадию накрылись медным тазом. Папа вернулся к своему привычному режиму «соседа по лестничной клетке». А в середине января всё рухнуло окончательно.              Ещё в больнице я искала в своей силе навыки, отрабатывать которые можно незаметно. Какие-нибудь мысленные упражнения. И такие нашлись. Правда, «обучалась» я простой внимательности, а суперспособность, скорее, «делилась специфичный опытом». Это, вероятно, было ближе к прямым подсказкам, чем всё остальное, чему она меня учила.              «Опытный» вышибала всегда знает, кто в очереди пытается пронести своё бухло. «Опытный» карманник всегда выцепит в толпе самый жирный и самый лёгкий кошелёк. «Опытный» забулдыга всегда видит, что спор в баре скоро превратится в поножовщину. Никто из них, скорее всего, специально этому не учился, они просто долго и успешно занимались своим делом, и это со временем пришло к ним само.              Я могла засечь засаду, навскидку определить хорошее место для мины, по движению мышц понять, куда хочет ударить противник. Но самое главное: я могла понять людей. Очень однобоко, только когда речь идёт о какой-либо форме агрессии. Это ни в коем случае не чтение мыслей. Технически, я не выхожу за рамки обычной, человеческой наблюдательности и дедукции. Например, по языку тела человека можно легко определить, когда он тебя ненавидит или хочет напасть, но причины этого понять без дополнительной информации не выйдет.              А вот по неделе косвенной слежки, куче эпизодов характерных словесных оскорблений и парочке наводящих вопросов можно узнать, что твоя бывшая лучшая подруга пережила какой-то крайне травмирующий опыт (вероятно, когда я была в летнем лагере), в момент наибольшего раздрая подверглась деструктивному влиянию психопатки-садистки (кейпа, по совместительству), и теперь способна поддерживать собственную психическую стабильность исключительно за счёт активного принижения окружающих. А лучшей целью стала её бывшая «почти сестра», на которую Эмма спроецировала «себя» до травмы. Таким образом, исступляющая травля слабачки Тейлор создавала видимость «превосходства» и «личностного роста».              От этого знания мне полегчало. Правда. Последние полтора года я изводила себя мыслями «Чем я её обидела?» или «Как мне вернуть подругу?». Ответы: ничем и никак. Эмма в любом случае ополчилась бы на меня, и я никак не могла на это повлиять. Моя сила любезно подсказала, что единственным шансом всё исправить было раз за разом продолжать давать им решительный отпор. В ретроспективе я поняла, что ту же Мэдисон они подцепили именно таким образом. К сожалению, этот поезд уже давно ушёл, да и давал лишь очень малый шанс на успех.              Потому что у Барнс за плечом всё это время стояла ебучий кейп, которая ненавидит вообще всех и которая твёрдо решила вырастить из травмированной девочки мини-себя, чтобы ненавидеть всех вместе! Она слишком хорошо понимала, что если Эмма впишет меня в свою новую идеологию, то я смогу убедить её обратиться к врачу. София ни за что бы не позволила лишить себя приспешницы, а я была слишком важной ступенькой, которую Эмме нужно было перешагнуть.              КАЖДОЕ моё слово или действие трактовалось бы как показатель слабости. И тут же тварь шептала бы: «Ты же не хочешь снова стать слабой и уязвимой». Если бы я кинулась в драку, то она бы побила меня (София всегда была очень крепкой), и дала бы Эмме попинать очевидную «слабачку». «Видишь? Она на полу, с разбитой рожей, а ты гордо стоишь рядом со мной. Мы лучше неё». А если бы я каким-то чудом их победила, то с ненависти Сталкера слетели бы всякие тормоза, и она просто любой ценой попыталась бы меня прирезать.              Одиночество — сука, София. Поверь, я знаю. Но быть не способной на нормальный, не абьюзивный, межличностный контакт без желания опустить или убить собеседника… При других обстоятельствах я б тебя даже пожалела.              Если бы, конечно, этот гребанный парачеловек не был источником всех моих проблем в последнее время.              И вот, после того как я это поняла, во время очередного группового сеанса оскорблений, я смотрела только на Софию. Она была довольна собой. Она была свято убеждена, что наличие суперсил даёт ей право обращаться со всеми как с гавном. Ей сошла с рук буквально отправка человека в больницу в тяжёлом состоянии, и теперь она жаждала попробовать что-нибудь более радикальное.              В общем, я её ударила. Просто кулаком по морде, без сияния. Даже в момент ярости, я слишком хорошо представляла, где для меня это закончится.              Выражение шока на её лице и синяк на скуле, не сходивший до конца недели, стоили последовавшего избиения (меня, я тогда ещё не начала тренироваться) и отстранения от занятий (тоже меня). Потому что, разумеется, в Уинслоу можно в открытую торговать наркотой и устраивать поножовщины в сортирах, но не дай боже кто-нибудь тронет их драгоценного кейпика.              Уже когда всё закончилось, в школу приехал папа, которого Алан Барнс вызвонил с работы. Оказалось, что в той драке Эмма тоже попала мне под горячую руку, но я этого не заметила: была слишком сосредоточена на Софии. Разумеется, всё было раздуто чуть ли не до попытки скулшутинга. Папа сказал подождать мне в машине, побегал немного по школе и в конце концов отвёз домой. И уже там, прямо с порога, устроил истерику.              Я ещё была сильно на взводе, так что всё очень быстро пошло очень плохо.              Папа обвинил меня в том, что меня отстранили за нападение на одноклассницу. Я пообещала, что в следующий раз просто сразу лягу на пол и позволю толпе себя избить. Папа ответил, что говорил с Эммой, Блеквелл, каким-то учителем и ещё парой свидетелей, и они все утверждали, что именно я начала конфликт. Я поинтересовалась, откуда у него вдруг всплыла такая тяга к расследованиям и где она была после шкафчика, а ещё почему меня исключили из списка опрашиваемых. Папа посмел (!!!) сказать, что не ожидал из меня вытянуть ничего, кроме «Всё нормально», что раньше я была бы с ним более открытой. Я спросила, какое «раньше» он имеет в виду. Уж не то ли, где я пару месяцев после маминых похорон побиралась по соседям, пока он ни на что не реагируя пялился в стену с бутылкой в руке. Просто, чтобы показать, кто от кого закрылся и кто кого игнорировал всё это время. Дэнни выпалил, что имел в виду то «раньше», где я рвалась поболтать с родителями по телефону по поводу и без, даже когда этого делать явно не следовало.              Вот, собственно, и всё. Я тихо поздравила папу с победой в споре, ушла к себе и, игнорируя его извинения сквозь забаррикадированную дверь, прорыдала остаток вечера и большую часть ночи.              Даже Эмма не опускалась до обвинения меня в смерти матери.              Мне самой понадобилось время и помощь тогда ещё подруги, чтобы прекратить винить себя. Было больно узнать, что папа всё ещё продолжал это делать.              После этого семейство Эбертов окончательно перестало существовать. Мы, конечно, поизвинялись друг перед другом, но, судя по возросшему количеству спиртного в доме, даже ему было ясно, что это всё. С тех пор мы оба перестали даже делать вид, что общаемся как отец-дочь. «Привет», «пока» и один раз было «Если тебя исключат из Уинслоу за прогулы, то я буду вынужден отправить тебя в школу-интернат в Бостоне».              Я на это только усмехнулась: если они начнут исключать прогульщиков, то им придётся закрыть школу. И всё же мне пришлось появляться там почаще: я явно значилась у Уинслоуской администрации как очень раздражающий элемент, от которого они бы с радостью избавились, а «Бостонский интернат для проблемных подростков» был известен больше как тюремное заведение, чем учебное.              Я бы, разумеется, в него в жизни не пошла, но сбегать так рано не хотелось. Несмотря на то, что дом перестал быть уютным в эмоциональном плане, я всё же предпочла бы удобную кровать парковой скамейке.              Но теперь… время пришло.              Вернее, осталось ещё 10 минут до выхода. Странно, я думала очередной сеанс «Моя жизнь — дерьмо» был куда дольше. 10 минут выслушивания самобахвальства Оружейника по телевизору (который всю ночь храбро сражался с Лунгом, но тот, разумеется, сбежал) и разглядывания моего… вероятно, уже «бывшего» дома.              Я подняла с пола ближайшую бутылку вина. Каким-то чудом, там осталась практически четверть. Папа, судя по всему, после первого же глотка поставил её мимо столика, изгваздав мамин любимый ковёр. Она б его за это убила.              Она бы нас обоих убила, если бы узнала, что мы тут без неё творим.              Я подошла к папиному креслу и вылила на него содержимое бутылки. Судя по лёгкому кисловатому запаху, исходящему от обивки, оно видало и похуже, а Дэнни Эберт бодро скатывается к полной потере последнего человеческого достоинства и самоуважения.              Этого мало.       Я окинула комнату взглядом. Такая родная. Столько воспоминаний. Интерьер, который мы выбирали вместе. Полочки, которые я «помогала» папе прибивать. Сборники книг, которые мама мне читала по вечерам. Совместные фото по всей стене. Где-то в тумбочке, наверно, до сих пор хранятся простенькие настолки, в которые мы играли, когда я была маленькой.              А сейчас… даже если забыть об общей запущенности… всё по-прежнему на своих местах. Но теперь это просто большое надгробие. Жизни и смысла, стоящими за этими вещами, больше нет. Это место, весь дом, неизменным замерло во времени, боясь потерять даже частичку памяти об ушедшем человеке. Как и люди в нём, упорно отказывающиеся признавать смерть Аннет Эберт и идти дальше.              Для того, чтобы начался новый этап, должен завершиться старый. Все его части. И если развязка школьной половины наступит чуть позже вечером, то для конца домашней изгвазданного винищем кресла будет явно недостаточно. В первую очередь для меня самой.              Я повертела бутылкой в руке и кинула её в дальнюю стену. Снаряд угодил в одну из рамок и с громким звоном разбился. Пофиг. Единственная важная фотография уже упакована в сумку… а в стекляшках тут недостатка нет.              Где-то на 3 (улетевшей в окно), я начала кричать. Где-то на 5 (телевизор, пока уцелел) мне надоели бутылки, так что я развязала посох и начала уже со смехом громить полки. Всё-таки он мне сегодня пригодился. В какой-то момент я распорола ножом диван и кресла. Сбила со стены оставшиеся фото. Доломала телевизор. Разнесла столик и тумбочки. И потеряла запал только тогда, когда слишком долго и безуспешно пыталась поджечь пропитанный найденным на кухне пивом ковёр.       Ну и ладно. Всё равно мне уже, наверно, пора идти. Да и самой так сгореть можно.       Впервые с очень, очень давних пор мне было искренне весело. Но в этом и есть смысл любой разрядки. Пожалуй, единственный навык, что я отточила до совершенства самостоятельно — это накапливание в себе стресса и гнева. И даже моей силе не удалось бы научить меня здоровым способам их сбрасывать.       Я вернула в сумку всё, что успела оттуда вытащить (кроме посоха: он не выдержал буйства), и с широкой улыбкой на лице направилась к выходу. Я уже чуть-чуть опаздываю, но оно того определённо стоило.       Соседи наверняка всё слышали, и возможно даже вызвали копов, но теперь мне всё равно. Я только что окончательно разорвала связь с этим местом.       Для полного счастья осталось лишь прикончить Призрачного Сталкера.

