Человек за моим плечом

Уруха ненавидел опаздывать. Сам он считал себя человеком в высшей степени ответственным и всегда старался быть везде вовремя, а то и являться заранее. Необязательность, рассеянность, легкомыслие, несобранность, лень и эгоизм - всё это вызывало у Урухи серьёзную аллергию с приступами неконтролируемого раздражения вплоть до вспышек плохо скрываемого гнева. Он предпочитал общаться только с людьми пунктуальными, аккуратными и обязательными. Но если друзей выбирать Уруха мог сам, то коллеги-одногруппники уже были такие, какие есть. К Руки и Каю он относился почти с нежностью, с ними было легко, удобно и приятно работать. Они никогда не доставляли Урухе хоть сколько-нибудь забот или неприятностей, наоборот, именно они помогали решать те проблемы, которые организовывали Рейта и Аой. И ладно бы ещё Рейта со своими манерами горного тролля, но Аой... Такую головную боль, как он умел сотворить, Уруха переживал особенно тяжело. Можно сказать, что Аой был самим воплощением жестокой мигрени для Урухи. Бессмысленной и беспощадной. По обыкновению, чем раньше встанешь, тем позже выберешься из дома. Как раз сегодня Уруха встал с запасом в лишний час и, словно подтверждая утреннее правило, вышел из дома уже на пятнадцать минут позже запланированного. И если бы кто-то спросил у недовольного и сердящегося на себя Урухи, куда же подевался час и пятнадцать минут, то, даже постаравшись, он не смог бы дать вразумительный ответ. Утреннее время текучее, как вода. Вот его вроде много, а вот и не осталось ничего в запасе. Кажется, он поливал вазоны... И теперь, спускаясь на подземную стоянку, Уруха уже ощущал беспокойство. Не потому, что он сам опаздывал, нет. Дело было в том, что позавчера у Аоя в машине, и надо сказать, совсем недавно купленной машине, полетел стартёр. А может и не стартёр, впрочем, Уруха даже не удосужился вслушиваться в болтовню Аоя. Суть была в том, что машина осталась на пару дней в ремонте, а на репетицию доехать надо. Такси по какой-то дурацкой причине Аоя не устраивало, и он попросил Уруху побыть другом и сегодня подвезти. И как бы Уруха не относился к Аою, отказать ему было действительно неудобно. А вот теперь, и так уже потеряв запасные пятнадцать минут, он предчувствовал, что прождёт Аоя столько, что можно было бы ещё раз не спеша позавтракать. Но надежда умирает последней, потому Уруха решил не настраиваться заранее на плохое, а скорее оказаться у дома Аоя. Там он простоял сорок минут. На каждый звонок на мобильник Аою слыша знакомое до боли: "Я сейчас уже иду, да подожди, сейчас..." И так через каждые десять минут. Уруха торжественно пообещал себе больше никогда не соглашаться подвозить этого... этого... Не заслуживающего цензурных слов. - О, привет, извини, что я так долго. Ты ж знаешь, ну я торможу немного, пока то, пока сё... - Аой жизнерадостно, без пауз и передышек, принялся болтать, даже не обратив особого внимания на грозовое лицо Урухи. - Оказалось, что та майка грязная, пока выбрал другую, а потом искал ключи, зарядник, бумажки всякие, вечно что-то забываю. И вообще, ну что, нельзя было на пару часов позже собраться, какая разница, вообще, когда... - Да тебе на сколько ни назначь, ты всё равно опоздаешь, - мрачно прошипел Уруха, всеми силами стараясь сосредоточиться на дороге и не отвлекаться на детальное прорисовывание в воображении новых изуверских способов прибить Аоя. - Не скажи, утро вечера мудрёнее. Утро мудрЁное, утром тяжело, а вот вечером всегда легче. Ну собрались бы мы под вечерок, всем было бы удобнее, разве нет?.. Уруха, притормозив на светофоре, посмотрел в непрошибаемо-радостное лицо Аоя и не нашёлся, что ответить. Само выслушивание того бреда, что часто нёс Аой, вызывало у Урухи загустение мозга, ведущее к неслабому мыслительному ступору. - Кою, не смотри на меня, как баран на новые ворота, я ничего такого не сказал. Вчера, кстати, говорили с Акирой, он тоже не в восторге от ранних реп, это не очень-то удобно. - Неудобно спать на потолке, - отмер и начал наново заводиться Уруха. - Что ж твой Акира не сказал этого раньше, почему молчал, когда лидер время предложил? - Да ладно, ну вы все посоглашались быстренько, вот он и промолчал. Ранние