Weave Ourselves in a Circle | Сплетёмся в Круг

      Стайлз не понимал своего детства, пока ему не исполнилось восемнадцать лет. Лучше всего он мог описать это так: иногда его мозг переключался в другой режим. Его мысли становились старше и страшнее. Они, казалось, ссылались на воспоминания и переживания, к которым он не имел отношения. Когда мысли приходили в норму, то у него не получалось дать внятных объяснений своим странным поступкам. Возможно, большинство людей испугались бы такого рода явлений, но он быстро научился доверять им. Однако когда странные мысли уходили, возвращая его в настоящее, оно рисовалось в лучшем виде. Не исключено, что его жизнью руководила какая-то благосклонная рука, а может быть, это было последствия появления искры.       Он никому не рассказывал об этом, пока Питер не догадался, и любезно выложил информацию после окончания средней школы.

***

      Стайлз, Дэнни и Лидия находились на пол пути от дома, когда изо рта банши вырвался крик. Водитель джипа поспешил выехать на обочину, после чего обхватил руки Лидии своими.       — Кто на этот раз? — спросил он, надеясь вопреки всему беда обойдёт близких.       — Айзек, Айзек. Это Айзек, и это ещё не конец. Я до сих пор слышу их смех. — Лидия предприняла бессмысленную попытку заглушить звуки, которые предназначались лишь для её ушей.       Стайлз обнимал девушку, пытаясь успокоить, а когда её состояние начало приходить в норму, то осторожно посадил на заднее сиденье, чтобы Дэнни оказал знаки поддержки.       Последние пару месяцев были просто адскими. Прошли лишь две недели с того дня, когда они одержали победу над ногицунэ, но спокойные дни им могли только снится. Кейт Арджент вернулась в облике синего оборотня и объединилась со своим отцом, исполняя в действия свой план по истреблению всех оборотней в Бейкон-Хиллз и их союзников. После двух месяцев борьбы стая все еще не имела представления, почему менее принципиальные члены семьи Арджент ополчились на них. Стайлз начинал подозревать, что ответ крылся в безумном сочетании мести и слепой лицемерной ненависти.       К сожалению, Охотники одерживали вверх. Криса Арджента настигла смерть в первую же неделю, когда он спасал Дерека. Малия стала следующей жертвой, спустя три дня. Но несмотря на все потери, им удалось нанести удар и противостоять какое-то время. Однако они неуклонно теряли позиции, и теперь Айзек был мертв. Им нужно было больше времени. Но как сражаться в битве, сути которой ты не понимаешь? Стайлз даже не знал, что Айзека взяли в плен, пока крики Лидии не оповестили об этом.       — Я думаю, нам стоит попробовать то заклинание. — объявил Стайлз.       Дэнни неодобрительно хмыкнул. Он нехотя присоединился к борьбе после того, как Ардженты дали понять, что любой, кто хоть как-то связан с оборотнями, теперь в их чёрном списке. Но сверхъестественное всё ещё заставляло его нервничать.       — Ты уверен, что оно сработает? — спросил Дэнни.       — Абсолютно нет, — ответил Стайлз. — Но я точно знаю, что если мы ничего не сделаем, Айзек так и останется мёртвым.       Он снова выехал на дорогу, мысленно проверяя, есть ли у него дома всё необходимое для ритуала. Останавливаться у Диттона очень не хотелось — ветеринар не то чтобы «разрешил» ему взять книгу с заклинанием для путешествий во времени. В книге, которую он ему вручил в заглавие смутно об этом упоминалось. Стайлз счёл это веской причиной, чтобы стащить из книги нужную страницу с подробной инструкцией ритуала.       Заклинание было написано на старочешском языке. Стайлз и Лидия сделали все возможное, чтобы перевести его, опираясь на скудные познания Стайлзом польского языка и Гугла переводчика. Они были почти уверены, что разобрались в принципе работы. Вот только описание возможных последствий оставалось туманным — в лучшем случае.       — Если мы не придумаем гениальный план в ближайшие десять минут — я разношу полдома этим заклинанием. Но Айзека верну.— твёрдо сказал Стайлз.       — Хорошо, — согласилась Лидия. — Если мы собираемся попробовать заклинание, мы должны сделать это как можно скорее, чтобы у путешественников было достаточно времени всё исправить.       По их предположениям, заклинание создавало двадцатичетырехчасовую временную петлю для двух людей внутри магического круга. Если бы ситуация не была настолько критичной, Стайлз, наверное, ликовал бы от перспективы испытать собственный «День сурка».       — Хорошо, но оставьте меня за пределами круга, — неохотно сказал Дэнни. Стайлз с готовностью принял его ответ. Лидия в любом случае казалась ему более полезной спутницей в путешествии во времени.       