***

      Набережная. Или Бульвар, кому как больше нравится. Туристический центр Броктон-Бей, тянущийся вдоль береговой линии начиная от богатых районов и до самых северных Доков. Обитель модных бутиков. Рассадник кофе за $15/стаканчик. И одна из самых безопасных территорий города с точки зрения криминогенности.       Покой торговцев бережёт целая армия наёмников, которые абсолютно в открытую, совершенно не стесняясь, заменяют собой полицию. Разве что кобуру прячут под пиджаками, чтобы клиентов не пугать. Пойманного воришку осудят и накажут прямо на месте. Обычно переломами, но, по слухам, эти суровые ребята иногда и смертные приговоры выносят. А кто посерьёзнее карманников сюда, как правило, не забредает.       Не то чтобы Лунг или Крюковолк боялись нормалов с пистолетами или ответной реакции от города, нет. Просто даже они понимают, что тут трущобными методами не заработать, и надо действовать тоньше. Так что я не удивлюсь, если хотя бы часть из этих магазинчиков является прикрытием для отмывки денег АПП, Империи 88 или Выверта.       Хотя о чём это я. Разумеется, злодеи тут не появляются потому, что боятся регулярно ошивающихся где-то поблизости героев! Из-за обилия зрителей и тематических заведений, Набережная — идеальное место для пиар-выступлений Протектората. Но меня сейчас интересует только одно конкретное мероприятие.       Регулярный «Вечерний Патруль Стражей по Бульвару». В кавычках: сомневаюсь, что в официальных бумагах его хоть раз называют патрулём.       СКП всегда строго за месяц до самого события выкладывает на свой сайт расписания встреч с фанатами, поступлений новой линейки мерча, выступления перед школьниками и прочие блёстки. Всё, что касается боевых операций и внутренней кухни, по очевидным причинам, умалчивается, а в случае малейших утечек — тщательно вычищается. И судя по тому, что информацию о прогулке Стражей по Набережной (с 17:00 по 19:00, ПН-СБ-ВС) можно найти в каждом туристическом буклете, СКП явно относится к ней как к гарантировано безопасному PR-мероприятию, а не как к чему-то, что требует секретности.       Разумеется, оно таким и было. До сегодняшнего дня и моего появления.              Я спустилась с крыши одной из заброшек на параллельной улице и вышла на Бульвар. Сталкер, КидВин и Рыцарь должны вот-вот подойти. Стояк сегодня должен быть выходным, так что опозданий из-за его болтовни с толпой не планируется. Или они не проскочат через свёрнутое пространство, потому что Висте захотелось побыстрее закончить. Всегда могло произойти что-нибудь новенькое, чего не случалось в один из прошлых дней, но даже так они максимум задержатся.       Буклетики — это, конечно, хорошо, но они не заменят старой-доброй слежки. Частью моей подготовки к сегодняшнему дню было посещение ВСЕХ открытых мероприятий Стражей и Протектората. Наблюдение за редкими публичными демонстрациями сил дало мне куда больше информации об их способностях или привычках, чем когда-либо могло дать ПЛО.       Но на будущее, время, отведённое на слежку, стоит сократить: всё важное я узнала в первый месяц, а потом ходила за ними больше по привычке и из-за боязни сделать следующий шаг.       На Набережной всегда было много народу, так что разглядеть патруль издалека у меня бы не получилось, но небольшая толпа зевак, сгрудившаяся вокруг одного места, служила достаточным сигналом, что цель близко.       Вдох-выдох. Пора. Сталкер рядом. Скоро всё закончится и, возможно, начнётся.       Я в последний раз оглядела себя. Пальто с сумкой оставлены на крыше. Они никуда оттуда не денутся. Мой «костюм» даже со всем навешанным на него оружием выглядит слишком обыденно, чтобы случайные прохожие фокусировали на нём внимание, но краем глаза я уже заметила наёмника, смотрящего на меня и говорящего что-то в рацию.       Я двинулась героям навстречу, и почти сразу поняла, что план придётся немного корректировать на ходу. Над головами толпы промелькнуло что-то красное. Эгида. Вероятно, кто-то из зрителей попросил его немного полетать.       Обычно в «патруле» участвуют двое Стражей, но самую социально-беспомощную среди них, Софию, стараются выпускать пореже и всегда ставят третьей, в довесок к кому-нибудь более ответственному. С одной стороны это недостаток (мне придётся драться против троих), но с другой… У остальных Стражей есть некоторая свобода в графике. Они иногда меняются сменами. Софии такого не позволено. Она, видимо, обязана быть здесь каждый понедельник.              А значит, она абсолютно точно здесь. Неважно, кто именно сегодня держит поводок и следит, чтобы Сталкер ни на кого не накинулась. Мне, разве что, не хотелось бы увидеть там Висту, и то только потому, что я не уверена, как наши силы будут сочетаться. Ни один другой Страж мне проблем не доставит.              Толпа понемногу начала замечать что-то странное и расступаться передо мной. И доставать телефоны. Потому что «это ж Набережная, что опасного тут может произойти». Они, наверное, решили, что я — часть постановки. Внимание ожидающей представления толпы меня в равной степени нервировало и веселило. Это настолько напоминало Уинслоу, что я даже улыбнулась от ироничности ситуации.              Наконец, меня заметили герои. Рыцарь, Эгида и Призрачный Сталкер. То ли София где-то накосячила, и к ней приставили сразу двух её обычных надсмотрщиков, то ли КидВину вот прям очень приспичило потехнарить этой ночью, и пришлось ставить в патруль ближайшего свободного кейпа. Но, опять же, это неважно.              Единственное, я рада присутствию Рыцаря. Уверена, что моя сила нивелирует его эмоциональные лучи, но не знаю полностью ли. Это будет, пожалуй, самый безопасный способ проверить, насколько я защищена от Властелинских эффектов.       Я остановилась примерно в 5 метрах от них, и мы пару секунд просто пялились друг на друга. В конце концов, Эгида взял на себя инициативу:       — Эм-м-м… Привет? Ты… ты ведь не просто за автографами пришла, да? Оружие, как бы, намекает.       Я полностью его проигнорировала в пользу любования тем, как сильно напряглась София. Впрочем, это не значит, что я не следила за окружением. Рыцарь замер в тот момент, как увидел меня. Во время второй паузы Эгида на мгновение покосился на товарища, и нервничать стали все трое.       Преимущество закрытого шлема: можно скрытно что-нибудь сказать команде по внутренней связи. Жаль, я не знаю, увидел ли он мой гнев или не увидел вообще ничего. И не думаю, что он ответит, если спрошу.       — Слушай, я понимаю, ты кейп, который не хочет носить маску. Я могу это уважать, — прервал молчание Рыцарь. Он сразу назвал меня кейпом. Значит, скорее всего второе. Хорошо, — Но если ты хотела присоединиться к Новой Волне, то тебе стоило подойти к Славе, а не к её парню, — отшутился он под тихие смешки толпы. Хвастун, — И есть куда лучшие способы записаться в Стражи…       Я наконец разорвала зрительный контакт с Софией и просто расхохоталась. Сделать это было неожиданно легко, и, если честно, смех и вправду куда лучше подходил текущей ситуации.       — Я скорее отпилю себе ноги и в таком виде отправлюсь в Клетку, чем присоединюсь к кому-то из вас, — сквозь улыбку ответила я, и прежде, чем он вставил хоть слово, продолжила: — А спросить: «Почему?» тебе стоит у слабачки, что прячется за вашими спинами.       — ЧТО, БЛЯДЬ?! КТО ПРЯЧЕТСЯ?! ОТ КОГО, ОТ ТЕБЯ?!!! — вполне ожидаемо отреагировала Сталкер. Она и вправду отступила на пару шагов, и теперь, когда ей на это указали, София поспешила выйти вперёд. Она бы не смогла сдержаться после таких слов. Особенно из моих уст.       — Да, София Хесс, — надевая на левую руку кастет сказала я. — Тебе точно стоило сбежать и спрятаться.       Какая-то часть меня хотела ещё подождать, рассказать ей, какое она гавно, но я никогда не была сильна в ораторстве. Скорее всего, получится не так красиво, как мне хочется.       Кроме того… если раньше герои просто нервничали, то публичное разоблачение Стража отправило всех в ступор. Слишком уж отличается от того, как обычно ведутся дела на кейп-сцене. И это замешательство не продлится долго.              Я рванула вперёд и впечатала кастет в маску Призрачного Сталкера. То, что она успела перейти в Излом-форму, не сильно мне помешало. Свет ауры растёкся по чёрной дымке как фиолетовые трещинки по разбитому стеклу и, за неимением лучшего слова, спрессовал её обратно в Софию. Прямо перед моим кулаком. И, судя по крику, Хесс это ощущение явно не понравилось.       В этот момент ожили остальные герои. Эгида, так неудобно стоявший под левой, ещё вытянутой, рукой, в полёте заграбастал меня в объятья. В таком положении все конечности у меня оказались свободными, так что я смогла бы вырваться… со временем. Бойцовские лиги не просто так разделяют по весу, а парень был минимум в полтора раза тяжелее меня.       