- Люблю тебя. - Бесконечно.

На третий день Минхо понял, насколько устал от металла в своем ухе и от постоянной ноющей боли. Он каждый раз с ужасом ждал, когда подойдет время ухода за проколом, потому что процесс обработки доставлял ему много неприятных и болезненных ощущений. Он осознавал, насколько смешно это видится со стороны, поэтому никому не говорил. Всю ночь ворочаясь в кровати, пытаясь не трогать ноющее ухо, он к утру принял решение — снять сережку и пусть все зарастет. В конце концов, условия спора были выполнены, друзьям он с пирсингом показался. Он решил зайти в тот салон после учебы, чтобы вернуть дорогое украшение, к тому же, Минхо очень хотелось снова увидеть того мастера с очаровательными ямочками, ласковыми глазами и очень сильными руками. Где-то в глубине души он понимал, что возврат сережки — это всего лишь предлог, но Минхо ни за что бы не признался в этом себе. Уже спокойно идя тем же маршрутом, что и несколько дней назад и не нервничая в ожидании боли, а наоборот, на подъеме от того, что он увидит Чана, Минхо понял, что переживает из-за встречи. Он всегда выглядел достаточно холодным из-за неуверенности в себе и особо не интересовался внутренним миром немногочисленных приятелей, так же никого не пуская к себе в душу. А тут парень осознал, что хотел бы узнать Чана поближе, и рассказать ему о том, что беспокоит самого Минхо. Зайдя в салон, он увидел за стойкой другого администратора. – А Чонин..? – вопросительно посмотрел Минхо на парня. – О, он сегодня не работает, его смена завтра. Может, я могу вам чем-то помочь? – Вообще, мне нужен Чан, он пару дней назад делал мне прокол и я хотел бы поговорить с ним. – К сожалению, сейчас он занят. А у вас какие-то проблемы с проколом? – было заметно, что администратор немного запереживал. – Бан Чан очень опытный мастер, не должно быть никаких осложнений. – Нет-нет, – Минхо бросил взгляд на бейдж. – Сынмин, все в порядке! Мне просто нужно с ним поговорить, – администратор так мило волновался, что Минхо посчитал необходимым его успокоить. – Присядьте, пожалуйста, я сейчас уточню у Чана, когда он освободится, – Сынмин быстро скрылся в знакомом с прошлого раза коридоре. Вернувшись буквально через минуту, он сказал, что мастер скоро подойдет. – Может быть, кофе или чай? – Нет, спасибо! Я так поздно пью только воду, – улыбнулся Минхо. – Вредно пить кофе на ночь. – Вы правы! Я тоже стараюсь после 6 вечера его не пить, хоть и очень люблю! – покивал головой Сынмин и, решившись, уточнил. – Можно спросить? – Да, конечно. – Насколько я знаю, Чан занимается татуировками, а проколы делает Чанбин. Как так получилось, что вы попали не к нему? – Честно говоря, и сам не особо понял, – фыркнул Минхо, и тут из коридора появился Чан, на ходу вытирающий бумажным полотенцем руки. – Сынмо, ты пристаешь к клиентам? – мягко улыбаясь своей очаровательной улыбкой, он потрепал парня по плечу. – Нет! Что ты! Мне просто стало интересно... – покраснел Сынмин и, смущенный, ушел за стойку. – Пойдем? – Чан сосредоточил все внимание на Минхо и с небольшой тревогой заглядывал ему в глаза. Зайдя в знакомый кабинет, они сели друг напротив друга: – Ну, рассказывай, – Чан беспокойно оглядел проколотое ухо Минхо. – Насколько я вижу, все в порядке. – В-целом, да, – Минхо вздохнул и сгорбился на стуле. – Ну... Ты же знаешь мою проблему? – С непереносимостью боли? Конечно! Я этот прокол на всю жизнь запомнил! – Чан шутливо закатил глаза и сделал вид, будто вытирает пот. – Ну, в общем, мне больно за ним ухаживать. Я понимаю, как тупо это звучит, но серьезно. Я весь день с ужасом жду вечера, когда мне надо будет обработать ранку, а затем трясусь, пытаясь это сделать. Поэтому я решил снять сережку и пусть прокол зарастает. Во всяком случае, задание за свой проигрыш я выполнил. А ходить мне с пирсингом дальше или нет – это уже мое дело. – Ты сейчас серьезно? – Чан печально и недоверчиво нахмурился. – Ты с таким трудом все перенес, мне прям реально было тебя очень жаль, а теперь ты хочешь все это оставить? Там же не сильный уход, может, все-таки, потерпишь? Ты очень сильный. И отважный, – Минхо фыркнул на эти слова. – Понимаешь, мне не столько больно, сколько ммм… ужасно… неприятно – не знаю, как сказать. Короче, мне плохо от того, что я сам должен туда лезть и причинять себе боль. Но ходить с обработкой в медпункт? Хахаха, – он грустно покачал головой. – Нет, я уверен, мне это не надо. И еще, я хочу вернуть тебе украшение – оно дорогое. И очень красивое, думаю, его обязательно кто-нибудь выберет. – Минхо, – достаточно жестко произнес Чан, заставив