За кадром

      Костя барабанил пальцами по столу. Это было не нервно, наоборот, довольно завораживающе. Со съемок, выхода сериала, концерта Князя прошло немного времени. За эти месяцы его с Владом очень полюбили журналисты. Вопреки мнению, что журналисты злые, Костя думал, что они довольно милые. Вот как эта девушка, смотрящая на них огненными глазами. Журналистку звали Катя. По ней был виден восторг от ситуаций, от самих актеров, от их взаимодействия. Влад был расслаблен и тоже смотрел на девушку, постоянно улыбаясь. У Плотникова первые 2 минуты было легкое чувство ревности, наверное это было сравнимо с чувствами Князя, когда он смотрел на Мишу и Анфису. Но через небольшой промежуток времени он расслабился. Парень сразу понял, что журналистке интересны они оба. Взгляд у нее был один и тот же, задавала она вопросы одинаково, уточняла, шутила. Она была в восторге, но не влюблена. Больше всего удовольствия ей приносило взаимодействие парней. Костя, уже не стесняясь, влюбленно смотрел на Влада. Сыграло свою роль и то, что это была запись подкаста на 6 серию, а не видео-интервью. — Я знаю, что у вас у обоих есть вторые половинки, — огласила следующий вопрос журналистка, — как они реагируют на сцены поцелуев, не говоря уже о других. — Поцелуях? — завис Костя. — Ну наших с тобой, — спокойной ответил Влад. Через секунду они напару с Катей смеялись как не в себя, а Костя с каменным лицом переваривал информацию. — Дома поговорим, — сказал Костя, отпивая из бутылки воду. — «Мам? Пап?» — процитировала Балу Катя.       В небольшой комнатке для записи послышался звонкий смех всех участников. Запись была уже больше похожа не на интервью, а на беседу фанатки и двух влюбленных голубков. — На самом деле нет. Актер — это такая профессия, привыкаешь со временем. Уважаемые слушатели, если вы думаете, завести отношения, семью с актером, то подумайте над этим моментом. — Аргументированно ответил Костя. — Да, мне кажется, что они уже привыкли и готовы к этому морально.       Костя еще раз посмотрел на Влада, показывая всю нежность в отношении к нему. — А мы сейчас про поцелуи на сцене или в гримерке?.. — Спросил у Кости Влад, поворачивая лицом его сторону, стараясь заглянуть в любимые глаза. — Да… — снова задумался Костя, пропуская вопрос, — А, блять!

***

— Ну вот зачем ты это сказал? Нас же весь интернет будет парой считать, — сказал Костя, заваривая себе чай на кухне тем же вечером.       Он зашел на кухню, теперь уже их общую, застав Влада закрывающего ящик. Он не принял этому какого-то значения, смотря на последние лучи солнца, уходящего за горизонт. — Да никто нас не раскроет, пока сами открыто не расскажем, — успокоил его Коноплев, забираясь на стул с ногами и упираясь спиной в холодильник. Это положение занимало второе по удобству место в квартире Плотникова. Первое неизменно оставалось на члене Кости. — Нас уже Рустам сводит, предлагая сценарий переписать, чтобы мы там вместе были. — Сводит он нас, потому что спалил однажды. А за сценарий не переживай, он все равно написан так, что фильм получится, как фанфик про неразделенную любовь Князя. — Бля, ну Влад, давай договоримся без этого. Все равно общество у нас такое. Гомофобное. — Сказал Костя, садясь со своим чаем на стул напротив Влада. — Кость, ну ты расстроился что ли? — спросил блондин, сползая со стула и осторожно подходя к Косте сзади.       Он обнял его со спины и начал осторожно массировать голову. Влад перебирал волосы Кости, пока тот задумчиво сидел и пил чай. Поставив кружку на стол, Костя еще пару секунд подумал и сказал: — Владь, я просто люблю тебя очень. Хочу чтобы ты был счастливым. — Костя осторожно взял руку парня со своей шеи и поцеловал, оставляя на щеке. Та в ту же секунду приласкала его. Влад водил большим пальцем по щеке любимого и вслушивался в слова. — А с подобными признаниями же потом проблем не оберешься. Это ж клеймо на всю жизнь. А может ты эту жизнь нормально дожить планируешь. Без помидоров в лицо. — Кость, и я тебя люблю, хочу чтобы об этом все знали. Я никогда не буду упрекать или винить тебя в том, что ты мне испортил жизнь. — Влад коротко поцеловал Костю в макушку. — А мне плевать на всех. Я тебя люблю.       