Мечта

∆∆∆

      — Я хочу домой…- молвит девочка двенадцати лет, сжимая от волнения ленту, вплетенную в тугую косичку. Она волновалась, была напугана, но создания успокаивали её своей аурой. — Поверь нам, дитя, тебе невероятно повезло, ты… ты фактически стала божеством.- Убеждает её бархатный голос, который принадлежит подобию человека. По крайней мере так кажется на первый взгляд. — Но…- девочка запинается, волнуясь, кажется на глазах вот-вот появятся слёзы.- Я не знаю что это такое, я хочу к маме и папе… — Их больше нет.- Резко врывается в диалог чужой голос. От чего и без того бледное лицо девочки, казалось, стало ещё бледнее. — Здесь. Их больше нет здесь, — поправляет тот, кто говорил с ней изначально, даже немного с раздражением. Он поправляет свои белоснежные волосы, убирая чёлку назад, с губ не сходит эта натянутая, точно фальшивая, улыбка.- Они сейчас в другом месте. Поверь мне, ты вернёшься к ним. В будущем. — Но я хочу сейчас.- Голос дрожит, желание звучит чётко и, не смотря на свой возраст, девочка готова отстоять его. Даже перед такими высшими созданиями как они. — Анаэль, не будь совсем маленьким ребёнком. Ты ведь выше этого, разве нет?       Детские губки становятся ещё меньше, сжимаясь в тонкую полоску от обиды, что она не может получить то, что хочет. — Я хочу к родителям.

∆∆∆

Мужчина перешептывается с девушкой, своей ассистенткой, прежде чем подойти и сесть за стол напротив маленькой девочки двенадцати лет. Он улыбается. Она уже видела эту улыбку. До боли в груди вспоминая эти одинаковые улыбки, она отводит от него взгляд. Теребя в дрожащих руках блокнот, что остался у неё после того, как их забрали, она пыталась успокоиться. Она надеялась что это кошмар, от которого она вскоре проснётся и начнётся обычный, ничем не отличающийся от других, день. — Деточка…- Так слащаво и фальшиво неприятно звучит от мужчины, что она зажмуривается, надеясь на то, что он не увидит её и потеряет интерес.- Нет, нет, ты должна послушать… Ты умнее своих сестёр, разве нет? Ты ведь всё прекрасно понимаешь. Он будто мурлыкал слова, что с силой били по чувствам девочки. — Я знаю. Я знаю, что никого больше нет, кроме нас, троих, — она дрожит проговаривая это.- Зачем мы вам? Причем такие… разные? — Умная девочка.- Он фальшиво кашляет, делая вид что прочищает горло. Она замечает что его взгляд скользит по бумагам, по готовому тексту. «Он так плохо подготовился?» мелькает в мыслях.- Ты знаешь даже больше, чем положено. Не удивительно, с твоими то способностями. Но большая часть тебе всё же не известна. Она осматривает его, избегая зрительного контакта. «Хуже его фальшивых эмоций, только его стеклянные, идеальные глаза.». Она кусает губы, отводя взгляд в мягкие белые стены, «прямо как в психушке. А может, — думается ей, — я и так в психушке?». Она снова смотрит на мужчину, пытаясь сквозь свои мысли сосредоточиться на его болтовне. Но, болтовня настолько монотонная и про что-то не значимое для неё самой, что она перестаёт его слышать. «Отличная способность,» — вздыхает она, смотря в кристально чистый пол. Мужчина наконец понимает, что его не слушают. Он ударяет о стол, надеясь лишь привлечь внимание, но это не помогает. — Эта её способность к ограждению.- С недовольством в голосе проговаривает он, хотя на лице всё та же улыбка.- Маленькая… — Сэр, не теряйте образ.- Напоминает ассистентка. Он вздыхает, безуспешно пытаясь привлечь её внимание. — Нанна. Нанна! Я с тобой разговариваю!

