Кроличья лапка

Голос тихий, уверенный. Слова еле слышны и совершенно непонятны. Звуки со временем обретают ритм, меняют тональность. Песня дикая, связывающая наполняет пространство. Тело движется внутри очерченного дурным порошком круга. Движения медленные, плавные. Они чётко выверены. Повороты, шаги, взмахи запястий. Поток воздуха следует за телом с радостью, бережно обдувает бледное лицо, касается чёрных кудрей, подталкивает одежду, сдувает поближе к очерченной границе листья боярышника и лепестки ромашки, разносит по комнате ароматы трав и жгучих специй. Мари песню не поёт, мурлычет. Она расслаблена. В её костях и мышцах нет и капли напряжения. Она уверена в том, что делает. Несмотря на то, что всё происходящее является экспериментом. Тонкие пальцы оглаживают драгоценные камни и минералы, зажатые в ладонях. Они нежны и ненавязчивы. Насильно не удерживают. Легко отпускают. Камни падают на пол мраморный и их звон лишь мелодию песни обогащает, наполняет. Мари танцует, ведёт за собой удачу. Она не держит её «за хвост», ей этого и не нужно. Удача сама в её ладони прыгает, сама, движимая намерениями своей носительницы, сквозь пальцы туманом распыляется в разные стороны и собой укутывает. Фигурка тонкая в кругу перемещается всё стремительнее. Ступни уже по полу не скользят, а мягко прыгают на свободные от упавших драгоценностей участки. Ладони пусты. Звуки стихли. Мари замерла в центре. Её глаза прикрыты, голова запрокинута, руки вытянуты вверх, кулаки сжаты. Всё замерло. Время жертвы. Ей бы пальцы резать, да окропить всё кровью. Вот только нет больше живительной жидкости в теле. Мари – статуя мраморная. Она состоит из алмазной крошки. Кулаки сжимаются сильнее. Сияющее крошево легко срывается вниз, осыпает лицо, падает на пол. Магия гудит. Лианами дикими тело обвивает, оглаживает жадно, ждёт, а затем отпускает. Радужки ониксовые сквозь полуприкрытые веки выглядывают, осматривают стёртые подушечки пальцев, наблюдают, как те медленно восстанавливаются. Мари довольно потягивается, руки расслабляет, опускает их вниз. Дышит размеренно. Это даже забавно. Не торопиться. Изабелла чувствует взгляды наблюдателей нетерпеливые, их желание заговорить, начать двигаться. Девушка намеренно растягивает процесс. Коты лишь фырчат довольно за пределами круга, счастливо мурлычат, нахально трутся о ноги, оставляя призрачные шерстинки на чёрных брюках и плащах. Свон смотрит под ноги. Внимательно разглядывает получившуюся композицию. Краем сознания отмечает какие минералы и камни остались целыми и как они лежат. Взглядом фиксирует каждые трещинки, сколы и царапины на гранях драгоценностей. Хмурится. В будущее заглянуть невозможно, не имея дара предвидения. Вот только дитя удачи вполне способно посмотреть, насколько удачно события разовьются. Многое учесть нужно. Силу влияния чужих даров и намерений. Её возможности. Мари везение толчками мягкими, материнскими в сторону будущего направляет. Никаких потерь. Всё пройдёт гладко. Нет убитых, нет раненых. Репутация не будет задета. Но…никаких пополнений, никакой пользы для клана. Ничего полезного. Что ж. Пусть будет так. Результат её устраивает. Он допустим. Магия, в воздухе разлитая вспышкой своей исход подтверждает. Путь построен. Ветерок тёплый по комнате проносится и за пределы замка вылетает. Мари к границе подходит задумчивая. Её пальцы в волосах запутались, кудри легонько потряхивают, крошку каменную из них выбивают. Ступня бледная ловко круг разрывает, окончательно ритуал завершая. Взгляд чёрный фиксируется на возбуждённо замерших наблюдателях. Бенджамин, сидящий на корточках с самого начала, всё ещё не отрывал глаз от рассыпанных камней, чутко внюхивался в смешавшиеся ароматы трав, специй и магии. Он впитывал в себя остатки, разлитые в пространстве, с каждым вздохом поглощал волшебство. Алек замер у стены, опираясь о неё, сложив свои руки на груди, напряжённо сжав предплечья. Он впервые ощущал присутствие чего-то необъяснимого. И конечно же Аро. Он был ближе всего к кругу. Следил за происходящим внимательно, застыв с соединёнными между собой и приложенными к губам ладонями. Багровые радужки моментально нашли ониксовые. Аро протянул руку. – Позволишь мне ознакомиться? – это было в некотором смысле милым, то, как вампир стремился не только узнать и понять, что произошло, но и увидеть глазами знающего, прочувствовать, впитать и осознать происходящее. Тонкая ладонь с готовностью опустилась на протянутую руку. Соболиные брови нахмурились. Слегка. Голова лишь немного отклонилась в сторону, позволив волосам скользнуть по затянутому в пиджак плечу. Алек за спиной своего Мастера выпрямился. – Что ж, ничего не поделаешь… – голос тихий, шелестящий. Мужчина кинул