Без него

Когда то и у меня было такое чувство, как чувство ущемленности, чувство страха и запах смерти. Мне одновременно хотелось захлебнуться в своих слезах, ощущая в горле языком их соленость и психически уссыкаться с какой-то ерунды, которую спизданул Ханма. Я ненавидел всех и вся. В моих глазах горел огонь безвыходности. Я хотел убежать от своих проблем подальше, а может и вообще в могилу, но я бежал по ямам, все возвращаясь и возвращаясь к одному и тому же пиздецу, который сам и заварил, как через порталы. Унылую жадность и гордыню я закапывал и раскапывал каждую секунду убивая свои запястья лопатой бессмысленной моральной болью. Горечью своих страданий мне было приятно марать людей. Смотреть на то как в их глазах теряется надежда и смысл жизни как в собственное отражение в зеркала. Боль в душе слегка утихала, а с рук капали капли чужой крови. А мой стеклянный взгляд смотрел на других и искал тот самый страх. Как и ожидалось. Все в ужасе уставившись смотрели на меня и мое безразличное состояние. А Ханма как всегда будто под наркотой улыбался. Улыбался и даже не стыдился этого. Улыбался после того как я почти до смерти избил кого-то. - Приятная новость прибыла, Казу. Баджи всё таки решил перейти к нам. - Чего и следовало ожидать. Он и понятия не имеет как остальным на него насрать. Возьми ка. В моих руках сигареты, которые он тут же раскурил и бросил на меня хитрый взгляд золотых глаз с суженными зрачками как у кота на солнце. - Будешь мучить его? - Нет. Ни в коем разе. Лишь напомню кто виновник. Неизвестно виновник чего именно. Майки виновник многого дерьма в жизни. Смерти Шиничиро, бесконечной бессонницы и кошмаров повторяющихся как по циклу. Виновник вранья самому себе и скитания по своему разуму в поисках ниточки своей полезности для других. Виновник своего родства с ним. Баджи прибыл быстро. Но энтузиазма я в нем сильного не увидел. В нем все еще виднелось что то счастливое. Меня это раздражало. В его глазах не было чувства страха. Мне это не нравилось. Я хотел чтобы он чувствовал то же что и я. Заставить его что-то чувствовать сверх моих способностей, но мои руки двигались сами. Повсюду будто никого не стало. Стало тихо и безмятежно. Запястья тряслись от невообразимой боли, но совсем не в них. Он не смотрел на меня со страхом теряя надежду. Это я ее терял. И снова тонул как раньше в прошлом в ощущении ущемленности и страха. Но уже за самого себя. Мне хотелось плакать, кричать, уйти в себя и не видеть больше никого. Моя натура падала в бездну сожалений. А со рта Баджи стекали капли крови. Все смотрели на меня в ожидании хоть чего-то, но ноги унесли меня дальше отсюда. Подальше от всех людей которые смотрят на меня в примере как примитивные крысы. Я снова хочу утонуть в своих слезах, ощущать их соленость у себя на языке, рвать волосы на голове, лишь бы не возвращаться к тому что было раньше. Меня била по груди нескончаемая боль. Почему все что могло произойти, происходит со мной. Внизу живота скрутило. Только чья-то рука меня вдруг остановила. Я взглянул назад. Взглянул в прошлое и понял что все уже давно прошло. Это была прозрачно белая рука в черном рукаве. - Не бойся самого себя. Живи без сожалений. Но не забывай меня. Баджи пропал из виду и уткнулся ввысь, а перед моими глазами встала картина. Открытая стеклянная дверь нараспашку, наверху вывеска "Зоомагазин", а изнутри выглядывает наружу черноволосый парень. - Эй, Казутора, сколько можно тебя ждать? Тебя только за смертью посылать. Заметил что он сильно похож на Мацуно. Опустил взгляд вниз. В руках у меня пакет животного корма. Не тяжелый, но приличный. По мне будто ударили обухом. За все то время что я живу я ещё ни разу не ощущал себя так свободно. В животе не кроился ком. В голове нет мрачных смертельных мыслей. Чувства разделились на "да" и "нет". Не было больше никаких мыслей о "только нет". Моим губам хотелось улыбаться. Руки не тряслись от страха. Ноги не бежали вдаль. - Ну где ты там? Мне тебя постоянно звать? Казу? Что такое? Из моих глаз двумя ручьями лились слезы сами собой. Мне было приятно от их жгучих прикосновений к моим щекам, и это щекочущее чувство. И не только моим губам хотелось улыбаться, я сам этого хотел. Мне надоело себя накручивать и жалеть. Или моя жизнь превратится в бесконечный кошмар. Вытерев мокрые дорожки идущие из глаз, прошел внутрь и поставил пакет на прилавок. Здесь так уютно и чисто. Приятно и мило. - Ты чего, Казу? Может болит что то? - А...Н-нет. Просто подумал как приятно жить. Его хмык и качание головой указали на то, что я говорю глупости, но ему не понять того, что я чувствовал. Его лучший друг умер, а моя жизнь как лента Мёбиуса поворачивалась по аду. Сначала лента Мёбиуса, а потом и вальгалла. По иронии вспомнил названия давних банд. Сначала вечные муки по бесконечной ленте, а потом быстрая смерть и вальгалла, словно рай. У кого-то рай, у кого то ад. Смотря для кого смерть предназначена. Мацуно вдруг посмотрел на меня серьёзным взглядом, а я в ответ, не переводя его. - Опять вспоминаешь Баджи, да? - Да.- машинально отрабатываю я. - Понимаю. Он мне до сих пор снится. Его руки тянутся ко мне и обхватывают меня в объятия. Такие теплые и нежные, как лепестки цветов на солнце. Как волна приятных воспоминаний из прошлого. Ностальгическое чувство. Если бы не Баджи мне бы тут не было. Меня бы не утешал Мацуно. Я бы не смотрел на блестящие глаза кошек и собак как бусины. Я бы не был счастлив. Он сделал многое, что другие не в силах понять. Ему было всего лет 15 или 14, не припомню. Но он уже был человеком слова. Обещал, что всегда будет оберегать тех, кто ему дорог. Всех своих друзей. - Ну все. Пора работать. Мацуно оторвался от меня, хотя мне бы хотелось еще так постоять, и продолжил разбирать вещи из коробок, которые только прибыли. Работа есть работа. Но ее бы не было без Баджи. Меня бы не было рядом с Чифую без сильной воли Баджи. Без Баджи не было бы и меня самого на свете. Я бы не перестал себя сожалеть и терпеть страдания. Я бы себя убил