Как же хочется....

Прошло полгода. Время шло, события забывались. Конечно, кончина второго нефрита клана Лань, верховного заклинателя Цзинь Гуань Яо и недавно воскресшего Старейшины И Лина не прошло без следов. Многие до сих пор обсуждали эти новости и строили новые легенды, переплетая что-то от себя. Теперь, в Облачных Глубинах, рядом с могилой Вей Ина, красовалась могила Ван Цзи. Лань Сичень все эти полгода находился в уединенной медитации, и большинство обязанностей перешло на Сычжуя. В Лань Лин Цзинь главой стал Цзинь Лин. Он не так болезненно пережил утрату вновь обретенного дяди, да и времени стало в обрез, но состояние Цзян Чена его уж слишком волновало. Он плохо спал и ел, практически не выходил из комнаты, все дела клана переложил на верного старшего ученика. Было понятно, что он не протянет долго в таком состоянии. Его организм просто не выдержит. Цзян Вань Ин... он всё ещё винил себя. Всё ещё не мог смириться, он не хотел смириться. Он уже смирился 16 лет назад. Смирился со смертью родителей и сестры, и... брата. Смирился и долго страдал, сейчас же он не хотел только потому, что действительно осознавал вину. Если в смерти остальных своих родственников он участвовал только косвенно, то здесь он был полностью уверен. Это из-за него. Это он должен был защитить Цзинь Лина. Он должен был спасти Вей У Сяня. Он и так ему задолжал! Эти мысли пожирали его сознание. День и ночь он не мог избавиться от них. Руки превратились в одни шрамы. Шрамы на шрамах, старые и совсем новые, зажившие и до сих пор кровоточащие. Он больше не чувствовал боли. Спросите, почему ему просто не уйти из жизни, раз все настолько плохо? Он не мог оставить свой орден. Через месяц его старший ученик станет совершеннолетним, и Цзян Чен со спокойной совестью сможет переложить на него тяги ордена. Сейчас практически все обязанности на нем, и он прекрасно справляется. Цзян Чен был спокоен. Осталось потерпеть всего месяц. *** Стук в дверь. Цзян Чен открыл глаза. Нет, он не спал. Уже третьи сутки. Просто не получалось. - Глава ордена, к вам посетитель. Цзян Чен молчал. - Это глава ордена Цзинь. Слуга еще не успел окончить фразу, как послышался возмущенный голос Цзинь Лина: - Все в сторону! Я к своему дяде, дайте пройти! Дверь в комнату распахнулась под смущенные голоса слуг и адептов. Цзян Чен привык. За полгода то, как не привыкнуть? - Зачем пожаловал на этот раз? - лениво проговорил мужчина, садясь на кровати. - И тебе здравствуй. Уже три часа, а ты еще спишь? Что с твоим режимом? - завалив оппонента вопросами, Цзинь Жу Лань подошел к кровати и уселся на стул около нее, аккуратно поставив меч возле себя. Цзян Чен поражался, как вырос Цзинь Лин. Вроде вот только был глупым вспыльчивым мальчишкой, а теперь: уважаемый Глава ордена. Вырос и возмужал. В нем стало больше серьезности. Перестал огрызаться из-за каждого пустяка. Как же Цзян Чен им гордится! Он за полгода добился того, чего Цзян Чен не смог достичь за 16 лет. До сих пор огрызался на все подряд. Он так смешон! Отведя изучающий взгляд от парня, Цзян Чен безэмоционально промямлил: - А я и не спал. Он больше не возмущался для вида. Не ругался и не кричал. Так же не смеялся и не радовался. Он соглашался со всем правильным, поправлял ошибки и не реагировал на сплетни и оскорбления. Теперь уже никто не мог вывести его из себя. Все его слова были полушепотом и так медленно произнесены, что окружающие думали, что он спит и говорит это во сне. Главу Цзян было не узнать. Единственное, на что он реагировал немного приближенно к прошлому, это вызов доктора. За все полгода он ни разу не подпустил к себе лекаря. Он знал, что с ним не так и не желал