Я смущаюсь кретин

Очередной вечер после задания , голова жужжит и сердце в груди пульсирует. Неприятное ощущение в этот раз хоть живой и на том спасибо, а это пустяки. Зайдя в архив и пройдя пару десятков стеллажей с пыльными книгами которые возможно будут старше Скорпиона он наконец добрался до привычного пыльного диванчика. С громким выдохом Стефф приземлился на диван. Потихоньку парень начал проваливаться в сон, глаза слипались а разум потихоньку отключается. Из сна его вытянули легкие похлопывание по плечу. Открыв глаза и прошипев что-то он увидел Максимуса. Широко распахнув голубые глаза парень смотрел прямо на Стефа. — Какого черта ты тут делаешь? — Я не думаю что тебе не очень удобно спать сложившись в три погибли. — Не твоё дело звезданутый — Он старался ответить чем-то колким, неприятным. Но Макс просто сел рядом с ним и открыв увесистую книжку начал читать. Стеф немного посмотрел в книгу ю, а после снова ушел на затворки разума в плотный сон. Было тепло и на удивление удобно. До того как пришёл Макс было жёстко и холодно, в архиве не самая лучшая температура для сна. Стефф вроде проснулся, но глаза были закрыты, хм странно он не слышал шелеста книжных листов. Все таки решив открыть глаза водолей обнаружил, что рядом с ним облокотившись на него спал Луцем. Парень мирно сопел сложив руки на груди. — Вот же наглость!Мы же сидели по разным сторонам дивана. Как так получилось?! Пока Ферари бухтел что-то себе под нос, Макс проснулся. Лениво раскрыв глаза он поднял голову и посмотрел на парня. — Какого хрена Луцем? Ты чего творишь? Максимус ничего не ответил а лишь попытался дотронуться до щеки парня. Но его руку резко перехватил Стефф. — В душу мне залезть решил, да? Мало того что ты уснул на мне так еще и хочешь в душе моей побывать? Максимум продолжал беспрерывно смотреть в янтарные глаза. Стефа это немного напрягало, он почти никогда не соблюдал зрительный контакт так долго. — Послушай, мы знаем друг о друге слишком много чтобы ты вот так реагировал на мои любые прикосновения.— Он отдернул руку и немного размял её. Макс резко схватил парня за руку и сплел их пальцы. Ощущение было странным, словно с последнего его пребывания здесь ничего не изменилось, но в тоже время изменилось всё. Душа Стефа, всё такая же жуткая и пугающая, с большим количеством тикающих часов, напоминала ему о проклятии друга. Однако, после произошедшего с ними в лесу, она больше не пугала Максимуса, она казалась ему в какой-то степени родной, такой близкой и такой далёкой одновременно. Сейчас он буквально видел и понимал, почему она такая. Несмотря на это, пребывание в чужой душе было последним, чем он планировал сейчас заниматься. Если его отец или та же Бетельгейзе могли не смотреть в чужие души, почему он не мог научиться отключаться от них так, как это делали они?Конечно, он понимал, что намного слабее звёзд красного спектра, но и постоянное пребывание в чужих душах уже претило ему: все имеют право на скелеты в шкафу. Отец говорил ему о том, что такова его особенность, но разве он не мог попытаться контролировать её? Стоя посередине бескрайней души Стефана, недалеко от её центра, он решился попробовать все, что только может, лишь бы иметь возможность касаться протектора, не затрагивая его прошлое, его боль, его утраты. Максимусу хотелось видеть лишь их будущее, пускай они оба рождены, чтобы отдать свою жизнь за Свет, но разве они не могут тоже быть счастливы? Как остальные? Он зажмурился и мысленно позвал парня по имени несколько раз, молясь всём возможным и невозможным богам, чтобы у него получилось выбраться. Это ощущалось так странно, он словно был в огромной бочке с водой и пытался позвать на помощь, в надежде, что кто-то, кто будет проходить мимо услышит. - Всё хорошо? Ты погрузился в мою душу, да? У меня было ощущение, что я вытаскиваю тебя из собственной головы,- прошептал взволнованный голос, когда Луцем неожиданно распахнул глаза. Его рука всё ещё лежала у протектора на щеке, а беспокойный взгляд Стефа бегал по его лицу, стараясь понять, всё ли хорошо. Макс огляделся и воодушевленно улыбнулся, потому как несмотря на тактильный контакт, он всё ещё держался вне чужого сознания. Было так непривычно ощущать под пальцами шероховатость чужой кожи, её жар и мягкость, и понимать, что это не сон. И парень под ним тоже не сон, несмотря на всю неправильность их положения. - Да, - прошептал он в ответ, всё ещё находясь непозволительно близко к тому, кого так привык называть другом. Он замер на пару секунд, а потом нежно прикоснулся своими губами к чужим, пробуя их на вкус. Стефан сначала опешил, не решаясь ответить на действие и взять ответственность за свои слова. Он слегка прикусил чужую губу слушая недовольный стон, и продолжая улыбаться сквозь поцелуй , все же решил ответить. Когда воздуха в легких стало критически мало они разорвали поцелуй и Макс рухнул на грудь Стефу , слушая чужое тяжёлое дыхание и стук сердца. Неожиданно он почувствовал что-то на своем лбу, а потому распахнул глаза, наблюдая за тем, как Стеф неловко чмокает его в лоб. - Я смущаюсь, кретин, почему ты смотришь на меня? - буркнул Водолей и лёг обратно, однако объятий не разжал, те наоборот стали ещё крепче, словно он боялся, что парень от него сбежит. Наверное именно это позволило Максимусу удостовериться раз и