Обретая Дом

Королевская Гавань.  Мы сидели рядом и пили вино, серебрянные волосы струились по его спине и сияли в свете камина. Мы обсуждали совместное будущее и вдруг Эймонд затих.  – Что такое, любимый?  Эймонд смущался и не смотрел мне в глаза, затем придвинулся ближе и прошептал на ушко слова, которые заставили сердце биться быстрее.  – Может пойдем в кровать?  Он так мило закусил губу и все же посмотрел мне в глаза, прежде чем прикоснуться своими пухлыми нежно-розовыми губами к моей щеке. Он такой невинный и ласковый. Он чистое воплощение омеги.  Я потянул его на себя и спустя мгновение он уже сидел у меня на коленях, взяв своими ногами в плен мои. Этот нежный взгляд. Я схожу с ума.  Поддавшись вперёд, я захватываю в плен его губы такие мягкие и податливые, такие вкусные, и мы нежно целуемся, он попытался перехватить инициативу, но я не поддаюсь, поцелуем длящимся целую вечность управляю я. Отстраняюсь и замечаю небольшое скопление слюны у него на губах, это так соблазнительно.  Его руки лежат на моих плечах, а пальцы несильно сжались, он жаждет продолжения.  – Любимый, может ты поможешь мне раздеться?  – Эймонд был как никогда красив, произнося эти слова. А то как он обратился ко мне сделало меня самым счастливым человеком. – Я готов помогать тебе раздеваться всю оставшуюся жизнь.  Невесомыми поцелуями я покрывал шею ледяного принца, который таял в моих объятиях. Он постоянно поскуливал и постанывал. Самые прекрасные звуки для моих ушей. Завязки на верхней рубашке развязывались быстро, а поцелуи долго и медленно спускались к ключицам. И вновь сорванный с губ стон. Его белоснежная кожа так и манила оставить алые засосы и укусы. Когда верхняя рубашка была откинута, я увидел почти прозрачную вторую. Она совершенно ничего не скрывала. Горошинки сосков так отчетливо выпирали, что, наклонившись, я начал кусать и целовать их поочерёдно прямо через невесомую ткань.  – Ах.х.....эмм... Стоны были приглушенными, так как он закусил нижнюю губу и видимо сдерживал себя.  Так дело не пойдет. Это  губы принадлежат мне, он весь принадлежит мне.  Кажется, соски затвердели ещё сильнее, а на ткани красовались влажные пятна, которые под дуновением ветерка охлаждали разгорячённые участки. Нежные поцелуи возбуждали. Я чувствовал как твердею и в штанах становилось тесно. Но возбудился не я один. Мне в живот начало упираться что-то твердое. Какой негодник.  – Какой негодник, ты с самого начала это планировал? Я ведь прав? – Ты всегда прав, любимый. Тебе не приятно? – Эймонд посмотрел самыми невинными глазами которыми мог на тот момент. – Я так хотел сделать тебе приятно. Мне жаль. – Мне очень приятно, когда я с тобой моё сердце начинает биться с невероятной силой, а на душе тепло и нежно. Я люблю тебя. – Я произносил эти слова от всего сердца, а после скрепил наши губы в поцелую, взяв руку супруга, я соединил наши пальцы в замок, я никогда не отпущу его. Эймонд аккуратно отодвинулся от моего лица и свободной рукой погладил мою щеку и произнес: – Я тоже тебя... *** Открыв глаза, Люк понял, что это был всего лишь сон. Самый прекрасный в мире, но лишь сон. Откинув одеяло, он обнаружил, что успел кончить во сне прямо в трусы, от чего смутился.  – Мне ведь не четырнадцать лет. Мокрые сны мне уже не снятся. Ну видимо с тех пор как я взял в мужья самого прекрасного омегу – снятся.  За окном ещё была глубокая ночь, переодевшись, он снова лег в постель, но лишь вспоминал сон, такой приятный и волшебный.   С восходом солнца Люк вновь встал, но этой ночью Эймонд больше не посещал его сон. Но он отчетливо запомнил всё то, что увидел ночью. Он будет прокручивать его снова и снова в моменты грусти.  Вскоре они отплывут домой, и он проведёт в одной каюте с мужем почти неделю. За это время они точно поговорят не один раз и даже не два, а много-много раз.  Люк договорился устроить общую тренировку с Джейкерисом. Оба брата привыкли вставать рано, даже здесь они вставали с рассветом. Решив позаниматься без лишних глаз в спокойствии, они нашли место у скал выстланное ровными плитами.  