Не тебе решать, Ваня

Абрамов медленно шел по улице после встречи со старыми друзьями. К сожалению, та не продлилась долго, ибо именно в тот миг, когда они собрались за кого-то там выпить, комната наполнилась звуком - мобильный. Иван отвечает на звонок, даже не смотря на экран, ему не очень-то интересно было, кто именно ему трезвонит. Но в этот раз лучше бы он посмотрел и хорошенько подумал, прежде чем ответить. - Здравствуйте, - привычно поздоровался Ваня, ещё не зная, с кем вообще разговаривает. Одновременно с этим поднялся с дивана и прошел в соседнюю комнату, дабы не мешать друзьям веселиться. - Здравствуй, Ваня, - звучит знакомый голос. - Оборин? Капитан "Парапапарам" ничуть не удивился подобному звонку, ибо члены его команды часто наяривают ему на мобильный. - Ты не мог бы сейчас подойти к центральному парку? У меня тут проблем возникла. Все детали расскажу на месте. Помоги, друг, - его жалобный голос прозвучал весьма убедительно. Взвесив все "за" и "против", Ваня отвечает на его просьбу согласием, заходит обратно в гостиную, огорчив друзей тем, что должен уходить. Правда, пообещал вернуться. Парк находился совсем близко от места их сбора, буквально в десяти минутах ходу, поэтому не пришлось ехать туда. "Можно и пешком пройтись", - решил Абрамов, подходя к условленному месту встречи. Но пока не особо понимал, какая проблема могла возникнуть у Сергея в такое позднее время и в столь спокойном, почти что опустошенном на данный момент, месте. - Ау!.. - с легкой улыбкой произносит Ваня, оглядываясь на месте, пытаясь определить, где же этот пострадавший. Но более ничего сделать тот не успел. Сильная боль в затылке заставила его закрыть глаза, рухнуть на землю и начать видеть окружающий мир в ещё более мутном изображении, чем оно было сейчас, ночью. Парк освещался несколькими фонарями. И теперь, чувствуя, что его волосы влажные от небольшого количества крови, Ваня оглянулся назад, туда, где предположительно должен был находиться виновник его падения. Свет от фонаря осветил явно мужское лицо, черты которого казались Ване до боли знакомыми. Но из-за помрачения рассудка после удара не мог точно понять, кто перед ним. И лишь когда прозвучал издевательский смешок, сопровождаемый словами, тот понял, кто это: - А ведь пришел. Я и не думал, что ты настолько глуп, Ваня. Глаза Абрамова широко раскрылись, а мозг упорно не хотел соображать на счет того, что же ему делать дальше. - Сергей?.. - спрашивает слегка хрипловатым голосом, приподнявшись на локтях с холодной земли, но потом чуть не рухнув обратно на асфальт. - Я, дорогой мой, я, - его слова звучали странно, а одно то, что он его, капитана, огрел по затылку каким-то предметом, делало и саму ситуацию дикой. - Прости, но я не могу позволить тебе видеть, куда мы направимся, - произносит тот, слегка приподнимая одной рукой тело Вани, а второй ударяя его ещё сильней, но уже по животу, а потом ещё пару ударов нанес и, когда убедился, что тот жив, но без сознания, забросил его не столь легкое тельце себе на плечо и пошел в сторону автомобиля, спрятанного где-то на окраине парка. Капитан команды "Парапапарам" открыл с трудом свои глаза и тут же схватился за живот, который пронзила острая боль. Слегка выгнулся в спине, но потом с вскриком вернулся в прежнее положение, ведь вспомнился и первый удар - по затылку. - Очнулся, миленький? - снова тот же издевательский тон, что и в прошлый вечер. Иван открывает судорожно рот, хватая воздух. Казалось, что вместе с ударами в живот тот выбил тогда из него весь кислород напрочь. - Прости, пришлось быть с тобой особенно грубым. Почему-то мне показалось, что, если я всё тебе выскажу откровенно и прямо, ты не согласишься. - Не... сог-глашусь на что? - спрашивает, всё ещё слабо соображая и с трудом дыша, Ваня. Ему наконец удалось рассмотреть то место, в котором он сейчас находился. Но, впрочем, не заметил ничего примечательного. Просто подвал. Старый, но весьма убранный. Видимо, тот был подготовлен заранее. Но для чего? - На то... чтобы я тебя отымел, - откровенно говорит Оборин, совершенно не смущаясь своего такого желания. Похоже, тот был готов к тому, что всё пройдет именно так, как тот того пожелает. А ведь выбора, почитай, почти что нет. Но вот Ване не очень-то хотелось мириться с такой участью. В первый миг, когда он услышал желание Серёги, то подумал, что тот сошел с ума, что тот просто-напросто бредит и что его сейчас отпустит, нужно лишь подождать. Но с каждым последующим мгновением молчания стал понимать всю абсурдность собственных мыслей. До жути хотелось просто отшутиться на этот счёт и уйти, простив тому даже избиение, но вот