Костя не дождался ответа, лишь рука, которая до сих пор гладила его щеку. Костя льнул к ней, как кот. Он хотел забрать себе всю любовь этого парня. Хотел навсегда остаться, раствориться. В этих больших голубых глазах. Обнять за плоский живот и не отпускать никуда, утыкаясь носом в грудь. Слушать ежедневные истории о бабушках, которые дрались за майонез перед новым годом. Да что угодно в принципе. Когда Влад не мог приехать, он часто отправлял какие-то аудио, которые Костя переслушивал не по разу. Да Костя был уверен - он его любит. Они оба любят. И не ревнуют, снимая сцены с поцелуями с Олей, Анфисой, Агатой. Потому что они всегда рядом друг с другом. На одной съемочной площадке. В одной гримерке. В одной кровати. Костя любит Влада. Неизмеримо любит, он готов повторять это каждый день, по 2, 3 да хоть по 100 раз. Если Влад будет рядом, утро будет не только добрым, но и невероятно нежным и умиротворенным. — Кость… — Ммм, — довольно протянул Плотников, наслаждаясь прикосновениями парня. — Пойдем спать, поздно уже… — сказал Коноплев и наклонил голову Кости так, чтобы был открыт доступ к губам. Он быстро поцеловал парня, на что тот, блаженно призакрыв глаза, простонал. — Устал? — Невероятно…       Они переместились в кровать. У Кости она была большая, но Влад все равно всегда прижимался покрепче, устраиваясь головой на плече или груди. Костю всегда устраивал такой порядок вещей. Они легли. Влад положил руку через голую грудь Кости, устраивая голову на плече. Он вдохнул родной запах. Он любил спать вместе. В принципе, совместная жизнь дает уйму возможностей: вместе мыться, спать, трахаться в совершенно рандомных и новых местах. Вместе что-то смотреть. Да, Влад определенно любил смотреть что-то вместе. Они садились на широкий диван напротив телека, заказывали пиццу. Костя собственнически закидывал руку ему на плечо, но что Влад укладывался головой на его плечо. Иногда, хотя скорее всегда, он засыпал под сериал на коленях у Кости, измученный работой. Костя всегда гладил его по голове, зная как парню это нравится, улавливал легкие стоны в полудреме парня. Он курил, выдыхал всегда в сторону от Влада. Коноплев просто как-то упомянул, что не особо любит курить, еще давно, в самом начале их общения. Теперь сам же курил.       Вообще курил Влад всегда только в стрессовых ситуациях. Его это успокаивало, дарило странное тепло внутри, давало умереть физически, чтобы не болеть морально. Он никогда не покупал сигареты, обычно без спросу брал у Кости, на что тот особо и не сердился.       Костя уснул. Влад это понял по выровнявшемуся дыханию. Костя спал всегда крепко, вырубался почти сразу, а разбудить его было каким-то квестом. Немного обдумав весь день, ситуацию в которой они оказались, страну и ее отношение к геям, было правда трудно. Им было бы сложно говорить и слушать критику от других, им было бы больно скрываться, не выходить в людные места, не целоваться там, не выражать своей любви. Остальные такой проблемы не питали. Влад долго думал, еще часа 2. Он устал, в принципе уже от всего, от дня, интервью, мыслей и страхов. Он аккуратно переместил свою руку под футболку Кости, оглаживая теплый живот своей холодной рукой. Этим он вызвал какой-то недовольный бубнеж из уст парня, но тот не проснулся. Он еще раз вздохнул, чувствуя тепло Костиного тела. Он огладил ореол соска, заставив тот мгновенно затвердеть. Владу нравилась эта игра с организмом рядом. Ему нравился весь Костя, до каждого сантиметра кожи. Он понимал, ради кого он терпел и боролся. Он жить ради Кости готов. Долго помучившись, он все же уснул.       