Кузнец

Большой серый волк угодил в капкан. Он охнул от внезапной боли, которая горячей вспышкой опалила переднюю правую лапу. Задёргался, пытаясь выбраться, но не преуспел. Крупное тело зацепило кустарник с ярко-красными ягодами, в чуткий нос ударил терпкий запах поздней осени. Этот лязгающий звук — капкан или волчьи зубы? Отчаяние нахлынуло волной, такой огромной, что ни вздохнуть, ни выплыть, хвойными иглами впилось в звериное сердце. Неподалёку раздались шаги. «Это по мою душу, — горько подумал волк. — Быстро же». Лёгкая поступь на мгновение замерла, а потом незнакомец, будто сомневаясь, подошёл к волку. — Жив, серый? — спросил человек, присев неподалёку и наклонившись. Волк медленно перевёл взгляд на говорящего. Странно, но никакой охотничьей радости, никакого злого ликования он не почувствовал. Скорее, неуверенность в том, как следует поступить. — Я помогу, если пообещаешь не кусаться, — видимо, человек решился на что-то. — Сейчас подойду к тебе и разожму капкан, а потом осмотрю лапу. Потерпи уж немного, ладно? Волк подобрался. Ему было не по себе от близости незнакомца, но выбора не осталось. Он тихо вздохнул, соглашаясь, и человек понял его. Сильные руки разжали капкан, и зверь дёрнулся в сторону. В голове звенела одна мысль: «Бежать! Бежать, пока не поздно!» Но стоило лишь наступить на пострадавшую лапу, как из горла вырвался громкий вопль. — Ну куда же ты? Я ведь сказал, что осмотрю лапу. Не бойся, не наврежу. Я доктор. Волк ещё раз посмотрел на человека, уже внимательнее. Средних лет, коренастый, с рыжеватыми волосами и яркими голубыми глазами. «Что ж, я поверю тебе», — подумал волк, закрывая глаза. Ему вдруг стало ужасно холодно и захотелось в родную пещеру. Человек аккуратно прикоснулся к лапе и что-то сказал, но что именно — волк не понял. Сознание медленно ускользнуло. Когда волк немного пришёл в себя, то почувствовал, что летит. «Неужели я всё-таки умираю?», — подумал он с грустью. Но потом понял, что его несут. Таинственный доктор взвалил его, большого волка, на спину и медленно шёл по лесу. Волк путешествовал с закрытыми глазами, удивляясь тому, как близость к незнакомцу изменяет восприятие мира. Сейчас лес будто бы отдалился, отошёл в сторону, передавая его на попечение человеку. Неяркое осеннее солнце мягко касалось век, а деревья прощались шорохом листьев: «Возвращайся, когда будешь здоров!» Человек принёс зверя в деревянный дом на окраине леса. Волк изредка бывал в поселениях и знал, что во дворах за оградой обитают злющие псы, в курятниках кудахчут глупые куры, в сараях стоят задумчивые коровы, а в домах живут хозяева с кучей ребятишек разного возраста. Но ни во дворе, ни в доме у доктора никого не было. — Не бойся, тебя никто не обидит. Я живу один, но время от времени у меня появляются постояльцы вроде тебя. Кто ж такое выдержит? — доктор явно понимал чувства волка. Человек занёс зверя в дом и уложил на высокий стол, а сам начал подготавливать то, что, видимо, нужно для лечения. Волк осмотрелся: он впервые попал в людское жилище и не понимал, что именно видит, но инстинкты говорили ему о безопасности. Зверь вздохнул и решил молча вытерпеть лечение, даже если будет очень больно. …Прошло три месяца. Искалеченная лапа постепенно зажила, и волк стал здоров, как и прежде. Даже лучше: теперь он жил в уютном тёплом доме, у него всегда была еда, но главное — был тот, кто навеки поселился в зверином сердце. Волк пытался вспомнить, как жил без своего человека раньше, и не мог: ему казалось, что это была не вольная жизнь, а время ожидания встречи с тем, что есть сегодня. Человек был добр и заботлив. Волк с удивлением узнал, что его спаситель был не людским, а звериным доктором — лечил животных в окрестных поселениях. По работе ему часто приходилось отлучаться, но он не хотел, чтобы гость чувствовал себя одиноким. По возвращении человек рассказывал зверю о жизни людей и их характерах, о назначении разных предметов, о большом мире далеко за лесом. Иногда в доме, который волк уже привык считать своим, появлялись временные обитатели — сорока с поломанным крылом, отощавший бельчонок, заяц с расцарапанной мордой. Волк помнил наказ доктора — не обижать гостей, поэтому даже не смотрел в их сторону, но в глубине души желал, чтобы те как можно быстрее покинули дом. Рано или поздно так и происходило. Всё шло своим чередом, пока однажды не случилось страшное: проводив последнего постояльца, доктор