Синдром спасателя

Когда я проснулась, в моей правой руке был разбитый самоцвет души, а в левой — зерно бед. Озадаченная, я внимательно осмотрела их. Самоцвет волшебницы, убитой вчера, должен лежать рядом с её телом, но вот он оказался у меня в руке. Вдобавок к нему, словно из ниоткуда появилось лишнее зерно бед. Я несколько раз пересчитала свои запасы, чтобы в этом убедиться. Здесь кто-то был? Почему они не убили меня, увидев труп другой волшебницы? Она, кстати, всё ещё здесь. Её тело покоится на холодном бетонном полу соседней комнаты. Её самоцвет… всё ещё с ней. Тогда что у меня в руке? Я решила оставить этот вопрос на потом, а сейчас заняться захоронением тела волшебницы. Кьюбей, как обычно, наблюдал весь процесс. Красный цвет твоих волос даже после смерти отдаёт теплом того пламени, что разжигало в тебе желание бороться. Мне жаль, что тебя постигла такая судьба. — Я заключил контракт с новой волшебницей. — внезапно прервал тишину моих размышлений Кьюбей. — С кем? Я старалась казаться равнодушной, но его фраза всё же выбила меня из колеи. — Разве это важно? Я считаю, что тебе стоит прекратить убивать своих соратниц. — Они мне не соратницы. — Изо дня в день я нахожу всё больше кандидаток в волшебницы. Твои усилия бессмысленны. Его голос звучал всё так же приторно сладко, как и в день, в который мы встретились. Какие бы ужасные вещи он не говорил — его интонация не изменится. Я убийца, но всё же, он не прекращает меня пугать. — Я не остановлюсь. У меня та же цель. Я заставлю его сдаться. Рано или поздно расход энергии на исполнение желаний превысит то её количество, которое они получают с рождения ведьм. Его попытки остановить меня — лишь показатель эффективности моей работы. — Я никогда не понимал, почему люди продолжают делать что-то настолько бессмысленное, даже зная, что это не принесёт никакого результата. — Полагаю, интеллект твоей расы недостаточно высок для таких открытий. — Попытки задеть мои чувства бесполезны. Тебе ведь известно, что у меня их нет. На этом я решила закончить наш очередной диалог. Отсутствие эмоций идёт ему на пользу. Мне хотелось бы изменить своё желание на становление подобной ему, но сейчас возвращаться к этому поздно. Моё глупое желание уже не играет никакой роли в дальнейших событиях. Когда я выходила из леса, мне вспоминались события этой ночи. Похоже, ведьма атаковала меня и ещё одну волшебницу во сне. Та девочка… она была похожа на мою подругу. Полагаю, её сознание растворилось в лабиринте и, может, смешалось с моими воспоминаниями, отчего она вела себя как Анжи. Мне не следует обманываться. Я больше никогда её не увижу. Внезапно, сзади на меня напала другая волшебница. Она успела застать меня врасплох и повалить на землю, заломив руки мне за спину. Это плохо. — Ты чего творишь?! Слезь с меня! Я начала кричать и ёрзать под ней, пытаясь высвободиться. — Йоши, Кагура, Асами. — её холодный голос начал перечислять неизвестные мне имена. — Они не пришли на встречу сегодня. Три самые ответственные волшебницы, которых я знаю, не появились на нашем собрании. — И что? Я впервые слышу эти имена! Я понятия не имею, чего у вас там за собрания! Отпусти меня уже! Она меня не слушала. — Вчера в этом городе появилась новая волшебница. С её появлением исчезли трое. — она надавила сильнее на мои скрещенные за спиной руки. — Я не хочу доверять этому белому куску куска, но уверена, что он предупреждал именно о тебе. Она знает об истинных целях Кьюбея. Это полезно. — Кьюбей? И ты его слушаешь?! Он же столько раз обманывал нас, почему сейчас ты решила ему довериться?! — Молчать. — она усилила давление. — Я дам тебе шанс объясниться. Если ты скажешь мне, что волшебницы живы и сможешь это доказать, я тебя отпущу. Если нет… Раздался громкий звук, чем-то похожий на взрыв. Он немного оглушил меня, поэтому прошло немного времени прежде, чем я осознала, что моё плечо пробито, а в земле под ним образовалась маленькая ямка. Для вида я издала крик боли. Не хотелось бы сейчас, когда у меня есть шанс перевернуть ситуацию, показаться бесчеловечной. — Ну так что? — она спросила, ожидая, что я во всём признаюсь. — Я вчера… сражалась с ведьмой во сне. Там… там были и другие, одна с рыжими волосами, другая с красными и третья… с синими… Имитируя паникующее