Однострочники

Он сожмет это бледное горло, он свернет шею. Он выпотрошит внутренности, резким широким ударом вспорет живот, заставляя влажные, склизкие кишки вывалиться на землю. О да, о да, он сделает это. Сейчас ему хочется только одного — всадить меч глубже, как можно глубже, сильнее, разломать это тело как кусок хлеба, раскрошить на мелкие кусочки. В голове Данте мутно, горячо и потрясающе залито алым. В венах бурлит боль, в венах бурлит кровь и кажется, что они взорвутся прямо сейчас. Он не замечает своего рыка, губы уже болят от кривящей их усмешки. Данте скалится и чувствует себя голодным рэйджем, перед которым самая вкусная на свете еда — живое, теплое, беззащитное тело. Многочисленные раны, царапины, ссадины жжет каленым железом регенерации. Данте облизывается, вдавливая меч в податливое тело сильнее, и слышит великолепный звук расходящейся под лезвием плоти. Вергилий, его брат… Его живой брат. Данте почти скулит от удовольствия, ему идеально-жарко. Это — лучшее, что было с ним в жизни. Убивать брата так… сладко. — Данте, прошу тебя, остановись…