это исправлять. - Опять сегодня ничего не ел? - поинтересовался Цзинь Лин. - Не хочу. Зачем пришел, опять допытывать о моем состоянии? Тогда можешь уходить. - Я пришел не только за этим. Несколько дней назад в Лань Лин прибыл Сычжуй. - Лань Сычжуй? - Да. Он говорит, что Цзэу-цзюнь через месяц выйдет из медитации. Помню ты интересовался... - А... точно.. спасибо. Все? - Ну.. В Лань Лине все по старому. Я... довольно не плохо справляюсь, как ты думаешь? - сейчас выбить из Цзян Чена похвалу, как нефиг делать. Теперь он не врал и не приукрашивал, просто говорил как думает и считает на самом деле. - Ты - молодец. Ты стал взрослее и увереннее в себе. Думаю, ты будешь хорошим главой. Цзинь Линь ничего не ответил, но Цзян Чен не заметил, как тот немного покраснел и засмущался. Повисло молчание. Но так как Цзян Чен стал непробиваем, то оно действовало только на Цзинь Лина. Он кашлянул в руку: - Ладно.. я тогда пойду, - он встал и поднял меч. - Мгм, - было ответом. Цзинь Лин ушел, а Цзян Чен погряз в услышанном. Месяц. Всего месяц. Цзинь Лин справится. Он уверен. Он сможет это вынести... Еще этот Сычжуй. Последние новости всегда так или иначе связаны с ним. Он будет не один. *** За месяц не изменилось ровным счетом ничего. Ну, может Цзян Чен еще больше похудел. Лицо осунулось, мешки под глазами были больше, чем сами глаза, шрамов стало больше, но не на много. Боль он, конечно, ощущал, но это было не то. Скорее он просто проверял, не умер ли. Цзинь Лин навещал его регулярно: пару раз в неделю, когда был слишком загружен, то один раз. Прошел месяц и теперь его старший ученик сможет стать главой ордена официально, на самом деле он уже давно даже перестал советоваться с Цзян Ченом, не желая его тревожить лишний раз. Цзян Чен встал с постели. Оделся. Забрал волосы. Взял меч... Помотав головой и с каменным выражением лица, которое не сходило с него уже очень давно, он раскрыл дверь и неспеша вышел из места своего обитания. Сказать, что все вокруг прифигели, как не сказать ничего, но не послышалось ни звука. - Глава ордена, сообщить старшему ученику? - Нет нужды, принеси лучше конверт. - Слушаюсь. Пока адепт ушел за конвертом, Цзян Чел сел за стол и приготовил кисть. В письме он всячески подбадривал Цзинь Лина, написал, что так должно быть и, чтобы тот ни в коем случае не искал его, попросил прощения; и прочее, и прочее. Запечатав конверт, Цзян Чен отправился в башню Золотого Карпа. - Глава Ордена Цзян, - слуга поклонился, - Мы сейчас же оповестим... - Нет нужды. Я не останусь. Передайте это, - он вынул конверт, - Главе Цзинь через пять дней, не раньше. - Слушаемся. На этом, визит в орден Цзинь закончился. Теперь его путь лежал в Облачные Глубины. Он так долго стоял у ворот, не решаясь позвать кого-то, что начало темнеть. Он ведь так и стоял бы там, если бы мимо не проходил один из адептов Гу Су Лань. - Глава Ордена Цзян? Что вы тут делаете так поздно? - Я... А Цзэу-цзюнь уже вышел из медитации? - Цзэу-цзюнь? Да, пару дней назад. - Можешь... можешь позвать его? Я... - Конечно, проходите пока внутрь, не ждать же вам его на улице в такою темень. - Спасибо. Цзян Чен прошел за адептом. Какой-то он знакомый.. - Прости, а как твое имя? - Я? Лань Цзинь И. -... - вот оно что, это один из той троицы... Глава Лань пришел достаточно быстро и сразу попросил принести чай. Он улыбался, но было видно, как болезненно дается ему эта улыбка. Цзян Чен даже не старался. - Глава Ордена Цзян! Очень рад встрече, я... - Глава Лань, не нужно. Не притворяйтесь, со мной это бесполезно. Мне нет никакого дела, сидите вы унылые или наигранно улыбаетесь, - он посмотрел прямо в глаза застывшего Сиченя, - мне уже