пташки, гы-гы... - Ты смотри, стеснительный какой, - нехорошо усмехнулся Уруха и решил как-нибудь припомнить это Рейте. - А вы, значит, поздние сОвки? Аой удивлённо уставился на сосредоточенный профиль Урухи, но тот не отрываясь смотрел только на дорогу. Да, по мнению Аоя, тут явно кто-то то ли переработал, то ли перенервничал. А по собственному богатому опыту он знал, что Уруха небезопасен в обоих случаях. Ради подстраховки Аой решил сменить тему разговора. - Э... Кою, а это что, Будда? - И он ткнул пальцем в направлении маленькой фигурки, стоящей на приборной панели. Уруха мельком глянул и в очередной раз уверился, что Аой всё же клинический идиот. Нэцке из слоновой кости, подарок бывшей девушки, изображало отнюдь не Гаутаму или хотя бы Амиду. Даже при поверхностном взгляде похожего было мало - это был древнеиндийский Кубера. И Уруха до сих пор недоумевал, почему, собственно, ему презентовали эту фигурку. - Нет, это Кубера, божество богатства. - Да ну... Первый раз вижу, надо же! Так ты богатым хочешь быть, м? Я запомню, подарю тебе жабу на день рожденья. Живую, ха-ха-ха! Хотя всех денег не заработаешь, Кою, ты смотри, оно до добра не доводит! - И развеселившийся Аой шутливо погрозил Урухе пальцем. Если бы в этот момент можно было остановить машину прямо посреди дороги, Уруха непременно бы так и сделал. Его рука сама собой потянулась к лицу в привычной реакции на тирады Аоя. Как Рейта мог его выносить дольше пары часов, оставалось для Урухи загадкой. Почему-то, бесцеремонный с остальными, Рейта Аоя почти не донимал, а если и цеплял, то не сильно, просто для веселья. Это ещё и учитывая тот факт, что Аой являл собой просто таки вопиющую провокацию для его злого языка. Столько чуши, чепухи и откровенных глупостей, сколько мог сморозить Аой, давали необычайно широкий простор для подколов. Но эти двое дружили и зачастую вместе ржали над всеми остальными. Больше Рейта никого так не щадил. А Уруха искренне не понимал этой дружбы, как не понимал и самого Аоя. И проведённые бок о бок годы фактически ничего не изменили. - Ютака, эй! - Не в меру активный сегодня Аой пощёлкал пальцами перед носом уткнувшегося в ноут лидера. - Ты знал, что наш Кою хочет стать самым богатым в мире? А то я вот случайно контору спалил и теперь прямо не знаю, как и спасать парня! Уруха едва не выронил мобильный, где писал нежный е-мейл своей нынешней подружке. Посмотрев на пылающего энтузиазмом Аоя, он заметил у того симптоматичное выражение лица, сигнализирующее о гиперактивном поиске приключений на свою задницу. А ещё Аой явно игнорировал надвигающиеся на него неприятности в лице (пока что тихо) точащего на него зуб одногруппника. Уруха считал себя умным, потому реагировать на дурашливые реплики не спешил. Сделал невозмутимое лицо и снова углубился в своё эпистолярно-романтическое занятие. - А не надо было палить, чтоб не надо было спасать... - задумчиво протянул Кай, щёлкая кнопкой мыши с медитативной монотонностью метронома. Видимо, мысленно он пребывал где-то далеко. - О-о-о, наш воинствующий умник хочет больше бабла? - Зато скучающий Рейта оживился и с азартом откликнулся на идею подразнить Уруху. - Вот интересно, на что тебе не хватает? - Судзуки, отстань, - отмахнулся тот, не желая вступать в бесполезную дискуссию. - Наверное, он хочет купить себе дополнительные мозги, - предположил Аой невинным тоном, - чтоб быть ещё умнее. - Если куплю, то подарю тебе. - Уруха изобразил милую улыбку и уточнил: - В виде гуманитарной помощи нуждающимся. - Лучше подари мне, - подал голос доселе тихо шифровавшийся в дальнем углу Руки, - у меня что-то с идеями голяк. Наметилась дивная перспектива текста в стиле "что вижу, то пою". В том самом углу аккомпанементом зашуршала бумага. То ли Руки шутил, то ли пытался разрядить обстановку, но такого ещё не бывало, чтоб их вокалист не имел идей-задумок-намёток для лирики. И на пару-тройку альбомов вперёд, к тому же. Уруха недоверчиво покосился на Руки, но решил не делать поспешных выводов. - А тебе вообще на отдых пора, - как ни в чём не бывало заявил Аой, - ты заработался. Лидер, скажи ему! - Что? - вынырнул из глубин интернета Кай и, обведя расфокусированным взглядом комнату, остановился на Руки. - Что