Базилик.

Цветы душат, говорят те кто когда либо испытывал ханахаки. Из-за цветов ты харкаешь кровью, выблевываешь остатки ужина с кровью и желудочным соком. Но у Эррора в душе растет трава. Проклятый базилик разрастается на его пролаганной душе как сорняк, и он знает кто принес ему эти цветы. Базилик олицетворяет ненависть. Олицетворяет отвращение, и единственный к кому Глюк испытывает такие яркие чувства это Радужный поганец. Эррор не понимает концепции, ханахаки это ведь история любви, когда у тебя изнутри прорастает что-то типо Василька или Гаултерии. Вместо этого в его душе вырастает ненависть, в прямом смысле слова «растет». Любовь это противоположность Ненависти, так почему он заразился этой проклятой болезнью. Этой отвратительной вещью, просто презираемой Глюком. Как можно влюбиться настолько безответно, чтобы получить цветочки и шанс умереть в ближайшие пять недель? Эррор не умирает даже спустя года. Ну, это по исчеслению некоторых миров. Эррор бессмертный глюк, и несмотря на то что его тело максимально старается вернуться в начальную точку, каждый раз этот блядский базилик прорастает в его душе как неизбежное зло. Эррора рвет кровью, магией, вперемешку с листками базилика. Эррора выблевывает свой любимый шоколад и так дорогую сердцу газировку, вместе с желудочным соком и магией. Эррор все ещё ненавидит Инка. До звёзд перед глазами презирает его, сковывает его тело в нити, разрушает его жизнь шаг за шагом, каждый раз давясь лепестками базилика в одиночестве и полной тишине антипустоты. Голоса почему-то молчат. Блуббери смотрит с пониманием, с лёгким «прекрати» на очередной виток саморазрушения и попыткой покончить с собой. Проклятый базилик исчезает из горла, а потом снова прорастает, и все как в первый раз. Эррор не умирает сколько бы не старался и Ханахаки не сможет исправить это. Базилик намертво въелся в душу, и ничто не сможет исцелить это. Ханахаки — болезнь любви. Базилик — растение ненависти.