парня кинуть на него взгляд и поежиться от такого тона. – Во-первых, я подарил это украшение тебе и не хочу, чтобы ты его возвращал. Не хочешь носить – я не настаиваю. Пусть просто будет у тебя. А во-вторых, – тут его тон сильно смягчился, – может быть, я смогу тебе помочь? – То есть? – Минхо подняв брови, посмотрел на Чана. Тот ненадолго залип, глядя в красивые кошачьи глаза, которые от удивления стали еще больше. – Ну, если ты будешь приходить сюда, я смогу сам все обработать. Тебе же осталось еще полторы недели? Зато потом ты будешь гордым обладателем пирсинга, – тут Чан снова улыбнулся, показывая свои ямочки, которые странным образом действовали на Минхо, заставляя соглашаться со всем, что предлагает его мастер. – Эмм… Ну, думаю, это возможно. Но... Тебя это точно не затруднит? – Нет, конечно! – оживился Чан, бесконечно радуясь тому, что парень которого он так хотел увидеть, будет приходить к нему еще долгое время. – Я буду очень рад тебе помочь. И вообще, не хочу, чтобы наши труды пропали даром, – подмигнув, он поднялся и склонился над Минхо, вызывая у того поток мурашек. А когда Чан аккуратно прикоснулся к его уху, парень и вовсе вздрогнул. – Больно? – нахмурился Чан. – Ннет, – Минхо почувствовал, что краснеет. Чан заметил, но не подал вида, про себя отметив, что ему безумно нравится реакция парня на его прикосновения. – Администратор назвал тебя Бан Чан – тебя так зовут? – юноша попытался отвлечься от рук, нежно трогающих его ухо. – Вообще, мое полное имя Бан Кристофер Чан. Так что можно хоть Чан, хоть Крис, – он приготовил антисептик, чтобы быстро обработать прокол, причиняя как можно меньше неприятных ощущений Минхо. Тот по-прежнему вызывал у него чувство умиления и желание схватить его, утащить и спрятать ото всех. Но после реакции юноши на свои прикосновения, Чан вдруг осознал, что хотел бы не просто спрятать его, а сделать это в одном конкретном месте – своей постели. – Кстати, как отреагировали твои приятели? – Ооо! Они были в полном восторге! Я так понял, парни не ожидали, что я на это решусь и ждали, что я попробую изменить условия наказания. – Но ты не такой, – Чан с восхищением смотрел на юношу. – Ты решительный и держишь свое слово, несмотря ни на что, – Минхо смутился и порозовел от похвалы. – Правда, не каждый на такое решится, многие уходили после консультаций. А ты молодец. – Хватит вгонять меня в краску, – скромно произнес Минхо, хотя весь его вид выдавал то, что ему очень нравится слышать такие слова от Чана. – Давай уже, обрабатывай, я пока как желешка и ничего не почувствую, – он все-таки собрался и стал вести себя как обычно, с иронией реагируя на происходящее. – Надеюсь, сегодня нам не понадобится нашатырь, – усмехнулся Чан и быстро проделал все манипуляции, на что Минхо только сильно морщился. – Все. – Так быстро?? Я несколько минут только храбрости набираюсь, – печально сказал юноша, запуская ладошку в волосы. – Все нормально. Тебе просто не повезло. С другой стороны, людям с высоким болевым порогом не повезло еще больше. – Почему?? Они же могут спокойно делать все, что и вздумается и не чувствовать боли? – Угу. Боли от порезов, ожогов, обморожений, воспалений. Это очень опасно. Боль нужна человеку, чтобы выжить. – Ох, об этом я не думал. Значит, мне действительно повезло… – Я всегда шучу, что динозавры вымерли из-за высокого болевого порога. Им начинали отъедать хвост, они ничего не чувствовали, а потом удивляться было уже поздно, – Чан, улыбнувшись, хмыкнул. Минхо захихикал, затем засмеялся во весь голос: – Боже, я это представил, какая жесть! – он продолжил ржать, заставив Чана улыбаться до глаз-щелочек. – Тебе понравилась моя тупая шуточка. Ты такой милый, – блаженно улыбаясь, Чан выглядел абсолютно счастливым. – Нормальная шутка. Поверь, я слышал гораздо, гораздо хуже, – просмеявшись, Минхо встал со стула. – Спасибо? Если это все, то я, наверное, пойду. – Да, я все сделал, – Чан грустно поджал губки и захлопал ресницами, состроив мордочку обиженного котенка. После фыркнул и продолжил. – Я бы проводил тебя, но у меня поздняя запись и ждет клиент. – Ой, я тебя отвлек? Прости! – Ничего страшного. Там большая работа и все равно надо было сделать перерыв. Так что ты совершенно не помешал. Так я жду тебя завтра? – Конечно! Ты меня убедил в том, что мне совершенно необходим этот пирсинг! – Минхо гордо задрал голову и рассмеялся. – У тебя очень милый смех. И сам ты милый, и вообще, похож на котенка, – Чан завороженно посмотрел на Минхо, восхищаясь его красотой и кошачьей грацией, затем пришел в себя и стал убирать антисептик. Было заметно, что