Без названия

– …Займитесь… Сквозь пелену были слышны тихие голоса и один смутно знакомый голос, явно раздающий команды. – Ни в коем случае… Они не должны узнать… Пульса нет, дыхания нет. Так почему же он что-то слышит? Кто он и где он? Штаб квартира? – Поддерживайте… В голове медленно запускаются процессы мышления. Информация об окружающем мире отсутствует, лишь голоса. Группа расследования? Экраны? Удаленные данные? – Присмотри за ним… Ватари? – Мы уже знаем, как все это скажется… Кира. Тетрадь. Синигами. Хикару! – Жив?.. Лоулайт распахивает глаза. Мгновение. Перед ним давняя знакомая, которая тут же падает без сознания. Незнакомое место, незнакомые люди. Глаза закрываются. Следующие разы он просыпался в непонятном месте, которого казалось не могло существовать на земле. Двигаться и тем более вставать сил не было, поэтому изучать окружающую среду приходилось лишь взглядом. Еще в первый раз он краем глаза заметил недалеко бессознательную фигуру девушки. Пару раз он пытался ее окликнуть, но то из горла не вырывалось и звука, то она никак не реагировала. Попытки быстро прекратились, а выводы были сделаны. Все что удалось узнать, вокруг было светло - это единственное, что можно было разглядеть, лежа на чем-то твердом, без сил хотя бы повернуть голову. – Ватари? – хрипло и совсем тихо смог произнести он, когда воспитатель впервые появился в его поле зрения. Тот тоже ничего не ответил, бросив доброжелательный взгляд на него и принявшись поправлять что-то у девушки. Визиты мужчины были регулярными, хотя утверждать было сложно. Лоулайт проваливался часто в сон, будто компенсируя все те годы осознанной бессонницы. Обстановка вокруг не менялась. Было светло и приходил Ватари, который так и не отвечал на его вопросы. Понятия времени будто не существовало, поэтому он не мог оценить, сколько он уже здесь находился, как долго бодрствует и как долго спит. Девушка так же никак не менялась, не подавая признаков жизни. Все это удручало и единственное, чем оставалось себя занять, это глубокие размышления обо всем произошедшем. Было все таки жаль, что он сам так и не смог раскрыть Киру если не всему миру, то хотя бы группе расследования. Конечно Лайт будет считать, что победил, наверняка якобы продолжит работать над поимкой самого себя, не ожидая, что все данные о деле Киры перейдут в Дом Вамми, его наследникам. Обучение Ниа и Мелло, одних из самых одаренных воспитанников на данный момент, еще конечно не было закончено, но зато это будет отличной проверкой их умений. Рано или поздно, как и любой преступник, Кира будет пойман, в этом Эл был уверен. Что касалось его смерти, тут размышления долго попадали в тупик. Лайт Ягами не мог знать его имени и соответственно не мог вписать его в тетрадь, которых наверняка было как минимум две. Второй Кира, которым с вероятностью восемьдесят семь процентов являлась Миса Аманэ, мог увидеть его имя, но когда бы она успела его вписать, она же как раз чуть ли не сутки проводила на съемках какого-то фильма. Тем более она уж точно не могла знать о Ватари, хотя с ним тоже все непонятно. Как он здесь оказался? Почему не отвечает на его вопросы? Почему так спокойно ухаживает за бессознательной девушкой? Ответов не было. Единственным вариантом, как Лоулайт погиб, был синигами, написавший его имя в Тетрадь смерти. Раз человек, владеющий тетрадью, может совершить некую сделку, позволяющую ему видеть имена людей, то синигами точно и так видит их. После долгих размышлений, предполагаемая причина смерти была установлена, осталось разобраться что происходит сейчас. Можно конечно предположить, что это та самая “жизнь после смерти”, о которой часто размышляют люди, сам Эл никогда особо не интересовался подобными вопросами, но тогда назревал вопрос. Почему так? Почему он просто лежит, без сил сдвинуться с места? Почему вокруг никого нет? Вернее, как так получилось, что рядом лишь Ватари и Хикару? Можно предположить, что после смерти рядом оказываются люди, которые как-то повлияли на жизнь, которые тоже уже погибли, но почему тогда в таком состоянии. К тому же его интересовало, кем был тот синигами, которого он видел перед смертью, и имеет ли он отношение ко всему происходящему сейчас. Может из-за связи с тетрадью Бога смерти человек вынужден пройти какое-нибудь особое испытание, прежде чем обретет покой? Сначала эта мысль показалась бредовой, но чем дольше он здесь находился, тем больше смысла она будто приобретала. Но если это испытание, как он должен его пройти? Собрать все силы и встать? Заставить заговорить Ватари? Решить какую-то логическую задачу? Искупить свои грехи? Даже такая мысль посетила его голову. Или же разбудить Хикару? Последнее почему-то казалось самым правдоподобным.