Виноградный шёпот

*pov:Маргарет*

Суббота—это единственный день, когда ты можешь спокойно отдохнуть он школьной и городской суеты, спокойно посидеть дома одна, поделать свои недоделанные дела. Я проснулась не в очень хорошем настроении. После того, как я переехала в апартаменты, мне стали сниться кошмары. Но это ещё пол беды. В своей комнате вчера я видела красноглазое тёмное пятно, которое пристально на меня смотрело. Я решила, что вспоминать плохое не стоит, встала в тёплой постели и подошла к зеркалу на весь рост. Ничего удивительного: кудряшки с рождения, которые невозможно выпрямить утюжком для волос; слегка слипшиеся карие глаза; курносый нос и веснушки; худое тело. Иногда мне казалось, что я болею анорексией, хотя у меня есть формы. Маленькая аккуратная грудь, тонкая талия, немного пышные бёдра. Я подошла к шкафу, начиная выбирать, что сегодня надеть. Мой выбор остановился на домашних широких штанах в звёздочку, большая футболка, которая могла немного скрыть мою худобу. Одевшись, я пошла в ванную комнату. По дороге я заметила, как отец бегает по комнате, видимо, собирался на работу. – Привет, пап!– папа отвлёкся от своих дел, мило улыбнувшись мне. – Доброе, Марго! Мама уже на работе, а я уезжаю в командировку на месяц.– эта новость стала неожиданная для меня. Я редко вижу своего отца, даже летом он работает без отпуска и выходных. Только в детстве мы могли провести весело время, а когда у меня начался подростковый период, он нашёл новую работу, где его постоянно отправляют в разные города и страны. – Пап, почему ты никогда не отказываешься от этих командировок?– на моих глазах резко пошли слёзы, отчего папа подошёл и крепко обнял меня. – Доченька, моя работа очень высокооплачиваемая. Я обещаю тебе, что на весенних каникулах мы проведём вместе время!– отец говорил эту фразу каждый раз, когда я его останавливала где-то посреди комнаты. Вдохнув немного воздуха, я всё же смерилась, хотя всё же не верила ему. – Хорошо, пап...– я посмотрела на него своими мокрыми глазами, а он лишь поцеловал меня на прощанье, скрываясь за дверью.– Пока, папочка... Мои слёзы пошли новой волной. Хотелось снова обнять его и никогда не отпускать. От негативных мыслей меня отвлёк стук в дверь, после чего я быстро рванула в ванную. Через минуту я подошла к двери, спрашивая кто это. – Это я, Салли!– действительно, в подъезде стоял синеволосый парень, который был одет в домашнюю одежду. Что его сюда привело? Я открыла дверь. – Привет, Сал, ты что-то хотел? – Маргарет, я бы хотел переночевать у тебя...– через протез можно увидеть, как он плачет. Без лишних вопросов, я впустила его в квартиру. – Пойдём в мою комнату, расскажешь, что случилось. Садясь на мою кровать, я взяла за руки парня, смотря на него грустным взглядом. – Рит, после того, как я переехал в апартаменты, мне стали сниться кошмары. Возможно, они либо из-за них, либо из-за смерти матери...– Сал снова заплакал, прижавшись лицом мне в грудь. Моё сердце дико заболело. Хотелось всю боль забрать себе, лишь бы Фишер больше её не чувствовал. Сал поднялся и посмотрел на меня своими небесными глазами. – Я-я бы переночевал у Ларри, но он уехал на все выходные к родственникам, а Тодд проводит время со своим парнем.– парень растегнул нижние застёжки протеза, вытерая слёзы. – Сал, мне тебя очень жаль..правда...– я вдохнула немного воздуха.– Это не из-за смерти матери, а апартаменты. Мне тоже снятся кошмары... Парень удивлённо посмотрел на меня, видимо, не ожидая этого. – Правда?...Значит тебе можно сказать всю правду... Я вопросительно посмотрела на Салли. – Год назад я переехал сюда, потому что моя мама защитила меня от пули, который запустил Кеннет Фелпс. Кеннет — оккультист в собачьей маске, лидер культа. Живот мамы полностью был раздроблен, из-за чего образовалась большая дырка, а часть пульки попала мне на лицо. Вот почему я ношу протез.– он немного вздохнул.– Папа меня всегда винил в смерте матери, но чтобы всё забыть, мы переехали из Нью-Джерси. Отец начал выпивать, а я ночевал у Ларри, чтобы не дай Бог он меня не тронул. Я замерла. От его рассказа у меня что-то стукнуло в голове. Хотелось помочь этому парню, он пережил многое за свои шестнадцать лет. Неосознанно я начала плакать, прижимаясь к Салли. – Эй, ты чего?– Сал начал гладить мои кудряшки, перебирая их в пальцах, из-за чего по моему телу прошёлся табун мурашек. Медленными движениями он перешёл к моей спине, поглаживая сверху вниз. – М-мне очень жалко тебя...– мой голос задрожал, а слёзы не переставали идти ручьями. Салли неуверенными движениями поднял мой подбородок, разглядывая заплаканное личико. – Ты такая красивая... Моё лицо резко изменилось. Слёзы остановились, а лицо покраснело от смущения. – Ой, ты ж красная помидорка.– через протез улыбнулся синеволосый, поглаживая мой подбородок. – Знаешь какое самое лучшее успокоительное для меня?– я немного улыбнулась, а Салли вопросительно посмотрел на меня. Не став медлить, я закинула свои руки ему за голову, растёгивая нижнюю застёжку протеза. – Ч-что ты делаешь?... Немного приподняв его, я поцеловала парня в щёку, немного краснея. Застегнув обратно, я посмотрела на Сала, который смотрел на меня удивлёнными глазами. – Думаю, пора умыться и чем-нибудь заняться, а то будем весь день ходить кислые.– я встала с кровати, выходя из комнаты. Салли последовал за мной