Думаю, он действовал чисто на инстинктах, иначе не приблизился бы к явному Контакту. Вероятно, он хотел оттащить меня подальше от Сталкера, подальше от зевак. Поднять меня в воздух или вовсе сбросить в воду. Но моя сила на полпути лишила его возможности летать, и я вместе с бьющимся в судорогах телом врезалась в толпу.       В этот момент даже до них дошло, что это не представление.       Под аккомпанемент кричащих в панике людей я сбросила с себя Эгиду и рывком поднялась на ноги… чтобы словить на грудь цветной шарик. Без какого-либо вреда для себя. Ни посторонних эмоций, ни толчка, которым должны сопровождаться лучи счастья Рыцаря.       Ну вот и проверили.       София уже встала за спину Рыцаря и сорвала с себя маску. К моему удивлению, те трещинки, что были видны при ударе на Излом-форме переместились на её лицо. И «съели» часть носа. Основной ущерб приняла на себя маска, которая превратилась просто в застывшую аморфную кляксу.       Её всё ещё корёжит, но я не знаю сколько это продлится, так что стоит поспешить.       Рыцарь преградил мне путь. Ещё один крупный парень. Плюс доспех. Плюс время подумать, которое герой использовал с пользой, судя по тому, как он пятился, забрасывая меня своими шариками. К сожалению для него, Рыцарь не мог этого делать вечно.       Когда я преодолела половину пути до героев, то чуть замедлилась, чтобы достать нож… и услышала справа выстрел.       Наёмник. Я совсем о нём забыла. Просто не подумала о том, что он решит полезть в разборки кейпов и, тем более, палить в толпе. Хотя… люди уже успели по большей части разбежаться, а стрелок стоял так, что, даже если бы он промахнулся, то попал бы в залив.       К счастью, я была непривычно быстрой мишенью для наёмника и двигалась перпендикулярно ему, так что, несмотря на довольно скромное расстояние (метров 20 где-то), первая пуля ушла в воду. А потом я подошла вплотную к Рыцарю, и стало опасно делать второй выстрел.       Не знаю, откуда моя сила берёт техники, но теоретическое существование просто тренированных людей, способных одним молниеносным прыжком перемахнуть 10 с лишним метров, очень вдохновляет.       Оказавшись рядом с Рыцарем, я моментально встала так, чтобы он своим телом загораживал линию огня. Герой смекнул, чего я добиваюсь, но его явно больше интересовало оградить от меня Софию, так что, после короткого танца, между мной и пистолетом стояли оба Стража. Ненадолго, правда: всё это время я помнила, что Сталкер со своими арбалетами уже почти оклемалась, и может выстрелить в меня из-за плеча товарища в любой момент.       Не забывать впредь о людях с дистанционным оружием вообще хорошая мысль, да, Тейлор?       Не желая терять инициативу, я встала в стойку и шагнула к Рыцарю. Он попытался по-медвежьи обнять меня, чтобы даже вырубленным прижать к земле своим телом. И пусть обычно масса имеет огромное значение в драке (или в полёте, как я недавно выяснила), но она абсолютно не играет роли, если быстрый и ловкий противник может одним касанием отправить тебя в короткий эпилептический припадок.       Немного подправив то, в какую сторону он будет падать, я оказалась лицом к лицу с громко матерящейся Софией. Потому что падение Рыцаря я подправила пинком аккурат в её сторону. И вовремя, стоит сказать: она уже успела достать арбалеты. Сталкер по какой-то причине не прошла сквозь падающее тело, как я рассчитывала, а просто крайне неуклюже споткнулась, отведя оружие в стороны. Чего мне оказалось достаточно, так что уже в следующее мгновение я второй раз за день коснулась Хесс.       Наёмник всё ещё ждал, когда появится возможность для выстрела. Его надо было убрать, и София мне в этом поможет. Я ухватила её руками за костюм и, выпустив в неё немного сияния, двинулась вперёд настолько быстро, насколько смогла. Никогда раньше не пыталась дозировать свою силу, но получилось на удивление хорошо: Сталкер не смогла оказать серьёзного сопротивления, не осела мешком песка, не превратилась в дым и своими попытками устоять на земле даже сняла с меня часть веса.       Вероятно, я и с Рыцарем могла бы провернуть тоже самое (я куда сильнее, чем кажусь на первый взгляд), но… зачем? На расстоянии вытянутой руки есть более лёгкий и ненавистный мясной щит, который, к тому же, может всадить в меня болт в любой момент.              Наёмник же… ну, теперь у него было не очень много вариантов. Стрелять сквозь героя он не решался: его за такое на остаток жизни посадят, да и не факт, что выйдет. Развернуться и убежать он тоже больше не мог: я бы моментально ударила его в спину. Единственным оставшимся у него выходом (о котором он, кажется, не подумал, как и о том, чтобы вообще не лезть не в своё дело) было бросить пистолет в мою сторону и сдаться: я просто по-быстрому бы оформила ему лёгкое ЧМТ и пошла бы дальше.       Сейчас же наёмник просто пятился назад, направив на меня пушку… Хотя нет, не просто. Думает, что я снова иду в ближний бой. Что пытаюсь повторить свой трюк с бросанием тела. Готовится отступить и немного водит дулом по сторонам: пытается угадать, с какой стороны я высунусь. Он кобуры у меня на поясе не заметил? Или решил, что раз я со Стражами на кулачках дралась, то и его не решусь подстрелить?       Я достала пистолет. К несчастью для него, герои до сих пор были невредимы только потому, что моей сегодняшней целью было не просто «Убить Софию». Когда мы оказались на расстоянии где-то 5 метров (не хотелось рисковать промахом), я начала от бедра стрелять сквозь плащ Сталкера. Первая пуля попала наёмнику в бок, и он принялся палить прямо в Софию, уже не заботясь о последствиях.              Я не очень переживала по этому поводу: на ней был лёгкий бронежилет, да и 9-мм больше про остановку противника, а не про прошивание его насквозь. Даже с такого расстояния. Было бы немного обидно, если бы он попал ей в голову, или она не носила пластин на спине, но, думаю, что я смогла бы с этим смириться.       Человек — довольно живучее создание. Его сложно убить моментально. Перерезанная шея, пуля в сердце, прошедший сквозь мозг лом — у противника перед смертью (которая, возможно, и после такого не наступит) будет время выстрелить в ответ. А мне нужно было его именно обезвредить, так что я медленно выпускала в его живот пулю за пулей (минус 5, осталось 13), пока не увидела, как он поплыл от боли, и только после этого подошла вплотную и выбила оружие.              Корчащееся на мостовой тело наёмника больше не представляло угрозы, и я (наконец-то!) смогла сосредоточится на вещах, ради которых, в частности, и пришла: эксперименты с силой. У меня было немного времени до прибытия кавалерии в лице Бесстрашного и Скорости. Последний уже здесь (готова поклясться, что заметила красный блик периферическим зрением), но он не рискнёт без поддержки ввязываться в ситуацию с заложником.              Тянуть и ждать, пока здесь соберётся весь Протекторат тоже плохая идея, так что я незамедлительно зарядила в Софию столько фиолетового сияния, сколько могла, и наблюдала за реакцией. Она уже бредила от того, что успела получить ранее, но теперь вырубилась окончательно и повисла у меня на руках.              Мою способность «видеть» силы сложно описать словами. Ни «виденьем», ни «знанием» её назвать нельзя. Это как уметь осознавать, что мне рекламируют в пресловутом 25-кадре, не видя его при этом. Так же и я «осознавала», что где-то рядом со мной кейп, даже через препятствия: что-то в них очень сильно мозолило мне глаза.              Теперь, когда я стояла вплотную, да ещё и накачивала плащ своей силой, то смогла увидеть больше. Значительно больше и именно увидеть. По всему телу Софии ветвились корни, уходящие основанием в центр её головы. Я сперва подумала, что так выглядит периферическая нервная система, но нет, ПНС не настолько разветвлённая. И самое главное: она не может шевелиться отдельно от человека!              Эта грёбанная медуза выглядела в равной степени завораживающе и омерзительно. Мне доставляло некоторое удовольствие наблюдать, как эти щупальца рефлекторно отдёргивались от сияния, но не могли полностью сбежать. А когда оно их всё-таки поражало, то как огонь распространялась по соседним веткам, отправлялось по ним к самому верху и там… что-то делало.              Я спрятала пистолет и достала нож. Всё равно огнестрел против Скорости вряд ли сработал бы. Если честно, я думала, что он попробует вмешаться пока я меняю оружие, но нет, всё не может выйти настолько просто, так что я продолжила заливать медузу в теле Софии фиолетовым.              