посмотрел на волка и светло улыбнулся: — Ну что, серый, скоро весна, пора и тебя отправлять в лес. Ты уже, наверное, спишь и видишь, как завести семью, правда? Волк почувствовал, что его мир зашатался и готов рухнуть: «Лес? Семья? О чём ты говоришь? Ты — моя единственная семья, и никакой другой я не желаю!» Но человек, всегда такой чуткий и понятливый, в этот раз совершенно не осознавал своей ошибки. Потрепав волка, он выпустил его во двор, а сам отправился по врачебным делам. Волк смотрел вслед уходящему доктору, и сердце его разрывалось от горя. Можно сказаться заболевшим и остаться ещё на несколько дней, но потом всё равно придётся уйти. По мохнатой волчьей морде потекли горькие слёзы. Он не сможет жить в лесу. И не будет. Перепрыгнув через невысокий забор, волк устремился в сторону, противоположную той, куда ушёл человек. Сильные ноги несли зверя к лесу, но потом направление изменилось: волк обошёл лес и добрался до дальнего поселения. Там, на самом краю, стоял довольно большой дом и какая-то пристройка. Не доходя до дома, волк замедлился, а потом и совсем остановился. Его дед, ныне покойный, рассказывал о том, что в этом доме живёт кузнец-оборотень, понимающий язык животных. По мелкому поводу тревожить его не стоит, но если прийти по важному делу, тот не откажет в помощи. Волк не знал, правду ли говорил старик или бредил, к тому же это было так давно; но людской век длиннее, и может статься, кузнец до сих пор жив. Оглядываясь по сторонам, волк робко приблизился к человеческому жилищу, как вдруг почувствовал за собой огромную, нестерпимо жаркую Силу. Быстро обернувшись, он встретился взглядом с могучим великаном. Серебро в бороде указывало на то, что человек был не молод, но глаза его сверкали юношеским задором. — Что, волчок, заблудился? — спросил бородач с ухмылкой. — Не заблудился, а пришёл к тебе в час великой нужды, — сказал волк, усмиряя суматошно забившееся сердце. — Я сделаю всё, что скажешь, только помоги мне. — И что же понадобилось волку от старого кузнеца? — Сделай меня человеком. Кустистые брови удивлённо поползли вверх: — Человеком? С чего бы вольному волку хотеть стать человеком? Не выдумывай, отправляйся в лес и будь тем, кем являешься по своей природе. — Я не передумаю! — крикнул волк вслед кузнецу, который обошёл его, направляясь к дому. — Это моё самое большое желание. Я всю жизнь хочу прожить с одним-единственным человеком, но пока я такой… он не примет меня. — А почему ты считаешь, что он примет тебя в человеческом облике? Он обещал тебе это? Он знает, что ты задумал? — кузнец остановился, уперев руки в крутые бока. — Ты сам придумал сказку и сам в неё поверил. Уходи и не беспокой меня больше. Но волк не мог уйти. Оббежав кузнеца, он встал у того на пути, смело глядя прямо в глаза. — Я уже принял решение и не вернусь в лес. А если… если ты не хочешь сделать меня человеком, то выполни последнюю волю: убей меня прямо здесь. — Вот как? — сказал кузнец, отцепляя от пояса большой нож. — Что ж, будь по-твоему. Вот и всё. Волк зажмурился, ожидая удара. Мгновение. Ещё одно. И ещё. Зверь медленно открыл глаза и уставился на человека. А кузнец, поигрывая ножом, вовсе не выглядел как тот, кто замыслил убийство. — Интересно, есть ли на свете кто-нибудь, полностью довольный своей судьбой? — бородач вздохнул, а потом неожиданно улыбнулся. — Я выполню твоё желание. Иди за мной. Не веря своему счастью, волк робко пошёл следом за кузнецом. Он думал, что тот ведёт его в дом, но бородач пошёл в сторону пристройки. «Это, наверное, и есть кузница», — догадался волк. Зайдя вслед за человеком, зверь подивился тому, что было внутри. Там было что-то, похожее на столы, множество инструментов, какие-то бочки. В углу — дрова, под потолком — железные крючья. Волк не решился идти вглубь и замер у порога. Кузнец обернулся и пытливо посмотрел на него. — А знаешь, это ведь навсегда. Я не колдун, а простой кузнец, и смогу изменить тебя только один раз. Обратного пути не будет. Волк шагнул к человеку и сказал лишь одно слово: — Приступай. Бородач покачал головой и, на минуту исчезнув в глубине своего кузнечного царства, вернулся с железным ошейником. — Когда я надену его на тебя, ты станешь человеком. Но помни: снимать ошейник нельзя. Он запечатает твою звериную суть, но если снимешь его, человеческому телу не жить. Ты готов? Волк кивнул, и железный ошейник громко защёлкнулся на мохнатой шее.