его уши покраснели, а сам он смутился своих неожиданно вырвавшихся слов. – Спасибо, Крис, – Минхо по-доброму улыбнулся и пошел к двери, обдумывая мысль, внезапно возникшую в голове после слов Чана. – До завтра. – До завтра, Минхо. Выходя, юноша оглянулся и, не удержавшись от шалости, сказал: – Мяу, – закрыв за собой дверь, он быстрым шагом пошел на ресепшен, закусив губу, чтобы не улыбаться во весь рот. Там он попрощался с администратором и вышел на улицу. Придя на следующий вечер, он увидел за стойкой уже знакомого Чонина, и тот, узнав клиента, улыбнулся и сразу же пошел за Чаном. – О, привет, милый котик! – искренне радуясь от того, что снова видит парня, Чан счастливо ухмыльнулся и, здороваясь, сжал его руки своими. – Осторожней, раздавишь! – насмешливо фыркнул Минхо, ему не было больно, он просто решил немного подразнить своего мастера. – Что, прости? На котячьем не понимаю! – веселился Чан, открывая перед клиентом дверь. За те вечера, что приходил Минхо, они обсуждали с Крисом все на свете. Он всегда старался выгадать побольше времени на юношу, несмотря на то, что сама обработка занимала всего лишь пару минут. Все остальное время они разговаривали абсолютно обо всем, становясь с каждым разом все ближе друг к другу. Минхо рассказал, что учится на ландшафтного дизайнера, живет в общаге, и что заканчивает универ через два года. Когда он говорил о выбранной специальности, Чан не мог отвести от него зачарованного взгляда. Глаза Минхо горели, он был увлечен рассказом о своей профессии и было видно, что он ждал возможности устроиться на работу. Он так воодушевленно объяснял Чану как правильно ухаживать за растениями, что тот, даже не понимая толком, о чем идет речь, очень захотел попробовать подстричь какой-нибудь кустарник. – Минхо... Ты так интересно рассказываешь, – влюбленно глядя на парня, Чан нежно улыбнулся и дотронулся до его руки. – Ой, прости, я, наверное, заболтал тебя, – почувствовав прикосновение, парень порозовел и захлопал глазами, выглядя как озадаченный кот. – Наоборот! Мне правда очень нравится слушать тебя. Ты очень умный, ироничный, у тебя потрясающее чувство юмора! – Ты специально это делаешь? – покрасневший Ли искоса взглянул на Чана. – Что именно? – поднял брови тот, стараясь не улыбаться. – Смущаешь меня. Тебе нравится это, верно? – прищурился Минхо, с осуждением глядя на парня перед собой. – Каюсь! – Чан, ничуть не переживая о том, что спалился, все-таки широко улыбнулся и продолжил. – Мне нравится, как ты краснеешь, такой милашка сразу. Сначала серьезный сидишь, как будто ежик в колючках, а потом смущаешься от моих слов и становишься милым застенчивым котенком, – по-прежнему мягко улыбаясь, он наклонил голову набок и сказал. – Минхо, ты просто чудо. – На самом деле, меня очень сложно смутить, – Чан насмешливо фыркнул. – Да, обычно это я всех смущаю. – насупился Минхо. – О, так значит, это только мне так повезло, видеть стесняшку Ли Минхо? – Эм… Ну да, – парень скорчил непонятную гримасу. – Все остальные считают меня льдинкой. – Что?? Какая же ты льдинка? Ты очень нежный и отзывчивый, – Чан тихонько дотронулся до проколотого уха Минхо, из-за чего тот дернулся и снова покраснел. – Минхо, осталось всего два дня обработки. – Как?? Всего два..? В смысле, уже почти все… – парень резко погрустнел и печально поджал губы. – Значит, мне потом не приходить больше? – он посмотрел своими котеночьими глазами на Чана, заставляя сердце того ёкнуть от щемящей нежности. – И раз осталось всего два дня, не буду дольше тянуть, – Чан на мгновение прикрыл глаза и тихо спросил. – Может, сходим на свидание? – Мяу, – застенчиво улыбнувшись, Минхо ткнулся головой в грудь Чана. – Я уж думал, ты не позовешь. – Я боялся, что ты откажешь, – парень наклонил голову, светя порозовевшими ушками. Видеть здорового накачанного мужчину в татуировках таким стесняющимся было слишком мило и Минхо не удержался от того, чтобы со смешком добавить: – Я думал, такие брутальные парни вообще ничего не боятся, – фыркнув, он продолжил с ласковой улыбкой. – Милый трусишка. Чан покраснел еще сильнее, с наигранным возмущением поглядывая на парня, но не выдержав долго, снова разулыбался. – Можно? – Минхо протянул руку, чтобы коснуться восхитительной ямочки, которая приковала к себе его внимание с самого первого дня. – Тебе все можно, – Чан, нежно улыбаясь, не сводил взгляда с юноши, который легонько коснулся его щеки. Крис прикрыл глаза, чтобы насладиться мягкостью чужих пальцев, которые аккуратно дотрагивались до его кожи. – Чан, они очаровательные, – Минхо улыбнулся как счастливый кот.