В какой-то момент стало понятно, как её «голова» реагирует на мою силу: она всё быстрее и быстрее втягивает в себя поражённые щупальца (т.е. уже почти все), закручивается в вихре, создавая эффект искажения пространства сродни Висте. Эта тварь может оказаться сильно крупнее, чем кажется на первый взгляд. Каждая втянутая конечность нагнетала этот водоворот, делала его тяжелее, сильнее, опаснее. Приближало момент, когда он высвободит всю накопленную энергию…              …Не водоворот. Пружина. Я контролирую, насколько сильно она сожмётся, и когда её отпустить.              Мои размышления о том, что при этом произойдёт, прервал звук, которого здесь не должно было быть — рокот технарского мотоцикла со стороны Доков.              На мгновение я в шоке уставилась на вылетевшего из переулка Оружейника, но быстро очухалась, перехватила поудобнее Сталкера и почти полностью спряталась за ней.              К настоящим патрулям СКП относится значительно серьёзнее. Они часто меняют расписания, маршруты, исходные точки. В общем, делают всё, чтобы снизить вероятность засады. В одиночку уследить за этим — невозможно. Я пыталась. Однако, это не значит, что нельзя вычленить некоторые закономерности.              Например, можно заметить, что мой район Протекторатом не патрулируется, потому что ни одной кейповской банде не интересны жилые кварталы, забитые частными домиками представителей нижнесреднего класса. Или что Оружейник предпочитает реагировать на угрозу: его практически не видят патрулирующим город, но при этом во всех инцидентах с паралюдьми он в каждой бочке затычка.              Когда я планировала выход, то рассчитывала, что взрослые герои (кроме Скорости и Бесстрашного) прибудут только через 15 минут минимум. Высокое время реагирования — вообще больная тема для всего Протектората, не только местного, а в моём случае всё будет усугублено ещё и часом пик. И сколь бы ни была увлекательна картина, которая открылась мне в голове Софии, я не настолько потеряла счёт времени.              Оружейник на ходу спрыгнул с мотоцикла (который самостоятельно припарковался у одного из магазинчиков) и выставил в мою сторону алебарду в дальнем хвате. Хочет держать дистанцию между нами. Ему доложили о контактном аннуляторе. Ставлю на Эгиду: его уже давненько нигде не видно, а Рыцарь только-только очухался достаточно, чтобы подняться и заковылять прочь.              — Тейлор Эберт, вы арестованы по обвинению в нападении с применением парачеловеческих сил на представителей правопорядка и целенаправленном публичном нарушении закона Викаре, — продекларировал Оружейник, умудрившись сделать это на одном дыхании. — Если вы сдадитесь добровольно, то мы сможем, ссылаясь на ваши возраст и психическое состояние, ходатайствовать о смягчении приговора и отправке вас в обычную колонию для несовершеннолетних, а не в Бауманский центр заключения паралюдей.              …Всё ещё хуже, чем пишут о нем в интернете. То есть я понимаю, что он пытается меня напугать упоминанием Клетки (а закон Викаре действительно позволяет меня туда отправить), но исполнение просто ужасно. Оружейник звучал как взбунтовавшийся бот-юр.консультант, пытающийся косить под человека.              — Ты какого чёрта тут забыл? — прорычала я, уже второй раз за день прикрываясь Софией.              — Второе предупреждение: сдава…              — Давай сразу третье, пятое, десятое и иди сюда, — выждав в полном молчании секунд пять, я продолжила. — Я знакома с вашими протоколами. Ты ничего не сделаешь, пока у меня на руках заложник. Тебе придётся дожидаться подкрепления и специально обученного переговорщика. А если попытаешься напасть один, то такое грубое нарушение используют как повод снять тебя с должности, и отправить куда-нибудь в Чикаго, заместителем. Твоей уже дышащей на ладан карьере настанет конец, даже если у тебя что-то получится, — я плотнее прижала нож к шее Сталкера, чуть приподняв ей голову. — А у тебя не получится. Мои требования для начала: ответы на вопросы. Как ты так быстро оказался здесь? Где находятся остальные герои?              Оружейник молчал. Тянул время. Несмотря на то, что я и сама не против этого (его у меня либо ещё много, либо уже давно нет), такие переговоры лучше правильно вести с самого начала, не упуская ни крупицы контроля. Я быстро подняла нож и одним плавным движением отчекрыжила Софии ухо. Хоть я всё это время продолжала неприятную для неё накачку силой, Сталкер отреагировала криком.              — В городе с Панацеей это можно считать лёгким уроном здоровью, но ты точно хочешь смотреть, как я калечу твоего любимого Стража? Какого чёрта ты тут, а не заперся, как обычно, у себя в мастерской?              На этот раз Оружейник ответил быстрее. Возможно, на это как-то повлияло то, что я приставила кончик ножа к глазу Софии.       — 25 минут назад Лунг напал на полицейский участок №15, — неторопливо начал герой. 15 участок... это чуть меньше километра отсюда, — в котором содержались 34 члена АПП, задержанных в ходе беспорядков прошлой ночью и состоявших в его основном ударном отряде. Весь Протекторат, включая выходных и задействованных в мероприятиях, был поднят по тревоге и отправлен туда. К тому моменту, как поступил вызов с Бульвара, Лунг вырос до размера, когда с ним было нецелесообразно бороться, поэтому я приказал оставить его, ставя в приоритет спасение Стражей, — после небольшой паузы Оружейник, как будто вспомнил о чём-то (или подглядел в руководство по ведению переговоров), продолжил. — Мисс Эберт, я не знаю точного местонахождения героев Протектората, но они либо уже здесь, либо прибудут в ближайшее время в полном составе. Лучшим выходом для вас будет сдаться. Но пока не могли бы вы пойти на уступку и рассказать, откуда вы получили информацию о внутренних делах СКП?       Ниоткуда. Про протоколы мне очень смутно подсказала сила, твою обострившуюся в последние пару лет мегаломанию и застой в карьере не заметил только слепой, а для Технаря не должно быть странным надолго впасть в фугу. Обернуть в очень общие формулировки и, вуаля, я кажусь более знающей, чем на самом деле.       Я почти уверена, что он не врёт. Скоро сюда приедут все герои. Ведь я грёбанная Тейлор Эберт! Ни одно моё желание не исполнится должным образом, и всякий мой план пойдёт по наихудшему сценарию!       Сперва я хотела просто заявиться к Софии домой, но по мере подготовки отказалась от затеи. Это надёжный, верный план, без какого-либо риска провала, но… обо мне пока никто не знал. Я могла свободно выбирать место драки и удобных для меня противников. Потом (если оно наступит) это станет роскошью. Просто прийти и прирезать Сталкера во сне воспринималось как упущенная возможность.       Ну а теперь… не сказать, что я жалею о своём решении. Я всегда понимала, что со своими амбициями не смогу жить вечно или даже долго. Мне просто до боли обидно так споткнуться уже на первом шаге.       Что ж. Вдох-выдох. Пора переходить к моему плану на самый плохой случай: биться насмерть, не даваться в плен и забрать с собой как можно больше кейпов. Благо, от смены пути первые шаги на нём не поменялись.       Рука с ножом опустилась на уровень пояса. Другая, в которой я за шкирку удерживаю Софию, согнута в локте и чуть вытянута вперёд. У меня не получится долго держать её только на бицепсе, и, надеюсь, не придётся. Не отрывая полного ярости взгляда от Оружейника, я хорошенько, с оттягом, замахнулась, целясь Сталкеру в висок.       Удара так и не последовало, потому что, когда нож оказался в нижней точке, мне в плечо врезался мешок фарша. Такое бывает, когда человеческое тело, находящееся в пространственно-временном искривлении, насильно вырывается из него аннулирующей силой и резко переходит от ≈700 км/ч до ≈7 км/ч. Со всей сопутствующей перегрузкой. И если костюм Скорости более-менее пережил такое испытание, то вот сам герой — явно нет.       Даже без подтверждения от Софии я знала, что Изломы для меня будут очень лёгкими противниками. Им просто по логике вещей внезапное отключение суперспособностей должно вредить больше всего. То, что силовое взаимодействие окажется настолько разрушительным — лишь приятный бонус. Но со временем об этом узнают все, и Изломы даже приближаться ко мне побоятся. Или хуже того, начнут придумывать косвенные методы нападения.       Именно поэтому из всего местного Протектората больше всего я опасалась Скорости. Остальные либо однозначно не доставят мне проблем, либо победа будет зависеть от того, как на практике провзаимодействуют наши силы. И только у Скорости сложность сражения зависела от того, когда мы подерёмся.              