Сталкер

Колокольный перелив над дверями магазина раздается по всему торговому залу. Секунда в секунду, минута в минуту и Чонсу ступает на порог работы. Быть прилежным учеником и послушным сыном у него получалось отлично, так же как и быть хорошим младшим для Гониля-хёна. Опаздывать было не в его вкусе. Чонсу скользнул между стеллажей продуктов, в поисках своего старшего, ожидая того за работой. Но Гониль оперевшись на стену маленькой подсобки, чуть слышно сопел. Чонсу удивленно сжал губы, опускаясь на корточки напротив сонного старшего.Лицо старшего было склонено в колени, шея слегка подергивалась в поиске баланса для равновесия. Чонсу встрепенул макушку своих густых волос,задумываясь будить ли Гониля или дать ему ещё немного поспать. Все же трепетное отношение к старшему взяло вверх и он осторожно поднялся и скользнул в дальние ряды магазина, аккуратно прикрывая дверь подсобке. Когда стрелки часов проходят отметку в 12:00, Гониль наконец просыпается от сладкого сна, растерянно оглядываясь вокруг. Ноющая боль отдает по вискам,яркие пятна стреляют по глазам, а мозг шлет сигналы. Приходится резко встать, теряя на долю секунды равновесия. Руки потирают залипшие от сновидений глаза и тянуться к холодной ручки двери. От яркого света Гониль прячется под согнутым локтем. В голове же лишь одна мысль о Чонсу, в последнее время не о чем другом он думать совершенно ни может.И даже сейчас озираясь по одинокому помещению, ловит себя на мысли "где Чонсу?". Легкие Гониля выдыхают протяжный вдох, когда перед своими глазами он видит знакомую широкую спину. Образовавшая паника, кричит внутри старшего, пятки пятятся назад. Единственная мысль что крутилось у Гониля в голове: " Надо уносить ноги". Потому что ранее незнакомый голос в голове, словно приказывал свернуть шею Чонсу. От одной только мысли, что он может нанести вред человеку, ноги дали старт и он практически без звука скользнул к черному выходу. Бежал Гониль долго, пока воздуха совсем перестало хватать, дыхание сбилось, сжимая легкие от перезагрузки и он упал в траву в каком-то чужом дворе. С такого самого дня и началось полное избегание Чонсу. Только в целях безопасности младшего, Гониль ушел с работы, соврав, что на учебу нету времени теперь. Однажды, когда Чонсу пришел навестить и узнать, что случилось, Гониль судорожно спрятался в шкафу, зажимая уши от новожденого голоса. Ведь последнее, что видел младший:это спящего старшего в подсобке. И ему было любопытно, что случилось, что сонный старший исчез, повесив на него всю инвентаризацию. Гониль пытался собраться на учебе, но каждый раз, как он шел туда, ноги приносили его к магазинчику, где иногда он все же мог мельком заметить Чонсу. Бывало даже такое, что он мог все таки встретит младшего идя на учебу, Гонилю приходилось избегать прямых взглядом, бежать от криков в спину "Гониль-хен".Чонсу не понимал, что происходит, считая это все каким-то детским садом, вскоре перестал здороваться и даже смотреть в сторону старшего. Бежать от самого себя Гониль уже не мог, кому-то доверить свой секрет тоже. И вот в один из вечеров, он стоит в углу темного помещения, где яркие светодиодный шар крутит свет, а звериный взгляд наблюдает за жертвой. И,когда Чонсу пытается удержать пьяного Гониля в туалете, у которого и без того рвет башню, так еще алкоголь, смешенный с болеутоляющим дают о себе знать. И рука словно по забвению скользит в узкий карман, пытаясь нащупать гладкое сложное железо. Только сейчас Гониль стал осознавать, зачем он пришел сюда. Новожденый голос все принуждал вытащить сталь и вонзить ее в Чонсу. И да, он теперь, точно знал решение своей проблемы.Оправдывая свое бессилие перед младшем, он не находит другого выхода, как только вытащить складной нож и обезжизнить Чонсу, но перед этим Гониль делает шаг вперед и касается пухлых губ младшего. Чонсу от неожиданности толкает старшего прочь от себя, брезгливо вытирая рукавом мокрые след на губах. И разум Гониля приходит в себя, только тогда, когда его собственное тело ощущает ноющую и горячую боль. Руки Чонсу сжимали рукоядь ножа, защищаясь от напора старшего, зажатым им в углу туалета. Зверская мощь, что тесно прижала широкую спину к холодной плитки, пыталась нанести удар.Чонсу по сравнению с Гонилем находился в лучшей форме, практически без алкоголя в крови. И, когда загнанный в угол младший, с практически уперевшимся в него ножом, решает защищить себя.Лезвие складного ножа входит плавно до рукоятки, густые капли стекают по разрезанным краям рубашки, бурлящий хрип в горле заглушает болезненный стон, когда руки Гониля плотно вдваливают руки Чонсу в свое тело, задевая жизненно важные органы, не оставляя себе шанса на жизнь. -Я-я-я... кгх..т-т.. .бл... На руки Чонсу падает кровавое тело, спускает двоих вероломно вниз. Звонкие мигалки разносятся по кварталу.