конкретно сейчас было не до юмора. Голос Оборина звучал в тот миг весьма серьезно. Не похоже, что тот просто издевается над ним. Сергей ждать особо не желал, хотя вид рассеянного Вани его до жути забавлял. Подошел и попытался обнять Абрамова, дабы начать, собственно говоря, сам процесс. Но жертва не далась ему, отодвинувшись вплотную к стене резким рывком. Тут же прозвучало несколько вскриков. Раны давали о себе знать. - Я слишком долго ждал, Ваня. С меня хватит. Если сейчас не получу желаемое, то обещаю, что наброшусь и изнасилую тебя прямо на сцене. Подобное предложение не показалось Абрамову заманчивым. Его глаза отражали его легкий страх, а тело дрожало, ведь тот понимал, что последует после, если он ничего не сделает. - Пускай так. Но я не маленькая девочка, которую можно просто так взять и трахнуть, получив в ответ убогое сопротивление. Ты меня не получишь. А утром я объявлю о твоем уходе из команды, - решил, понимая, что ни о какой игре, ни о каком КВНе сейчас даже думать не хочется. "Почему он так? Зачем? - мысли вертелись в голове. Дыхание тот более-менее восстановил, но вот самообладание напрочь улетучивалось куда-то. Если он и волновался постоянно перед игрой, то сейчас понял, что всё это - просто пустяк перед тем, что происходит здесь, в данный момент, в этом мрачно освещенном подвале. - Ха, выгонишь? Думаешь, что доживешь до утра? - эта фраза заставила Ваню широко раскрыть от ужаса глаза. Одно дело - смотреть фильмы о похищениях и подобных приключениях, а совсем другое - переживать такое же в реальности. - Знаешь, я думал сейчас тебя напугать, оставить до игры и действительно так и поступить, что бы там не случилось после, но теперь... теперь мне хочется жестоко трахнуть тебя в зад и убить, поиздевавшись над твоим трупом вдоволь, пока тот не превратился в нечто грязное и омерзительное, что мне придется закопать где-то, а после сочинить для всех красочную сказочку о том, как тебя похитили. Лицо Абрамова скривилось, тот пытался теперь ползти еле заметно куда-то в сторону, в ту, где намечался свет. Ему казалось, что там дверь, но из-за размытого фокуса никак не мог понять это точно. Правда, его действия не остались незамеченными. - Хочешь попытаться сбежать? Как же ты жалок, Абрамов. А в ответ прозвучало сухое: - За что? На что нашелся незамедлительный ответ: - Обаяние, умение пародировать, то, что мы в одной команде, что ты - мой капитан... это всё сводит меня с ума, заставляя хотеть тебя, Ваня. Желать настолько сильно, что дальше некуда просто. А ещё меня бесило всеобщее внимание, прикованное к твоей личности, как будто никого другого больше нет. - Зависть? - Абрамов прикрыл глаза, понимая, что, что бы он не сделал, всё будет в некой мере бесполезным. - И она тоже. А сейчас ты полностью в моей власти. И... быть может, я оставлю тебя в качестве своей собственности, в качестве секс-игрушки тут. А то убивать теперь жалко даже, - кажется, мысли Оборина полностью переплелись, ибо он нёс совершенно несвязные друг с другом вещи: то хочет отыметь на сцене, то убить и закопать, то жалеет, желая оставить Ивана в качестве раба. Но интересно было одно пока - на чём же тот остановится. Абрамов более не стал слушать все эти выдумки. Собрался с силами, быстро вскочил на ноги, из-за чего у него закружилась голова резко, но не упал, а побежал к предполагаемому месту расположения двери. Нашел её, дернул. И тут понял, что она закрыта. Где-то сзади послышался смешок, направленный в его сторону. "Идиот", - констатировал факт Иван, понимая, что находится в ловушке. Ноги его подкосились, а сам мужчина стал сползать медленно вдоль двери, через некоторое время полностью осев на пол. Его глаза с ненавистью устремили свой взор на виновника - Сергея Оборина. - Тебе не сбежать, Ваня. Не в твоем положении решать что-либо. Ты - игрушка в моих руках. И сейчас я хочу... воспользоваться тобой. Его улыбка стала зловещей. Шаги Оборина полностью отрезвили ум Абрамова. Тот завозился на месте, пытался выбить дверь, но, понятное дело, в таком состоянии ему подобное было не под силу. А в голове отлунием пролетали его шаги - неторопливые, издевательские. Его насильник до жути возбужден столь заворащивающим зрелищем. Его зверский аппетит достиг предела. Двигает вперёд, закрыв обзор на комнату Ивану полностью, заставив поглядеть себе в глаза. Плевок в лицо. Попытка ударить посильней Оборина вообще ничем не обернулась. Хило, однако. Даже синяка после такого не останется. А силы почти все израсходованы Ваней. Он делает последнюю попытку открыть дверь, а после томно вздыхает, понимая, что ни в коем случае не хочет мириться со своей участью.