По роликам и обсуждениям в интернете сложно судить о нюансах его способностей, и не совсем понятно, может ли он таскать с собой серьёзное вооружение (или это ограничение от PR-отдела СКП), но я привыкла предполагать худшее. И для того, чтобы вокруг меня не носился бешеный спидстер с огнестрелом и/или гранатами было критически важно заставить его со мной проконтактировать как можно раньше. Настолько важно, что я была готова уступить ему право стать моей первой зарубкой, даже раньше Софии.              Несмотря ни на что, первоначальный план по устранению Скорости не поменялся ни на йоту. Всё, что ему сейчас обо мне известно — Контакт, касанием причиняющий боль и не дающий кейпам использовать силы. У них не было времени связать состояние Сталкеровской рожи именно с силовым взаимодействием. Поэтому, если я чётко обозначу намерение убить Софию…              О, нет! Невинный Призрачный Сталкер вот-вот умрёт, время идёт на доли секунды, и только Я могу успеть её спасти, подставив под удар своё тело! Тем более, что мне не придётся по-настоящему погибать. Чуть-чуть поболит, возможно, чуть-чуть поцарапаюсь ножом, и всё! Остальным займётся Оружейник.              Какой герой упустит такую прекрасную возможность по-геройствовать?       Строго говоря, своего он добился (хоть и большей ценой, нежели планировал): я уронила Софию и меня очень сильно отбросило в сторону, забрызгав кровищей.              Хорошо, что у меня такой простой и взаимозаменяемый костюм. Отстирать его после сегодняшнего было бы невозможно.       Всё очень быстро завертелось. Ещё до того, как я закончила кувырок, сверху ударила молния. Меня немного скрутило судорогой, но, к счастью, не поджарило. Рыцарь уже показал, что моя сила приглушает любое проявление параспособностей, даже созданное тинкертехом. Тем не менее, от алебарды Оружейника я уклонилась. Нет никакой разницы, отрубит ли мне руку обычным лезвием или лезвием мономолекулярным.       Глава местного протектората был хорош. Очень. Я не могла этого не признать. Стойки, смена хвата на лету, чередование уколов и взмахов. Всё что угодно, лишь бы не дать мне собраться и контратаковать. У меня меч-то получилось достать только когда я резко разорвала дистанцию. Меня оттесняли от Софии.       Сейчас над ней стояла выбежавшая прямо из ближайшего магазина Мисс Ополчение, направив в мою сторону дуло автомата. Бесстрашный залетел мне куда-то за спину и ещё пару раз метнул молнию. Прикрывают. Атакуют всерьёз, если я каким-то образом прорвусь.       — Эгида! Вытаскивай Сталкера и уходи! — крикнул Оружейник. Теперь, когда я начала огрызаться, у него больше не получалось меня так просто подвинуть.              Краем глаза я увидела застывшую в воздухе красную фигуру, пялящуюся вниз.              — Эгида!              Вот поэтому я толком и не воспринимала его как угрозу. Пусть он технически и мог доставить мне проблем, как летун, но паренёк еще зелен. Он просто в ужасе застыл над кровавым пятном, оставшимся от его старшего товарища. И я не собиралась давать ему время на раздумья. Я пришла за Софией и я её получу.              Совсем как прежде: между мной и моей мечтой становится кейп и пытается помешать мне её достигнуть. Тогда ею была весёлая школьная жизнь, теперь — месть, но, по сути, ничего не поменялось.              Эта мысль придала сил и подстегнула мою и так пылающую злость.              Оружейнику всё чаще приходилось парировать мои выпады, а не уклоняться. Каждое касание я чувствовала, как его алебарда откликается на мою силу. Так что я пропускала сквозь неё заряд за зарядом.              В какой-то момент она, к моему удивлению, загорелась. Буквально за пару секунд навершие раскалилось добела, и жар быстро расползался вниз по металлическому древку. Когда оно погнулось от простого замаха, Оружейник понял, что проигрывает, и попытался отступить. Возможно, лучший шанс, что у меня будет. Словив ещё одну молнию в спину и пятой древка в грудь (последнее было куда больнее), я всё-таки дотянулась остриём клинка до колена героя.       Видимо, кейповские медузы различаются от силы к силе. В центре его мозга всё ещё что-то сидело, но оно не пускало корни в тело Технаря. Скорее, это можно было сравнить с внешним экзоскелетом, потому что доспех героя в сиянии выделялся куда чётче его самого. Да и реакция на касание от тела Оружейника была заметно слабее. Вопрос «Почему я не увидела того же самого в Рыцаре» можно оставить на потом.              Даже короткого заряда оказалось достаточно, чтобы обездвижить всю ногу. И это было всё. Дальше я даже мечом не пользовалась, просто похлопала ладонью по тем местам, что сильнее всего выделялись в моей силе. Не прошло и двух секунд, как Оружейник застыл в нелепой позе, подобно Железному Дровосеку, и слегка задымился.              Как только я его обогнула, Бесстрашный принялся метать в меня молнии с удвоенной скоростью, а Мисс Ополчение открыла огонь. По ощущениям это напоминало попадание бумажными шариками, которыми в меня плевалась Мэдисон. Её пули — такое же проявление силы, как и её оружие. Но тот факт, что они не успевали полностью развеяться и всё-таки попадали по мне, заставлял нервничать.              Из того же переулка, откуда прибыл Оружейник, выскочил фургон СКП. Сложно сказать про нормалов, но я точно почувствовала в нем кейпов. Значит, остальной Протекторат наконец закончил с Лунгом и приехал сюда. Увеличение числа противников тоже заставляло понервничать.              Но любые намёки на волнение, осторожность, трезвость мышления и вообще любую эмоцию, кроме ярости, испарились, когда Эгида очнулся и подхватил Софию.              — Стой!              Я рванула к улетающему в сторону фургона Эгиде. Мисс Ополчение, поняв, что обычными пушками тут не обойтись, переключилась на монструозного типа винтовку (моя сила не давала мне знаний моделей огнестрела). Вот её я почувствовала! Попавшая под дых пуля даже смогла меня на мгновение остановить. Адреналин в крови не позволял мне сейчас по-настоящему почувствовать боль, но не удивлюсь, если у меня в ближайшие пару дней не получится разогнуться из-за синяка.              Мисс Ополчение была второй в моём списке безусловных угроз от Протектората. Не столько из-за силы, сколько из-за очевидно военного прошлого (что к Скорости, кстати, тоже было применимо). Как только возникла бы угроза жизни ей или её товарищам, она переключилась бы на смертельное вооружение. Без колебаний, без сомнений. Сначала убить угрозу, а потом разбираться. Как раз то, что она сейчас пыталась сделать.              Дополнительной проблемой было то, что ей, видимо, не нужно перезаряжаться, а значит героиня могла выдать значительно больше выстрелов/минуту, чем смогла бы поддерживать подобная винтовка в обычных обстоятельствах. Ещё Мисс Ополчению почти не нужно было целиться: оружие материализовалось без оптики, а стрельба с колена и расстояние позволяло вести огонь навскидку.              Вот на последнем можно сыграть. Винтовка не просто так считается оружием для средних и дальних дистанций. В отличии от пистолета, ею неудобно стрелять вплотную.              «Качание маятника» довольно бесполезная вещь в своём изначальном виде. Оно предполагает, что противник первый раз в жизни взял в руки оружие или находится в кромешной панике. Он целит в живот, а не рефлекторно в плечи? Он стреляет от бедра и вообще не целит? У него автомат или ПП, а не пистолет? Качюн — труп.              Мисс Ополчение никак нельзя назвать неопытным стрелком. Но даже она будет мазать, если цель может чуть ли не на четвереньках прыгать к ней с многометровой хаотичной амплитудой, постоянно выходя из прицела и ускоряясь, когда он сбивается от отдачи.              В последний момент героиня всё-таки меня подловила. Когда я уже была готова её схватить, она в перекате сменила винтовку на какую-то длинную коробку на пистолетной ручке. Почуяв подвох, я не стала пытаться до неё дотянуться, вместо этого извернулась и прикрыла руками голову… и не зря. Ударило ничуть не слабее, чем в первый раз. Но хуже того, я пролетела вперёд и в с сторону, и теперь Мисс Ополчение была позади меня. Если я развернусь, то рискую нарваться на ещё один подобный финт и упустить Эгиду.              Пришлось крутить зигзаги дальше и уповать на то, что выстрел этой бандурой из неправильной стойки повредил МО руку. Я не очень теряла в скорости от такого способа передвижения, но он выматывал.              Фургон остановился в некотором отдалении от нас и из него высыпали герои. Триумф, едва обежав машину, выпустил в меня крик, но без толку. Куда большую опасность представляли обычные оперативники с дробовиками, потому что там пули были настоящими. В руках у Штурма виднелись пенные гранаты.              Но это уже не важно. Они не успевают.              