На борту космоса

      Седьмой оператор пусть и сидел на своëм рабочем месте, но всë равно надеялся, что звонков от его ребят на услышит. — Доброе утро! То есть привет! — поздоровался парень, подойдя со спины к оператору. — Привет, Карлос. Ничего ночью не было? — поинтересовался седьмой. — Нет, ничего, дружище! — ответил он. — Они когда прилетают? — Сегодня после обеда уже будут, — объяснил парень. — Точнее, очень надеюсь, что они будут! — Да. Вот это подстава конечно. Сразу два шпиона на одном корабле. Надеюсь, они найдут второго, — держа в руках свою шляпу, сказал он. — Я уже домой иду. Итак задержался, с ног валюсь! — Пока! — До связи! То есть пока!       Карлос ушëл, а оператор остался один со своими мыслями. Внезапно затрезвонило оборудование, говоря, что пора бы ответить на звонок. Седьмой быстро надел наушники и, нажав кнопку для ответа, сказал: — Центр слушает. — Они все мертвы! — с наигранной безысходностью чуть ли не кричал Гончик в трубку. — Гончик? Что случилось? Что с остальными? — спрашивал оператор. — Мы с Маршаллом сначала играли, а когда хотели позвать Эверест и Рокки... Она была мертва! Рокки был вторым шпионом. Он хотел разобраться с нами, но мы выбросили его, а потом... Потом Маршалл угрожал мне ножом. Говорил, что это он был Вырезателем и подставил Трекера. Хотел убить меня, но я смог... А потом он воткнул нож себе в сердце! Я вытащил нож и пытался его спасти для допроса, ведь он сейчас был очень слаб, но не успел... — К-как?! — удивился седьмой. — Я не знаю, что это был за спектакль, но камеры не работали и не работают, Рокки их сломал, похоже... — Это плохо. — Что мне делать? Я здесь совсем один! — Возьми из коммуникаций рацию. Ту, которой редко пользуются и иди к штурвалу, — сказал оператор. — Сейчас, — по ту сторону послышались шаги и шорохи. После непродолжительной паузы, послышался голос. — Я взял, сейчас мне вести корабль? — Да. Держись курса. Осталось немного. Скоро ты прилетишь и всë будет хорошо. — Райдер, — начал овчар. — Ты уверен? — Да. Сейчас шпионов на корабле нет. Я сообщу, что у вас произошло. Посадочная полоса уже готова, — подтвердил шатен. Прикрыв микрофон рукой, сам для себя добавил. — А влетит мне неимоверно, как влетело Кейти за КК-10, если не доведу тебя до базы. — Ты что-то сказал? — Нет, ничего. Держись на связи и не пропадай. Я скоро вернусь.       Долгие переговоры парня то с главой, то с операторами, и наконец-то все на базе знали, что главная и неуловимая проблема в их компании мертва. Но только на документах.       Мучительно долгие несколько часов полëта и космический корабль под номером семь уже садился на подготовленное место. Самый последний, из вылетевших десяти, точнее, из тех, кто вернулся, теперь на своëм законном месте. Использовали кнопку для спуска главных и самых больших «дверей» на корабль. Рабочие сразу наткнулись на искусно изображавшего страх и непонимание капитана, который стал единственным выжившим во всей этой суматохе. Его отвели в медпункт, чтобы сразу осмотреть его и дать оклематься пару дней после прилëта. Иногда забегали какие-то люди и уточняли все детали полëта овчара, иногда люди в халатах и масках, чтобы спросить насчëт его исследований. Зашëл и Райдер, интересовавшийся целостностью его друга. — В этот раз после полëта мне чуть хуже, — промямлил Гончик сам для себя, второй день находясь между белых стен. — «Зато работа выполнена и избавился от всего экипажа».       Ещë пролежав сутки в больнице, Гончика собирались отпускать домой. Как раз и в этот же день он услышал такую новость: — Шпион с КК-2 свернул себе шею в камере, — доложил ему один знакомый из персонала. — Мы его допытывали всë то время, что он здесь находился после поимки, но он ничего так и не сказал. — «Серьёзно? Двейна не стали спасать, раз он прибегнул к Красной карте? Надо будет уточнить... », — подумал кареглазый, кивнув мужчине. — «А сейчас мне нужно в Берлин. Первым рейсом. Да, не скажет мне спасибо тело после таких полëтов».       Как и предполагалось, парню дали при выходе из здания неделю отдыха. Тот не стал медлить, и, по приходе в свою скромную квартирку, собрал все нужные вещи, уже бронируя билет до Берлина. — Да, мам, пап, скоро буду. Не волнуйтесь, всë прошло успешно. Потом поговорим. Пока! — попрощался с родителями пëс.

