Счастливое воспоминание

Вэш сидит на полу душевой, наслаждаясь теплой водой, пока Вульфвуд стоит позади него и массирующими движениями промывает ему волосы. У Николаса грубые руки, но, тем не менее, сейчас он ужасно нежен. «Так хорошо и спокойно, — думает Вэш, насвистывая мотивчик услышанной в баре песни, — вот бы так было всегда». — Ты так счастливо и умиротворенно выглядишь, Вэш, — Николас смотрит на него сверху, осторожно поворачивая его голову, чтобы смыть остатки шампуня. — Хочется тебя поцеловать. — Раз хочется, — говорит Вэш, и его щеки покрываются легким румянцем, — то поцелуй. Вульфвуд легонько тянет Вэша за волосы, заставляя его запрокинуть голову, а сам наклоняется и целомудренно касается своими губами его, оставляя на них невесомый след. — Мягко, — Вэш довольно улыбается, чувствуя, как Вульфвуд пропускает между пальцами темные волосы у него на затылке. — Я хочу всегда видеть только эту твою улыбку, — Николас прижимается губами ко лбу Вэша, заглядывая в его глаза. Они — ясное небо, что видно через зелень листвы, и Вульфвуд утопает в них. — Что я могу сделать, чтобы ты улыбался так всегда? «Ты идиот, Вульфвуд, самый настоящий тупица», — ругает Николас сам себя, когда замечает, как Вэш моргает, а его взгляд становится грустным и задумчивым. — Ну, — Вэш прикрывает веки и глубоко вдыхает, пытаясь унять дрожь в голосе от желания расплакаться, — будь рядом и никогда не умирай. А если все же решишь умереть — оставь в моей памяти как можно больше подобных счастливых моментов. Повисает неловкая тишина, нарушаемая редким стуком воды о кафельный пол. Вэш открывает глаза, натыкаясь на беспокойный взгляд Николаса. — Не смотри на меня так. — Прости, я идиот, — Вульфвуд хмурится и Вэш не выдерживает — легко стукает его пальцем по носу, чтобы разрядить обстановку. — Согласен, ты идиот, наверное, самый большой в мире, но не потому, что задаешь глупые грустные вопросы, — Вэш снова улыбается, смотря как Вульфвуд обиженно потирает нос. — А почему же? — Теплая вода закончилась несколько минут назад. Я замерзать начинаю, — Вэш звонко смеется, когда Вульфвуд отстраняется и зло закрывает кран, перекрывая ставшую холодной воду. — Ну все, хватит, пойдем вытираться и в кровать, — Вэш, не переставая глупо и счастливо улыбаться, поднимается с пола, прижимается грудью к спине Вульфвуда и целует его в шею. — Я крепко-крепко обниму тебя и буду греться, пока ты будешь раздраженно курить свои вредные сигареты. А когда закончишь злиться на себя ни за что — обнимешь меня в ответ, переплетешь свои пальцы с моими и поцелуешь меня в макушку, пока я буду устраиваться у тебя на груди, чтобы заснуть под твое мирное сердцебиение. Хороший план, я прав? — Слащавый до ужаса, — притворно ворчит Вульфвуд. — Но лучший из всех, что я мог себе представить.