Мы сами меняем будущее

Я слышал мысли студентов школы. Они собирались в Ла-Пуш. Майк Ньютон раздумывал пригласить Беллу или нет. Он надеялся, что, пообщавшись с ним ближе, она изменит своё мнение о нём в лучшую сторону, а ещё он не желал, чтобы поехал я. Таким образом, в отсутствие конкурента у него появилась бы возможность завладеть вниманием Беллы. Глупый мальчишка! Эрик Йорк и Тайлер Кроули думали примерно о том же. Их нелепые фантазии доводили меня до бешенства. Но я придушил кровожадную мысль сейчас же разделаться с ними на корню. Я знал, что Белла должна быть в Ла-Пуш, чтобы не нарушать ход истории. Мне стало жаль её, когда я подслушал Джессику и Лорен: они ненавидели Беллу из-за повышенного интереса, который она вызывала у всех представителей мужской половины школы. Но, подружки не желали открыто выражать свою неприязнь, опасаясь ссоры с Майком и Тайлером. Лишь Анджела Вебер, тихая и милая девочка, по-настоящему хотела пригласить меня и Беллу. Она была рада нашим отношениям. Я подумал, что непременно сделаю ей какой-нибудь анонимный подарок, как только выясню, о чём она мечтает. Итак, Белла едет в Ла-Пуш. Как же сказать ей, что я не могу, не имею права появляться не территории квилетов? Как объяснить, что мне никогда не доведётся своими глазами увидеть полосу песчаного пляжа, потому что много лет назад Карлайл и предок Блэка заключили договор? Из книги я знал, что нас ждёт солнечная погода, и я не смогу показаться на людях. - Мы с Эмметом собрались в горы, - она чуть слышно вздохнула, - примерно на неделю, - продолжил я, и, увидев, что она совсем расстроилась, добавил, - мы запланировали эту поездку ещё месяц назад. Мне бы очень не хотелось расстраивать Эммета, Белла. - Неделя, - протянула она, размышляя. - Это слишком долго, да? - я поймал себя на мысли, что теряю всякий стыд. Это уже стало превращаться в привычку. И нечего винить Эммета! Она снова кивнула. - Надеюсь, она пролетит для тебя незаметно, - я улыбнулся, заправляя выбившуюся прядку её волос. Белла больше ничего не сказала, только улыбнулась мне в ответ, глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и шагнула на английский, где её ждал разговор с Майком и Джессикой. Я пошёл прочь, вслушиваясь в каждое слово. Так и есть. Как только Белла подошла к своей парте, к ней подскочил Ньютон. - Белла, мы собираемся в Ла-Пуш. Поедешь? - Это пляж в резервации квилетов? - спросила она. - Да, разведём костёр, можно прокатиться на досках, - Майк думал о том, что он достаточно крепко держится на доске, хотя до профессионального серфингиста ему ещё далеко. Но он представил, как будет смотреться в новом костюме для серфинга, выгодно подчёркивающем его мышцы, которые он так усиленно накачивал последние месяцы. Глаза у него были такие жалостливые, я слышал, как дрожал его голос. Он злился на себя за то, что трясутся поджилки и потеют руки. Боялся отказа, слабак! В этот момент к ним подошла Джессика, сгорающая от ревности и ненависти. - Правда, Белла, - затараторила она, - поехали. Ты же будешь с Калленом, так? Майк нахмурился. Джессика замерла в ожидании. - Нет, Эдвард едет с братом в горы. "Да!" - мысленно возликовал Ньютон. - О, нет, - почти неслышно простонала Джессика. - И чего тогда тебе сидеть одной? - повеселел Майк. - Да, я поеду, - согласилась Белла. Вот и всё. Она согласилась. Это значит, что в ближайшие солнечные выходные она встретит Джейкоба Блэка. Сейчас, когда Белла принимает меня за человека, у неё нет причин флиртовать с мерзким псом, чтобы выведать подробности обо мне и моей семье. Что теперь будет со всеми нами? Куда нас заведёт судьба? Кто же всё-таки расскажет, что я - вампир, мёртвая глыба холодного камня, сгорающая от любви к юной человеческой девушке? Может, я совершил самую большую глупость, изменив ход истории? И эта непростительная ошибка будет стоить мне самого дорогого, что должно будет произойти со мной за долгие и мучительные годы бесцельного вампирского существования? У меня не было ответов на эти вопросы. Оставалось только ждать. И надеяться, что Белла полюбит меня. В который раз я пожалел, что не могу читать её мысли. Даже если всё пойдёт не так, она навсегда останется для меня самой загадочной, самой любимой и самой желанной. Я подвозил её домой, обдумывая, как сказать ей, что завтра она должна будет поехать в школу на своём пикапе. До аварии оставался один день. Мы уже разработали с семьёй тактику моих действий. Но, я всё равно опасался предстоящих событий. Белла весь день была необычайно молчаливой, размышляла о чём-то своём, для