𝓛𝓪 𝓯𝓪𝓲𝓫𝓵𝓮𝓼𝓼𝓮 𝓭𝓾 𝓹𝓲𝓪𝓷𝓲𝓼𝓽𝓮

Это был самый что ни на есть обыкновенный светский вечер, на который было приглашено огромное количество людей дворянского происхождения и даже пара аристократов, которые, похоже, от скуки решили всё же принять приглашение и прийти, чтобы скоротать свои скучные минуты жизни. Я тоже там был, и по моей несчастной участи этот вечер стал самым запоминающимся в моей жизни. Меня зовут Мин Юнги, молодой парень, двадцать четыре года от роду, дворянского происхождения, родители мои умерли лет так сорок шесть назад. На самом же деле, мне уже целый век и даже, должен сказать, больше века. Вы наверняка сейчас подумали "Что? Такого не может быть! Двадцать четыре от роду и больше века. Это немыслимо!". Я тоже поначалу думал так же. Но, как видите, я живу, что, конечно, очень громко сказано, так как вся моя жизнь – это всего-навсего существование в этом мире, причинение боли окружающим, как душевной, так и физической. Но знаете что? Мне нравится это существование. И нет, мне не одиноко, мне весело. А также, при мне всегда есть прислуга, и они сделают всё, чтобы только остаться в живых, а чтобы они остались в живых, им всего-навсего нужно угождать мне. Я с раннего детства увлекался игрой на таком музыкальном инструменте, как пианино. Это восхитительное занятие врезалось мне в самое сердце и каждый раз пронизывало мою душу до мурашек по телу: это превосходное звучание, которое появлялось каждый раз, когда я нажимал своими маленькими ручками на клавиши. Я был загипнотизирован игрой своей матушки, Госпожи Мин, которая играла так великолепно, так красиво, так неописуемо, что всё вокруг замирало разом: птицы переставали петь, листья на деревьях - шуршать, кот переставал мяукать. Это нельзя описать одними словами ни на каком либо языке. Это нужно услышать самому и прочувствовать всё то, что чувствовал тогда я. Я был поистине счастлив, а на душе было спокойствие и умиротворение. Но всё изменилось в один прекрасный день, на том самом вечере в окружении присутствующих гостей. Я и сам был приглашён на это светское мероприятие, а если быть точнее, то пригласили в этот, вымощенный из дорогого камня по словам самих хозяев, дом моих родителей. Я играл на пианино и все дворяне, аристократы и даже прислуга замерли от моей игры. Я вкладывал в это всю свою душу и сердце, которое ещё не смогла растопить ни одна живущая в городе девушка небывалой красоты. Но, сидя на банкетке и быстро перебирая своими музыкальным пальцами с клавиши на клавишу, я почувствовал тонкий приятный и до жути знакомый запах женских духов. Я начал оглядываться и высматривать, от кого же может исходить столь тревожащий сердце запах, не отрываясь при этом от игры. Поймав взгляд обворожительной девушки в чёрно-красном платье, я чуть не упал с той самой банкетки. Она была соткана из самого прекрасного сновидения, словно я вижу перед собой работу самого лучшего художника в стране, она – самое невинное создание природы, такая тёплая, но в то же время холодная, словно самая суровая зима, бледная как снег, который скоро уже должен выпасть, с чёрными, как уголь, волосами, но белёсой кожей цвета пурги. Этим контрастом дня и ночи она уничтожала меня наповал раз за разом, когда я решался взглянуть на неё ещё разок. О да, это была моя первая влюблённость за двадцать четыре года моей жизни, не считая пианино. И в тот вечер я был счастлив до приятного колющего ощущения, у меня летали бабочки внутри, а сердце с каждым разом набирало обороты и билось быстрее. Я был готов посвятить ей все свои песни, научиться рисовать, чтоб только всегда смотреть на её портрет, готов был сделать её счастливой и подарить детей, готов был исполнить любую её прихоть. Но этому не суждено было случиться. И я предполагал исход того, что она меня отвергнет, что не вымолвит и слова, когда я всё же наберусь смелости с ней заговорить, не станет слушать и больше не взглянет на меня своим пронизывающим до самых костей и так тревожащим моё сердце взглядом. И поверьте мне, лучше исход был бы таков, нежели то, что я пережил в ту злосчастную ночь.