Старый друг

— Чё, опоздал опять? — со смешком спросил Черкассы — Заткнись нахуй, я просто проспал, — раздражённо ответил ему Кропивницкий, садясь на свое место рядом с ним. — Да пошёл ты в пизду, я же просто спросил, агро! — Черкассы не намерен был продолжать разговор с разгневаным Кировоградом, поэтому он просто отвернулся от него и, стараясь принять серьезный вид, продолжил слушать, что там говорит Киев. «От и ладно» — думалось Кропивницкому — «Не очень то и хотелось»... Они были уже давно знакомы с Черкассами и практически были лучшими друзьями. Но Кропивницкому было сложно сосредоточиться на собрании, он всё думал об том разговоре с Черкассами. И, возможно, даже жалел о том, что так грубо ответил ему. Он ещё посидел, помялся и в его голову закралась, как он был убеждён, просто отличная идея. — Эй, Черкассы, — прошептал он. — Что? — удивлённо посмотрел на Кировограда тот, к кому обращались. — Ты, это, извини.. — В смысле? За шо? — Ну... За мою грубость, скажем так. За те слова. — Эээ.... А я уже и забыл, но ладно. Ты это, лучше следи за собранием, — Черкассы решил на этом завершить этот разговор. — ...А знаешь, Черкассы.. Ты мне нравишься. Да даже нет, я тебя люблю! Мне в тебе всё нравится: твоё имя, внешность, голос.. — Чего?! — вскрикнул Черкассы. — Да ты тише, тише. Слава Богу, этого никто не слышал, ух.. — с облегчением вздохнул Кропивницкий и продолжил: — А на это ты добровольно точно не согласишься, поэтому.. — он крепко схватил Черкассы за запястье и спросил: — Киев, а можно ли нам выйти? — Да, да, только не задерживайтесь там. Стоп, вы что, вдвоём выходить собираетесь? «Ух, бля, это я не продумал» — пронеслось в голове Кировограда, но он с волнением и надеждой произнёс: — Эм-м.. Д-да. А что, нельзя? — он решил ответить вопросом на вопрос. Черкассы и себе хотел что-нибудь сказать, но Кропивницкий его незаметно больно ебанул по ноге, что заставило его отменить свои планы. — Да нет, можно. Ну, идите, если надо.. — Киев, конечно, удивился, но решил на этом не зацикливаться. Тем временем Кропивницкий встал со своего места и заставил Черкассы подняться. Они быстро вышли в открытую дверь, пронеслись по, как казалось Кировограду, ну о-очень длинному коридору, оказавшись в уборной. Кропивницкий протащил друга по всей уборной, заведя в самый дальний угол комнаты, ведь там их точно никто не должен был заметить. — Что ты в пизду творишь?!! Какого хуя?! — Черкассы выходил из себя, его терпение уже сходило на нет. — Тише! Если будешь кричать, я сделаю тебе больно! Или уже забыл, как я тебе по ноге зарядил? — но Кропивницкий был настроен доволи-таки серьезно. — Н-но это неправильно! Мы же просто друзья! Это тебе просто кажется! — уже тише произнёс черкассец. — Не-а, это мне не кажется. Я тебя люблю и до невозможности хочу тебя трахнуть — Кропивницкий подошёл к нему ближе, уже буквально прижав его к стене, чтобы у объекта его обожания не было хода к отступлению. Он приспустил его штаны, сделав так же с нижним бельём. — Отъебись от меня, ты ненормальный, слышишь?! — Черкассы был просто в панике. — Всё будет ок, не беспокойся. Просто расслабься — протянул он. — Я не хочу этого! — Черкассы отчаянно пытался выбраться из крепкой хватки своего друга, но ничего не получалось. Кировоград обильно облизал свой палец и быстро вошёл им в анал Черкасс. — Ай, блядь, — лишь прошипел черкасщанин. Кропивницкий продолжил работать пальцем, а Черкассы тихо стонал, то от боли, то от настоящего кайфа. Так продолжалось около десяти минут, пока Кропивницкому это не надоело и он решил перейти к самому интересному. Да и Черкассы уже... и не сильно возражал. Кировоград достал свой вставший, как кол член и сразу вошёл на всю длину. Внутри было так тепло и узко, что он чуть не кончил раньше времени. — Ах, какой.... ж-же.. к-ка-айф~ — прерывисто произнес Кропивницкий, попутно набирая быстрый темп. — Быстрее.. — только и смог проговорить Черкассы, попутно надрачивая свой полувставший член. — О-о, а я д-думал ты п-против секса с-со мной, — проговорил Кропивницкий, зачем-то схватившись за футболку Черкасс и крепко сжав её. Кропивницкий трахал Черкассы всё жёстче и быстрее, уже находясь на пике наслаждения. Но он решил испытать себя, не дая себе кончить. А вместо этого он засунул несколько пальцев в анал Черкассам, не вытаскивая хуя. Черкассы тут же ощутил невыносимую боль в заднем проходе, но ничего не сказал. На его глазах появились маленькие капли слёз. — З-зачем? — еле произнёс он. Но Кропивницкий ничего ему не ответил. Он продолжил его трахать, попадая по простате, попутно суя целую руку ему в анал. — Не надо.. — прошипел Черкассы и с его щеки скотилась слеза. Кропивницкого это насколько возбудило, что он тут же кончил, громко постанывая. Черкассы тоже кончил на пол. Затем Кропивницкий нагнул Черкассы вниз, подставив ему ко рту свой член. — Я не буду этого делать. — настаивал на своем Черкассы, но Кропивницкого эта реакция не устраивала, поэтому он насильно запихнул свой хуй ему в рот. Черкассы делал ему минет и Кировоград тихо стонал. Он быстро кончил, заставив Черкассы проглотить всю белую жидкость, от чего его чуть не стошнило. — Л-ладно, посидим немного и пойдём назад..