balle, violon et prince aux cheveux noirs.

      День выдался дождливым. Мрачные, серые, местами чёрные, насыщенные тучи заполонили собой всё небо, закрыли яркое солнце и лишили радости тех, кто оказались на улице без зонта, сейчас же пытаясь спрятаться от тяжёлых капель, спастись от влаги и не промокнуть. Правда, находились и желающие пробежаться по начавшим образовываться лужам, желающие пройтись под дождём, словно в фильмах и мюзиклах о влюблённых парах. Такие люди озорно смеялись, проносились среди дворов и скверов, прыгая и обрызгивая очутившихся рядом зевак, в ответ получая крепчайший мат в свой адрес. Впрочем, едва ли это их хоть как-либо беспокоило, как и тех, кто прятались от непогоды, пробегая по улицам и тоже одарая прохожих водой из луж.       К числу скрывавшихся от дождя относился и Поль Верлен, петляющий среди дворов и домов. Он, впрочем, бежал не только от тяжёлых и холодных капель. Он являлся должником одного из местных криминальных авторитетов, имеющего своё огромное влияние и прикрывающегося чистым бизнесом в лице строительной компании. Занятые для развития своего дела деньги возвращались, но крайне медленно, что раздражало главу преступного мира. Ему обещали вернуть всё в сроки, ставили себя под залог, клялись отдать каждый грош в срок, однако ничего подобного не произошло. Поль, будучи на мели и в расходах на свою только открывшуюся фирму, не мог принести нужную сумму, даже её половину. Не столь удивительно, что довольно скоро за ним стали следить, а сегодня решили от него избавиться, выбрав удачный день. Дождь смыл бы лишнюю кровь, да и людей на улицах не так уж и много. По размытой и вязкой земле бежать тяжело, по асфальту — тоже, потому как ботинки скользят, грозят уронить и доставить прямо в руки исполнителям, а жить хочется. Хочется вести бизнес, найти любовь, завести семью и получать стабильный заработок. Хочется жить, как в тех самых романах, где у героя есть и деньги, и уютный дом, и понимающий партнёр, и свободное время. Пока сам Верлен имел лишь немного денег, которые обещали разойтись как заплаченный долг. Вернее, уже вряд ли обещали бы. Видимо, убийство должника привлекало гораздо больше. Пуля в плечо настигла через квартал. Невероятно больно, но нужно двигаться, дабы остаться живым и спастись, дабы во что бы то ни стало прийти к мечте, бередившей разум.       Мужчина сморгнул выступившие от боли слёзы и продолжил бежать. Бежал он долго, петляя и запутывая следы, пока не упал, закрыв глаза от усталости. Плечо вовремя закрыл рукой, не позволяя лишней грязи попасть в рану, а о других частях тела не беспокоился. Волноваться придётся, если его снова найдут. Тогда его жизнь оборвётся, будто лепесток, забираемый у растения ветром и переносимый в далёкую неизвестность, в забытую всеми глушь, именуемую тьмой. Тяжёлые дождевые капли падали на него, заставляя одежду промокать, а тело — дрожать от холода и ощущения прилипшей к коже ткани. Возможно, в области ранения придётся всё срезать. Костюм явно отправится в мусорку.       Верлен тяжело вздохнул и открыл глаза, а затем испуганно вздрогнул и моментально зашипел от боли в плече. Над ним склонился молодой человек с длинными волосами цвета серендибита. В его янтарных глазах плескалось беспокойство.       — Вы ранены? Я могу Вам помочь? — взволнованно поинтересовался незнакомец и осторожно поставил на землю футляр, а у Поля, казалось, сердце пропустило несколько ударов, замерев. Неизвестный обладал тонкими чертами лица, красивой фигурой и удивительно мягким голосом. Он словно сошёл со страниц сказки о чудесном принце, о таком восхитительном, будто облик его создавали сами феи.       — А чем ты мне поможешь, принц? — со смешком выдал блондин и внезапно осознал, как он обратился к парню, что заставило его отвернуться, вновь поморщившись от боли.       — И правда ранены, — пробормотал молодой человек себе под нос и выдохнул, прикусив губу и сумев поднять незнакомца. Он взял свой футляр со скрипкой и отправился вместе с неизвестным, осторожно передвигаясь, дабы не доставить ему боли, однако тот ощущал лишь собственное сердцебиение, резко участившееся явно не из-за дискомфорта в области плеча. Правда, себе не признавался в том, что этот темноволосый ангел с первого взгляда запал ему в душу.       Верлен даже не заметил, как они добрались до убежища, до квартиры парня. Осознав это, он усмехнулся, покачав головой и сразу же направившись в ванную, где его после настиг сам хозяин жилплощади. Его усадили на принесённый стул, а рядом, на раковину, поставили аптечку.       — Говорите, если будет невозможно терпеть боль, пожалуйста, — попросил красавец и стал аккуратно раздевать раненого. Как и ожидалось, в области плеча ткань пришлось разрезать и убирать кусками. Её, не церемонясь, просто бросали в ванну, окрашивая белую поверхность вишнёвыми каплями, которыми пропитался сам материал. От янтарных глаз не ускользнуло чужое тело. Красивое, подтянутое, спортивное. Взгляд невольно остановился на уровне груди, что не скрылось от её обладателя.       — Я бы кое-что показал тебе, принц, но мне больно это делать. Потом как-нибудь, — выдал мужчина и усмехнулся, заметив выступивший на чужих щеках румянец.       — Не принц, а Артюр Рембо, — наконец-то представился молодой человек, вводя в плечо анальгетик и выбрасывая использованный только что шприц.  Обработав иглу и вставив в неё нить, проверил конструкцию и продел её в кожу, а Поль улыбнулся, смакуя имя парня на вкус. Красивое, слегка рычащее и вместе с тем нежное, изящное. Хотелось чаще и чаще произносить его, пробуя на языке и получая странное удовольствие.       — Значит, Артюр. Рад познакомиться с таким очаровательным созданием. Я Поль Верлен, — ответил раненый и тут же прошипел от болезненных ощущений, когда сделали один стежок, собирая кожу и плоть в единое целое. Пуля прошла сквозь, так что доставать ничего не пришлось, что уже шло плюсом. Как минимум терпеть придётся не столь долго, да и введённый препарат постепенно начинал действовать, пока Рембо крайне аккуратно возился с чужим плечом, испытывая некоторую неловкость, но упорно сосредотачиваясь на фронте работ перед ним. Наконец, всё завершив, он выбросил инструменты и выдохнул, обеспокоенно воззрившись на того, кого затащил к себе в квартиру.       — Кто же Вас так? — поинтересовался он у блондина и поправил собственные волосы, старательно отводя взгляд от обнажённой груди сидевшего перед ним. У него это даже удалось, посему он стал смотреть тому прямо в глаза, утопая в этих голубых омутах, но внимательно слушая и наблюдая.       — Да так, за долги. Откровенно говоря, сам виноват. Надо было возвращать всё в срок, — признался Верлен и поднялся с места, собравшись было уйти, одевшись по дороге, однако остановился, удивившись, ведь его собственное предложение сейчас озвучил другой человек.       — Останьтесь, пока рана не заживёт окончательно. К тому времени, полагаю, Вас перестанут искать, — выдал Артюр и кивнул, убрав всё в ванной и покинув её. Он прошёл в кухню, где разогрел еду, пригласив гостя к столу, а сам отправился в гостиную, взявшись за скрипку и начав играть. Поль, не привыкший к такому, оказался приятно удивлён. Он ел под звуки классики, под прекрасное пение скрипки, извлекаемое её обладателем. Он не знал, что именно звучало, но мог с уверенностью сказать — это великолепно. Ни единой фальшивой ноты, исключительная плавность и удивительное мастерство. Везде чувствовался профессионализм. Мужчина пообещал себе, что купит этому принцу новый инструмент сразу после того, как поднимется в бизнесе.       Поев, он убрал всё в раковину, а сам вышел в гостиную и здоровой рукой похлопал себя по бедру, тем самым аплодируя.       — Сыграй ещё, — попросил он Рембо, а тот лишь застенчиво кивнул, мягко улыбнувшись. Руки его ловко перехватили инструмент и смычок. Чудесная музыка вновь разлилась по комнате, очаровывая присутствующих.       И это превосходное пение скрипки звучало каждый день, отражаясь от стен комнаты. Каждый день, возвращаясь с занятий, Артюр играл для Поля, следя за его раной, а тот зачарованно слушал и иногда, если получалось узнать произведение, подпевал своим бархатным и чистым голосом, раз за разом изумляя молодого музыканта. Их сочетание выходило гармоничным, правильным и желанным. Не столь удивительно, что достаточно скоро случился их первый поцелуй, а ещё через некоторое начался роман. Рембо оказался прав: к окончании реабилитации Верлена уже никто не искал. Видимо, результатом удовлетворились, позволяя с облегчением выдохнуть и вступить в  новую жизнь. Даже бизнес пошёл в гору, и мужчина, как и обещал, приобрёл своему милому скрипку, обрадовав его. Всё действительно налаживалось.       — Так как вы познакомились? — компания сидела в кухне, выпивая вино и болтая обо всём, пока сей вопрос от общего друга не разрезал их беседу.       — Мы? — Поль взглянул за своего темноволосого ангела и приобнял его за плечи, улыбнувшись. — Это долгая история. Готов услышать?