The Honey/Hany

Чхве Тэхён – студент второго курса архитектурного факультета Сеульского Национального. Краш своего курса, лучший аспирант на потоке, староста группы. В общем звездун во всем. Толпы девчонок, ну и небольшое скопление парней, чего греха таить то, вилось свитой за ним, да вот только «перст судьбы» или каприз ткнул в невинного, совершенно обычного и застенчивого Хан Джисона. Вот ему бы, тому самому выбору, пасть на сантиметров двадцать в любую другую сторону от бедного парня, но нет же! Сука-судьба вздумала преподать свой урок ничего не подозревающему Джи. Открытый, доверчивый юноша, не чего особого из себя не представляющий и вот, в одно «прекрасное» мгновение становится главной обсуждаемой новостью факультета музыки, да и всего кампуса. Тэхён просто не давал парню проходу и своих дружков подсылал следить за передвижениями Хана. Заваливал мелкими подарками-безделушками, на переменах комплиментами, а в столовке вскусняшками. Через неделю таких настойчивых ухаживаний Джисон сдался и было объявлено о новой паре. На Сони иногда сыпались угрозы по расправе, но он их игнорил, полагаясь на защиту верных псов-друганов своего парня. До Чхве у Джисона не было вообще никого в романтическом плане, но в своих пристрастиях парень определился ещё в средней школе, когда наступил пубертат. Был лучший друг детства с такой же ориентацией, но на нем же не будешь практиковать страстные объятия и поцелуи, ну по крайней мере часто, для оттачивания навыков так скажем, а пара чмоков не в счет. Таким образом Дражайший, его светлость, Тэхён стал активным коучером дел любовных для Джисона. Но нужно отдать должное Хану, он долго смог сохранить свою невинность – 2 недели поцелуйно-лапательную и почти 1,5 месяца сексуально-постельную. Спустя полгода эйфория разлетелась на мелкие осколочки, изрезавшие душу Джи в клочья. Родители Тэхёна были тоже публичными личностями в индустрии развлечений и частенько прибывали за пределами Сеула. Вот и в ту роковую ночь их не было дома. Отпрыск устроил, как обычно, «алкомарафон» на языке Джисона, улётную вечеринку. Употребив половину родительского бара, а он поверьте был весьма внушительных размеров, и ужравшись до беспамятства, молодёжь большей своей частью валилась спать где попало, а сам Джисон, не употреблявший даже легкого шампанского, отправился в комнату молодого хозяина еще в самом разгаре «убойно-упойной» вечеринки. Занял себя просмотром аниме на ноутбуке своего бойфренда. Когда просмотр наскучил, чёрт, или что похуже, дернул Хана просмотреть содержимое жесткого диска злосчастного гаджета. Там обнаружилась совершенно на первый, да и на второй, и третий, взгляд невинная папка с надписью «Трофеи». Но вот содержимое этой папочки было отнюдь не с фото с охоты на дичь где-нибудь в предгорных заповедниках или сафари (почему бы и нет, с их деньгами). Имена и фамилии девушек и парней, к каждому прикреплены файлы с откровенными фото, а у некоторых даже видео. Так же порядковые номера и даты, видимо сроки отношений, так как везде не больше сраных полугода. Был файл и с его именем, но не последним в этом страшном списке, а предпоследним и дата по завершению отношений стаяла – конец этого месяца. Джисон с ужасом смотрел на фото где был он, а видео (было видно, что снято на скрытую камеру) в моменты их страсти просто буквально убило парня и размазало по этому самому ноутбуку. Он быстро скинул эту грязную папку себе на мобильник и удалил всё к чертям собачьим. Сейчас внутри было пусто, душа как будто онемела, сердце остановилось на неопределенный срок, чтоб немного передохнуть перед тяжёлым марафоном, мозг лишь выполнял свою функцию, как хирург на операции. А через полчаса, по пути домой, всё накрыло с такой силой, что ноги отказывались делать хотя бы маленький шаг, мозг отключился, как будто нажали на кнопку пульта управления, зато проснулось сердце, окровавленное, раздавленное, размазанное по ребрам, оно так нестерпимо болело. Душа внутри выла и скулила, как раненое животное, заставляя тело вторить этим звукам вслух. Пелена жгучих слёз не давала двигаться дальше, да и ноги совсем уже перестали держать. Парень просто сидел на пыльной обочине, не заботясь об одежде. Да и какая к чёрту может быть одежда, когда на ремне брюк повеситься хочется. Джисон не знает сколько времени он так просидел рыдая, затем пришёл шок и хладнокровное осознание, осмысление ситуации. Данные файлы ведь могли видеть его дружки, вот они позабавились всей шайкой. Конченый ублюдок должен быть наказан. Как быть? Джисону было стыдно перед родителями, они ведь не знали про его склонность к своему полу, и поэтому он даже не думал им признаваться, а тем более показывать эту папку. Оставался друг, благо он учился на юридическом и имел некоторые связи. Вызвал такси и отправился домой, так как часы показывали шесть утра. Пролежав в абсолютном ступоре до обеда, созвонился и договорился о встрече с другом. Привел в видимый порядок себя и ушёл. В кофейне поведал всю историю и показал некоторые файлы Ёнбоку, и уже вместе решили, как быть дальше. Друг созвонился со своим парнем, тот уже работал судебным адвокатом и назначил встречу с Джи. Дальше всё поехало и закрутилось, как в отменном ужастике. Родители само собой разумеется обо всём узнали, так как Джисон был несовершеннолетним и представлять его в суде обязаны его законные опекуны. Отец был в ярости, а мать просто раздавлена, но благо они поняли и приняли сына и оказали должную поддержку. По завершению всего судебного ада у парня диагностировали сильнейший стресс и социофобию, панические атаки с триггером в виде прикосновений. По началу лечения, Хан не подпускал к себе абсолютно никого, даже родителей. Через два месяца его выписали из клиники с более-менее стабильным состоянием – к нему можно было прикоснуться без страха, вот только скопление людей он по-прежнему не выносил до жути, но хотя бы мысли об сведении счетов с жизнью отступили. Естественно об дальнейшем обучении бок о бок с Тэхёном и речи не шло. Вынужденное отчисление того из престижного университета было маленьким праздником и ещё одной победой Хан Джисона, но оставались и другие ученики, дружки его к примеру, которые знали обо всей ситуации. Пришлось перевестись в другой кампус, подальше от этого района, благо у семейства были финансы, и они могли позволить своему «непутёвому» любимому сыну транспорт в виде мотоцикла. На новом месте Хан не заводил друзей, он с головой ушёл в учебу. После выпуска сразу же решил о переезде. Он не мог оставаться и довольно часто случайно встречать кого-то из своих старых знакомых или кого-то из шайки Тэхёна, или еще хуже самого своего обидчика. Родители сначала были против переезда, но потом видимо смирились и благословили отпрыска на великие свершения в дали от родного гнезда. Если бы они сейчас увидели своего сына, мило болтающего с блеском в глазах, то тоже были бы счастливы. Отец, наверняка бы похлопал по плечу, а мать, утирая слезинки, предостерегла бы от глупостей в попе своего сыночка. Джисону не хватало их и своего Ёнбока. Нужно будет пригласить его на день рождение погостить. Как раз и поделиться своими успехами в личной жизни, а пока….