последний взгляд на место ритуала, оставил легкий благодарный поцелуй на тыльной стороне удерживаемой женской ладони и отступил, твёрдым шагом выходя из комнаты. Мари знала, что Аро не будет доволен результатом. Он надеялся на иной исход. Вот только поделать ничего не мог. Да и не смог бы как-либо изменить сложившиеся обстоятельства. Как проводящая ритуал, Изабелла решала, что и как. Она могла бы пожелать чуть больше успеха в поиске «новых рекрутов» для отправляющихся на миссию гвардейцев. Она могла бы насильно изменить положение камней, вмешавшись случайностями и везением в Судьбу. Она могла бы. Вот только Мари так глубоко не вмешивается. Она не хочет. Не считает правильным. Она знает, чувствует. Смерть, Судьба и Магия, а также Жизнь – рядом. Она не хочет проверять границы терпения и благосклонности столь древних и значимых сил. Мари даром пользуется. Было бы кощунством и неуважением с её стороны игнорировать собственные способности. Мари желает и благословляет, отбирает и проклинает. Она уже направила удачу по пути её соклановцев. Ритуал лишь показал, как именно подействовали её напутствия. Они были успешными. Она приложила сил достаточно для удачного выполнения миссии. Аро хотел большего. Изабелла устало выдохнула, перевела лукавый взгляд на стихийника. – Не окажешь ли мне честь? – лёгкий поклон, выставленная в направлении круга девичья рука, тонкая улыбка на устах. Бенджамин резво подорвался к границе. Его лицо замерло в напряжении, пока ладони чертили понятные лишь магу символы. Камни, разбросанные травы, земля, всё это постепенно распадалось на более мелкие песчинки, неторопливо поднималось в воздух, кружа в подобии торнадо, а затем, сопровождаясь резким взмахом кистей, вылетело за пределы комнаты и замка. – Вау, – египтянин глубоко дышал, ощущая небывалую эйфорию в теле после поглощения впитанной в ритуальные инструменты магии. Мари тихонько посмеивалась над магом, легко похлопала того по плечу, проходя мимо и направляясь на выход. Девушка направилась в сторону библиотеки, надеясь пересечься там с Маркусом и обсудить удачно прошедший эксперимент. Частицы тела смогли заменить кровь в качестве ингредиента-подношения, ингредиента-жертвы. Коты настырно следовали чуть впереди, ловко путаясь под ногами. Мари смотрела на них с улыбкой, привычно уворачиваясь от особо игривых. Библиотека встретила привычным ароматом кожи, бумаги и чернил, а также ароматических палочек, благоухающих цитрусами, что принёс заботливый и понимающий Маркус. Мари направилась вглубь комнаты, следую за звуком шелестящих страниц. Сангиновый встретился с чёрным. Маркус приветственно склонил голову, привычно ладонью приглашая присесть напротив. Книга была отложена, внимание полностью переключилось на удобно устроившуюся в кресле девушку. – У меня две новости. Первая, всё прошло наилучшим образом, – тонкая тёплая улыбка скользнула по мужским губам, глаза безмолвно попросили продолжить, – Вторая…есть вероятность, что Аро будет крайне ворчлив и недоволен в ближайшее время. Плечи, затянутые в тёмно-синий шёлк рубашки, напряглись. – И эта вероятность…? – Стопроцентная. Обречённый вздох сорвался с губ Маркуса, пока одна из его ладоней в смирении прикрыла глаза. – Нас ждут тёмные времена. Тихий девичий смех мягко укутал пару. Мари искренне наслаждалась происходящим. ______________________________ Wabi-Sabi (японский) – по поводу этой японской концепции говорили уже очень много. Ближе всего к оригиналу его можно перевести как «способ жизни, сфокусированный на поиске красоты в несовершенстве жизни, а также полное принятие естественного цикла роста и распада». Дурной порошок (Goofer Dust): стандартное колдовское средство, чаще всего это земля с могилы в сочетании с другими компонентами, выбираемыми в зависимости от того, для чего данный порошок будет использован. Вторым основным компонентом порошка служат высушенные головы змей или ящериц, часто добавляют соль и перец, особенно, если порошок используют для защиты, а не для нападения. Боярышник: веками используется в ритуалах защиты и очищения. Для римлян боярышник символизировал брак, они также помещали его в кроватки младенцев для защиты от злых духов. Греки верили, что боярышник приносит удачу, а вот в Европе придерживались противоположного мнения, возможно считая, что венок Христа был сделан из боярышника. На Британских островах существует поверье, что в месте, где растут дуб, ясень и боярышник, можно встретить фей. Ромашка: используется для защиты от зла или снятия проклятья; ромашка — слабый, но все же необходимый ингредиент в различных ритуалах любви и процветания. Из-за своих успокаивающих и концентрирующих свойств часто используется для подготовки души и тела к магии.