меня недоступном. - О чём ты думаешь? - спросил я, тут же пожалев о своей несдержанности. - Это всё так непривычно для меня, Эдвард, - тихо ответила она. - Такое количество незаслуженного внимания к моей скромной персоне - это удивительно, и, если честно, не очень приятно. Ей неприятно? А, что, если моя настойчивость и совершенно несвойственное для меня поведение не приносят ей ничего, кроме досады и раздражения? А я посмел надеяться на взаимное чувство? Мои руки с силой сдавили руль автомобиля, тело словно сжалось в один комок открытых нервов. - Белла, - голос охрип от страха и волнения, - тебя раздражает моё присутствие? Ты считаешь, что я слишком назойлив? - Нет, Эдвард, - она взглянула на меня своими карими глазами. Я чуть не утонул в этом шоколаде, потерявшись в бездонной глубине. Кажется, она меня тоже ослепляет. И это невероятное, нечеловечески приятное ощущение. - Я не об этом, - она снова замолчала, видимо, пытаясь подобрать слова, чтобы не обидеть меня. - Я тебе противен? Скажи правду, Белла. Я не мог успокоиться. Куда делся самоконтроль? Сотни, тысячи раз я слышал мысли разных людей, страдающих от ревности и неразделённой любви. Я искренне считал, что слышал уже всё, что возможно в жизни и больше никогда не узнаю ничего нового. Сейчас же я сидел как замороженный, ожидая ответа, словно приговора. - Нет, Эдвард, мне лестно, что ты общаешься со мной. Просто я не могу свыкнуться с мыслью, что нравлюсь тебе. - Последние слова она прошептала, покраснев. Её румянец окрасил щёки в восхитительный цвет, а её аромат стал ещё притягательнее. Я отметил это, но не придал никакого значения своей жажде, меня мучило совсем другое чувство. Она сжалась, опустив голову. - Я не привыкла к такому вниманию. Всю жизнь я была серятиной, посредственностью. - Я попытался возразить, но она только покачала головой, словно пытаясь показать, что знает о том, что я собираюсь сказать, и не верит. - Я ничем не выделялась из толпы своих сверстников, у меня никогда не было много друзей, я ведь совсем не отличаюсь общительностью, а здесь... - Белла, прекрати, - мне удалось вывести себя из состояния оцепенения, - я уже говорил тебе, какая ты необыкновенная. И в том, что ты сводишь с ума мужскую половину, в том числе и меня, нет ничего удивительного. Поверь, мне очень трудно держать себя в руках. Я ревную тебя к каждому мальчишке в этой школе и за её пределами, - здесь я снова подумал о Джейкобе Блэке. А ещё в голове сами собой всплыли события из книги. Я был полным кретином, открыто не признавшись Белле в своих чувствах: она сомневалась во мне до последнего момента. Я даже слово "люблю" произнёс первый раз как-то походя, когда мы шли на бейсбол. Идиот. Не стоит повторять ошибок, тем более, меня об этом предупредили. - Я уже влюблён в тебя, Белла. - "Безвозвратно и навсегда". Я посмотрел на неё. Она так и сидела с опущенной головой. Я заметил, что она украдкой провела ладонью под глазами. Она что, плачет? Я довёл её до слёз? - Ты плачешь? - произнёс я дрожащим голосом. Мне хотелось протянуть к ней руку, стереть своими пальцами слезинку с её щеки, прижать к себе, утешить. Но что я мог? Напугать её холодом ледяной кожи? Перчатки, которые сделала Розали, лежали рядом, но я не хотел надевать их. Она закрыла лицо прядью волос. - Белла, что с тобой? - кажется, я обезумел от этой неопределённости. - Я расстроил тебя? Прости. - Тут я подумал, что дело совсем не в этом. А, что если она не любит меня? - Может ты любишь другого, Белла? Скажи, я пойму. Она всхлипнула и прошептала: - Нет, Эдвард. Это не любовь. Да и нет никакого другого. - Она снова вытерла слёзы. - Ты мне тоже очень нравишься, Эдвард. Правда. Только всё это как-то слишком быстро. Просто дай мне время, хорошо? Она посмотрела на меня своими бездонными глазами. Я молча кивнул. Несколько минут мы сидели молча. Потом она взглянула на встроенные часы приборной панели. - Скоро приедет Чарли, мне пора. До завтра? - Да, - растерянно кивнул я, думая только о том, что, возможно, она меня не полюбит. - К сожалению, завтра с утра я буду нужен Эсме, так что, не знаю, хватит ли у меня времени заехать за тобой. Ты не против проехаться до школы на пикапе? - Нет, - она улыбнулась. - Я уже соскучилась по рёву этого громкого зверя. Ничего страшного, доберусь сама. Я открыл пассажирскую дверь, проводил её до порога. Дома меня ждала семья. Они обсуждали завтрашний день. Пробежавшись по их мыслям, я уже имел представление о том, к какому решению они пришли. В принципе, в том, что я услышал, не было ничего нового, добавились