Всё началось в сентябре...

      За окном барабанил ливень. Крупные капли стекали вниз по стеклу, образуя красивые незамысловатые узоры. Погода была такая, что хотелось только лежать и не вставать ещё часа так три. Именно поэтому мирно спавший до этого Шастун открыл глаза и кинул свой злой взор на окно.          На самом деле его разбудил не дождь, а вибрация телефона, валяющегося на полу чуть ли не в самом дальнем углу комнаты «Как он вообще туда попал?». Антон, пересилив желание лечь обратно, встал и тут же снова упал на кровать, при этом больно ударившись локтём.        Кое-как добравшись до телефона и сняв его с блокировки, парень посмотрел на экран. Изначально он хотел посмотреть, что его разбудило. Но взгляд упал на время. Шастун приоткрыл рот и, быстро отшвырнув телефон на кровать, стал собираться. Натянув на себя свои неизменно чёрные джинсы и толстовку того же цвета, быстро побежал к зеркалу. Он наскоро надел первые попавшиеся ему кольца и выбежал в коридор, даже не заходя на кухню.       Накинув куртку и рюкзак на одно плечо, парень понял, что забыл обуться. Недовольно цокнув, юноша опустился вниз и стал натягивать кроссовки.       Минут пять ушло на то, чтобы спустится вниз по лестнице и побежать в сторону остановки.       На улице уже середина сентября. Пейзаж просто шикарный. Листья красиво опадают с деревьев, образуя на мокром асфальте свои рельефные отпечатки. Ветер, кстати холодный, задувает под куртку. Но оно и понятно, наверное, надо было её застегнуть.       Он добежал до остановки и запрыгнул в автобус, который чуть было не уехал без него. Классика. Когда-нибудь наступит тот день, когда он не успеет. «Ну и похер »         В автобусе было чуть теплее, чем на улице. Но лица недовольных пассажиров говорили об обратном.           Парень сел у окна и включил свой плейлист. Через минуты три парень увидел, что кто-то стоит рядом с его местом, а через ещё две парень почувствовал на себе полный негодования взгляд. Он повернул голову и увидел, что на него смотрела женщина средних лет. Он уже видел её здесь. Надо бы ей место уступить. Тело сильно болело, но вскоре юноша сдался, и протиснулся между мужчиной, сидящим рядом с ним. Тот отодвинулся к окну, а недовольная дама села рядом с ним.           Остановка Антона. Он невольно бросил взгляд на ту самую женщину. Она глянула на него с высокомерием, но слегка улыбнулась уголками губ. Парень этого не заметил. ***       В холле школы было тепло. Он быстро добежал до нужного ему кабинета и постучал. После, услышав короткое: «Войдите», — в нерешительности дёрнул за ручку. Сейчас нагоняй от учителя русского будет. Ну и ладно. Переживём как-нибудь. Не выгонят же его за это из школы. Да?           Он открыл дверь рывком, и на него сразу же подняли свой взгляд больше двадцати пар глаз. «Ну это пиздец!» - всё, что пронеслось в голове у парня. Он вообще только недавно переехал в Москву. До этого жил в Воронеже. Там ему нравилось. Но вот была одна проблема. Друзей было немного. Точнее вообще не было. Поэтому он надеялся найти хотя бы парочку в новой школе.   — Шастун! — воскликнул Павел Алексеевич, — Ты где ходил? Я тебе уже н-ку поставил, — вздохнул учитель. — Садись давай, быстро!       «И всё? Серьёзно? И без упоминания знаменитой Шастуновской безответственности? Вот это уровень...» - но парень решил об этом не думать и сел за свою любимую вторую парту на одиноком ряду у окна.           Вообще Антон хорошист. Он нормально учится и в принципе, ему это всё нравится. Бабушку не расстраивает, маму тоже. Сам за себя иногда даже рад. Но вот когда он перешёл в десятый класс, тогда всё изменилось. Антон стал учиться усерднее: до поздна сидел за уроками, не спал, а иногда и ужинать забывал. Там уже и его мама с бабушкой начали волноваться, пытались отвлекать мальчишку, но получалось это редко. И вот, когда они переехали в Москву, он сбавил обороты по поводу учёбы.           