* * *

      Шумный аэропорт, шумный салон самолëта, и наконец-то заветный город — столица Германии. Неся на плече небольшую сумку, больше похожую на спортивную, в которой были все его вещи, парень волочил ноги к выходу. Сейчас на парне была лëгкая чëрная футболка и шорты до колен. Разгар лета, как никак. Выйдя на улицу, он присел на лавочку. Позвонив на знакомый ему номер, услышал голос. — Уже прилетел? — Да. Сижу в аэропорту. Когда примерно подъедет машина? — спросил овчар. — Жди. В течении пяти минут будет. Поговорим на базе. — Конечно, — ехидно улыбнувшись, проговорил Гончик.       Как и ожидалось, через пять минут к нему подъехала чëрная машина с тонированными стëклами. Кареглазый предпочëл присесть на заднее сиденье. Ему ещё предстояло ехать больше часа за город, поэтому план времяпровождения был прост, как швейцарские часы: хорошенько вздремнуть. Да, был день, но путь был долгим и утомительным. Пса уже начинало укачивать, поэтому он долго думать не стал. Улëгся сзади с стал ждать приезда.       Сквозь сон он услышал голос водителя: — Приехали, сэр.       Разлепив сонные глаза, Гончик поблагодарил мужчину, выйдя из салона. Перед парнем оказалось большое здание «Deutsch lines». Зайдя внутрь, он то и дело слышал голоса приветствия. — Привет, петушок, — послышался из угла едкий женский голос. Уже зная, кто это, овчар повернулся к белоснежно-белой с розовыми глазами собачке. — И тебе ужасного дня, Свити, — в той же манере ответил он. Та ухмыльнулась, продолжив: — Коготь ждëт тебя в своëм кабинете. — Ага, — кивнул он, не переходя чёрту взаимной неприязни с девушкой на сторону благодарностей. Путь был недолгим. Подойдя к лифту и поднявшись на третий этаж, парень коротко стукнул в дверь, почти сразу же открыв дверь. — Сынок! — с объятиями подошла к сыну мать овчара. Отец стоял в стороне, а владелец кабинета тихо ухмыльнулся, стоя у стены. — Ты всë сделал в лучшем виде, но только не пугай так больше! — Молодец, парень, — улыбнулся отец, пожав сыну лапу. — А теперь объясняйся, почему один, а не с Серым решил прилететь? — Агрх, — выдохнул парень. — Этот болван ставил под угрозу операцию. Видишь ли втюрился, а я должен плясать под его дудку. Ну мы и разыграли там целое шоу. Посмертно, правда. — У него долг перед нами, так что выплачивать, видимо, будет семья, — почесав подбородок, проговорил Коготь. — Ничего не спрашивали личного на корабле или базе? — Один раз диалог до родителей дошëл. Сказка про то, что они полицейские, а не такие же шпионы, как я, опять сработала, — усмехнулся кареглазый. Главный в офисе легко махнул старшим шпионам лапой на выход. Те послушались, выйдя за дверь. После этого доберман смог спокойно подойти к наконец-то появившемуся на своей настоящей работе парню и обнять его. Младший обвил чужую спину своими лапами и вдохнул знакомый аромат парфюма. Как же ему долго этого не хватало. — Как ты? — спросил голубоглазый, нехотя выпустив того из своеобразного плена. — Фигово, особенно после самолëта, да и от миссии не отшëл. Постарался свалить, как можно раньше, — пояснил овчар. — Тогда давай сейчас расскажешь про весь свой путь и потом поедешь отдыхать, — сказал Коготь, приглашая сесть за стол. Гончик отказываться не стал, поэтому сел напротив и начал свой рассказ, просто отвечая на задаваемые ему вопросы. — Для начала скажи, как