лишь некоторые детали. - Что-то случилось, Эдвард? Ты плохо выглядишь, - поинтересовалась Розали. - Неужели, Белла тебя послала? - тут же захихикал Эммет. - Почти, - ответил я, наблюдая, как его лицо принимает удивлённо-серьёзное выражение. - Я признался ей в любви, - вздохнул я, - а она попросила меня подождать. - Но ведь она не сказала тебе "нет", - произнёс Эммет. - Технически, - ответила за меня Розали. - Интересно, что бы это значило? - она задумалась. - Жаль, что меня не было рядом, - сказал Джаспер. - Я, конечно, не могу читать её мысли, но, думаю, смог бы понять настроение и чувства. - Ты что-нибудь видишь, Элис? - Ничего нового, Эдвард. Авария будет, но ты успеешь её спасти. Всё. Я поблагодарил её и пошёл переодеваться в свою комнату. В этот вечер Белла долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок. Несколько раз она включала свет, пытаясь читать одну из потрёпанных книжек, вставала, подходила к окну, молча смотрела в темноту, затем снова ложилась на кровать. Белла явно была чем-то обеспокоена. Её лицо было печальным, она плакала. Неужели в этом виноват я? Зачем я признался в своих чувствах? Я сидел на дереве напротив её окна на расстоянии, с которого человеческий глаз ни за что не разглядел бы меня. Я наблюдал за её терзаниями, мысленно проклиная себя за всё, что я натворил. Она уснула только в три утра. Я не рискнул забраться этой ночью к ней в комнату, так неподвижно и просидел до рассвета на ветке дерева, слушая её учащённое сердцебиение и теряясь в догадках. Утром Роуз взяла джип Эммета: было холодно, и кабриолет с откидным верхом вызвал бы ненужные разговоры. Элис и Джаспер ехали со мной в "Вольво". На парковке мы расположились согласно заранее разработанному плану. Элис и Джаспер стояли около "Вольво", Розали и Эммет поставили машину ближе к тому месту, где должна была припарковать свой "Шевроле" Белла, готовые в случае необходимости, человеческим бегом добраться до места аварии. Я, чтобы не вызывать подозрений, ждал Беллу с другой стороны, рассчитав время для того, чтобы подбежать к ней за несколько секунд до того, как фургон Тайлера занесёт на повороте. Оглушительный рёв старого уродца, к которому Белла питала столь нежные чувства, был слышен за километр. Белла ехала очень медленно и осторожно, впрочем, как и многие в этот день: люди всегда становятся аккуратнее в гололёд. Она припарковалась на стоянке, вышла из машины, и неуклюже, держась за борта, стала огибать пикап. Я видел, как она бросила взгляд в сторону моего "Вольво". Её сердце забилось с невероятной скоростью. Может, она искала меня и разволновалась, что не нашла? Как это на неё похоже, беспокоиться о других. В этот момент фургон Тайлера показался на парковке. Послышался скрип тормозов, Кроули пытался вырулить, но потерял контроль над машиной. Я бегом двинулся в сторону Беллы. Она стояла ко мне спиной, её взгляд был направлен на надвигающийся с немыслимой для человека скоростью "Ниссан". - Белла, - я окликнул её в надежде, что она повернётся, чтобы мне легче было оттолкнуть её. Она повернула голову. В глазах стоял откровенный ужас. - Эдвард, - прохрипела она. Я побежал быстрее, хватая её за рукав и толкая на себя. Белла выставила вперёд руки, словно отталкивая меня. Но, я уже крепко вцепился в её плечи. - Нет, Эдвард, - она побледнела, ей не хватало воздуха, она пыталась глубоко дышать, но у неё это не получалось, - не... Она не договорила. Я подхватил её на руки. Фургон Тайлера и бампер пикапа разделяли уже несколько метров. Я видел страх в глазах Кроули, он наконец-то осознал, что аварии не избежать и сейчас судорожно пытался придумать, как не допустить жертв. Я развернулся, и, держа Беллу на руках, бросился прочь от "Шевроле", который должно было развернуть от удара. Звук тормозов, звон разбивающегося стекла, удар столкнувшихся автомобилей разнеслись по всей стоянке. Краем глаза я заметил, что Эммет бежит в нашу сторону. - Я всё сделаю сам, Эдвард, - тихо проговорил он, - уноси её. Оказавшись на безопасном от аварии расстоянии, я посмотрел на Беллу. Она лежала с закрытыми глазами. Её сердце еле билось. Кожа, и без того обычно бледная, была белее полотна. Что с ней? Шок? Обморок? - Эдвард, - прошептала она неслышно, одними губами, - я люблю тебя... Она перестала дышать. Я не слышал привычных ударов её сердца, звучащих для меня словно музыка. - Белла, - я закричал, - Белла, что с тобой? Ты меня слышишь? Белла! Она была неподвижна. - Врача, - орал я, словно громкость голоса могла приблизить приезд Скорой помощи, - вызовите врача!