И не потому, что ему это всё надоело, а потому, что ему было сложно адаптироваться в новом обществе.       Урок шел спокойно. Павел Алексеевич что-то объяснял у доски. Шастун и остальные ребята его внимательно слушали, записывая материал в тетрадь. А когда урок стал подходить к концу, учитель сказал, что они могут уйти чуть раньше. — Антон! — крикнул учитель русского, когда половина учеников ретировались к выходу. — Шастун, останься, пожалуйста, — парень повернулся на голос, осторожно кивнул и пошёл к учительскому столу. — Да?.. — неуверенно спросил парень, пялясь на пол. — Шастун, мне неудобно просить... Но ты у нас один из немногих в классе, кто хорошо учится и у кого всё нормально с дисциплиной. — он сделал короткую паузу, взял подростка за плечи и чётко произнёс, — Ты можешь мне помочь? — видя немой вопрос в глазах Антона, он кивнул своим мыслям и продолжил. — К нам в школу завтра приедет один очень важный человек. Скорее всего, он будет здесь работать, как он мне сказал, учителем... —  его прервал телефонный звонок.       Через пять минут Павел Алексеевич закончил свой диалог и повернулся к Антону. — Так что, поможешь? — По телефону ему явно сообщили что-то радостное, потому что сказал он это с яркой улыбкой. — Да... — всё также не уверенно сказал парень. — Хорошо, тогда завтра подходи к половине восьмого в школу, поможешь мне подготовить всё, что надо, — сказал учитель. — Хорошо, — кивнул парень и пошёл к двери. — До свидания! — крикнул он и покинул кабинет. ***       Придя домой, Антон сделал уроки, пообщался с бабушкой и мамой на кухне, лёг спать пораньше. Завтра ведь вставать рано, да? Но не тут-то было, ага! Когда в жизни Антона Шастуна всё было гладко и так, как он этого сам захочет?          Лёг он спать примерно в 1:56. Читал параграф по истории и повторял биологию. А потом как-то на автомате отключился и забыл поставить будильник. Хорошо, что маму хоть предупредил. *** — Анто-о-ош, вставай! — гром среди ясного неба. — Встаю, мам, — промямлил мальчик и тут же ровно сел на кровати. — Ну нет,  нет... — он уронил голову на грудь и простонал.       Антон проспал. Ну как проспал. На 40 минут позже положенного. Круто! И что же теперь скажет ему Павел Алексеевич? Надо было встретить важного человека... Но подросток, как всегда, всё испортил! По крайне мере, он так думал. — Ненавижу! — крикнул парень и со всей силы ударил кулаком по стене. После чего глухо застонал и схватился за руку.       На костяшках красовались бледные красные пятнышки, которые через десять секунд превратились в приличного размера синяки. Юноша зашипел, накинул свой любимый свитер — обычно для особых случаев, каких в жизни Антона было мало — и быстро побежал искать брюки. Через пять минут Шастун кинул взгляд на экран телефона, на котором большими цифрами высвечивалось время. — Да я не успею! — вновь взвыл подросток. — 7:35! Как прекрасно! — он осмотрел руку после надетого на неё кольца, выглядело явно лучше. Уклончиво хмыкнув, Антон пошёл в коридор. — 7:49, просто отлично! — на этот раз Антон уже говорил сарказмом. Куда ему опаздывать ещё больше?       В коридорах школы было тихо, а это значит, что звонок уже прозвенел, и Шастуна ждёт суд за его «... всё нормально с дисциплиной».       Сегодня он надел свои любимые черные кеды. Он всегда надевал их на какие-нибудь важные мероприятия. Но сегодня, похоже, не судьба.       Парень хотел тихо постучать в дверь, но от соприкосновения с кольцами звук вышел громкий. И их хозяин чуть поматерился себе под нос. Лишнего шума создавать он не хотел. Тем более в школе идут уроки, и он тут вообще не кстати. — Боже, Антон! — Павел Алексеевич в кабинете был один. — Я думал, ты не придёшь! — взмахнул он руками. — Павел Алексеевич, я проспал... Извините, я наверняка уже всё испортил... И... — но голос подростка потух на фоне голоса учителя. — Шастун, ты можешь подготовить кабинет? Убраться там, полы помыть, подмести... А? — неожиданно произнёс Павел Алексеевич. — А? Чего?.. Да-да, конечно, могу! — пробормотал