*21:47*

Мы лежали на кровати, играя в приставку Сала. – Да блять!– парень стукнул по кровати.– Я это уровень уже сотый раз за день прохожу! Я немного замешкалась, но всё же погладила по синим волосам Салли, от чего тот вздрогнул. – Ты когда злишься такой милый... Через протез можно понять, что он покраснел. – Маргарет, не хочешь посидеть на крыше апартаментов?– парень отвёл взгляд, до сих пор не отходя от смущения. – Я не против.– я немного улыбнулась, вставая с кровати, а Салли потянулся и поплёлся вперёд к выходу. Сал поднял тяжёлую дверцу, с грохотом падая на крышу. Синеволосый залез первый, затем протягивая мне руку помощи, которую я приняла. Увидев розоватый закат, я ахнула от красоты. – Вау!– я непрерывно смотрела на него, вспоминая свой родной город — Нью-Йорк. Каждый день в городе я видела закаты разный цветов: красно-жёлтый, зелёно-синий. – Для Нокфелла это удивительное явление, потому что город маленький и серый.– Салли подал руку, поднимая меня на саму крышу. Мы сели на ровную поверхность крыши, смотря на почти севший закат. – Слушай, я никогда не встречала таких замечательных людей, как ты. В моём родном городе все токсичные и мрачные. Я ни с кем не могла поделиться своими впечатлениями и переживаниями. Ты стал мне настоящим другом, Сал. Спасибо тебе! Синеволосый сидел в полном шоке. Но мне так казалось. То-ли он сидел в шоке, то-ли он смущён. Неожиданно, парень подвинулся ко мне, беря нежно за руку да так, что по всему моему телу побежали мурашки. Я посмотрела на него. Его глаза наполнились надеждой на новую жизнь, не то, что было в прошлом. Быстрыми движениями я обняла Сала, а он меня в ответ, даже крепче, чем я.

*pov: Салли*

Мы сидели в обнимку, не разговаривая друг с другом. Перед собой я видел тёмное небо, которое освещала лишь маленькая, еле яркая луна. Маленький ветерок неожиданно подул, из-за чего я почувствовал знакомый запах. Виноград. Именно волосы Маргарет всегда пахли виноградом, таким спелым, вкусным, сочным. Я крепко, но осторожно сжимал хрупкое тело девушки. Мне не хотелось её отпускать. Рита единственный человек, который высказался, доверился мне. – Сал, можно я сделаю кое-что?– неожиданно сказала дева.– Я хочу посмотреть твоё лицо, настоящее. Я немного отпрянул от девушки, со страхом смотря ну неё. – Что?! Нет! Маргарет, если я тебе покажу лицо, то ты, возможно, перестанешь со мной общаться...– в моём голосе издавалось много боли. Боли, которая таится во мне с детства. – С чего ты взял, Салли? Если у человека проблемы с любой частью тела, то почему я из-за этого его брошу? Главное в человеке красота тела, а красота души!... Эти слова меня сильно тронули. Я начал вспоминать все моменты: буллинг сверстников, оскорбления учителей. Неосознанно, я отстегнул застёжки, снимая двумя руками протез. Маргарет рассматривала меня, буд-то ребёнок, который впервые увидел белый свет. Ну конечно, каждый так будет смотреть: левая часть лица в глубоких шрамах; правая часть тоже в них была, но за место глаза был протез глазницы. – Салли, ты красив!...– после этих слов, дева обняла меня ещё крепче, прижимаясь к моей груди.