я должен сказать? - Что кому-то пора в отпуск. - Аой сделал замысловатое движение бровями и эффектным жестом показал на устало улыбающегося Руки. - Говорит, идей нет, мозга нет, печаль-тоска... Ютака, отпусти его с миром! И нас заодно. Любитель всего и сразу, и желательно на халяву, преданно посмотрел на лидера. - Ага, сейчас. И отдых, и отпуск, и пенсия раньше времени. Юу, ты договоришься, - и Кай предупреждающе указал на него барабанной палочкой. - Я тебя запомнил как расхолаживающий элемент и подрывника напряжённой рабочей деятельности, учти. - Да, - элегантно поклонился ничуть не смутившийся ухмыляющийся Аой, - это я. Я вообще сегодня еле собрался на эту нашу так называемую репетицию. Скрипя сердцем, я пошёл на такие затраты личной энергии... Но закончить эту пафосную речь ему не дали. С громким стуком из рук Урухи таки выпал мобильный, Рейта невнятно хрюкнул и прикрыл рот кулаком, а невозмутимый Руки, не отвлекаясь от чёркания у себя в листках, автоматически поправил: - Скрепя сердце, Юу. - Чем скрепя? - удивился Аой. - Зачем скрепя?.. Вечно вы меня путаете, я же чётко сказал: "скри-пя серд-цем". Так вот... - Так не говорят, - опять перебил его Руки, - невозможно скрипеть сердцем. - Ага, конечно! Мозгами вон скрипят, зубами скрипят, значит и сердцем скрипят тоже. И всё прекрасно! В чём проблема? Абсолютная убеждённость во взгляде Аоя уверила принципиального Руки, что дальнейшие попытки исправления речевых ошибок бессмысленны и заранее обречены на провал. - Ой, Така, что ты с ним споришь, это же он у нас самый умный, ему-то видней, - включился Уруха, позабыв о так и не дописанном письме. - Это вы ко мне цепляетесь, зануды! - изобразил праведное негодование Аой. - Для них форма важнее содержимого. Ты что, не знал? - повернулся к нему Рейта и иронично усмехнулся. Тишина продлилась не более нескольких напряжённых секунд. - Акира, ты намекаешь, что мне важно не то, что говорят, а то, как? - Невыразительно-ровный голос Руки прозвучал обманчиво спокойно. - Да ладно тебе, Така, - скептично протянул Рейта, - по крайней мере, всё то, что в неприемлемой для тебя форме, будет пропущено мимо. В данном случае - мимо ушей. - Алло, народ, а вам не кажется, что мы как-то слишком расслабились? - решил вдруг вмешаться Кай. Ему не нравились подобные споры, как и не нравилось нарастающее напряжение между одногруппниками. - Не пора ли и вспомнить, зачем мы здесь сегодня собрались? Конфликт угас, не успев даже толком разгореться. Рейта выглядел довольным, словно объевшийся сметаны кот, а Уруха недоумевал, зачем же тому так хотелось задеть Руки. И ведь он задел, было видно, как напрягся Руки, явно не ожидавший столь внезапной и слабо завуалированной критики в свой адрес. Пусть и в изначально несерьёзном разговоре, и из-за такой, казалось бы, невинной вещи, как указание на речевую ошибку. По мнению Урухи, Руки не заслуживал такого отношения. Повод был ничтожным, и надо было очень хотеть уесть, чтобы уцепиться за него и высказать своё нелицеприятное мнение. Тем удивительнее был выпад Рейты, если учесть факт его давней дружбы с Руки и то, что традиционной его мишенью для нападок был Уруха. Здесь же, даже имея возможность проехаться по Урухе, Рейта практически проигнорировал его участие в споре, сразу переключившись на Руки. Ситуация выглядела какой-то странной. Уруха невозмутимо принялся настраивать гитару, проверять, всё ли подключено в цепь, не надо ли подкрутить болты флойда, и т.п. Усугублять разладившиеся ни с того, ни с сего отношения никому не хотелось, и каждый взялся за своё дело. Кай хмуро обводил взглядом одногруппников, которые всегда умудрялись его удивлять, устраивая препирания, споры, склоки и прочие разборки по поводу и без. Оптимист Аой выглядел так, словно ничего и не случилось, и, тихо мугыкая себе под нос какую-то весёленькую мелодию, игрался со звуковым эквалайзером. Руки невнимательно пытался отрегулировать под себя уже заранее отрегулированную для него стаффом высоту микрофонной стойки и систематично путался в проводах. И только Рейта был целиком и полностью спокоен. Ведь, кажется, пока всё шло, как задумано. И тем не менее, вопрос - "что же делать дальше?" - оставался для него открытым.