парень, сминая нижние края своей белой рубашки, которую он — слава Богу! — погладил вчера вечером. — Так, погоди... Ты, наверное, вчера был немного напуган тем, что я внезапно решил предложить тебе помочь мне, — одиннадцатиклассник чуть кивнул. —  Дело в том, что это мой очень хороший друг... Ну, тот человек, который приедет. И дело в том, что он очень умный и интересный человек. — Антон продолжал кивать и растерянно бегать глазами по классу, — Но почему то он в это не верит! — учитель всплеснул руками и чуть поморщился. — Короче, Антон, — он положил руку тому на плечо, — Я на тебя рассчитываю! — добавил он и быстро вышел из кабинета.       До чего же удивительная Москва! Тут все такие открытые, каждый говорит, что думает. И Шастуна это немного напрягает. Ему никогда ещё не говорили столько информации, как за сегодняшнее утро. Хотя... Павел Алексеевич кое-что всё таки упустил. А как зовут этого друга-учителя? ***       Кабинет был почти убран, но вроде бы Павел Алексеевич просил вымыть ещё и пол... Именно с этим заключением в голове Шастун схватил за ручку ведро, до этого мирно стоявшее в углу класса, и понёс его в сторону уборной.       Идя обратно с наполненным наполовину ведром воды, парень вспомнил, что он не успел позавтракать и из-за того, что он довольно поздно уснул, у него не было сил в двойне.          Что ж, теперь можно понять, почему Антон Шастун, идя до этого нормальной чёткой походкой, пошатнулся и его повело в сторону. Почти. Его кто-то схватил за руки и удержал ведро. — Эй, львёнок, ты живой? — да... Так Антону голову ещё не пробивало... Ну, то есть он ахуел. Знатно так ахуел. Он поднял голову, и его состояние ухудшилось. — Я в порядке! — крикнул зачем-то парень, а затем попытался выпрямиться, но сил не было от слова совсем. — Я, конечно, ношу очки, но не слепой. Ты что, кашу дома не поел? — вопросительно спросил мужчина. И именно тогда Антон понял, что у него очень красивый голос, чёткий, поставленный голос. — Я... — парень смотрел в глаза мужчине и не понимал, линзы это или действительно такой цвет глаз? Ну это же океан какой-то. И смотрел этот океан на Шастуна с интересом. — Ты? — ухмыльнулся мужчина и, наконец, ровно поставил подростка. — Я, например, Арсений Сергеевич Попов, — он весело улыбнулся и протянул руку. — Ну, я тогда Антон. Антон Шастун, — откуда-то в парне появилась смелость. Или это было что-то на фоне чего-то? Почему-то именно сейчас, когда этот Арсений Сергеевич чуть ли не спас подростка от падения и разлитой воды, захотелось сказать ему какую-нибудь колкость. — Приятно, Антон, — сказал мужчина. — А мне приятны ваши касания. — ухмылка.       «Стоп! Чего?! Тревога! Какие ещё касания? Антон, ты придурок?! Это должна была быть колкость, а не...»       Походу действительно придурок. Арсений посмотрел на парня с таким лицом, какое бедный Шастун даже и представить не мог. На лице учителя было не то удивление, не то какой-то... восторг? И, конечно же, ахуй! — Чего прости? — может мужчине послышалось?       Антону стало страшно. Он схватил ведро, чуть расплескав воду, и, насколько это было возможно, рванул в кабинет, а после, выбежал и оттуда.       Арсений зашёл в пустой кабинет. Окно в нём было открыто, и осенний воздух задавал свежести. На небе собрались тучи, и на подоконник упали первые капли.       В кабинете застыла тишина. Лишь шум деревьев за окном напоминал о реальном мире. — Так вот ты какой персонаж... Антон Шастун, — вздохнул мужчина и посмотрел куда-то вдаль города.       Но кое-что в этом парне он хорошо запомнил. Зелёные глаза. Он смотрел на очертания зданий и построек, думая о своём, как и Антон сейчас. А ещё он запомнил его кудри, золотые как-будто... Странно, ведь он даже не заметил, как назвал парня при их первой встрече. Это так автоматически произошло.          Попов с детства придумывал разные милые прозвища всему и всем. Странно, ведь эту привычку он так и не перерос.                 Ну что ж, поживём — увидим.