Эгида понемногу набирал высоту и шёл в их сторону. К тому моменту, как он подлетел к фургону, я оказалась примерно там же. На одном дыхании взбежав на капот, а потом на крышу, я прыгнула настолько высоко, насколько смогла. Страж был где-то на уровне 3-4 этажа, я почти дотянулась…              …едкая вонь била в ноздри. Стенки давили, мешали пошевелиться. Не замахнуться, не упереться. Я в ловушке. Я беспомощна…              …Как мне прямо между лопаток прилетела ещё одна крупнокалиберная пуля, сбив прыжок…       …никто не отвечает на крики. Я слышу, как они проходят мимо. Меня продолжают игнорировать. Всем плевать…              …Я кошкой изворачиваюсь, пытаясь хотя бы на миг коснуться ноги Эгиды остриём…              …Я их всех ненавижу. Трио. Администрацию школы. Учителей и одноклассников…              …не дотягиваюсь. Не хватает буквально ладони…              …Мне уже без разницы, кого ненавидеть и винить в своих бедах. Мне без разницы, насколько ненависть рациональна. Злость лучше, чем страх и рыдания. Я ненавижу Стража, который по слухам ходит в Уинслоу. Он — герой, он должен был вмешаться! Я ненавижу Скорость, который в прошлом году провёл довольно неловкое выступление…              …клинок засиял ярче. Я всё ещё не касаюсь Эгиды и не могу добавить заряда, но теперь чётко чувствую в нём остатки моей силы. Она выжгла его медузу, совсем чуть-чуть, но эта тварь ещё не до конца восстановилась…       …Я ненавижу Кайзера и его Империю за то, что они позволяют чернокожей Софии свободно измываться надо мной. Я ненавижу Лунга и его АПП за то, что они не забрали смазливых Эмму и Мэдисон к себе в бордели. Я ненавижу Протекторат и любую их медийную рожу за то, что эти липовые герои не спасают меня из этого грёбанного шкафчика…              …Тоненькая нить, засевшая в Страже, лопнула.              После триггера у меня частенько случались подобные скачки настроения. Особо плохой день в школе или просто шальная мысль о смерти матери могли погрузить меня в пучины отчаяния и чересчур реалистичные флешбэки. Я списывала это на острый ПТСР, а так как обратиться к психиатру было не вариант, то справлялась с приступами своими способами.              Лучше всего помогали тренировки. Погрузиться в силу, выцепить оттуда какой-нибудь навык (любой, не обязательно полезный) и до исступления его практиковать. После этого хандра медленно отступала, оставляя вместо себя чувство удовлетворения от проделанной работы.              Разгром гостиной, как оказалось, оказывал тот же эффект, но я определённо не могла так делать каждый день.              Приземлившись с перекатом, я старалась подавить всё расширяющуюся улыбку. Противоположная сторона эмоциональных качелей. Только теперь из уныния меня вырвала не тренировка боевого применения стула, нет. Я выстояла против всего Протектората, наконец-то более менее разобралась в своей силе и, самое главное, открыла ещё один очень мощный её аспект.              И пусть бой ещё не окончен, я уже знала, что победила. Им больше нечего мне противопоставить. Такие мысли могут быть опасными, но я ничего не могла с собой поделать, ведь всё, что мне, по сути, осталось — добраться до Софии.              Как будто в подтверждение моих слов, о мостовую рядом ударилась пенная граната… но она даже отскочить толком не успела, как была плавно поймана обухом катаны и отправлена обратно.              Ты же её чуть ли не прямо перед собой кидаешь, Штурм, бросай на счёт два.              Граната попала ровно туда, куда я целилась — под ноги оперативникам, многие из которых ещё из кузова не выбрались. Среагировать успели только Штурм и Батарея, остальные (СКПшники и Триумф) выбыли из боя.              Им уже должны были доложить о Скорости. Они не рискнут ко мне подходить.              Не теряя времени, я вновь погналась за Эгидой. Он летел вперёд заметно быстрее, чем раньше, но обвисшие правые нога и рука показывали, что ему поплохело. Мы пробежали пару кварталов, когда у него пошёл крен. В конце концов, летун начал терять высоту и разбил собой (и пассажиром) стеклянный витраж на входе в мелкий торговый центр.              На полпути Мисс Ополчение оббежала фургон и возобновила стрельбу, но, хоть мы и вышли на более комфортные для винтовки дистанции, я по-прежнему передвигалась слишком быстро и хаотично. По тем же причинам мазал Бесстрашный, всё ещё мельтешащий где-то сверху.              Чуть больше проблем доставили оставшиеся у героев пенные гранаты. Штурм с Батареей хоть и могли двигаться быстрее меня, но меткости им это не прибавляло. Гранаты взрывались не там, где должны. Лучшим их результатом оказалась пенная стена передо мной, которую я просто обогнула. Как бонус, они закрывали линию стрельбы для МО.              Об отчаянной попытке замедлить меня бросанием подвернувшегося под руку хлама я вообще умолчу.              Оказавшись перед разбитым входом в ТЦ, я аккуратно прошла по осколкам и приблизилась к бессознательным Стражам. Ни посетители, ни администратор, под стойкой которого они оказались, мне не помешали. МО перестала стрелять и бежала сюда, Штурм с Батареей ждали её по бокам от входа.              София так и не очнулась. Слишком много своей силы я в неё вдавила. Эгиду били конвульсии, хотя он явно был в отключке. Сбрасывая его тушу с Призрачного Сталкера, я поняла, почему.              Центр медузы в его голове был разорван в клочья. Жгутики, прежде стабильные, теперь хаотично роились по его телу, как обезглавленная куриная тушка.              Для любого другого человека главным сигналом «С ним что-то не так» служили бы новые глаза героя. Все 12 пар. Рёбрам Эгиды стало тесно у него в груди, так что они выпрямились, пробив собой костюм, и вырастили у себя на кончиках позарез им необходимые зрительные органы.              И это были лишь самые заметные радикальные изменения в его анатомии.              Я оставила Эгиду валяться на полу и подхватила Софию. В ней скопилось значительно больше сияния, но оно было неактивированным. Её медуза втянула в себя все отростки и превратилась в один большой, напряжённый комок, ждущий моей команды.              За стойкой администратора располагался большой холл. Пролёт над ним был свободным, открывая вид на панорамный потолок. И превращая ТЦ в небольшой двухэтажный амфитеатр.              У меня в голове созрела идея. Объективно, мне совершенно не обязательно её реализовывать, но соблазн был очень велик. Что самое интересное, моя сила откликнулась на желание. Она вообще сегодня была отзывчивее, чем когда-либо.              Подхватив Софию, я приставила к её горлу меч и в третий за сегодня раз прикрылась её телом от возможной атаки. Потому что если приём работает, то почему бы его не повторить? Быстро пятясь назад, я обогнула ресепшн и уставилась на администраторшу, вжавшуюся под стол:              — У тебя есть рация? Которая подключена к громкоговорителям в холле?              — Да! — испуганно закивала девушка и ткнула пальцем куда-то в ящики.              — Ну так дай мне её! И настрой!              Она сразу же метнулась к тумбочке, и уже через пару секунд у меня в руке была обычная портативная рация. Перехватив поудобнее Сталкера, так, чтобы можно было и держать её, и говорить, я двинулась в холл.              Все тут же обратили на меня внимание. Посетители слышали звон и грохот у входа, так что в большинстве своём покинули первый этаж. Правильное поведение типичного обывателя в города вроде Броктон-Бей. И так же было типично то, что несколько человек встали в некотором отдалении с телефонами в руках. А на втором этаже, где все чувствовали себя более-менее в безопасности, таких было куда больше.              Я игнорировала их тихий галдёж и сосредоточилась на героях. Пару минут там была какая-то невидимая мне возня. Нашли Эгиду. На мгновение из-за угла показалась голова Штурма. Пару раз кто-то из них выходил из моего радиуса, пока не остался только один сигнал. МО отослала двух других. Медлит выходить. Чует подвох.              Мой план как-то сам собой вернулся к изначальной концепции: ставить Протекторат в положение, в котором они не могут не ответить на вызов. К счастью, Мисс Ополчение всё-таки вышла, подняв руки. В одной из них был мегафон. Так вот зачем они отбегали и возвращались.              Хорошо. Красивое завершение дня точно не стоит риска напороться на батальон копов.              — Замри! — сказала я через рацию.       Важно было сохранить дистанцию, чтобы она не могла мне ничего сказать без своей игрушки. Впрочем, сперва Мисс Ополчение обратилась не ко мне:              — Гражданские, пожалуйста, отойдите от бортиков и покиньте торговый центр через ближайший к вам пожарный выход! Проходит спецоперация Протектората, здесь опасно находиться!              