вы расправлялись с экипажем. — Да, как обычно. Я не церемонился, а Рокки тормозил и еле убивал. Чего тут сложного? Нож в руки, люк под ногами и вперëд! Спасибо хоть саботажи самому устраивать не пришлось, — глотнув налитого ему чая, парень продолжил. — Смешно одно: Крепыша я хотел зарезать, а когда пришëл, то на нëм уже коробка лежала громадная, а Так сам таблеток наглотался! — Серьёзно? — улыбнулся он. — Вот так повезло. — Это да. Главное, что они вели расследование. Под моим руководством, правда. Это давало мне возможность направлять их на неправильные ниточки к разгадке. Один раз так спас Рокки. Он трубы, подающие кислород протëр немного ещё на месте работы, а ночью они окончательно порвались. Тогда подозревать его начали с Зумой, что они шпионы, а Центр просто не заметил их. — Центр у них слепее, чем новорождённые щенята. Ни Рокки, ни Свити, ни Сильвию не заметили, — проговорил Коготь. — Хотя бы будем знать, что наша программа наставничества работает. — Кстати об этом. Почему не спас Двейна? Он там уже себе шею свернул, — вспомнил Гончик. — Он уже миллион раз светился в шпионстве, и, кажется, там уже начали подозревать, что он из наших. Поэтому и не спасал. Он знал, на что идëт, — без капли сочувствия проговорил голубоглазый. — В следующую экспедицию ты полетишь в паре со Свити. Вы, как никак, оба без второго пса. Она новенькая, а ты опытный. Отказы не принимаются. — Ладно. А как Арбби-то долетел с КК-10? — спросил овчар, подперев голову лапой. — Хвоста не было, как и связи, а всех их сотрудников они с Сильвией схватили. Те уже много чего сказали под нашими пытками. Рабочие изучают всю работу их космического корабля, который пригнал Арбби. Такими темпами мы соберëм свои, которые будут совмещать лучшие части из самых разных компаний, как и хотел мой отец, много лет назад, — последняя фраза добермана была сказана в злодейской манере. — Правда, будет муторно с их новыми паспортами и личностями. Они же технически мертвы, как утвердили на их базе. — Раньше разбирались, и сейчас разберëмся, — едва коснувшись запястья пса сказал кареглазый. Тот накрыл своей лапой лапу овчара. — Не сомневаюсь. Под моим руководством компания достигла пика успешности, в отличии от отца. Рано или поздно мы перегоним всех, — уверенно проговорил доберман. — Поезжай до дома. Ты и так устал, а время идёт. — Хорошо.       Привстав и перекинув переднюю часть тела через стол, старший оставил мимолëтный лëгкий поцелуй на губах овчара. Тот ухмыльнулся, но просто вышел из кабинета. По пути встретил Арбби и Сильвию. — Привет, бро! — сказал такса. — Как успехи? — Мы уже слышали, как ты подставил там всех. Будем иметь в виду, как надо разбираться с такими, как они, — поговорила овчарка с сиреневыми глазами. — Всë отлично. Вырезатель, как они думают, теперь мëртв. Придëтся брать другой псевдоним и стили убийства... — Нам вообще имена нужно менять. Я буду Фернандо, а ты, Сив? — погордился парень. — Эвелина — лучший вариант. Не очень далеко ушëл от моего настоящего имени, — поделилась с друзьями мнением она. — Больше похоже на имя какого-то ковбоя из дешëвого боевика, — сказал Гончик. — Ну и что? Мне и так нравится! — пожал плечами Арбби. — Слышали, что Двейна уже нет? — спросил овчар. — Да. Уже сказали, — ответили почти одновременно они. — Ладно, я тогда пошëл. Ужасно устал. — Пока!