Табак и окорок
8 июля 2023 г., 13:00
Завтрак пришлось отложить. Зазвонил телефон. Соня подняла трубку.
— Сонечка, дорогая, у вас всё в порядке? — спросила встревоженная Анна на том конце провода.
Это было так привычно и так тепло, что Софья чуть не заплакала. Она соскучилась по родителям. И соскучилась очень сильно.
— Да, мама, — ответила она, проглотив комок в горле. — А почему ты спрашиваешь?
— Мне снился ужасный сон, — ответила Аня. — Я потому и позвонила так рано. Не могу успокоиться.
— Что ты видела?
— Всё слишком темно и бессвязно, — с досадой ответила Аня. — Знаю только одно: вам угрожает опасность! Не знаю, с какой стороны, но я точно знаю, что вам поможет избежать беды. Табак и окорок.
— Что?! — изумилась Соня. Павел поднял брови. Он не слышал, о чём идет речь, но видел, как взволнована его жена.
— Ах, я не знаю! — воскликнула Анна, и её дочь даже за много километров увидела, как она раздраженно всплеснула руками. — Всю жизнь желаю, чтобы сны и просьбы духов были яснее, но так всегда! Догадывайся, как хочешь!
В трубке раздался шорох, отдаленный шёпот, а потом снова голос Ани.
— Папа говорит, что он ничего не понимает, но требует, чтобы вы озаботились своей безопасностью!
— Что — положить в карман папиросы и свиную ногу? — развеселилась вдруг Соня, хотя ничего смешного на самом деле не было. Брови Павла взлетели еще выше. Что там вообще происходит?
— Папа не знает, но требует принять меры предосторожности. И вообще, я не знаю, можно ли сейчас в Париже найти хорошую свинину, но постарайтесь не слишком рисковать собой понапрасну! А то мы тут переживаем и уже готовы ехать обратно, потому как сердце не на месте!
— Не надо обратно! — тут же ответила Соня. — Мы постараемся найти окорок!
Паша не донес чашку до рта. Как он жалел, что не слышит, о чём идет речь! Софья поговорила с матерью еще пару минут. Анна рассказала, что поместье пришло в упадок, требуется ремонт самого дома, построек и погребов. Виноградник сократился наполовину, но здоровая лоза есть, поэтому все будет хорошо. Но, тем не менее, вопрос урожая стоит остро. Поля заминированы по большей части. Если военные сумеют решить этот вопрос до начала весны, то можно будет обрабатывать землю, если нет — то никто не будет рисковать понапрасну. А это значит — проблемы с продовольствием по всей стране. Но в целом, всё не так плохо, как могло бы быть. Мария Тимофеевна пришла в себя и принялась за дело с утроенной силой. Рабочие и окрестный люд оживились, включились в работу, в общем всё кипит и возвращается в норму. Виктор Иванович и Штольман разбираются с документами, регистрацией доходов и, кажется, влезли в какое-то расследование, которое Яков собирается вести, если полиции сейчас не до этого.
— Я, в общем, помогаю больше бабушке, — сказала Анна, — но если Яков Платонович ринется в бюрократический бой, я пойду с ним.
Вновь послышался шорох и возмущенные возгласы, а потом Анна вернулась к разговору, весьма довольная собой.
— В общем, всё хорошо, — сказала она. — Кстати, Лидочка передавала привет. Она нынче устроила импровизированный врачебный пункт в одном из сараев и оказывать помощь людям и животным. Любое живое существо имеет право на помощь и всё такое прочее. Ну, ты сама знаешь! Так, я вынуждена идти! Папа должен со мной поговорить и очень серьезно, как я понимаю! Прощай! И поцелуй от меня Павла!
— Разумеется! — улыбнулась Соня и положила трубку. — Я скучаю по ним, — сказала она мужу.
— Я тоже! — кивнул он. — Зачем нам свинина?
— Мама говорит, что нам грозит беда. И только табак и окорок могут нас спасти! — воодушевленно ответила Соня и откусила от тоста с маслом.
Паша нахмурился.
— Какое-то корыстное спасение, — заметил он. — Будто на подпольном рынке торгуешься. И вообще — где мы найдём окорок? Нынче в Париже можно найти только костлявую голяшку.
— Не имею ни малейшего представления! — пожала плечами Соня. — Но могу точно сказать, что скучный день нам не грозит!
Павел вздохнул и отпил чай. Тут ему возразить было нечего.
