Not mortals.

– Когда-нибудь мы сбежим, Рюноске, что даже тёмные мечники нас не достанут. Судно приближается к суше с каждым часом и остаётся всего ничего. На самом краю спереди, наблюдая за погодой, стоял светловолосый юноша. Он был одет в одежду из специального материала, который черти порвать не смогут. Волосы развивались на прохладном ветру, а лицо было словно спокойным, но скорее это просто маска, которую мало кто могли определить. Юноша привык, что в этом мире будет слишком сложно. Нельзя ведь поддаваться эмоциям, да? Парень повернулся к другому концу судна, немного нервно начиная шагать в сторону помещений, куда зашёл так же плавно, словно плыл по воздуху, но дыхание все ускорялось с каждым разом. А равномерные шаги перерастали в быстрый шаг, а, когда тот спускался чуть ли не на самый нижний этаж, он и вовсе бежал. Бежал, громко дыша, но больше всего он слышал то, как бьётся его сердце. Сейчас всё слишком тревожно. Страшно. Распахнув тяжёлую дверь, предварительно открыв три замка, зашёл в тёмную комнату, словно темницу без света. В уголке послышался шорох, а так же звук металла, бьющегося по полу. Посмотрев туда, светловолосый увидел человека с тёмными волосами, у которых на кончиках белый цвет, а сам был в темной одежде, что была порвата и грязна. Его руки были скованы, а тело худощаво. А на месте ран были сильные ожоги. – Рюноске.. Через час мы будем на месте, – сказал голос светловолосого юноши, что немного дрожал скорее всего от жалости и грусти. Он не знал, что всё так получится. Юноша мог лишь хмыкнуть, после продолжая, – там тебя заберут. Всё будет-.. – Прекрати. Мне не нужны эти слова. Там меня заберут, а после отдадут старшему, что будет заниматься моим допросом, – святоша подумал сразу же: "Дзено Сайгику", после слов нечисти. Дзено Сайгику является одним из старших лиц, которые узнают информацию и дерутся не на жизнь, а на смерть с нечистью. Этот человек жуть, как ненавидит их, особенно после того, как была мертва его семья, а у него ужасно сильно повредили глаза, от чего теперь верхнюю часть лица, вернее его половину, скрывали бинты. Раньше, когда он был ещё только одним из отряда, которым руководил старший генерал-майор Фукучи, который так же был ответственный за обучение управления боевого и специального оружия, он был зрячим а от его взгляда мог пробежать холодок по коже, – а после меня рассекут Божьим клинком. Мне будет больно. Не хорошо. И уже никогда не будет хорошо, Накаджима. – Моя вина.. Моя вина! – чуть ли не вскрикнул Ацуши, пуская две слезы. Ком в горле давал о себе знать, от чего Накаджима молчал некоторое время, после продолжая, слегка поднимая голову кверху, – .. Я всё вспоминаю, как мы были детьми, чьих нечисть повстречала. Мы были их заложниками, – шорох, Ацуши залез дрожащей рукой в карман, – мы не знали, что такое свет и тьма. Мы думали, что люди спасут нас, а они просто, – щелчок, – заставляют убивать наших же, я должен привести тебя - того, кто уничтожил множество зданий и был признан одним из девяти дьяволов разрушений. Это всё ради жизни.. Из кармана светловолосый достал небольшой ножик, он был спрятан ради исключительных случаев, чтобы защититься, если враг слишком близко к телу. Это одно из Божьих оружий, чьими можно запечатывать не смертных. Ах да. Не смертные – люди, которые не умирают от тумана смерти, что лишь отравляет их разум и создаёт чёрную кровь. Ее они могут использовать, как оружие, что может быть по просьбе хозяина крови стать острыми, словно иголка в 0,5 см, может стать черными крыльями, которые в последствии могут стать стрелами. Для жизни им нужно есть людей. В частности кровь, но от плоти, хоть от неё толка меньше, не откажутся. Сам же туман смерти состоит из множества неизученных веществ, но в состав входит и никотин. Обычные и не курящие люди могут выжить в нём 7 часов 34 минуты 25 секунд, а курящие и 3 часов выстоять не могут. – я спасу тебя от допроса, Акутагава. Сейчас, – ножик сверкнул, – я избавлю тебя от дальнейших мучений. Послышался звук рвущейся цепи и вскрытия плоти, а затем послышалось тихое капание крови и тихое рычание. – Судно прибыло в порт. Всё грузы были в ценности и охранности, – произнёс рыжеволосый парень, слегка нервно сжимая и разжимая пальцы, а под глазами были, словно тёмные пятна, синяки. Он не спал всю ночь, ведь в порт могло приплыть судно, которое является очень ценным. – Это всё, Танизаки? – спросил тихий и спокойный голос, наблюдая из окна на то, как переносят разные коробки, вероятно с новыми ресурсами с Америки, где и заразился сам туман. – .. Нет, – вздохнув, продолжил, – Дадзай-сан.. Акутагава не был найден. Он был под присмотром Ацуши, так что-.. – Мм.. Ацуши-кун. Вот как. Ну, ничего страшного, я сам с ним поговорю, но тут больше вина не его. Пожалуйста, спроси и Куникиды-сана про сохранность самого судна, – сказал Осаму, взглядывая на одного из семейства Танизаки, немного криво улыбаясь, что даёт повод для дрожи. – Хорошо, – ответил Танизаки, выходя из кабинета, вздыхает, после с опаской проходя коридоры. Дверь в отдел смотрящих была не так далеко, однако для