Люди, что могли бы её послушаться и так давно ушли. Остались лишь те, кто почуял запах бесплатного и жестокого развлечения, а на них никакие уговоры и мольбы не подействуют. Я-то знаю.              — Кажется, им плевать на твои увещевания, Мисс Ополчение. Слишком уж им хочется посмотреть, как кто-то умрёт.              — Сегодня больше никому не нужно умирать, Тейлор, — наконец обратила на меня внимание героиня (когда зрители её явно проигнорировали), — Пожалуйста, опусти оружие и сдайся. Не знаю, кто или что побудило тебя напасть на патруль, но тебе не нужно усугублять ситуацию ещё больше.              — Надо же, героиня знает моё имя! Да ещё сходу начала мягко вербовать!              Мисс Ополчение даже опешила от такого:              — Тейлор, ты убила двух героев, покалечила одного Стража и держишь в заложниках другого. Ни о какой вербовке речи не идёт.              Двух?.. А, Оружейник. Вспоминая, как его алебарда отреагировала на моё касание, дымок от доспеха не сулил ему ничего хорошего.              — «Кто или что побудило тебя напасть на патруль». Ты сразу же предположила, что я действую не по своей воле и намекнула мне на вариант, при котором вы сможете меня отмазать и вписать в строй. Старые-добрые «Меня завластелинили» и «Мою семью держат в заложниках», — хмыкнула я. Притянуто за уши, конечно, но всегда найдутся те, кто поверит… — Интересно, скольких убийц, насильников и прочих преступников вы так захомутали? Как минимум у вас есть Сумасброд, он же Штурм.              Довольно популярная и яростно опровергаемая СКП теория. На ПЛО вообще частенько всплывают сравнения способностей новых героев со старыми злодеями.       — И нет, меня никто не подталкивал к действию. Я пришла сюда в здравом уме и с чёткой целью — убить как можно больше злодеев, вредящих людям.              — Тейлор, ты напала на героев. Мы защищаем людей, а не вредим им, — Мисс Ополчение явно не понимала, куда я клоню.              — Героев? Защищаете? Ваша защита включает в себя полуторагодичные пытки? Или очень затянутую попытку убийства, закончившуюся получением суперспособностей?              Вот теперь Мисс Ополчение была шокирована. Тема триггера очень табуирована в интернете и среди кейпов. Такое громкое её упоминание, да ещё и обвинение в этом Протектората, невозможно не воспринять всерьёз. Могу понять почему. Обычно я и сама о подобном ни с кем бы не заговорила, но, кажется, использование триггера в словесной атаке на другого кейпа нивелировало любые негативные переживания.              — Или ты думаешь почему я так сфокусировалась на Призрачном Сталкере, Софии Хесс? — ещё одно вздрагивание при упоминании настоящего имени Стража. — Может ещё скажешь, что отправила её в Уинслоу защищать школу, а не просто выделила ей феод, где она могла развлекаться, как захочет?              — Что бы между вами ни произошло, самосуд — это не ответ, — настаивала героиня. Для переговорщика напрямую спорить с террористом так себе идея, но, кажется, я всерьёз её задела, — Если бы ты обратилась к администрации школы, то мы бы смогли во всём разобраться.              — О, а они в курсе. И СКП тоже. Именно из-за этого мы в первую очередь здесь. Потому что вы все решили, что веселье малолетней психопатки важнее жизни какой-то там нормалки!              Пришло время шоу.              — Я пыталась жаловаться, когда София начала меня использовать как боксёрскую грушу. Но учителям, директору, всем было плевать! Реакция была только один раз, когда я пригрозила напрямую обратиться в полицию и зафиксировать побои. И под «реакцией» я имею в виду то, что ко мне тем же вечером сквозь заднюю дверь проникла чёрная дымка и превратилась в Софию, мать её, Хесс!              Брехня. Чистой воды. Как и большая часть того, о чём я буду говорить дальше. Даже Сталкер не настолько злобная и тупая. Протекторат всё проверит и не поведётся. Одного моего дневника (на который я просто забила после триггера) будет достаточно для опровержения. Но-о-о…              — Она снова избила меня и рассказала, почему администрация игнорирует мои жалобы. Она рассказала, что может меня покалечить или убить, и СКП её прикроет, потому что она герой, а я — никто!              Пройдёт какое-то время, прежде чем боты начнут банить видео. Из местных его точно увидят все, кто прямо сейчас сидит на ПЛО или подобных сайтах. Сарафанное радио разнесёт всё ещё дальше. В лучшем случае, видео осядет на иностранных хостах, с которых СКП не сможет его удалить.              — Я несколько месяцев не решалась звонить в СКП. Боялась, что она говорит правду. Когда я всё-таки собралась духом, ваша диспетчер посочувствовала и пообещала принять меры. Угадаешь, чем всё опять закончилось? Ногти у меня на ногах до сих пор не отросли.              Я знала, что я не единственная жертва. Просто самая любимая. Как только видео распространится, кто-нибудь из них воспользуется шансом убрать из своей жизни чокнутых сук. К тому же, всегда найдётся куча свидетелей, что просто ради 30 секунд славы подтвердят мои слова. Не всё, конечно, но в ложь куда охотнее поверят, если её густо замешать с правдой. К тому моменту, как СКП выпустит опровержение, его воспримут лишь как попытку прикрыть задницу.              Уверена, что в числе первых доносчиков окажется Мэдисон, пытающаяся выставить себя такой же жертвой и плетущей ради этого похожие небылицы.              — И в конце концов я ей просто надоела. Хесс заперла меня в долбанном гробу, забитом отходами! Если бы не моя сила, я бы оттуда не выбралась.              На самом деле, мне немного претила подобная огласка. Никогда не хотела, чтобы каждый встречный опознавал во мне ту самую «девочку из шкафчика». Но моя сила, внезапно расщедрившаяся на некоторые небоевые навыки, вроде PR или управления толпой (кажется, даже она впечатлилась потенциальным ущербом для СКП от моей выходки), настойчиво твердила, что лучше пусть меня недооценивают. Каждый кейп, сдохший из-за того, что воспринял меня плаксивой школьницей, стоил капли смущения, что я сейчас испытывала.              А самое лучше во всём происходящем: даже если идея не выстрелит, я ничего не теряю.              Я глубоко дышала. Приходилось напрягаться, чтобы не закричать и не сорвать динамики. Слова хоть и были ложью, но эмоции я туда вкладывала настоящие. Мисс Ополчение застыла в ступоре.       — Скажи, ты когда-нибудь задумывалась, зачем тебе дана твоя сила? Что ты должна с ней делать? — обратилась я к ней.              Обманчивое спокойствие в моём голосе снова заставило героиню вздрогнуть.              — Да. Постоянно. Я должна бороться ради дорогих для меня людей. Первое, что я сделала, когда обрела силу — это защитила друзей, — мегафон заметно искажал интонации, но даже на таком расстоянии я видела её искренность.              — Стреляя и убивая всех прочих? Должна сказать, довольно неочевидный логический выверт, — покачала я головой. — У меня всё проще.              Сила бурлила во мне. Требовала действий. Подсказывала, что один кейп засел на крыше, а ещё двое где-то позади меня.              — Каждый раз, смотря телевизор или выходя в интернет, я видела, как кейпы-злодеи разрушают мир. Занимают территории и провозглашают себя абсолютными их властителями. Считают своим законным правом творить с людьми всё, что вздумается.              В Софии тоже кипела моя сила. Я не переставала её накачивать с тех пор, как снова коснулась.              — И герои не лучше. Неписанные правила, Три удара, вращающиеся двери в тюрьмах. Запрет СКПшникам пользоваться чем-то кроме сдерживающей пены и резиновых пуль. Сохранность злодеев вас интересует куда больше, чем жизни их жертв. Как будто вы уже выделили кейпов в отдельную привилегированную касту, по умолчанию более важную, чем остальные.              Мисс Ополчение хотела что-то сказать, но динамики в холле позволяли перекричать её.              — И вот она я! Человек, у которого большая часть жизненных проблем случились из-за грёбанных кейпов, получает силу эффективно на них охотиться и убивать! Кто бы мне её ни даровал, как ты считаешь, о чём он думал в тот момент?              София задёргалась в конвульсиях. Я не видела со спины, но её лицо очень ярко засветилось. Мисс Ополчение бросила мегафон и призвала винтовку, но не очень понимала, что теперь может сделать.              — А я отвечу тебе! Я слышу его последнюю мысль каждую секунду своего существования!              Подняв одной рукой ставшую лёгкой, как пёрышко, Софию, я прокричала уже без помощи рации:              — В МИРЕ РАЗВЕЛОСЬ СЛИШКОМ МНОГО КЕЙПОВ!              И весь мой взор заполнился ярким фиолетовым сиянием.              

