среди тяжёлых капель и густого тумана

в последнее время было холодно. мягкие свитера с рисунками и горячий, до тошноты сладкий кофе не очень согревали. темнеть стало раньше, а пушистая, яркая зелёная крона деревьев превратилась в какие-то непонятные, грязные кучи чего-то сухого и шелестящего. вместо уже привычных лучей солнца на тэхена падали тяжелые капли с неба. он терпеть не может дождь в любое время года, кроме лета. всегда остаётся отвратительная, вязкая грязь, слякоть и мутные лужи. разве кому-то такое нравится? есть тут один такой, которому действительно нравится.

...

—одевайся поскорее, пока дождь не закончился!! —бомгю, давай не пойдём. парень в ответ нахмурил брови и накинул жёлтый дождевик на тэхена, натягивая капюшон на пепельную макушку. его любимого цвета. чхве старательно подбирал. за окном шёл ливень, безжалостно стуча по крышам. этот звук сначала мог показаться успокаювающим, но когда он продолжается несколько часов начинает надоедать. тэхен и сам не заметил, как оказался под этим самым ливнем. теперь надёжной защиты в виде дома у него не было. ну, разве что был бомгю, одетый точно в такой же дождевик, только розового цвета. парень держал за руку второго, который съежился от холодка, прошедшего колючками прямо по спине. чхве засмеялся, крепче скрепляя руки, чтобы тэхен не передумал и не убежал домой. —хен, за что ты так со мной? —я докажу тебе, что прогулки под дождём —это потрясающе! просто надо правильно их проводить! —бомгю был очень воодушевлен своей идеей. пока тэхен морщился от одной только мысли об осени, слякоти и дожде, то чхве искрометно улыбался, вспоминая моменты из детства. как малыш-бомгю, его старший брат и отец резвились под дождём, прыгая в самые глубокие лужи бег сапогов. кружась, словно карусель и высовывая язык, в надежде поймать хоть одну капельку. совсем неважно, что после этого они отлеживались неделю из-за температуры. просто это было очень драгоценно для чхве и его семьи в целом. бомгю не стал медлить и двинулся с места, бегая по пустым дорогам и кружась с высунутым языком. все прямо как в детстве. но их руки были переплетены, поэтому тэхен делал тоже самое, спотыкаясь и жмурясь он неумело повторял за приятелем, чтобы прочувствовать этот сырой вкус осени. капли попадали ему в глаза и стекали по щекам. но не сказать, что тэхену неприятно. возможно, кружиться и бегать, наступая в неглубокие лужи было не так уж и плохо. заметив, что подобное времяпровождение ему начало симпатизировать, он глянул на бомгю, который все это и устроил. чхве все ещё бегал как собачка, с высунутым языком. не смотря на туман и серое пространство его глаза горели, словно яркие летние цветы в не менее ярком поле. —Ухты, тэхен-а, ты словно маленькая звездочка!!! чхве​ приблизился, надёжнее затягивая шнурки на капюшоне кана. простой спешный узел превратился в аккуратный бантик. парень поднял взгляд. две пары глубоких глаз пересеклись, будто говоря то, что не могут сказать вслух. —почему я звездочка? неровное дыхание бомгю заглушило шум дождя, ибо тот бегал и кружился без остановки. ответ не заставил долго ждать. чхве в целом не любит заставлять ждать, особенно тэхена. —ну знаешь, тут так серо и одноцветно, а ты такой яркий, жёлтый, и будто светишься. он говорил тихо, но кану удалось услышать все, может даже кое-что лишнее. например быстрый стук сердца, которое, казалось сейчас вырвется из груди и продолжит жить своей жизнью. тэхен усмехнулся. его улыбка была ценнее всех, точно. —тогда ты похож на летний цветок, в густом тумане ты один мигаешь так ярко. выделяясь. слов было уже достаточно. глаза и стук сердца говорили все за себя. кан успел покрыться мурашками от холода и мокрого лица. но дискомфорт исчез, как только такие же мокрые, но до жути мягкие губы бомгю накрыли его. не сказать, что было тепло. было резво и мокро, но нежно. это не поцелуй. скорее, просто соприкосновения губами, но почему-то внутри все перевернулось, а в сердце что-то загорелось. пульс был бешеный и в голову ударяли десятки волн. думать было сложно, но одно оба поняли. они могут согреть друг-друга даже в такую погоду. они—все друг для друга да плевать, что на самом деле обоим было до жути холодно, губы посинели и подрагивали, а ноги и вовсе не чувствовались. наверное это горящие щеки согрели, но впрочем, неважно. —ладно, у тебя получилось доказать мне.