сбивчивое дыхание, я попыталась обернуть в пользу мою встречу с той ведьмой. Рассказала о том, как потеряла собственную личность на какое-то время. О том, как это повлияло и на других волшебниц, из-за чего те погибли от рук ведьмы, а мне лишь только повезло выжить. В какой-то момент у меня получилось выдавить фальшивые слёзы. Волшебница молча выслушала меня. По окончании моего рассказа, я почувствовала свободу в руках. Ещё несколько секунд, однако, я лежала на земле, пока волшебница не скомандовала: — Вставай. Я медленно поднялась с земли. Прежде, чем посмотреть ей в лицо, я протёрла глаза рукавами. — Меня зовут Мика. — она протянула мне руку. — Мне жаль, что тебе пришлось такое пережить. Я познакомлю тебя с остальными. Мне удалось усыпить её бдительность. Блондинка смотрела на меня строгими, но добрыми глазами, которые, однако, приняли выражение шока, когда моя коса совсем немного промахнулась по её самоцвету. Волшебница отпрыгнула и, быстро достав пистолет, начала стрелять в мою сторону. Я скрылась за деревом. Реакция меня слегка подводит. На моём теле осталось несколько ранений. Я использовала магию, чтобы ускорить их заживление и начала думать над тактикой. Мне нужно подобраться поближе и поймать момент для удара. Однако, уже через мгновение в моём туловище оказалась довольно внушительная дыра. Её выстрел пробил дерево, за которым я пряталась, а вместе с ним — меня. Блондинка подошла поближе, чтобы получше прицелиться в мой самоцвет, но моя коса впилась в её пистолет. Я сделала подножку и смогла повалить волшебницу на землю, после чего, пока та не опомнилась, схватить её за руки, обездвижив. — Как ты… Её взгляд пал на мою дыру в животе. Вероятно, её удивляло то, что я до сих пор была способна двигаться так, будто её и не было. — Разве Кьюбей тебя не учил? Это не наше тело, нам не обязательно чувствовать его боль. — Да ты поехавшая! — она кричала на меня, пытаясь вырваться. — Я отомщу тебе за них, поняла?! Тебе это с рук не сойдёт! Её самоцвет оказался в весьма удобном месте — прямо между ключиц. Продолжая держать волшебницу за руки, я опустилась лицом к её самоцвету и достала его зубами. Её попытки вырваться стали более интенсивными, а крики от боли оглушали. Я пыталась перегрызть самоцвет быстро, но мои попытки несколько раз провалились. Наконец, я поймала точку, в которой смогла стабильно удержать его в зубах. — Стой! Моя челюсть сжалась, осколки разлетелись по полости рта. Тело волшебницы внезапно обмякло и, поняв, что больше нет надобности удерживать её, я отпрыгнула, выплёвывая осколки с кровью. Затем, присела у дерева и осмотрела свой самоцвет. Это было близко. Не уверена, сколько времени мне оставалось. Возможно, меньше минуты. Сегодняшнее зерно бед, впрочем, помогло мне очистить большую часть скверны. После второго мой самоцвет вновь засиял. — Твоё состояние очень нестабильно. — подметил Кьюбей, наблюдавший за нами всё это время. — Одного зерна бед уже не хватает на то, чтобы полностью убрать скверну из твоего самоцвета. Я проигнорировала его. Слова Кьюбея не должны иметь для меня какого-либо значения. Мне нельзя впускать его в свой разум — это единственное место, в котором он способен меня атаковать. — Я рекомендую прекратить борьбу с волшебницами, покинуть город и сосредоточиться на охоте за ведьмами. Таким образом, ты сможешь прожить дольше. Красная штука на его спине — мишень, и моя коса попала точно в яблочко. Он замолчал. Конечно, это тело ведь больше не может говорить. Может, мне с самого начала нужно было убивать его клонов? Хотя, наверное, на их создание уходит гораздо меньше усилий, чем на волшебниц. Кстати, он же упоминал, что заключил контракт с кем-то ещё. Скорее всего, она в этом городе. Кьюбей мог сделать это специально для того, чтобы оставить послание лично мне. И всё же, за два дня я убила четырёх волшебниц. Ещё две для меня проблемой не будут. Потом надо вычистить город от оставшихся ведьм и приспешников. Всего за два дня моя работа здесь уже почти закончена. Ведьмы, волшебницы, Кьюбей… они все лишь стоят на пути у моей цели защитить людей. Разве не для этого мы сражаемся? Его чёртовы игры извратили всё, что стояло за понятием девочек-волшебниц. Борьба за справедливость превратилась в какой-то цирк. Я ему этого не прощу.