«Твой крик был громче десятков мин, что взрывались вокруг нас одна за другой, громче свистящих пуль, что с истерическим визгом проносились над нами. Он был громче невыносимого шума в моей голове. Я так любил твой паршивый голосок, что дурацкие мурашки снова заботливо покрыли мою спину, имитируя бронежилет.
Твой голос был громче моей боли, громче моего страха.
Ты был громче моего отчаяния.»