малышка любит диллера

юля особенная. лучик весеннего солнца среди февраля, первый подснежник, нежный такой, изящный. крис думает ей очень повезло. она сама то грубая, холодная, отчуждённая, а рядом с чикиной хочется быть мягкой податливой. юля с неё человека сделала своей добротой. все остальные бёдрами вокруг крис виляют, лишь бы ночь хоть одну совместную провести, а юле этого не надо, юле хорошо просто посидеть на лавочке в парке, пивка выпить или наоборот в дорогом ресторане ужинать испачкавшись по-детски совсем, пока крис руки сложив любоваться будет. юля особенная. ребёнок с кристально чистой душой, с глазами-океанами, в которых крис захлёбывается каждый раз как первый, в которые крис влюбляется всё сильнее с каждым днём.

Ты же так рад, что нашел свой алмаз в этой куче грязных подстилок.

а крис никто не понимает, все вокруг лишь у виска пальцем крутят, мол, юлька тупая малолетка. лиза, в статусе лучшей подруги, ночью на съемную квартиру крис приезжает, по голове гладит, волосы пшеничные за ухо заправляет и слёзы вытирает. — кристина, ну пойми, не нужна ты своей юльке. — мягко говорит, как мама. — вот она шляется сейчас где-то, о тебе и не вспоминает, а ты тут страдаешь. — та она занята просто, может загулялась с мишель. — крис штаны собственные тревожно мнёт, успокоиться пытается. — ага, конечно, с мишель, — глаза закатывает. — чего ж ты такая наивная, захарова. вокруг тебя столько девушек красивых, заботливых, умных, а ты шляешься с малолеткой.

Друзья говорят за спиною про вас: «шлюха разводит дебила».

— а ты, индиго, на себя чтоли намекаешь? — крис в лице меняется резко. — а может и на себя, что с того? — руку на щеку чужую мокрую укладывает, поглаживает нежно. — тебе же со мной лучше будет. — не будет, блять — отскакивает резко. — ты не такая как юлька и не будешь такой никогда. — конечно не такая, я лучше, захарова. — та иди ты нахуй, — отталкивает, брови хмурит. — я, блять, тебя подругой считала, а ты обычная шавка, фу блять. — ну чего же ты так, я с тобой всегда рядом, ради тебя хоть на край света, — слёзы сглатывает обижено. — а ты за этой дурой как завороженная бегаешь. — может и завороженая, тебе не похуй? — крис с дивана встаёт, лизу за руку хватает, за собой тащит к входной двери. — съебывай, индиго, чтобы я тебя здесь больше не видела. — больно надо. — лиза обувается быстро, из квартиры выходит, рукавом слёзы вытирает.

Поэтому ты их выкинул вон, как стопку пыльных касет.

крис в комнату назад возвращается, на диван падает глаза закрывая. конечно она правильно поступила, лучше юльки никого не будет. а таких как лизка, каждая вторая. новую подругу найдёт, не страшно. любовь важнее дружбы. и чикина не тупая малолетка, уж точно. она бы так же поступила если бы к ней кто-то полез, 100%. юля умнее всех своих ровесниц, ей хоть и только недавно 18 исполнилось, но она понимает всё, по-другому на мир смотрит, так же как и крис. они друг другу подходят, а все остальные просто завидуют. крис каждого, кто кривое слово в сторону чикиной скажет, готова собственноручно убить, задушить голыми руками.

Тебе повезло — ты не такой как все, она не такая как все.

а утром звонок по квартире разносится противно. крис встаёт с дивана, на котором вчера уснула случайно. бежит к двери входной, в глазок смотрит. там юлька еле стоит с недопитой бутылкой в руках, с разбитой губой и растрёпанными волосами. захарова открывает быстро, в объятья заключает, вопросами закидывает, что да как. — крис, отойди, а, — юлька слова еле вяжет. — спать пиздец охота. крис слушается, сглатывает недовольно, но пропускает, до кровати доводит, укладывает, одеялом накрывает, в висок целует. сама рядом ложиться и дальше засыпает прижимаясь как можно ближе к любимой своей. захарова просыпается ближе к вечеру и юлю будит, та мычит недовольно, но просыпается. — бля, крис, воды принеси. — виски потирает, жмурится от боли. к стакану припадает жадно, допивает до последней капли. — слушай, зай, а у тебя пару косарей не будет? — юля глазки по-щенячьи строит, улыбается. — будет, — к кошельку подходит, несколько бумажек достаёт, на стол кладёт. — а зачем тебе, малая? — та мы с девчонками погулять сегодня хотим, ну как обычно, ты знаешь.