∆∆∆

Детский плач, словно острие ножа, разрезает гробовую тишину помещения. — Заткнись! — наперерез детскому слышится грубый мужской голос, по нему ясно что носитель уже выходит из себя. — С-сэр, стекло из Нельсиума…- запинаясь проговаривает его помощник. На пару секунд мужчина замолкает, будто робот, отключая раздражение и остальные эмоции, он оценивает разбитое стекло, что разделяло две комнаты. Словно измеряя, его взгляд прошёлся по раме, затем по осколкам и, наконец, он посмотрел на девочку двенадцати лет, из-за крика которой это и случилось. — Ну конечно.- Тут, в конце концов на его лице вновь появилась эмоция, опять недовольство.- Дали нам смешанную от Низшей и Обычного. Ну почему нам, а? — Сэр, мы так и не успокоили…- помощник поправил свои темные кудряшки, спавшие на очки, сжимая планшетку с бумагами, он уже боялся говорить о каких-либо оплошностях, хоть и лицо его оставалось безразличным. — Я хочу домой! — Вновь слышится детский плач, следом что-то падает и доносится недовольное ворчание девушки, что видимо пыталась дать что-то ребёнку. Не удалось. — Ур…- Мужчину прерывают, точнее, стараются безопасно для здоровья остановить. На что он недовольно бурчит.- Не лезь. Я знаю что делаю. — Сэр, вы же знаете… ну… нельзя применять… — И без тебя разберусь! — Уже чуть ли не рычит главный. Он, глубоко вздыхая, обезличивает эмоции и появляется ничем не примечательная, похожая на остальные, натянутая улыбка. Спокойно подойдя к девочке, он показывает ей свободные руки, присаживается, не отрывая пят, и заглядывает ей в глаза. — Всё хорошо. Перестань плакать, ладно? Мы же уже пытались тебе объяснить…- Мужчина излучает приятную ауру, которая на немного, но помогает укротить истерику девочки. Она всхлипывает, сжимая игрушку, которая единственное, что осталось с ней от её дома. Судорожно вздыхая она пытается успокоиться, не потому что сама этого хочет, но, почему-то она думает что так надо и даже затихает. Редкие всхлипы и тихое нытьё, вот что остаётся от её истерики. Это не может не радовать, помощник, оставаясь рядом, фиксирует время и её состояние на планшетке, отправляя данные, кому-то выше. — Вот так, хорошо.- Главный оглядывается на помощника, глаза его стали тускнее, да и улыбка уже была не такая видимая. Будто заряд всего его состояния садился, а это действие забрало лишь больше сил. Он молча, только указывая, не более, спрашивает и его понимают. Ему отвечают кивком, показывают на бумаги. В голове проскакивает, что они могли давно заменить эту дурацкую бумагу на технику. Проскакивает и мысль, что вся эта затея это полный идиотизм и Мэйны поступили крайне тупо. Но кто он такой чтобы судить. Никто. Так же, как эта девочка, которая всего лишь хотела к родителям. На секунду он думает, как было бы хорошо закончить всё это. Но лишь на секунду. Он вздыхает и возвращается к девочке. — Ещё раз, как говоришь тебя зовут? Вайнэрнона? Красивое имя. Можешь звать меня по номеру 55. Ребёнок вздрагивает из-за очередного всхлипа. — Я хочу домой…

∆∆∆

Огромный, будто хрустальный, зал очерчивает приятный свет. В его одиночестве шаги, зашедшей группы, звучат ещё печальнее. Ведущая группу женщина, с утонченными чертами лица, с улыбкой, не переставая, рассказывает что ждёт всех учеников группы. — То, насколько хорошо вы себя покажете во время обучения, поспособствует тому, куда вы отправитесь. Как вы знаете, наш народ не терпит беспорядка. Внезапно из толпы слышится вопрос: — Поэтому наши главари отделили нас от двух гниющих отбросов? Женщина улыбается, хотя в голосе проскальзывает лёгкое раздражение. — Не «наши главари», а многоуважаемые Мэйны. Не гниющих отбросов, а, просто, менее развитых. И, что вы, деление было всегда. Но оно было общедоступным, создания всегда могли спокойно переходить. Мэйны лишь создали порядок, поставив всё на свои места. Иначе бы общий мир погрузился в хаос. — Зато теперь то стало лучше! С этими тремя д- Женщина резко перебивает, возмущенная такой наглостью, даже её лицо выражает лёгкое недовольство, которое она всё же может себе позволить: — Кто это у нас такой умный вообще? Кому не нравится? Кто пошёл в эту школу, при этом так возмущаясь нашей системой? Абсолютная тишина гарантировала, что хотя бы на несколько минут она может спокойно продолжить рассказ. Она глубоко вздыхает, собираясь с мыслями, возвращаясь к материалу, который рассказывала. Наперерез её рассказу, в толпе всё же слышится недовольство: — Гнилая система разделения. Они просто отняли у большей части народа то, что важно для них. — Какая разница? Это было 10 лет назад.- Тихо возмущается его болтовне девушка.- Сейчас нам главное завершить эту часть обучения и мы отправимся на этап выше. — Этап выше… Ты хочешь увидеть тех троих, которых держат Мэйны? Девушка поправляет свои светлые пряди. — Ну… не думаю что такие как мы, доберёмся до таких как они. — «Таких».- Бурчит парень, его белоснежная челка падает, прикрывая глаз, из-за чего он мотает головой, чтобы всё видеть.- Именно из-за этого система такая гнилая. Это разделение лишь усугубило положение. Женщина заканчивает рассказ, сохраняя на лице рабочую улыбку. Всех, кроме одного парня, это устраивало. Всех, кроме того, кто знал, что эта система нанесла больше вреда, чем пользы. Но это было тогда. Тогда, десять лет назад. Тогда Мэйны, высшие создания решили что три мира надо разделить и для поддержания этого деления были избраны три смешанные девушки. Их силы были использованы как питание для защиты и сохранения разделения. Их было трое. Хоть они и не хотели этого. Они не хотели становиться этим центром. Они не хотели терять семьи, дома. Но власть решила иначе, истребив всех, кто был «не по своей нации». Белобрысый парень снова фыркает из-за своих же мыслей. — Вопиющая несправедливость.