рыжеволосого даже секунды казались медленными, а сердце и вовсе стучало так, словно оно находилось прямо в ушах, что он даже не слышал то, как его окликнула Наоми. Один из опаснейших может быть где угодно. А если Дазай Осаму так относится к этому и даже улыбается подозрительно, а черт его знает, что у того в голове, он может сделать что-то очень страшное, что произошло во время сражения на территории Японии пол года назад. Темноволосый слабо улыбнулся своим мыслям. Он встал со своего тёмного стула, а мебель у него была вечно мрачной, как и у наставника Огая Мори. Он и поставил Дазая на место главнокомандующего на порту, назвав его наследником его должности, как одного из председателей. Потягиваясь и хрустя суставами, темноволосый посмотрел на бумаги, которые после отправит на собрание глав. После он, взяв ключи и выйдя из кабинета, закрыл его, уходя в тёмный коридор. – Ацуши-кун, Ацуши-кун.. Кажется, ты решил не придерживаться плану по уничтожению нечести. Ах, святоша-святоша, ты был таким чистым, не думал, что ты так поступишь, – на лице оказалась странная улыбка, – ну, ничего-о. Святое дитя, я смогу поставить тебя на путь истинный. А в голове прозвучало тихое: "по твоему пути, что грешен, как и нечисть. Он идёт по твоим стопам, лучше, поставь его на другой путь. По-настоящему светлый.", что так отдавалось гулом в ушах. – Ах. Одасаку. Мой мёртвый друг, ах-ха-ха. Ты всегда так отрезвляешь, – горько сказал главнокомандующий. Сакуноске Одасаку был одним из тех, кто был против войны, но выборочно делал задания, если они не касались убийств. Он мог передавать документы. Ода пытался найти светлый путь, среди тьмы и убийств. Последним его желанием перед смертью было то, что Дазай старался полностью выполнять по сей день. Парень спустился по лестнице вниз, медленно шагая, наверное, раздумывая о последующем диалоге. Вступив на последнюю возвышенность, он поднял голову и увидел судно, а рядом самого Ацуши, разговаривающего с Кекой. Подходя ближе, темноволосый смог понять, что они разговаривали насчёт скорого направления на Марокко. – О-о, Ацущи-кун и Кека-тян, как вы тут? Кстати, Ацуши-и, как плавание? – и вновь странная улыбка, а глаза словно впились в беловолосого юношу, который нервно сглотнул, понимая, что Осаму явно его по голове не погладит. – Не совсем моё, думаю, будет лучше, если я продолжу выступать нападющим отряда SR, да и тот случай с тем, что Акутагава пропал.. Это ужасно, – нервно сказал юноша, вздыхая, смотря то на пол, то куда прямо, но точно не в глаза Осаму. Посмотрит – и темноволосый всё узнаёт, всё поймёт, всю кровь выжимет из бедного паренька. – Вот каковы твои предпочтения. Хорошо, как скажешь, – Дадзай, закрывая глаза, расплылся в улыбке. "Хочешь, так будешь наступающим, почему бы и нет. Интересно, а станешь ли ты тем, как одна из тех девушек в отчете? Кажется, одна из них являлась одной из подчинённых Рюноске Акутагавы, которая старалась убить тебя, Ацуши, чтобы защитить его, а другая девушка, что была человеком, защитила её. Эх, печально, что Луиза Олкотт и Люси Мод Монтгомери сбежали. Я думал, подчинённые Френсиса, которых он дал тебе на плавание, будут нормальными. Хаха... Интересно, а ты бы мог так же с Рюноске сбежать. Вы ведь с ним знакомы, верно? " – Дазай ещё сильнее улыбнулся, но уже своим мыслям. А потом он вовлёкся в разговор. Они втроём начали обсуждать скорое нападение на ничего не подозревающую нечисть. Стоило солнцу опуститься до горизонта воды, Накаджима устало попращался со всеми и пошёл в свою комнату. В порту было предусмотрено общежитие, ведь некоторые тут буквально живут. По пути туда до него быстро добрался Осаму, который со спины начал того спрашивать. – Ацуши-кун, не расскажешь ли, откуда ты знаешь Акутагаву? Никто ведь тебе не должен был сказать о его фамилии, – медленно, но верно подходил к своему маленькому плану темноволосый, улыбаясь. – Мы были знакомы до того, как он стал нечистью, – нервно произнёс Ацуши, ускоряя шаг. Это ведь будем ужасно, если сейчас всё раскроется, верно? Его же тут же казнят. Нет, будут мучать! Оо, нет-нет, этого явно парнишке не хотелось, он не хочет вспомнить прошлое. Просто не хочется думать о том, что с ним будет, расскажи Осаму всё председателям. – Вот как. Другой вопрос: как давно у тебя шрам на лопатке да такой аккуратный, прям вырезнное из плоти сердце. На такое не способен человек, не думаешь? А нам ещё совсем свежий, – усмехнулся главнокомандующий, смотря за тем, как жертва пугается. – ... Что вы хотите, Дадзай-сан?. – остановшись, спросил юноша. Он понял, что всё не спроста. Если бы ему не нужно было что-то, он бы уже давно перестал с ним общаться и доложил немедленно старшим, как было недавно, когда Миядзава отпустил не смертного, подружившись с ним. Осама сразу же доложил об этом, хотя Кенджи сделал жто даже незаметнее Ацуши. Кажется, Кенджи слишком простой и не сможет помочь Дазаю в его планах, а Ацуши.. Темноволосый видит его насквозь, знает, когда будет лучше использовать и куда направить силы. Темноволосый вновь улыбнулся, хихикая, с мыслями: "я тебя поймал, Ацуши-кун. "