Добравшись до дома, все трое быстро поднялись в комнату Стайлза. Дэнни распечатал слова ритуала крупным шрифтом, чтобы Стайлзу и Лидии не пришлось заучивать свои реплики наизусть. Пока Стайлз собирал необходимые ингредиенты, Лидия зашла в ванную — умыться и окончательно прийти в себя.       Потребовалось меньше получаса, чтобы все было готово. Стайлз нараспев читал свою часть заклинания, рисуя круг из рябины. Лидия в то же время чертила кровью, добровольно предоставленную, с помощью палочки, вырезанной вручную из коры дерева Неметона. На корпусе палочки были выгравированы символы, обозначающих время, а также двадцать три насечки, делившие её на двадцать четыре равных сегмента. Закончив вырисовывать пентаграмму, Лидия уверенным голосом произнесла свою часть ритуала, опуская палочку в серебряную чашу с речной водой. Стилз поднял её — и почувствовал, как комната начала расплываться у него перед глазами.       Моргнув, и снова открывая глаза, Стайлз оказался в неожиданном для себя месте. Комнаты больше не было. Он обнаружил, что сидит в кругу на ковре в классе, который был ему смутно знаком. Миссис Нельсон, воспитательница его детского сада, читала книгу о диких животных Северной Америки. Стайлз огляделся, узнав большинство детей из группы. Он словно находился в уменьшенной копии себя. В попытках привлечь внимание юной Лидии, он переместился со своего места. По крайней мере, они были здесь вместе.       — Гжегож, сиди спокойно, пожалуйста, — сказал учитель. Стайлз подавил всплеск эмоций при упоминании своего имени. Взглядом, которым его одарила Лидия читалось превосходство, но решив, что он его недостоин, снова обратила своё внимание на миссис Нельсон. Стайлз был в замешательстве. Разве они не должны были попытаться выяснить, что происходит? Вряд ли повторение единственного дня в детском саду будет очень полезно для победы над Арджентами. Он пытался обдумать возможные решения, пока не закончился рассказ.       — Хорошо, класс, — сказал учитель, возвращая его внимание к уроку. — Давайте пройдем по кругу, и каждый сможет назвать свое любимое животное.       Большинство детей ограничивались предсказуемыми ответами, такие как кошка, собака или лошадь.       Когда настала его очередь, Стайлз уверенно ответил: «Canis Lupus». Он всегда недолюбливал миссис Нельсон за ее отказ использовать выбранное им имя и частые настойчивые просьбы сидеть смирно. Несколько человек в классе захихикали, кроме одной девочки в середине круга, которая выглядела заинтересованной. Стайлз не помнил ее имени. Учительница выглядела слегка раздраженной, но не оспаривала его ответ.       Наконец очередь дошла до незнакомой девочки, и она повторила тоже самое, что сказал Стайлз. На этот раз миссис Нельсон решила действовать.       — Кора, ты знаешь значение слова «Canis Lupus?» — спросила она слащавым голосом.       — Это волк, — ответила девочка. Должно быть, это Кора Хейл, подумал Стайлз. После пожара в доме Хейлов школа организовала собрание для учеников, чтобы они могли проконсультироваться со специалистами, которые помогали скорбящим. Вероятно, она училась с ним в одном классе, но он об этом не помнил.       После того, как название последнего любимого животного было произнесено, прозвенел звонок, и все бросились на перемену. Стайлз решил подойти к Лидии, но Кора остановила его.       — Мне нравится, что ты знаешь латинское слово «волк», — сказала она с энтузиазмом, который, вероятно, поспособствовал их долгой дружбе, если бы они до сих пор находились в детском саду.       — Волки — это круто, — ответил он, повторяя мысли юношеской версии себя. Лидия смотрела на них с заинтересованным выражением лица, поэтому он решил развивать диалог дальше. — А вы знали, что волки могут пробежать 20-30 миль за день?       Лидия подошла ближе и добавила.       — Волки живут стаями.       Кора кивнула в знак признания этих фактов.       — У меня дома есть книга о волках, — сказала Кора.       — Я взяла книгу о волках в библиотеке в прошлом месяце, — слегка надменный тон, которым Лидия дала ответ, казался комичным для маленького ребенка, но Кора ничего не заметила. Стайлз задался вопросом, не пытается ли Лидия общаться каким-то кодом. Если так, то он его не понимал. Обе девушки посмотрели на него, видимо, настала его очередь добавлять случайный факт о волках.       — Альфа ест первым. — Он неловко засунул руки в карманы и нащупал магическую палочку. Проведя по ней рукой, он обнаружил, что текстура на одном из концов изменилась, и вытащил её из кармана как раз в тот момент, когда начался дождь. Первые капли обрушились на него, и падали на древко палочки, он пытался сморгнуть их и обнаружил себя в своей комнате, услышав крики Лидии.