Плотников проснулся часов в девять. Он глянул и не увидел парня рядом с собой. Костя немного полежал, перекатываясь с боку на бок и учуял сигаретный дым. В квартире, да и в принципе, курил обычно Костя. Он присел, облокотившись на стену. Влад сидел на окне, куря, смотря на машины на дороге, в растянутой Костиной футболке, которую наверняка отрыл из недр шкафа. Плотников залюбовался это картиной, когда Влад резко повернулся к нему. Его волосы с утра были растрепанны, а лицо с синяками под глазами, на фоне которых глаза казались такими яркими. — Разбудил? — спросил Влад, затягиваясь сигаретой. — Меня? Ты угораешь? — усмехнулся Костя, глядя на парня, который упирался босыми ногами в край подоконника. Костя переполз на угол кровати и встал, направляясь к парню.       Тот в свою очередь сел на край, давай ногам болтаться, но не сполз вниз. Плотников подошел. Влад раздвинул ноги, и Костя удобно устроился между ними. — За что ты мне такой красивый? — прошептал он.       Влад посмотрел в глубину карих глаз, которые с интересом рассматривали его снизу. — Кость, — вздохнул он, бросая недокуренную сигарету в окно, которое было открыто на форточку. — У тебя же те же проблемы. За все твои старания. Я тут, потому что ты не боишься меня любить и оберегаешь от моих спонтанных и необдуманных идей. — Владь, ну ты чего? — Костя посмотрел на Влада, по лицу которого сползала слезинка. — Любил и любить буду. — Я люблю тебя… — прошептал Влад. Он был готов разреветься прямо там. На холодном подоконнике.       Костя знал о ментальном состоянии Влада. Он аккуратно протянул руки к его щекам, утягивая в глубокий поцелуй. В это время он подхватил тушку парня под бедра и понес в сторону кровати. Сам Влад не сразу понял, что его куда-то тащат, но когда опомнился лишь сильнее прижался к парню. Влад был холодным, всегда. Он спал с открытым окном, его руки, ноги, раньше еще и сердце, были холодным. Костя же топил этот лед. Добавлял тактильности к максимально отстраненному парню. Он грел, прижимал к себе, не давал высвободиться от этого тепла, которое исходило от парня, как аура. — Прости, — через слезы сказал парень, когда его положили на кровать, укутав в одеяло. — Прости, прости, прости… — Эй, Владь, не за что извиняться, — Костя понял, что надвигается истерика. Чем она вызвана пока не понятно. — Влад, ты слышишь? Владь…       Костя обнял, прижимая парня к теплой груди. Он понял, что тот скорее всего его не слышит. Он продолжал лишь ловить воздух ртом, роняя слезы на кровать. — Тише, тише, — говорил Костя, целуя дорожки от слез. — Я с тобой, я рядом…       Тело под ним перестало дрожать, проваливаясь в какое-то бессознательное состояние. Костя положил его на кровать, понимая, что парень провалился в сон. Он закрыл окно, закутал Влада в одеяло и задвинул шторы, чтобы свет не мешал парню. Костя пошел на кухню. Воспоминания вчерашнего дня начали давать о себе знать. Он быстро заглянул в аптечку и не пересчитав, понял, что Влад вчера выпил около 6 таблеток успокоительного. Пазл сложился, давая понять Косте причину быстрого сна и утренней истерики. Он помнил о том, что родители давали Владу на каждую истерику в детстве эти таблетки и он не отучился их есть в любой непонятной ситуации. Он помнит, как Влад их ел насухую, не запивая водой. Костю неприятно передернуло от воспоминаний и он убрал таблетки на самую дальнюю полку, к нераспакованному сервизу. Он обязательно скажет, что выкинул их, только завтра. Сейчас он попьет воды и вернется к Владу, обнимет его со спины и пошлет весь остальной мир, оставаясь дома, рядом со своей любовью.