/////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////

      

      Досье СКП № 228-948       Кейп-имя: Орхидея       Сторона: Злодей (одиночка)       Настоящее имя: Тейлор Аннет Эберт       Известные обстоятельства триггера: (засекречено)       Рейтинг: Движок 2, Умник 5, Козырь/Контакт 8       Костюм и маска: отсутствуют. Старается поддерживать чёрно-фиолетовую гамму.       Способности:              Движок — значительно улучшенные реакция и координация движений. Возможность передвигаться быстрее, чем способен обычный человек.              Умник — Способна распознать кейпа без костюма. Способна опознать Тинкертех. Точный радиус неизвестен. Обладает широким набором боевых навыков. Механизм их получения неизвестен, поэтому предполагается влияние суперспособности.              Козырь/Контакт — Основная сила. Её касание вызывает у кейпов вспышку боли и отключение суперспособности. Чем дольше контакт, тем на больший срок аннулируются силы. На обычных людей не распространяется, так как воздействие идёт напрямую на Corona Pollentia.              По желанию способна активировать накопленную в кейпе энергию, что вызывает мощный взрыв. Он не наносит никакого материального ущерба, проходит сквозь препятствия и не влияет на обычных людей. Кейпам, попавшим под волну, передаются эффекты касания. От длительности воздействия на жертву зависят радиус (наибольший зафиксированный — 250 метров) и мощность взрыва (вплоть до моментальной смерти всех поражённых). Сам детонировавший не выживает.              ОБНОВЛЕНИЕ: Орхидее нет необходимости накапливать силу. Чтобы активировать этот эффект ей достаточно кратковременного касания. В таком случае взрыв ограничится Corona Pollentia жертвы. Выживание возможно, однако жертва страдает от последствий обширного кровоизлияния в мозг и перманентной потери контроля над суперспособностью. Кроме того, для активации ей необходимо находиться вплотную к цели.              Окружена небольшой (30-40 см) аурой. Через неё не передаются эффекты касания, однако она эффективно развеивает любые типы энергии, произведённые при участии суперсил. Аннулирование не абсолютное, достаточно сильные удары способны сквозь неё пробиться, хоть и будут заметно ослаблены. ВНИМАНИЕ!!! Излом-состояние так же развеивается аурой. Во избежание непредсказуемых и летальных силовых взаимодействий Изломам запрещено приближаться к Орхидее.              Полностью невосприимчива к Властелинам и Умникам.              Краткий психопрофиль: Тотальная ненависть к кейпам, без разделения их на героев/злодеев. Не способна на координацию с ними ни под каким видом. Игнорирует Неписанные Правила и способна напасть на парачеловека в гражданском или дома. Склонна нападать из засады. В драке стремится как можно быстрее убить противника и уйти.              Список столкновений:              11.04.2011 — Первое появление. Нападение на PR-мероприятие Стражей. Из-за другого вызова в том же районе, Протекторат быстро оказался на месте, однако почти в полном составе (за исключением Триумфа) был уничтожен. Среди Стражей погибла Призрачный Сталкер, и ранен Эгида.              11.04.2011 — 15.04.2011 — Орхидея залегла на дно. Она была ранена в ходе прошлого столкновения, так что в этот период Эберт, вероятно, восстанавливалась. Её отец, Даниель «Дэнни» Эберт, взят под охрану. Из-за фактического отсутствия в городе официальных героев участились случаи преступлений с применением парачеловеческих способностей. Попытка свержения Лунга Бакудой начала войну банд.              15.04.2011 — нападение на резиденцию Даллонов. Никто не выжил. Семейство Пэлхамов и большая часть независимых героев (плюс добровольно сдавшиеся под стражу Убер и Элит) попросили предоставить им защищённое место проживания либо покинули город.              16.04.2011 — Орхидея связалась с полицией и передала им информацию о смертниках Бакуды и местоположении её бомб в Доках. Своевременная эвакуация заметно уменьшила количество жертв среди гражданских. Способность чувствовать Тинкертех внесена в досье.              16.04.2011 — 23.04.2011 — В город массово прибывают одиночки и бродячие группы вроде Скитальцев, что только усиливает хаос. Орхидея перемещается по всему ББ, вмешиваясь в драки кейпов (предположительно, получая информацию из полицейских переговоров), но из-за того, что к этому моменту все организованные группировки города хоть немного подготовились к её появлению, драка чаще всего закачивается взаимным отступлением. Из подтверждённых жертв за этот период только Они Ли и Цикада. Алебастр был захвачен ею живьём.              23.04.2011 — нападение на Сомерс-Рок. Местные злодеи (+приглашённые Скитальцы) собрались для координации действий против бомбёжек Бакуды, вылазок Орхидеи и хаоса, творимого одиночками. В середине встречи через стены прошла волна характерного фиолетового света. В переулке за пабом обнаружены останки Алебастра со следами жёсткого допроса на теле. Скитальцы, Неформалы, Барыги, Выверт, Лунг, команда Трещины и большая часть Империи 88 уничтожены.              24.04.2011 — 27.04.2011 — В город прибывает специально собранная группа героев Протектората, состоящая преимущественно из Стрелков/Движков (на вмешательство Триумвирата из-за специфичности угрозы было наложено вето). Ориентировочно в это же время Эберт покидает город, так как в трёхсторонней битве Бакуда VS Спецгруппа VS Ехидна она участия не принимала.              30.04.2011 — Орхидее и Бакуде официально присвоены обозначения «Угроза А-класса» и выписаны Приказы на Убийство. Даниель Эберт отпущен домой.              12.05.2011 — ….              …                     

/////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////

             Приложение №1 от 23.02.2012              Здравствуйте! Я — майор Габриель Джонсон, командующий особой группой реагирования СКП. Если вы ничего не слышали ни обо мне, ни о моей группе, то вам повезло, так как мы обычно занимаемся обеспечением огневой поддержки при инцидентах А-S класса. Кроме того, через нас идёт полевая координация между СКП, ФБР и ВС.              И прежде всего, я хочу поблагодарить Совет Директоров СКП и лично Р. Коста-Браун, за то что они, наконец, прислушались к моим просьбам и снизили требования к уровню доступа на досье с кочующими высокоранговыми угрозами. Осталось только добиться, чтобы их в обязательном порядке доводили до всех сотрудников.              Каждое такое досье будет идти с практическими заметками, собранными нашей группой при боестолкновениях. Шапка (то, что выше этого абазца) всегда будет одинакова.              Итак, Орхидея. Перво-наперво: не называйте мисс Эберт Орхидеей, если не планируете её разозлить. Она в принципе плохо реагирует на любое напоминание, что она тоже кейп.              Кроме того, я бы порекомендовал ознакомиться с её предысторией (невероятно секретные «Весёлые Приключения Призрачного Сталкера» можно найти по всему интернету). Будь моя воля, внутреннее расследование по этому делу тоже доводилось бы до всего персонала. Отличный пример того, как работать не надо и к чему это может привести. И напоминание, что наличие грустной истории у кейпа не делает его менее опасным.              Я не буду рассказывать тут обо всех придуманных мерах противодействия (вы можете ознакомиться с ними в соответствующем протоколе), просто опишу общие проблемы, с которыми мы сталкиваемся при её появлении.              Внезапно, большая часть этих проблем связана не с самой мисс Эберт, а с героями Протектората. Огромное количество времени и усилий требуется на то, чтобы заставить вас следовать установленному протоколу, и то не всегда получается. Мне приходится раз за разом отвечать на одни и те же вопросы и отсеивать одни и те же возражения. Вот список наиболее частых:              Вопрос 1: ПОЧЕМУ МЫ ДО СИХ ПОР ЕЁ НЕ ПОЙМАЛИ?              Орхидея всегда проводит тщательную подготовительную работу. У неё всегда есть лежки и пути отхода из города. Она старается выслеживать кейпов и тихо их устранять. С тех пор как мы выработали протоколы противодействия, она не любит вступать в открытый бой. Из-за этого, к тому моменту, как мы вообще узнаём о ней, мисс Эберт оставляет после себя несколько трупов и уходит в неизвестном направлении. Её анти-умниковская защита не позволяет привлечь к делу Сторожевых Псов. Технарские устройства слежки тоже не дают абсолютной гарантии обнаружения, и мы не можем разместить их повсюду.              Именно в случае с Орхидеей так важно широкое распространение досье. У нас уже есть несколько случаев, когда её заметили до того, как мисс Эберт успела сделать первый шаг.              Вопрос 2: ПОЧЕМУ ЕЙ ДО СИХ ПОР НЕ ПРИСВОИЛИ S-КЛАСС?              Она почти не наносит материального ущерба и не убивает гражданских. Фактически, единственными её крупными акциями были дебют в Броктон-Бей и охота на Падших Мазерсов в январе этого года. Во всех остальных случаях среднее количество её жертв — 8-17 человек в месяц. Это даже близко не тянет на S-угрозу. Это даже А-угроза с натяжкой. Те же Зубы могут выдать больше только на внутренней ротации кадров. Такой уровень ей назначили больше из-за громкого начала карьеры, чем за реальные заслуги.              Повторяю: то, что вас до дрожи в коленках пугает аннулятор сил, не повод присваивать ему S-класс.              Вопрос 3: Я УВЕРЕН, ЧТО МОИ СИЛЫ НА НЕЁ ПОДЕЙСТВУЮТ/Я СОБРАЛ КРУТОЙ ГАДЖЕТ/ Я, КАЖЕТСЯ, ПРИДУМАЛ СПОСОБ ЕЙ НАВРЕДИТЬ. МОЖНО Я ПОУЧАСТВУЮ В ЗАХВАТЕ?              Именно люди, задающие подобный вопрос, и делают её счёт ближе к 17 в месяц. К счастью, все связанные с ней операции теперь проводятся исключительно нормалами. Одно только это решение серьёзно снизило смертность среди героев Протектората. Регулярно находятся злодеи и охотники за головами, которые на неё нападают, но останавливать их — точно не моя работа.              Краткий ответ: нет, нельзя.              Вопрос 4: ДА ВЫ ВООБЩЕ ВИДЕЛИ, КЕМ ЕЁ ВЫСТАВЛЯЮТ В ИНТЕРНЕТЕ? КАК НА ЭТО МОЖНО РЕАГИРОВАТЬ СПОКОЙНО?              Наши протоколы взаимодействия снизили жертвы среди героев, но это так же означает, что охотиться она начала преимущественно на злодеев. Кроме того, аналитический отдел считает, что так же это могло быть осознанным решением с её стороны. Ответной реакцией на наши методы. Плюс, SMM-отдел заметил в соцсетях следы того, что протесты перед отделениями СКП в крупных городах… не курировались напрямую, но явно были спровоцированы каким-то одним источником. Возвращаясь ко второму вопросу: теперь присвоение ей уровня угрозы S-класса и массовые облавы невозможны ещё и по политическим причинам.              То, что общественность теперь считает Орхидею просто чересчур радикальным линчевателем — не ваша проблема, а PR-отдела. Поиском и закрытием ячеек сочувствующих занимается ФБР. Нам скорее всего придётся увеличить ей рейтинг Умника, но это единственный момент, по которому нас касается эта тема.              Теперь, когда мы обсудили самые важные вопросы, я надеюсь, что при появлении Орхидеи в вашем городе, вы не будете пытаться за ней гоняться. Вы не будете делать вид, что ничего не происходит. Вы бросите все свои дела (даже в ущерб прикрытию гражданской личности), забаррикадируетесь в здании Протектората/СКП и будете спокойно ждать эвакуации. А когда прибудет вертолёт, вы так же спокойно и без споров покинете город до тех пор, как мы её не устраним или она сама оттуда не уйдёт.              Кроме того, я так же рекомендую ознакомиться с другими рассекреченными недавно досье…              ….              ….