Хорошо позанимавшись и проведя пару дуэлей, братья уселись на камни и наслаждались видом на волны и прохладой ветерка.  – Это конечно не мое дело, но почему ты не поставил метку? Если не хочешь, можешь не отвечать. Просто мы ведь всегда делимся всем друг с другом, и никогда не лжём друг другу. – Спросил Джейс  – Я мог бы, я очень хочу его, но такое чувство, что это было бы неправильно. Мы провели свадьбу здесь, в Красном Замке, но я хотел, чтобы наша первая брачная ночь была в нашем доме, в моей кровати, вернее уже в нашей с ним кровати. И когда он появился в моих покоях, я узнал, что с ним необходимо быть нежным и ласковым, не смотря на всё он омега, которого воспитывали в строгости и думаю не слишком терпеливо. У него сильный характер, но я думаю это из-за того как тут относятся к омегам. Я постараюсь быть терпеливым и мягким с ним, хоть это и будет не просто. Я уверен, что со временем он откроется мне. Я не хочу причинить ему боль. Понимаешь?  – Да уж, брат, влип ты. Но и не из таких приключений выбирались. С твоим добрым сердцем, уверен ты найдешь верный подход.  – Спасибо. – Кстати, ты какой-то другой, как будто что-то хорошее произошло. Я прав? Ааа? – Джейс хитро покосился на брата и пихнул того в плечо.  – Просто хорошо спал. – Люк вернул улыбку брату.  – Ты чего-то не договариваешь. У тебя был приятный сон? Что, прямо в яблочко? Сон про твоего мужа, про твоего красивого и милого мужа? – Джейс рассмеялся, увидев, как Люк отвел глаза.  – Я ничего тебе не расскажу. – Значит, я прав. – Констатировал старший. – Теперь мне очень интересно, что же такого тебе снилось.  – Может поговорим про твои сны с участием Бейлы? – Лукаво начал Люк.  – Ну нет.  – Выдишь, мы, альфы, не станем говорить о своих омегах в таком ключе, к тому же мы собственники. Я могу доверить тебе сохранность моего омеги, но не расскажу даже про сны с его участием. Полагаю, ты того же мнения о Бэйле.  – Правильно полагаешь. Давай последний раунд, у нас нечья 2:2. Пятый – решающий.  Братья поднялись и подняли железные мечи для тренировок. Встав в стойки, они начали свой танец, удары железа эхом разносились по скалам, никто не хотел уступать и проигрывать.  Возвращаясь в замок, они обсуждали прошедший бой.  – Тебе нужно поработать над защитой, ты часто открываешься. – Бросил Джейс.  – Знаю, поэтому ты и победил.  *** Эймонд гулял по саду и увидел, как "братья Стронги" шли вдали с тренировочными мечами и о чем то спорили шутя. Лишь на мгновение Эймонд засмотрелся на Люка, эти сильные руки, как бы хотелось их потрогать. Но он тут же одернул эту мысль из головы, развернулся и направился в противоположном направлении.  Он не хотел видеть этого альфу с утра, да и вообще. Только настроение вечно портит. Может стоит полетать?  Это отличная идея. Полеты всегда помогали отвлечься, пусть и ненадолго.  Они дарили ощущение свободы. Эймонд направился в покои переодеться. Одежда драконьего всадника очень важна, она не даёт замерзнуть и в некоторой степени уберегает от огня, а главное, она удобная. Войти в драконье логово без затруднений у него не вышло. Стражники не хотели его впускать, но он не сдался, и после длинного диалога его наконец-то впустили.  Вхагар встретила его той радостью которую чувствовал только Эймонд. Он чувствовал своего дракона, а она чувствовала его.  Летя сквозь облака, он ощутил влажную прохладу на своем лице, все из-за облаков. Но набрав нужную высоту, лететь над облаками устилавшими все небо было волшебно как впервые раз. Он никогда не устанет любоваться этой красотой.  ***  Королевская Гавань – Что значит Принц Эймонд улетел три часа назад? Как долго он обычно летает?  – Раньше, Королева разрешала ему летать не более двух часов из-за большого количества занятий. Но иногда принц улетал и на пять часов. После таких инцидентов Королева очень злилась. Но он всегда возвращался. Всегда.  – Я понял, подождем ещё пару часов, но если он не вернется, нужно будет отправится его искать.  – Но ваших драконов здесь нет. Как вы собираетесь его искать?  – Полечу с принцем Эйгоном.  – Принца сейчас нет в замке. Он ушёл отдыхать.  – Отдыхать от чего? Он ничего не делает. И куда он направился?  – Эм... – Я задал вопрос. Вы не знаете?  – Принц Эйгон в "Золотой Арфе". – "Золотая Арфа"? – Это публичный дом для знатных господ, и для тех у кого хватит денег. Ухоженные Омеги и Бетты, даже Альфы. В Золотой Арфе исполнят ваши желания и подарят наслаждение. – Я о ней раньше не слышал. – Вдруг раздался голос Деймона. – Отец?  – Он появился около трех лет назад. – Хотелось бы взглянуть на этот дом удовольствия. Что скажешь сын? Найдём моего старшего племянника?  Они надели плащи, чтобы хоть чуть-чуть скрыть себя от посторонних глаз. Конечно, многие поймут, что это были они, но есть шанс, что не все их узнают. Они не питали ложных надежд остаться инкогнито. К тому же считалось, что посещение борделя должно быть постыдным для благородного омеги, но никак уж ни для альф.  Изменой считалась только если омега возляжет с кем-то другим. Альфы в своем праве. По крайней мере, так считало большинство.  Публичный дом "Золотая Арфа" Они прибыли к огромному особняку высотой в три этажа, сделанным из светлого камня с вывиской золотой арфы обрамленной в круг, висевшей над большой дубовой дверью.  Зайдя внутрь господ встретил красивый бета, и спросил чего же желают два господина. Или вернее сказать кого.    Деймон пожелал встретиться с владельцем и его с Люком проводили на третий этаж к самой близкой двери к лестнице. Весь внутренний интерьер радовал глаз, большое количество шелковых штор и железных узоров на дверях, диваны и подушки. Кабинет был более сдержанным чем остальные комнаты которые они успели увидеть.  – Приветствую господа. Мне сказали, что вы хотели видеть владельца. Меня зовут Сигурд Ливейн, приятно с вами познакомиться. Разумеется, я знаю кто Вы, господа.  – Может ваш мажордом смог бы провести экскурсию моему сыну, пока мы с вами обсудим одно дело. Люк наклонился и прошептал так, чтобы владелец не услышал: – Отец зачем мне экскурсия, мне не интересны проститутки и проституты, я хочу только своего мужа.  – Найдешь Эйгона. Я спущусь чуть позже. Хочу кое-что узнать.  Владелец что-то сказал бете, видимо, что бы тот сопроводил Люка.  Он начал спускаться вниз на второй этаж и рассказывать о заведении.  – На втором этаже комнаты для особых гостей. С особыми желаниями. Все ваши фантазии и желания мы воплотим в жизнь. Разумеется в разумных пределах. Никакой излишней жестокости и убийств, а также нельзя никого калечить. Мы заботимся о наших работниках. На первом этаже есть купальня где вы можете помыться. Кого же вы желаете получить? Омегу, бету, может быть вы желаете альфу? Девушку или юношу? По моложе или по старше? Я уверен мы найдем того кого вы захотите.  – Благодарю, но у меня есть любимый муж, другие меня не интересуют. Мы пришли чтобы забрать моего дядю, по совместительству моего Шурина.  – И кого же вы ищите?  – У него серебряные волосы и ему 19 лет. Можно назвать его капризным. Уверен, что здесь не так много постоянных клиентов с серебряными волосами. – Прошу за мной, но если спросят, вы сами нашли дорогу и вломились в комнату. – Разумеется. Приближаясь к комнате, Люк слышал стоны приглушенные портьерами. Входом в комнату служила, скорее, кованная извитая решётка, нежели дверь, прикрытая шторами. Бета поклонился и удалился.  Зайдя в комнату, Люк увидел обнаженное тело дяди, который с удовольствием брал мальчика омегу сзади. Омега был юным и красивым и что-то в нем напомнило Люку Эймонда. Омежка стонал и поддавался назад, пытаясь принести клиенту как можно больше удовольствия. А запах какао заполнил всю комнату. Эйгон повернул голову к вошедшему альфе и хитро улыбнулся. – Эйгон, заканчивай побыстрее, возможно нам понадобится твоя помощь.  – Неужели? Ты что не видишь? Я развлекаюсь и трахаюсь. Может хочешь присоединиться? Этот мышонок очень сладкий, так стонет и радуется члену в дырке, что кончает без рук. В нем так тепло и скользко, так приятно.  – Обойдусь. Долго тебе ещё?  – Что стряслось, дорогой племянник?  – Семейные дела. Мальчик кончил после того как Эйгон вышел из него. Омежка без сил свалился грудью на матрас кровати, оттопырив попку, сведя ножки в коленках и подогнув пальчики ног.  Принц пошлепал его по попке большим членом и улегся на подушки.  – Вот как? Но я хотел чтобы этот мышонок ещё поскакал на мне. Дашь мне минут двадцать? Думаю можешь подождать в кресле если не хочешь присоединяться. Там отличное вино.  – Я лучше скажу отцу где тебя искать.  – Дядя тоже здесь? Какой сюрприз. Давай мышонок, иди сюда и поскачи на мне. – Принц потянул паренька за запястье и посадил на большой альфий член.  Последним что услышал Люк перед тем как уйти, был протяжной сладкий стон.  Виларион как раз подходил к кабинету, как его покинул Деймон.  – Я нашёл его, он на втором этаже, он попросил ещё минут двадцать чтобы закончить.  – Ну, пусть кончит, прежде чем мы его заберём.  Мне даже любопытно стало кого он так трахает.  Отодвинув занавеску, взору Деймона открылась весьма возбуждающая картина. Мальчик неистово скакал на Эйгоне, отдавая тому все силы, и так отчаянно стонал, что  Деймон даже слегка возбудился. Но это была похоть, любовь он испытывал только к своей Рейнире.  Спустя ещё несколько минут Эйгон кончил в мальчонку, а в след за ним и кончил омега. Полежав ещё несколько минут он встал и взяв полотенце пошел ополоснуться. – Мне нужно буквально три минуты. Что же такого случилось, раз вам понадобился я.  – Обсудим это, как прибудем в замок. – Серьезно ответил Люк. – Как мило.  Ну раз вы так вежливо просите "Лорд Стронг", как я могу отказаться.  Люк проглотил это оскорбление, ведь сейчас Эймонд был для него важнее. А Деймон решил не вмешиваться, раз так решил его сын.  *** Где-то над морем Эймонд совсем потерял счёт времени, в небе забываешь обо всём. Он не чувствовал ни жажды, ни голода. И улетев достаточно далеко, он решил совершить привал на каменном островке, где не живет ни единая душа. Он мог бы остаться здесь, но здесь вероятно нечего есть, а укрытием может служить лишь пещера.  Прогулявшись по островку, он нашел небольшой зеленый участок, на котором обнаружил  лишь пару деревьев. Он утолил жажду водой, что взял с собой и направился обратно к Вхагар.  Сидя рядом с драконом он смотрел на волны, что разбиваются о скалы. Эта синяя бездна вызывала некий страх неизвестности, как и его будущая жизнь. Что находится там глубоко под водой? Какие опасности скрывает эти неспокойные воды?  В мыслях вновь всплыл муж, "Лорд Стронг", выходит, если все так и будет продолжаться и после Рейниры на трон сядет Джейкерис, кровь Стронгов будет передаваться с кровью Таргариенов  десятки поколений. И Дрифтмарком тоже будет управлять не Виларион, а Стронг. Получается он не Эймонде Виларион, а Эймонд Стронг? С каждыми умозаключениями он все больше убеждался, что надо перестать думать.  Эймонда не покидали мысли о Люцерисе, он гнал их как мог, но не смог выкинуть из головы его крепкие руки, и длинные пальцы, его широкие плечи и то как Эймонду приходится немного поднимать голову, чтобы заглянуть в глаза. Люцерису ещё и семнадцати нет, а он такой высокий, наверное, он вырастет ещё и Эймонду придется поднимать голову еще выше. Это будет ещё большим унижением. Нет большим унижением будет  понести от него. От этой мысли у Эймонда проступил холодный пот на висках. Эта мысль бешено забилась в его голове и вызывала панику. Рано или поздно ему всё равно придется спать с ним, и он может в любой из этих раз забеременеть, но если они совокупятся в течку, это почти стопроцентная вероятность залететь, этого не случится только если один из них бесплоден.  После этих мыслей ему захотелось разбить свою голову о те же скалы, что разбивают волны.  И сново мысли начали крутится в его голове.  Нет надо гнать их из нее.  Он забрался на самого большого дракона из ныне живущих и взмыл ввысь.   Когда он начал приближаться к Королевской Гавани, увидел, как Солнечный Огонь взлетает. Приблизившись к логову, Вхагар начала спускаться, и Солнечный Огонь тоже пошёл на спуск.  Сойдя с седла, Эймонд увидел, что золотой дракон нёс на себе двух всадников, Эйгона и Люцериса. И он понял, что разговора ему не избежать.