***

Пробираясь по заснеженному зимнему лесу, человек неожиданно оступился, испуганно взмахнул руками и рухнул в какую-то яму. На голову полетели хвойные ветки, маскировавшие провал; мёрзлая земля буквально выбила дух. Несколько минут путник лежал неподвижно. Собравшись с силами, он попытался подняться, но со стоном упал обратно — ногу пронзила боль. Кое-как перевернувшись на спину, человек почувствовал, что глаз заливает красное и горячее: очевидно, при падении он поранил голову. В ушах стоял неумолчный лязгающий шум. Помогая себе руками, человек с трудом сел. Он оглянулся, прижимая рукав к голове и ощущая на губах терпкий привкус крови. Темно, сумрачно и страшно. Куда он попал? Это охотничья яма или звериное логово? В любом случае, нужно выбираться. Путник попытался встать, придерживаясь за стены ямы и не опираясь на пострадавшую ногу. С трудом, но он смог это сделать. Несмотря на холод, человек чувствовал, как по спине течёт пот. Он уцепился за выпирающие из земли корни и попытался подтянуться, но те выскальзывали из рук как живые. В какой-то момент у путника почти получилось подняться, но, забывшись, он опёрся на покалеченную ногу, дёрнулся и снова рухнул вниз. Видимо, в тот день удача полностью отвернулась от него, ведь теперь резкая боль пронзила вторую ногу. Человек обессилено прикрыл глаза. Ему нужно немного отдохнуть, и тогда всё получится. Совсем чуть-чуть… В холодной темноте ямы он закрыл глаза и почти провалился то ли в сон, то ли в забытье, как вдруг что-то резко вырвало его из бессознательного состояния. Человек вздрогнул и тут же встретился взглядом с другим живым существом. Огромный серый волк с горящими оранжевыми глазами смотрел на него сверху вниз, будто прикидывая, как поступить, а потом легко спрыгнул в яму и подошёл. — Нет… Не надо, не ешь меня, — в ужасе прошептал человек, но волк, конечно же, ничего не ответил. Косматая морда коснулась окровавленного лба. Путник, который окаменел от ужаса, представив себя волчьим ужином, с изумлением ощутил прикосновения тёплого шершавого языка. Волк зализывал его рану. Равномерное тёплое дыхание зверя постепенно успокоило путника: видимо, сейчас волк не голоден. Похолодало. Человек постепенно успокоился, но с наступлением ночи не мог сдерживать дрожи. «Меня не съедят живьём. Я просто замёрзну», — подумал путник, но волк снова удивил его. Распластав человека, зверь лёг сверху, прижав мохнатую голову к его щеке, и что-то буркнул. Из ямы был виден кусок тёмного неба с несколькими звёздами. Постепенно согреваясь, человек лежал и смотрел на них, не веря до конца в то, что сейчас происходит. Дикий зверь не растерзал, а облизал и обогрел его. Неужели это благодарность за то, что он сам помогал животным? И почему сейчас ему гораздо спокойнее и уютнее, чем с иными людьми? Жизнь — удивительная вещь… …Волк разбудил человека на рассвете. Проснувшись от толчка в плечо, тот, протерев глаза, обнаружил, что зверь растянулся рядом и внимательно смотрит на него. Как будто… как будто намекает на что-то. Неужели… неужели он хочет помочь выбраться из ямы? Человек, проверяя свою догадку, осторожно перекатился на бок и медленно закинул на волка ногу. Тот не проявлял агрессии и, очевидно, ждал. — Волчок, я же правильно понял тебя? — тихо спросил человек. Волк завозился, и путник, ухватившись за жёсткий мех, с трудом оседлал животное. В тот же миг зверь, оттолкнувшись мощными лапами, выпрыгнул из ямы. Человек, поджав повреждённые ноги, лежал на волке, а тот громадной серой тенью быстро бежал по лесу. Путник, потрясённый происходящим, не