навсегда. Очередной вечер после задания , голова жужжит и сердце в груди пульсирует. Неприятное ощущение в этот раз хоть живой и на том спасибо, а это пустяки. Зайдя в архив и пройдя пару десятков стеллажей с пыльными книгами которые возможно будут старше Скорпиона он наконец добрался до привычного пыльного диванчика. С громким выдохом Стефф приземлился на диван. Потихоньку парень начал проваливаться в сон, глаза слипались а разум потихоньку отключается. Из сна его вытянули легкие похлопывание по плечу. Открыв глаза и прошипев что-то он увидел Максимуса. Широко распахнув голубые глаза парень смотрел прямо на Стефа. — Какого тарта ты тут делаешь? — Я не думаю что тебе не очень удобно спать сложившись в три погибли. — Не твоё дело звезданутый — Он старался ответить чем-то колким, неприятным. Но Макс просто сел рядом с ним и открыв увесистую книжку начал читать. Стеф немного посмотрел в книгу ю, а после снова ушел на затворки разума в плотный сон. Было тепло и на удивление удобно. До того как пришёл Макс было жёстко и холодно, в архиве не самая лучшая температура для сна. Стефф вроде проснулся, но глаза были закрыты, хм странно он не слышал шелеста книжных листов. Все таки решив открыть глаза водолей обнаружил, что рядом с ним облокотившись на него спал Луцем. Парень мирно сопел сложив руки на груди. — Вот же наглость!Мы же сидели по разным сторонам дивана. Как так получилось?! Пока Ферари бухтел что-то себе под нос, Макс проснулся. Лениво раскрыв глаза он поднял голову и посмотрел на парня. — Какого хрена Луцем? Ты чего творишь? Максимус ничего не ответил а лишь попытался дотронуться до щеки парня. Но его руку резко перехватил Стефф. — В душу мне залезть решил, да? Мало того что ты уснул на мне так еще и хочешь в душе моей побывать? Максимум продолжал беспрерывно смотреть в янтарные глаза. Стефа это немного напрягало, он почти никогда не соблюдал зрительный контакт так долго. — Послушай, мы знаем друг о друге слишком много чтобы ты вот так реагировал на мои любые прикосновения.— Он отдернул руку и немного размял её. Макс резко схватил парня за руку и сплел их пальцы. Ощущение было странным, словно с последнего его пребывания здесь ничего не изменилось, но в тоже время изменилось всё. Душа Стефа, всё такая же жуткая и пугающая, с большим количеством тикающих часов, напоминала ему о проклятии друга. Однако, после произошедшего с ними в лесу, она больше не пугала Максимуса, она казалась ему в какой-то степени родной, такой близкой и такой далёкой одновременно. Сейчас он буквально видел и понимал, почему она такая. Несмотря на это, пребывание в чужой душе было последним, чем он планировал сейчас заниматься. Если его отец или та же Бетельгейзе могли не смотреть в чужие души, почему он не мог научиться отключаться от них так, как это делали они?Конечно, он понимал, что намного слабее звёзд красного спектра, но и постоянное пребывание в чужих душах уже претило ему: все имеют право на скелеты в шкафу. Отец говорил ему о том, что такова его особенность, но разве он не мог попытаться контролировать её? Стоя посередине бескрайней души Стефана, недалеко от её центра, он решился попробовать все, что только может, лишь бы иметь возможность касаться протектора, не затрагивая его прошлое, его боль, его утраты. Максимусу хотелось видеть лишь их будущее, пускай они оба рождены, чтобы отдать свою жизнь за Свет, но разве они не могут тоже быть счастливы? Как остальные? Он зажмурился и мысленно позвал парня по имени несколько раз, молясь всём возможным и невозможным богам, чтобы у него получилось выбраться. Это ощущалось так странно, он словно был в огромной бочке с водой и пытался позвать на помощь, в надежде, что кто-то, кто будет проходить мимо услышит. - Всё хорошо? Ты погрузился в мою душу, да? У меня было ощущение, что я вытаскиваю тебя из собственной головы,- прошептал взволнованный голос, когда Луцем неожиданно распахнул глаза. Его рука всё ещё лежала у протектора на щеке, а беспокойный взгляд Стефа бегал по его лицу, стараясь понять, всё ли хорошо. Макс огляделся и воодушевленно улыбнулся, потому как несмотря на тактильный контакт, он всё ещё держался вне чужого сознания. Было так непривычно ощущать под пальцами шероховатость чужой кожи, её жар и мягкость, и понимать, что это не сон. И парень под ним тоже не сон, несмотря на всю неправильность их положения. - Да, - прошептал он в ответ, всё ещё находясь непозволительно близко к тому, кого так привык называть другом. Он замер на пару секунд, а потом нежно прикоснулся своими губами к чужим, пробуя их на вкус. Стефан сначала опешил, не решаясь ответить на действие и взять ответственность за свои слова. Он слегка прикусил чужую губу слушая недовольный стон, и продолжая улыбаться сквозь поцелуй , все же решил ответить. Когда воздуха в легких стало критически мало они разорвали поцелуй и Макс рухнул на грудь Стефу , слушая чужое тяжёлое дыхание и стук сердца. Неожиданно он почувствовал что-то на своем лбу, а потому распахнул глаза, наблюдая за тем, как Стеф неловко чмокает его в лоб. - Я смущаюсь, кретин, почему ты смотришь на меня? - буркнул Водолей и лёг обратно, однако объятий не разжал, те наоборот стали ещё крепче, словно он боялся, что парень от него сбежит. Наверное именно это позволило Максимусу удостовериться раз и навсегда.