все равно. Я не поверю, что после смерти брата, вы можете улыбаться. Не смогу и не захочу. Не заставляйте себя, тут только я, больше никого. Улыбка Сиченя дрогнула, но он ее не убрал. Принесли чай. Когда Цзян Чен потянулся за ним, оголилось запястье. Раньше шрамов было не так много, чтобы из было настолько заметно, но сейчас: малейшее смещение одежды, и тайна раскрыта. - Глава Цзян? - Вань Ин поморщился. - Вы... - Не надо. Я все прекрасно осознаю. Я не собираюсь обсуждать ЭТО с вами. - Тогда что же вы пришли обсудить? Не просто же чай попить... - А если и так, выгонишь меня? - что-то новенькое, сарказма тоже ведь не было. - Нет, просто я знаю, что вы пришли не просто так, и не по делам ордена, раз не обратились к моему дяде. - Тогда вы знаете, что я от вас хочу. - Пойдемте. - Лань Хуань встал. Наконец эта фальшивая улыбка слетела без следа. В глазах читалась скорбь. Они пришли к двум могилам. Одна - Ван Цзи, вторая - Вей У Сяня. Цзян Чен упал на колени. Он кланялся снова и снова. Обоим. По щекам текли слезы, но он не плакал. Он оставался все таким же безразличным, просто жидкость текла и все. Он закончил. Было уже очень темно, но Лань Сиченя в белых одеждах было хорошо видно. Подойдя к мужчине в белом, Цзян Чен потеряет сознание, он давно ничего не ел. Очнулся он следующим вечером, уже после отбоя в Гу Су. Комната светлая, но такая пустая и печальная; аура печали прижилась здесь, как родная. Он привстал. На нем надето было только нижнее одеяние. Руки перебинтованы новыми бинтами. Но эта новость ничего не вызвала. Какая теперь разница. Зашел Сичень с подносом. - Глава Цзян, вы пришли в себя, - опять эта улыбка, - вы должны поесть. Цзян Чен только кивнул. Интересно, то еда такая пресная или он перестал чувствовать вкус? Он ел медленно и не охотно. Часто останавливался и прост смотрел в тарелку. Наблюдая за этим, Сичень просто взял палочки и сам стал кормить Цзян Чена. Тот не сопротивлялся. - Глава Цзян, ваши руки... Я наложил мазь, прошу, не тревожьте их лишний раз. Цзян Чен кивнул. - Знаете, вы были правы. Улыбка наиграна. Но без нее, я не смогу. Меня покинул не только брат. А-Яо оказывал мне поддержку всегда, но сейчас я... я не смогу без этой улыбки. Он спасал меня, но теперь, зная, что от него не осталось даже тела... все что я могу - это улыбаться. Больше меня никто не спасет. Одинокая слеза скатилась по щеке. Цзян Чен вскинул голову. - Совсем никто? Вы уверены? Может просто вы больше никого не искали? - Сичень усмехнулся. - Глава Цзян, уверены, что приди я к вам, вы бы не погибли совсем? Конечно, я не спорю, вы бы оказали мне поддержку в любом случае, но что было бы с вами? Глава Цзян, не слишком ли вы.... - его перебили. - Дурак! - Цзян Чен поднял на него глаза из-под ресниц и, придвинувшись всем телом, накрыл его губы своими. Это было просто прикосновение. Легкий поверхностный поцелуй. Даже поцелуем не назвать. Сичень замер. Напрягся. - Глава Цзян... нет.. вы не так поняли.... Цзян Чена как молнией ударило, он шарахнулся от него. - Простите, глава Лань, я правда, не так понял. - он вскочил с постели, не обращая внимания, что он в одном нижнем, схватил меч и выскочил из комнаты. Выбежав на улицу, он вскочи на меч и испарился в небе. Сичень же только успел осознать, что произошло и выбежать за ним на улицу, но его уже и след простыл. - Глава Цзян! Стойте! Цзян Вань Ин! - но никто не остановился и не повернул назад. Больше не было пути назад. *** Падая вниз с мечом в груди, Цзян Чен чувствовал только облегчение и свободу. Свободу от мыслей и сожалений. Он наконец то свободен и сможет воссоединиться со своей семьей. Он добился, чего хотел. Он счастлив.

Конец!