сразу понял, куда именно направляется волк, но через некоторое время осознал: тот движется в сторону поселения. Зверь выбирал звериные пути. Человеку много раз казалось, что волк устремляется в непроходимый подлесок, но как по волшебству перед ним открывались невидимые людям тропы. Тихо похрустывал под волчьими лапами снег; со скрипом проскальзывали по одежде заледеневшие голые ветки кустарников; с первыми солнечными лучами отступали в чащу сумрачные тени. Волк довёз седока до околицы и оставил у поваленного дерева. — Спасибо тебе, — сказал человек, крепко обнимая мохнатую шею. Волк будто понял, ткнулся носом в щёку, потёрся о плечо. Странное, необъяснимое желание поднялось в глубине души: человек не хотел расставаться с волком. Если бы мог, ни за что не отпустил бы его. Как же удержать это мгновение, как продлить время прощания? Не удержать и не продлить. Волк перепрыгнул через упавшее дерево и устремился к лесу, а человек, горько вздохнув, отломал ветку покрепче и, опираясь на неё, медленно побрёл к дому. …Прошло три месяца. Ноги у путника зажили, рана на голове давно затянулась. Только в душе с тех пор не было покоя. Он по-прежнему лечил зверей, но людей стал сторониться. Никого не хотел видеть, ни с кем не хотел сближаться. Долгими зимними ночами он лежал без сна, вспоминая огромного серого волка, его большое сильное тело и жёсткий мех. А когда наступила весна, человеку начали сниться яркие сны. Сны о том, как он и сам стал волком и ушёл в лес. Сновидец с безудержным восторгом бегал по пригоркам и оврагам, танцевал на цветущих лужайках, точил когти о шершавую древесную кору. Он созерцал огромную яркую луну, и из глотки вырывалась пронзительная щемящая песня. Вначале это было одиночное пение, но уже в скором времени оно превращалось в дуэт. Чужой голос с восторгом подхватывал звенящую музыку души, и вскоре перед сновидцем представал тот, кто навсегда украл его сердце. Большой серый волк подбегал к нему, и они переплетались в шуточной борьбе, покусывая друг друга и подвывая от восторга, сминая душистые ночные цветы, распугивая светлячков. С наступлением утра грёзы таяли. Человек, просыпавшийся с восторженной улыбкой, постепенно приходил в себя; радость сменялась унынием. Прекрасные весенние дни не утешали печальное сердце, на душе становилось всё темнее и беспросветнее. Однажды ночью человек проснулся, сам не зная почему. Что-то резко вырвало его из сна; отчаянно, будто в предчувствии, заколотилось сердце. Он лежал, глядя в потолок и тяжело дыша, когда рядом… где-то совсем рядом… раздался волчий вой. Человек охнул и выбежал из дома босиком. Заметавшись по двору, он что-то опрокинул, ударился о колоду, но даже не обратил на это внимания. Метнувшись к калитке, он быстро открыл её и выбежал на улицу. — Где ты? Где ты? Где же ты? Но на улице было пусто, лишь в отдалении залаяла собака. Человек медленно вернулся в дом. Сел за стол и уронил на скрещенные руки гудящую голову. Он знал, что заснуть сегодня уже не сможет. Лишь только первые солнечные лучи коснулись земли, человек встал, оделся и, бросив прощальный взгляд на дом, вышел за ворота. Путь лежал в соседнее поселение, ведь там живёт тот, кто, как он верил, сможет помочь ему. Дойдя до большого дома с кузницей, человек остановился. Поговаривали, кузнец был оборотнем и сильным колдуном. Его побаивались, но уважали: селяне знали, что в случае серьёзного дела тот поможет. Зайдя на крыльцо, проситель собрался с духом и постучал в дверь. Он не услышал шагов и с тоской подумал о том, что кузнец, наверное, куда-то