Твои зеленые бумажки летят в ее карманы.

— ладно, юленька, — подходит, руку на щеку кладёт, в лоб целует нежно-нежно. — собирайся, поедем покушаем куда-то. и юля оживает прямо, в душ летит, одевается. на улицу первая выбегает, садится в уже выученную наизусть машину. крис за ней усаживается, музыку включает и руку по-собственнически укладывает на чужие серые спортивки, поглаживает нежно. они к ресторану подъезжают, крис, как джентельмен, дверь юльке открывает, руку подаёт. в ресторане, конечно, юля столик выбирает, самый дальний. меню смотрит, думает, брови хмурит как маленький ребёнок. — ладно, юлёк, ты выбирай, а я сейчас приду. — встаёт, подмигивает игриво.

Твой черный BMW возит ее по ресторанам.

возвращается с огромным букетом белых роз. за спиной их держит и прямо перед юлей достаёт уже. чикина удивляется по-детски совсем, в улыбке расплывается, глаза голубые ещё ярче светить начинают. из-за стола выскакивает, к крис в объятья прыгает, целует куда только достаёт. — ты у меня как маленькая, юль. — крис на поцелуи отвечает, у самой щёки краснеют от смущения. они вместе есть усаживаются, юля всё сама заказала уже. чикина быстро кушает параллельно с кем-то в телефоне переписывается и на вопросы крис « как погуляли?» лишь головой кивает, и да/нет отвечает. — крис, слушай, — перебивает резко. — мне уйти нужно срочно, я наберу тебя потом. и сразу же встаёт, направляясь к выходу. — а ты куда? надолго вообще? — но юля уже ушла оставив крис наедине с ею же подаренными белыми розами.

Но ей похуй на цветы, и в этом вся интрига.

юля на выходе звонит кому-то. — алло, это чикина. — тихо и быстро, скрывает что-то. — сегодня как обычно? — привет, — голос на том конце грубый, прокуренный явно, не различишь мужской или женский. — не знаю, что такое «как обычно», но минут через 20 можешь приходить. а что тебе нужно вообще? — потом поговорим, я в людном месте, — чикина по сторонам тревожно оглядывается, каждый раз кажется, что все вокруг её мысли читают. — до встречи. вызов сбрасывает и телефон в карман кладёт, за угол заворачивает ускоряя шаг.

Ей не похуй на дерьмо и ей не похуй на барыгу.

крис, тем временем, в ресторане только понимает, что вообще произошло. особо не расстраивается, привыкла уже. доедает, счёт оплачивает, и в машину возвращается. сообщение быстро в чат с юлей строчит.

как освободишься, позвони, я заберу, люблю тебя сильно-сильно, малышка. —

в ответ лишь «прочитано.»

Ты, конечно, ее любишь, может быть даже слишком,

чикина в чужой подъезд заходит, в лифт залетает, седьмой этаж. в квартиру первую налево стучит и ждёт ответа пальцы заламывая тревожно.

А она любит летать и поэтому…

дверь открывается. юлю встречает уже родной строгий взгляд почти чёрных глаз. — ну привет, малая. — губы тонкие в улыбке ехидной расплываются, их же язык змеиный облизывает. — проходи, что тебе нужно. — кир, как всегда, пару грамм отсыпь. — у юли горло сушит от одного взгляда, от простого нахождения в одном помещении. кира притягивает, манит каждой татуировкой, каждым волосом платиновым, каждой частицой тела. кира манит опасностью, властностью, грубостью. юля не знает, от чего больше зависима.

Малышка любит дилера, дилера — он стильный и смелый.

кира вручает прозрачный зип-пакет с белым порошком внутри, деньги забирает, кладёт в карман. — и что, юлечка, — улыбку давит ехидную. — так просто уйдёшь? — а что? — они глазами встречаются и, кажется, у юли в трусах становится резко слишком влажно и горячо. кира подходит ближе, рукой татуированной за подбородок хватает, к себе ближе притягивает, останавливается за пару миллиметров до чужих розовых губ. — я думала, ты останешься ещё немного. — тут же впивается между пухлых губ, язык пускает, по зубам водит. на руки подхватывает, бёдра поглаживает, в глубь квартиры уносит. на кровать бросает, сверху нависает, руками по талии водит. целует грубо, напористо, кусает шею, хоть и юля сопротивляется сначала, но позже разрешает, сама навстречу спину выгибает.

Малышка любит дилера, дилера — он любит ее тело.