ушёл. Внезапно дверь открылась, и проситель увидел огромного, как скала, старика с сединой в бороде с пронзительными яркими глазами. — Здравствуй, кузнец. Пришёл я к тебе незваным гостем в час великой нужды. Всё для тебя сделаю, только помоги мне, — человек низко поклонился хозяину дома. — Что же тебе понадобилось от старого кузнеца? — Сделай меня волком. — Волком? — кузнец удивлённо покачал головой. — Что за блажь ты выдумал? Отдохни хорошенько и забудь о глупостях. Ты человек, вот и живи как человек. Не успел проситель опомниться, как дверь закрылась. Человек остался наедине со своей тоской. — Я не уйду! — крикнул он в дверь, но ответа не получил. Проситель отошёл от дома и подумал, что в скоро несговорчивый хозяин пойдёт работать. Он подошёл к кузнице и уселся возле входа, полный решимости ни за что не отступать. И не ошибся: через некоторое время старик вышел из дому и направился к кузнице. Человек встал, переминаясь с ноги на ногу, и снова обратился к бородачу: — Моя жизнь не станет лучше, если я отдохну. Напротив, с каждым днём только хуже. Сердце моё навеки осталось в тёмном лесу. Сжалься, кузнец, обрати меня в волка! — А почему ты решил, что волчья стая примет тебя? Кто сказал, что лес тебе станет домом? — кузнец пристально вглядывался в просителя, который стоял перед ним, не отводя взгляда. — Ты идёшь следом за своими фантазиями, вместо того чтобы жить в реальности. Возвращайся домой! — Я уже принял решение, — сказал проситель, — и останусь у твоего порога до тех пор, пока ты поможешь мне. А если… — тут его голос предательски дрогнул, — если это нестерпимо для тебя, то придётся убить меня. Иначе я не уйду. Кузнец вздохнул: — Ну что за жизнь, а? Волки хотят стать людьми, люди волками… Ладно, будь по-твоему. Идём со мной. С колотящимся сердцем проситель последовал за стариком. Тот завёл его в кузницу и, наказав подождать, стал что-то искать. Когда кузнец вернулся, в руках его был железный ошейник. — Этот ошейник превратит тебя в волка. Он запечатает человеческую суть и выпустит звериную. Но знай: это навсегда, человеком тебе уже не стать. Попытаешься снять его — умрёшь. Ты согласен? Человек сказал лишь одно слово: — Приступай. Железный ошейник громко защёлкнулся.

***

— Дедушка! Почему твоя сказка на ночь такая печальная? — маленький мальчик, приехавший в гости к деду, горестно всхлипнул. — Я теперь буду не спать, а плакать. Мне так жа-а-алко! Дед покачал головой: — Отчего же? Всё хорошо. Каждый получил то, что хотел. — Нет! Волк и человек должны были остаться вместе, а получается, что каждый из них изменился напрасно, — мальчик отчаянно тёр глаза кулаками. — Не плачь, всё действительно не так уж плохо. А ну-ка вспомни, кого мы видели сегодня во время прогулки по лесу? Мальчик перестал всхлипывать и задумался: — Мы видели двух волков, играющих на поляне. И один из них… один из них был в ошейнике! — Верно, — улыбнулся старик. — А к кому мы ходили с заболевшей кошкой? — К звериному доктору и его… помощнику? — Именно так. Не припоминаешь ничего необычного? — Ну… у помощника этого был ошейник… Вдруг мальчик широко раскрыл блестящие глаза: — Дедушка! Так получается, ты рассказывал о двух разных людях и двух волках? Старик засмеялся: — Вот видишь, какой ты догадливый. Мальчик порывисто обнял дела за шею: — Спасибо за такую чудесную сказку! Как здорово, что все получили то, что хотели. Мальчик лёг в кровать, а дедушка заботливо укрыл его тёплым одеялом. — Спокойной ночи, дедуля, — прошептал ребёнок, закрывая глаза. — Добрых снов, — ласково ответил старый кузнец.